Часть 1

      Сосуды похожи на ангелов которым предназначены. Не внешне. Глупо сравнивать по внешности многомерную волну и биологический объект. Внутренне.       Душа сосуда, копия ангела. Только без крыльев.       Чем больше Михаил наблюдал за Дином, тем больше убеждался в этом.       Маленький сопящий кулёк в кроватке. Ещё ничем не напоминающий Первого Архангела. Лишь душа. Чистая и светлая. Праведная. Как и у всех детей.       Сосредоточено цепляющийся за стулья и пытающийся шагать малыш. Новые краски дополняют юную душу. Упрямство и настойчивость разбавляют белоснежный свет прозрачными нитями зелёного.       Дитя растет. Невидимые нити привязанностей становятся все толще и заметнее. Безусловная любовь к родителям. Такая же, как у Михаила к ушедшему отцу. И тоненькая ниточка тянущаяся к Мэри.       К ее нерожденному второму ребенку. Его душу пока не разглядеть, ее затмевает мягкое сияние матери, но архангел уверен, что ребенок будет копией Люцифера. Сомневается лишь в одном. Будет ли душа напоминать свет Утренней Звезды или же мир посетит второй Дьявол?       А Дин обнимает живот матери и ниточка становится все крепче. Братская любовь окрашивает его сияние так же, как и сыновья.       Срок рождения подходит. Сосуд Люцифера пришел в мир. Но Михаил так и не находит в себе силы посмотреть на него. Ответить на вопрос. И Дина больше не навещает, зная, что тот сейчас проводит все время с братом. ***      Печати разрушены, клетка открыта. Люцифер на свободе.       Начавшийся Апокалипсис шагает по земле, собирая первые жертвы. Грядет последняя битва, а значит приходит время взять сосуд. Уговорить его дать согласие. Дин упрям, но и Михаил тоже. И оба они стремятся сохранить жизнь на этой планете.       Свой истинный сосуд он не видел два десятилетия. Неуклюжий ребенок превратился в матёрого воина.       Но когда ангелов интересовало внешнее? Куда важнее суть. Душа, что стала точной копией благодати Михаила.       Упорство, смелость, верность семье и заветам отца. Свирепость бойца и готовность на все ради поставленной цели.       Ад изменил Дина, не сломал, но закалил своим пламенем, как опытный кузнец закаляет клинок.       Воистину достойный сосуд.       Скрип двери отвлекает от разглядывания того, кто предназначен стать единым целым. Нити привязанности на душе Дина проявляются отчётливее. Сосуд Люцифера вернулся…       Михаил много раз пытался представить, каким тот родился. Но в том, что сейчас душа его черна, подстать Тьме, осквернившей, извратившей брата, был уверен.       До сего момента.       Душа человека была чиста. Чище праведника, что предназначен самому Михаилу.       Несущий свет. Так называли Люцифера. И сосуд был ему подстать. Сияющий и надломленный испытаниями.       Так может…       Михаил не может оторвать взгляд от предназначенного брату человека.       Если ему достался такой сосуд... Так может и для Люцифера не все потеряно?