Часть 1

«Армии дроидов полностью отключились, вице-король?» — заговорило синее изображение Дарта Сидиуса. Нют Ганрей вздрогнул. Он ненавидел этот голос. Такой спокойный и угрожающий. Этот голос убедил его атаковать мирную планету Набу 13 стандартных лет назад. Он был обманут этим голосом. Предан им. Вице-король снова вздрогнул. Его втянули в эту войну. Соблазненный обещаниями удачи и свободной торговли, чистым отчаянием его положения после испытаний и словами графа Дуку. Граф Дуку, подумал он, тоже ситх. Дуку солгал и предал его, как и Сидиус. Только после того, как он присягнул на верность КНС, Дуку раскрыл правду. Что он тоже был лордом ситхов и учеником Сидиуса. Он хотел уйти, спасти то, что мог, и выбраться из этой передряги. Но затем пришел Джеонозис, и было слишком поздно для любого из Совета Сепаратистов. Они были заперты. Тогда он хотел вести себя тихо в войне, минимизировать свои потери, но нет. Вскоре он стал одной из самых больших целей для Республики. Он был уверен, что он был в первой пятерке в их списке самых желанных. Весь Совет был в бегах почти год. От Белдерона до Утапау и сюда, на Мустафаре. Дуку был убит во время неудавшейся атаки на Корусант, Гривуса никто не слышал со времен Утапау, а теперь вот Ганрей. Лидер КНС. Это, вероятно, поставило его на самый верх списка самых желанных. Не то место, где стоит находиться, если вы хотите оставаться незамеченным. «Да, мой господин. Почти час назад», — сказал Ганрей. «Молодец, вице-король. Вы и остальной совет будете щедро вознаграждены за свои усилия. Когда прибудет мой новый ученик, Дарт Вейдер, он... позаботится о вас», — ответила голограмма. «Спасибо, милорд», — ответил Ганрей, молча размышляя: «Еще один? Сколько их там?» Возбужденный говор раздался, как только голограмма погасла. Остальной выживший Совет КНС. Казалось, им понравилась идея получить награду. Ганрей почти не заметил, что они были в комнате с ним. Казалось, они забыли, как плохо идет война. Сначала все шло хорошо, они вытеснили Республику почти из каждой системы внешнего кольца. Затем все пошло не так. Армия клонов Республики, даже несмотря на то, что в каждой битве их было больше, чем 10 к 1, каким-то образом сумела совершить почти невозможное и вернуть все потерянные ими системы, а также многие из тех, что мирно перешли в КНС. Ганрей вздохнул. Если Гривус не выжил, КНС была обречена. Как бы сильно вице-король не ненавидел отвратительного киборга, он был лучшим военным командиром, который у них был. Они могли выжить под командованием такого командира, как он. Гривус проснулся в мире боли. Пытаясь пошевелиться, он боролся с несколькими ограничениями, которые удерживали его на месте. «Он проснулся!» — раздается голос. Сильно искаженный, его крайне поврежденные уши едва слышат слова. Пытаясь заговорить, он открывает рот, но не издает ни звука. «Включи его вокабулятор», — говорит тот же голос, все еще еле слышно. Несколько щелчков исходят из его рта, сигнализируя о его недавно обретенной способности говорить. «Ч-что?» — хрипит он. «Сэр, вы получили некоторые… повреждения. Нам пришлось полностью восстановить ваше тело». Теперь он узнает этот голос. Один из его элитных магнагвардейцев IG-100. Дроид стоит у пульта управления, за ним медицинские дроиды разных типов следят за состоянием Гривуса. «Как вы меня нашли? Я… был застрелен». Кеноби, — тихо добавил он. Вонючий джедай сжульничал! «Когда ваши критические системы начали отключаться, ваш аварийный маяк активировался. Когда мы вас нашли, вы были едва живы, и нам пришлось действовать. Ваш истребитель также исчез. В настоящее время вы находитесь на «Независимости», вращающейся вокруг одной из лун Утапау». Гривус, размышляя о том, какие именно «ущербы» подразумеваются, опустил взгляд. Ущербы были преуменьшением. Его броня была полностью снята, обнажив разлагающуюся рубцовую ткань, оставшуюся с давних времен при крушении шаттла. Но это было ничто по сравнению с тем, что сделал с ним Кеноби. Его грудные пластины были разорваны, а внутри лежало... ну, теперь не так уж много всего. Там, где раньше было его сердце, была отвратительная черная фигура. Его легкие, уже поврежденные Мейсом Винду, были почти полностью уничтожены. Все остальные органы были слишком удалены, чтобы их можно было даже распознать. Гривус почувствовал всплески ярости. Кеноби заплатит. Это был второй раз, когда джедаи сделали с ним что-то подобное, третий, если считать Винду. Оглянувшись, он впервые заметил синюю вуаль бакты. «Сколько мне еще оставаться в этой коробке?» — спрашивает он, привыкая говорить. «Примерно 3 недели, сэр. К тому времени ваши уцелевшие органические компоненты будут почти полностью исцелены, и ваши замены будут готовы к установке. Затем нам нужно будет заменить кибернетические системы, и вы будете полностью работоспособны», — ответил магнагард. Он прорычал. «Очень хорошо, но ускорьте процесс как можно больше. Есть… определенные вещи, которые я должен выполнить». «Конечно, генерал», — ответил магнагард. Кеноби… ты заплатишь за то, что сделал. Это слишком далеко…