Вернутся к фанфику
Часть 6
13 ноября 2023, 00:59Эвтида всё еще мучилась с вечными перевязками и запретами Ливия на тренировки, но, к её сожалению, запретов на перепись папирусов не поступало. Амен старался жалеть её, давая меньшее количество, хотя даже в таком случае, спина быстро затекала. Эва приходила на перевязки к Ливию каждый день, отныне это стало для неё пыткой. К Ливию приставили ученицу по имени Феоноя, которая у него практиковалась, теперь завтрак проходил в её компании, весь рабочий день Ливия тоже, включая обед и, может быть, иногда Эвтиде улыбалась удача и получалось застать Ливия одного за ужином.
Собственно, этот раз был как раз такой удачей, узрев Ливия одного, Эва стрелой помчалась к нему, усевшись рядом, она заявила:
«Я сейчас схожу за ужином, не смей отдавать это место, да и вообще, никого не пускай за этот стол!» — затараторила Эва и убежала.
Быстро схватив салат, лепёшку и бутылку пива, она направилась к Ливию, за столом которого, прямо на её месте уже красовалась черноволосая девица, улыбаясь во все тридцать два.
«Да ты издеваешься что-ли», — прошипела Эвтида, сжав бутылку спиртного настолько, что та лопнула под давлением её ладони.
Все обернулись на звук, но Эвтида продолжала стоять, не двигаясь. Ладонь поглощала кровь, спускаясь по запястью вниз, обвивая, словно змея. Ливий вскочил с места и подошел к Эве, начал осматривать руку, пока та продолжала молча стоять.
«Ты чего? Бутылка со сколом попалась?» — спросил он.
Она резко выдернула руку, слегка оттолкнув лекаря, задев.
«Я же тебя просила, — она устремила взгляд прямо на лекаря, — или нынче даже тридцать минут без Феонои не обходятся?» — едко закончила она и вышла, оставив лекаря в недоумении.
«Эвтида сегодня без настроения?» — наигранно спросила Феоноя, но тот лишь отмахнулся.
Амен, наблюдавший з-за соседнего стола, подпёр подбородок от такого театра под боком.
«Ревнует? Ну, точно, да!» — слева от него доносились восхищения Тизиана.
«А ты не думал, что не следует совать нос не в своё дело? — сказал Амен и ткнул Тизиана под ребро, — особенно, когда есть незаконченные дела» — он улыбнулся в сторону горы оружия, которую нужно было перечистить Тизиану за то, что пропустил утреннюю тренировку.
«Приступаю», — вскочил из-за стола Тизиан, удаляясь.
Охотник же продолжил свои наблюдения со стороны, удав, который наблюдал за своей добычей издалека, но, к нему внезапно подошла Агния, что застало его врасплох.
«Эпистат! Мы не утвердили поставки на следующую неделю», — сказала она и бесцеремонно села напротив.
Амену нравилась такая напористость и беспардонность, в неких моментах грубость, его это возбуждало. Агния обладала волшебной фигурой. Маленькая девочка, ростом под 160, но с округлыми бёдрами и внушаемой грудью, а грубость в характере и голосе вовсе создавала диссонанс, это и магнитило Амена.
«Вы меня слушаете?» — окликнула она его, как оказалось, не в первый раз.
«Хм, да, о чём шла речь?» — переспросил он.
«Явно не о моей груди», — Амен чуть не поперхнулся от неловкости момента, так как она застала его с поличным.
«Подниму вопрос о допустимом декольте», — пытался ретироваться охотник.
«Я думала, что Вам нравится», — сказала она, указав на двоих упругих подруг.
«Безусловно, но чрезмерная открытость может привести к печальным последствиям или казусам, например, кто-то может перепутать тебя с ночной жрицей любви», — с ухмылкой смотрел он на Агнию, теперь его очередь была смущать.
«Я направлюсь с вопросом поставок к вашему помощнику — Тизиану, раз Вы не особо компетентны в этом вопросе», — вспыхнула она и удалилась.
«С характером», — кинул Амен ей в спину, облизывая ложку с йогуртом.
«Проклятая змея!» — закричала Эва скидывая вещи в комода.
Затем взяла горшок с цветком и разбила его, второй, третий. Следом полетела посуда: стакан, тарелка, чашка, всё летело, словно Египет настиг ураган.
Она схватила себя за волосы, стараясь вырвать и закричала, что было силы, была в бешенстве.
«Феоноя придёт, я займу место Феоное, о, нет, я вынужден тебе отказать, так как у нас ночная практика с Феоноей, ОДНА ФЕОНОЯ», — продолжала Эвтида.
«Убить её? Нет, слишком просто, поломать руки?» — не унималась та.
В дверь постучались, это был Ливий.
«Эвтида, впусти», — его голос звучал приказывающим.
Она же его игнорировала, усевшись на пол, таращившись на входную дверь, за которой стоял Ливий.
«Ну что за детские игры! Давай поговорим!» — терпение Ливия явно иссякало.
Она открыла дверь, не впуская его, а потом и вовсе вышла на двор, закрыв дверь внутрь, так они и стояли: два человека окруженных темнотой и одним маленьким уличным фонарём.
«Ты вся в крови», — заметил он, но, смотря на настроение девушки, уже не пытался прикоснуться.
«Не твоё дело», — резко отрезала она.
«Ты ведешь себя как ребёнок! Не получилось поужинать вдвоём — всё, война?» — начал разговор Ливий.
«С её появлением, скажи мне, когда был последний раз, когда ты уделял мне время?» — бах, вопрос, словно выстрел.
«Иногда всё происходит не так, как мы хотим, у всех есть свои дела, я не могу вечно нянчиться с тобой!» — вырвалось у лекаря.
Эти слова проломили мост, который связывал их всё это время.
«Нянчиться?» — со смешком повторила она, не веря.
«Я не так выразился, я имел в виду, ты не так поняла», — перебил её Ливий, он понял, как облажался.
«Пошел вон» — Эвтида направила взгляд на него, это было её отличительной чертой, всю искренность она всегда доносила прямо в глаза.
«Постой, дела так не.» — он не унимался.
«Я сказала тебе убраться от моего дома», — холодным тоном сказала Эвтида заходя внутрь, закрывая дверь, Ливий схватился за неё, но она с силой закрыла её, прибив ему пальцы.
В тот вечер Эва прибила ему руку, а он разбил ей сердце.
Всем известно чувство разбитого сердца, когда внутри всё замирает, а потом и вовсе вымирает, чувства перекрывают мысли, мир растоптан изнутри, всё это испытывала Эвтида. Ливий был первым, кого она подпустила так близко, буквально дала ему проникнуть под рёбра, а он их сломал.
На завтрак она не явилась, перевязку тоже решила пропустить, точнее, провести самой, поразмыслив, что ничего особо сложного в этом нет, она сняла бинты, раннее наложенные Ливием и, взяв новые, начала бинтовать. Но рана всё еще иногда кровоточила, таким образом не заросла до конца, руку поднимать Эвтида не могла, потерпев абсолютное поражение, она схватила полотенце, пытаясь промокнуть кровь, которая начала литься потоком, выбежала на улицу в поисках Агнии или Дии, в надежде на помощь. Наткнувшись на Дию, она уселась на скамью, раздав той инструкции по бинтованию, парадокс — Дия ужасно боялась крови, возмущаясь, косо-криво бинтовав плечо, она всё-таки сдалась.
«Эвтида, ну почему ты такая упёртая! Давай пойдём к лекарю», — продолжала канючить та.
«Вот скажи мне, Эвтида, у тебя есть что-то вот здесь?» — над ней красовался Амен, который указывал на её голову.
«Добрый день, Эпистат», — поздоровалась она с ним натягивая на себя полотенце, так как впопыхах не надела топ, соответственно, под ним, помимо ручья крови, красовалось обнаженное девичье тело.
«Я перевяжу, давай сюда», — бросил Амен и протянул Дие руку, чтобы та отдала мази и бинты.
Как только он получил медикаменты, Амен помог Эве встать и они направились в его кабинет, на полпути Дия растворилась в воздухе, будучи черномагом, ей было не по нраву находиться с Эпистатом, так они и оказались вдвоём.
«Не поделили что-то с лекарем?» — спокойно спросил Амен, смывая кровь с её плеча.
«Уже и Вы в курсе», — сказала она закатив глаза.
«Вчера за ужином ваш спектакль всё поселение наблюдало», — он стоял к Эве спиной, но она чувствовала его язвительную улыбку.
«Роли хорошо отыграли?» — ей было нечем защищаться, поэтому решила открыться для ударов Эпистата.
«Весьма недурно», — закрыл тему Амен, не желая продолжать.
У них с Эвтидой была необычная связь, казалось бы, никакой любви, симпатии и дружбы, но присутствовало нечто более, комфорт, уют, понимание. Сейчас она была с мужчиной один на один, доверившись ему, открывшись. Обладая огромными размерами, Амен был очень нежен, словно перед ним цветок из хрусталя. Эвтида аккуратно держала полотенце, дабы скрыть свои девичьи формы, а он, для начала, пытался обеззаразить рану. Постепенно, миллиметр за миллиметром, не спеша, он промачивал кровавые следы, дуя на них, словно она была маленьким ребёнком, который разбил коленку. В кабинете Амена была тишина, обстановка становилась интимнее с каждым моментом, взглянув на Эпистата снова, она резко убрала полотенце и откинула его в сторону, полностью обнажая своё тело, открывая душу. Амен увёл взгляд за полотенцем, не возвращая его обратно. Эвтида обхватила его лицо одной рукой за линии подбородка, развернув на себя, но он закрыл глаза.
«Посмотри на меня, Амен», — тихо, словно шепотом, сказала Эвтида.
Эпистат открыл глаза, окидывая взглядом тело девушки, его взгляд, словно одеяло, был нежным и тёплым, пытающимся скрыть её от тысячи демонов вокруг.
«Прикройся», — прохрипев выпалил Амен.
«Нет, я хочу, чтобы ты смотрел», — она не сводила с него глаз.
Уверенно. Дерзко.
Амен продолжил обрабатывать рану, приступив к бинтам. Намотав себе на запястье, такое мощное и крепкое, потом взгляд поднялся выше, к его мускулам, таким же цепляющим, как и его глаза. Сильные. Волевые.
Эва молча наблюдала, сжав колени вместе, так как понимала, что её тело желает его, оно хочет его целиком. Сейчас.
Прикосновение руки, крупным запястьем мужчина взялся за здоровое плечо, дабы совершить момент опоры, по телу мурашки, даже этого ей хватило, чтобы она успела прогнуться в спине, выдавая себя. За спиной раздался смешок, она обернулась. Амен улыбался, то ли от абсурдности ситуации, то ли он смеялся над ней, но ей было всё равно.
«Сиди ровно, не облокачивайся на меня» — оторвал её от мыслей голос охотника.
Эва снова выпрямилась, натянулась, словно струна на скрипке, Амен продолжал бинтовать её тело, она запрокинула голову, желая размять мышцы шеи, тем самым, взглянуть на Эпистата ещё раз, но он направил её голову вниз, абсолютно доминируя ситуацией.
«Сиди смирно», — шепнул он на ухо.
Только от этого жеста Эвтида закатила глаза и уже готова была отдаться ему прям здесь, если бы он только её возжелал.
Но, судя по всему, он её не желал. Не сейчас.
«Меня отблагодарили вином из белого винограда», — начал охотник.
(в то время являлось очень дорогим и редким напитком)
«Это намёк? За перевязку я смогу достать для Вас только тёмное вино», — перебила его девушка.
«Раздели его сегодня со мной, как закончишь с работой», — без доли стеснения сказал Эпистат.
Это был не первый раз, когда они выпивали вместе, Амен тоже был одинок, а когда выпивал — расслаблялся, можно было даже услышать какую-то историю из его жизни! Девушка очень любила такие посиделки с руководителем, поэтому сразу же согласилась.
Сама не понимая, от чего настроение так взлетело, направилась в библиотеку работать с папирусами. Зачастую она сидела с Дией и Рэймссом, обучая их грамоте. Конечно же, Тизиан и Амен удивлялись, откуда Эвтида обладает такими навыками чтения, письма, да и вовсе эрудированна в вопросах, они даже представить не могли, что когда-то, она была частью дворца, а потом сбежала, зарезав мачеху.
Закончив с первой частью работы, они направились обедать, там уже сидели Ливий с Феоноей, сама не замечая, Эва напряглась и расправилась, её тело показывало, что оно готово. Когда она набирала суп, почувствовала, что чей-то взгляд выжигает в ней дыру и, когда обернулась, встретилась взглядом с Феоноей, та сидела и нахально улыбалась, показывая, что она победила.
«Чёртова дрянь», — выругалась Эвтида, сжав поднос.
Из неоткуда появилась Агния и, пытаясь отвлечь её на себя, увела и усадила за стол, они сидели вчетвером: Агния, Рэймсс, Эвтида и Дия.
«Да эта сука провоцирует тебя!» — с возмущением выпалила Агния.
«Представляешь, я заметила, — сказала Эва, закатив глаза, — но, для Ливия, она — невинная овечка, а я гепард, который так и рвётся съесть её» — продолжила она.
Закончив с трапезой, Эва хотела удалиться, но на выходе её окликнул Ливий.
«Эва!» — крикнул он подбегая.
Она замерла, даже не оборачивалась, ждала, пока он подойдёт сам.
«Ты не явилась на перевязку», — продолжил он, когда подбежал.
«Я справилась с этим», — сказала она, смотря в сторону.
«Когда вопросы касаются здоровья, характер может подождать!» — Ливий всегда любил начинать с лекций, в которых Эва не нуждалась.
«Я сама разберусь кто, где, что и когда, будет ждать», сказала она, уходя, специально задев его в плечо.
«Я правда не хотел сказать то, что сказал», — он смотрел ей в спину.
«А я правда не хочу обсуждать с тобой что-либо, даже смотреть на тебя противно», — отрезала Эва, оставив его одного.
Он был первым, кто открылся ей. Думала, что его помощь — его желание, интерес к ней, а на деле за этим стояло какое-то похабное чувство жалости, от стыда хотелось просто отправиться на дно Нила.
Чтобы работалось усерднее, Рэймсс притащил спиртного, для мотивации. Копаясь в папирусах, а затем расставляя всё по алфавитному порядку, ведь так нравилось Амену, команда продолжала работать, обсуждая дневные темы. Со стороны входа в библиотеку раздался женский голос, Эвтида прекрасно знала его.
«Кто-нибудь?» — послышался голос Феонои.
«Вот ягнёнок и пришёл в пасть гепарду» — прошептала Эва, подавая знак рукой ребятам, что подойдёт она.
Эвтида, словно кошка, незаметно вынырнула из-за книжных стеллажей, улыбаясь самой широкой улыбкой.
«Чем могу быть полезной?» — сказала она, заведя руки за спину, таким жестом она показывала превосходство.
«Мне нужны книги по траволечению, там всего три тома, мне нужны последние два», — писклявый голос раздался эхом по всему помещению.
«Пойдём, раз нужно», — коварно сказала Эвтида.
Когда они подошли к стеллажам, которые были под три метра в высоту, Эвтида указала на лестницу и самую высокую полку, вызвав недоумение у Феонои.
«Твои книги прям там, вот твой главный атрибут в их добыче», — она похлопала по лестнице рядом.
«Ты работник библиотеки, ты и доставай», — перекрестив руки на груди возмутилась Феоноя.
«Прозрей, у меня травма плеча, лезь сама или проваливай», — сказала Эва, указывая на выход.
«А других работников здесь нет?» — спросила та, понимая, что ситуация безвыходная.
«Для тебя здесь имеется только выход», — произнесла Эва с улыбкой.
Цокнув, возмущаясь, Феоноя установила лестницу, фиксируя её о параллельный стеллаж, сделала пробу, вроде конструкция стояла. Когда она добралась до самого верха, рассматривая книги, которые ей были нужны, Эва, которая стояла внизу, наблюдая за черноволосой короткостриженой коброй, толкнула ногой лестницу, что та вместе с Феоноей и половиной книжного ряда начала лететь вниз, раздался крик.
С грохотом приземлилась лестница, девушка пролетела дальше, также её прибили книги, которые она успела сбить во время падения.
«Ты! Это всё сделала ты! Моя нога! Помогите!» — верещала на всю библиотеку Феоноя.
На крики сбежались Дия и Рэймсс, хватаясь за голову.
«Я позову Ливия, она могла сломать ногу», — сказала Дия, но Эва поймала её за руку.
«Нет, его позову я, закончите работу, которую нам дал Амен», — шепнула та ей на ухо.
«Что ты задумала?» — спросила Дия.
«Я тебя прошу, как подругу, бери Рэймсса и делай вид, что ничего не произошло», — шептала Эва, сжимая её запястье до боли.
«Сумасшедшая» — возмутилась Дия, но они и правда удалились.
«Нужна помощь — иди сама», — вернулась к разговору с Феоноей Эвтида.
«Ты слепая? Я не могу встать!» — верещала та.
«Значит ползи», — бросила Эва.
Затем прошла сквозь неё, наступив на раненую ногу девицы, удалилась.
«Пф, ты думала тягаться со мной?» — со смешком произнесла Эва, на выходе из библиотеки.
За ужином уже сидела вся компания: Рэймсс, Дия, Агния, недоставало только одного человека, и сейчас она явилась.
«Ты что, оставила её там, совсем из ума выжила?» — зло говорил Рэймсс, но тихо, дабы никто не услышал.
«Подруга, да ты кровожаднее Фараона», — с восхищением произнесла Агния, похлопывая Эву по плечу.
«Знала бы ты, чья я дочь», — прокрутила у себя в голове Эва, но не сказала.
В трапезную влетел разъярённый Ливий, Эва никогда не видела его таким, он фурией приблизился к девушке.
«Отойдём», — угрожающе сказал он, друзья вокруг молча наблюдали.
«Нет», — таким же тоном ответила она.
«Это была не просьба, Эвтида», — затем он выволок её из-за стола, перекинув через себя, они удалились в менее людное место.
Приземлив Эву вновь на ноги, при чем так резко, что та еле удержала равновесие, Ливий никогда не был так груб с ней ранее, что уже начинало раздражать.
«Я не хотел вступать в перепалки с тобой, но ты же не видишь никаких границ! Зачем ты это сделала?!» — кричал на неё Ливий, было ясно, за какую ситуацию идёт речь.
«Знаешь, что показывает твоё отношение? , — пытаясь спокойным тоном говорить Эвтида, — первый вопрос, который ты задал мне, был о том, зачем я это сделала, если бы ты и правда был на моей стороне, ты бы спросил, замешана ли я вовсе, — сказала она, заставив его замолчать, — войну начала не я, а ты, твоя нелепая подружка просто решила, что это дело ей по зубам, но передай ей, что в следующий раз, зубов у неё не окажется вовсе», — теперь она смотрела с презрением на поникшего Ливия, который начинал осознавать, о чём толковала Эва.
Она направилась подальше от него, желая уйти, услышав вопрос:
«Это была ты?»
«Да, это была я».
Чувства злости и обиды наполнили Эву до верха, она не разбирала дороги, когда летела к назначенному месту, алкоголь ударил в голову, да и эмоции были слишком заострены, поэтому успокоиться было невозможно. Снося с петель двери в кабинет Эпистата, абсолютно игнорируя манеры, стук, она с грохотом завалилась внутрь.
Амен сидел неподвижно, лишь медленно поднял голову, дабы посмотреть, кто в поселении нынче бессмертный.
«Последнего рассудка лишилась?» — достаточно спокойно произнёс он, показывая недовольство сквозь взгляд.
«Это ты виноват, чёртов ты демон» — буквально выплевывая эти слова, смотрела на него Эва, уперевшись двумя руками об его стол, стоя напротив.
«Я твой перегар чую даже с такого расстояния, ты не в себе», — сказал он, поднимая бровь.
Амен так же неподвижно сидел, лишь сжимая карандаш, который был у него в руках всё это время.
«А ты был в себе, когда приставлял эту ведьму к Ливию? Это ты всё испортил!» — закричала на него Эва, ударив кулаком по столу.
Наконец, Амен понял, в чём причина такого буйства, он рассмеялся.
«Тебе смешно, Эпистат? Я думала, что мы всё уладили и подружились, а ты продолжаешь мне жизнь ломать» — по-детски истерила она.
Пытаясь отойти от смеха, он направил взгляд на Эву, не в состоянии скрыть улыбку: «То есть, виноват не Ливий, который не может разделять личное и рабочее, а виноват я, который просто подписал приказ свыше?»
«Получается, да!» — продолжала бунтовать она.
Амен встал из-за стола, обойдя его. Затем подошел к сейфу, достал две чарки и бутылку обещанного вина, добавив жидкости, он подал ей.
«А теперь рассказывай», — он уселся на диван, стоящий у него в кабинете, сделав приглашающий жест девушке.
Опьянев, добавив вина на старые дрожжи, она начала рассказ. Как ей нагрубил Ливий, потом как Феоноя смотрела на неё, рассказывая все детали, словно маленькая девочка, пришедшая со школы, жалуется отцу, как прошел её день. Ровно так, по тёплому наблюдал за Эвой Амен, во взгляде не было похоти, лишь ласка.
«Что, прям наступила?», — с улыбкой спросил Амен, когда она рассказывала, как выходила из библиотеки после падения Феонои.
Амен смеялся, Эва забавляла его.
«Вот ты бы кого ревновал?» — внезапно задала вопрос Эва.
Амен тоже весьма охмелел от количества выпитого алкоголя, поэтому такие вопросы не казались ему больше странными.
«Эва, я не ревную, я сразу избавляюсь от потенциальной угрозы. Зачем растить ядовитую кобру, если можешь без усилий раздавить яйцо» — сказал Амен, отпив из чарки.
«Так ты тоже думаешь, что стоило убить её?» — совершенно серьёзно спросила Эва.
«Нет», — Амен рассмеялся.
Его смех был таким заразительным, что Эвтида забыла о своей драме сердца и тоже начала заливисто смеяться.
В один момент, её лицо накрыла серьёзность, она не сводила с Амена глаз, на что тот вопросительно выгнул бровь.
«Тебе правда нравится Агния?» — без доли стеснения спросила она.
«Ты окончательно напилась?» — спросил Эпистат, подавившись.
«Ты смотрел на её грудь», — приближаясь к нему, смотря прямо в глаза, спросила она.
«Это она сказала?» — спросил он, отсаживаясь.
«Это я видела, не один раз», — переходя на шепот сказала Эвтида.
Амен отодвигался от неё, но она ползла за ним по дивану, словно змея, преследуя жертву. Когда ему было некуда больше двигаться, он упёрся в конец. Она поймала его. Амен сидел полулежа на спине, а Эва плавно взбиралась на него, наконец, её бедра умостились на заветное место, руками она схватилась за его плечи, а затем приблизилась к уху, мягко шепнув: «Почему бы нам не помочь друг другу?».
Даже это маленькое действие вызвало мимолётную ответную реакцию охотника, твёрдое желание Амена упёрлось Эве между ног, вызвав её улыбку. Эпистат молчал. Она потёрлась о него, имитировав, что он входит в неё, закинув голову, вот, теперь Амен сорвался. Притянул девушку за шею, он страстно встретил её поцелуем, бесцеремонно врываясь в её личное пространство. Она запустила руку в волосы Амена, такие шелковистые, такие недоступные. Он целовал её, целовал её шею, пока она грубо не оттянула его за волосы, затем, оставив сливовый засос на шее, спустилась ниже, на колени. Спустив с него штаны, облизнув головку и поместив в руку, она направила взгляд на Амена, которого он не сводил с неё, когда она начала водить рукой вдоль, повторяя круговые движения языком у начала, Амен застонал, она так долго ждала этого, под стоны Эпистата она ускорилась, а, затем, внезапно остановилась, бросая вызов, Амену это нравилось, натянув её волосы, он нежно, но по-свойски вернул её к занятию.
«Не смей останавливаться», — с придыханием шептал Амен.
Эва остановилась, уверенно посмотрев на него.
«Я остановилась, теперь, накажи меня», — сказала она, облизывая губу.
Хмыкнул Амен, то ли от тоски, то ли от предвкушения.
Он навалился на неё всем телом, повалив на спину, они расположились на полу. Амен мягко поглаживал внутреннюю часть бедра девушки, плавно приближаясь к промежности, затем, надавив на неё, спровоцировал стон Эвы, она попыталась сжать ноги от удовольствия, но он не позволил. Властно прильнул к её губам, он вошёл в неё пальцами, исследуя.
«Горячая, влажная», — прошептал ей в губы Амен.
Двигаясь пальцами, сильно, уверенно, она стонала, жаждала ещё, пока высших пик удовольствия не настиг её, закатив глаза она почувствовала, как струйки жидкости её тела побежали по ногам, но, Амен поймал их языком, по следам дорожек, он вёл языком, а когда приблизился к промежности, Эва начала отталкивать его, хныкая.
«Перестань, остановись», — молила она.
Но он и не думал прекращать, он убрал её руки, а сам продолжал танцевать языком, исследуя внутри, смакуя.
Искры, восторг, довольный собой, почувствовал, как ноги девушки дрожали.
«Я только начал, Эвтида», — полушепотом он припал к её губам.
«Я хочу тебя, всего тебя», — шептала она, стимулируя.
Амену не нужно было повторять дважды, он приставил головку к лону, подразнивая, ввел начало, а затем забрал, снова.
«Ну же!» — стонала Эвтида.
«Умоляй меня», — с высокомерием в голосе произнес Амен.
«Я умоляю», — без доли стеснения сообщила Эва.
Резким толчком он вошел наполовину, девушка сжалась, ей нужно было привыкнуть. Амен замер.
«Расслабься», — повторил он ей на ухо три раза.
Почувствовав, что лоно наполняется влагой, он начал растягивать его, входя глубже, а затем возвращаясь, так по кругу, начал наращивать темп.
«Быстрее, быстрее», — желала его Эва.
Амен двигался быстро, грубо, вдавливая её в пол, Эвтиде нравилась такая жесткость. Амен тяжело дышал, остановился. Вышел из неё.
«Иди сюда», — скомандовал он.
Он бросил девушку на диван, поцеловал, а затем по-свойски повернул к себе спиной, заставив прогнуться в спине, затем плюнул на руку и вошёл в неё пальцами, давая привыкнуть снова, после резко вошёл полностью, ему нравилось ощущать себя внутри. Натягивая одной рукой волосы, второй сжимая ягодицу, он не останавливался. Её стоны придавали ему уверенности, возбуждали сильнее, и вот, пик момента: он выходит из неё, хватает за шею и, надавливая на нижнюю губу, заставляет открыть рот, она с удовольствием принимает его, обнимая головку губами, смотря ему в глаза. Сглатывает.
«Это было превосходно», — произносит Эва, засыпая у него на плече.
«Засыпай», — шепчет Амен ей в ухо.
Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!