Часть 1 - Так себе знакомство

– Хей!.. –

– Ты кто? –

–Послушай.. –

– Извини, я занят. –

– Ви..! – – ??... –

***

Тихие всхлипы доносились из комнаты Фоссилиан. В одной руке канцелярский нож, а другая рука сжата в крепкий кулак. Размах. Из руки хлынула алая жидкость. Больно, больно, больно... Она пожалеет? Нет. Вряд ли. Она все равно одна. С лица текут капли слез, под глазами уже давно образовались мешки от недосыпа. Еще порез. Уже не так больно, как было прежде. За ним последовал ещё. Такой же, как и предыдущий. И опять: раны заживут — на них появятся новые. Этому правилу Шелли следовала уже пару лет, никто даже не заподозрит. Никто не узнает. Никому нет до неё дела. Руки тряслись, канцелярский острый предмет у горла... Размах. Ничего. Она живая, но почему? Ведь сейчас она должна была истекать кровью, задыхаясь. Как видно, аммониту не хватило решимости на такой рискованный, как она считает, поступок. Шелли откинула острый предмет в сторону, куда-то на пол. Еле встав с постели, та схватила аптечку первой помощи при ранениях, которую она покупала в магазинчике Денди. Тот, конечно, спрашивал, для чего она ей, но она не ответила, лишь молча забрала и убежала. Достав перекись водорода, та начала дезинфицировать свою руку. Скорчив рожу от колючей боли, мейн-тун вновь отвела взгляд в сторону медика. Теперь ей в помощь пришли бинты. Схватив бандаж, та начала обвязывать им свое запястье. Прекратив обработку, Фоссилиан напялила перчатки цвета шоколада. Тихо вздохнув, на лицо села длинная улыбка. Опять! Опять эта лыба. Такая же, как и вчера. Девушка врёт сама себе. Привкус лжи уже отпечатался в её устах. Уже никто не узнает, врёт она им или нет. – Оо... оохх... Прости меня, Тиша. Я не сдержала свое обещание, – промолвила себе под нос ракушка, нервно вздыхая. Привстав с постели, она огляделась. Там динозавр, вон там тоже, а также вон там! Как же еще? Все-таки Шелли ярый фанатик археологии. Взгляд упал на ванную комнату, чей вход находился в уголке комнаты. Лениво направляясь в сторону уборной, та всё-таки дошла до неё. Подходя ближе к зеркалу, ракушке становилось все хуже и хуже. От собственного вида ей становилось тошно. Бледная кожа, сальные волосы, обезвоженное лицо, худощавая девушка с мешками под глазами. Включив кран, мейн набрала в руки воду, опрыскивая свое лицо. Водой запрокинув волосы назад, с лица подальше, она прекратила. Выходя из царства бактерий, она направилась в сторону двери. Двери к выходу из ее «Царства». Мультяшка отворила скрипучую дверь, а далее, прикрыв ее, направилась блуждать по бесконечным коридорам. Может, многие зададутся вопросом: «А куда же, всё-таки, аммонит направится?» — никто не знает. Девушка попала на кухню. Взглядов на нее не обратили, что уже было обычным делом. Выходить из комнаты не хочется, но умирать от голода — тоже. Она подходит к стойке, где стоял ее, наверное, единственный друг. Хотя, возможно, он тоже время от времени ее забывает. Шелли попросила принять заказ. Сначала ее не услышали, ей пришлось простоять так минут пять, но затем к ней подошел перевозбуждённый напарник её «приятеля». Космо Броун.  – Ох... Хе-е-е-е-й! Привет... – сначала мальчишка замолчал, но потом продолжил: – Ш... Шелли! Ты как? Чего желаешь? Меню сегодня восхитительно, как и всегда, конечно же, – промолвил Космо, тихо захихикав. – Ммм... Можно... Хмм... Кружку воды и... Куриный суп на вон тот стол, – сказала аммонит, показывая пальцем на самый дальний стол. – О, да, конечно! Скоро все будет готово, окей? Ты просто подожди. – Рулетик улыбался невинной улыбкой, поправляя бант на своём розовом фартуке. – Да, конечно... Я буду ждать. – Фоссилиан помахала кудряшке, а затем направилась в сторону своего столика, что одиноко пустовал. Шелли прилегла на него, сделав из своих запястий что-то в виде подушки. Прикусив нижнюю губу от боли, аммонит надулась на саму себя. Как можно быть такой ужасной? Глупой, невинной, безрассудной. Тем, кто не держит свои обещания. Почему Тиши сейчас нет рядом? Она так нужна ей. Звуки в ушах гудели, шум становился всё громче и громче, таким, что аж барабанные перепонки готовы были взорваться. Руки онемели, двигать пальцами кисти было почти невозможно. Разум плыл, Шелли не осознавала даже, где сейчас она находится. Ракушке плохо: возможно, сильный стресс, а может, и депрессия. Сама того не осознавая, ракушка начала тихо хныкать себе в руки. Капельки слез катились на стол, стекая с лица. Ей обидно, но она никого не винит. Всё-таки это не их вина, что они ее не замечают. Это её судьба. Никто не выбирал для неё такой путь. Ракушка уже не осознавала, где находится, даже не посмотрела в сторону пищи, которую ей подали давным-давно. Рулетик спрашивал, что произошло, но та лишь что-то промямлила, и тот ушел. Вдруг что-то коснулось ее плеча, заставляя аммонита вздрогнуть. Чуть приподняв голову, ракушка повернулась в сторону объекта ее пробуждения и замерла. Лицо сериала «Dandy's World». Лицо компании, простыми словами — сама знаменитость. Аммонит слегка удивилась, но Денди лишь кидал на нее взволнованные взгляды, протягивая стакан воды. Посмотрев сначала на Денди, а затем на стакан, мейн с какой-то ноткой осторожности приняла его. – В... Вот! Выпей, а то сама не своя... – промолвил садовник, все еще держа забытого мейна за плечи. Ему была небезразлична Шелли: всё-таки она его подруга. – О... о-ох... Денди... Почему?.. Почему... Почему они меня не замечают?.. Почему я вообще нахожусь в этом здании, даже не имея здесь друзей... – Дама начала рыдать, тихо, но безостановочно. Садовник сначала удивился, но затем прижал девушку к себе. Дендикус положил свою руку ей на голову и, пока та хныкала ему в рубашку, начал поглаживать ту по её кудряшками. Плакала она словно маленький ребёнок, который потерял свою игрушку. Всхлипы уменьшились, а затем и вовсе пропали. Сначала мультяшка занервничал, но затем взглянул на Фоссилиан. Та крепко спала, прижавшись лицом к его груди. Денди невольно вздохнул, слегка улыбаясь. Возможно, она, наконец-таки, заснула, впервые за столь долгий промежуток времени. Слегка откинув голову Шелли, Денцифер положил ее голову к себе на колени. Сейчас она спит — это и к лучшему. Сердце забилось, но не в очень-то и нужный момент. Это, наверное, самый худший момент, где Дендикус покраснел, после бесчисленного количества пролитых слез собеседницы. Умиротворенная тишина воцарилась в помещении, пока цветник прокручивал свои пальцы в волосах аммонита. Денди бы и сам не отказался поспать, но кто будет защищать такое невинное создание? Ему не хотелось оставлять ее одну-одинёшеньку: слишком уж тот любил помогать своим товарищам. Каждый, даже Ви и Спраут, были его самыми лучшими друзьями! Он низачто не найдет друзей лучше их.

***

Так и просидел беловолосый часа полтора, не больше, а потом Шелли очнулась. Уже глубокий вечер, работы уйма, а садовник сидит с мейном. Деван его, конечно, не прибьет, но точно отругает! Протерев глазные яблоки, Фоссилиан встала. Она что-то пробормотала себе под нос, но Денди ее не понял, а затем вцепилась в объятия. Алая краска красовалась на лице парня, пока та крепко обнимала его, обхватив руками шею. – Денди, прости, пожалуйста, – извинилась ракушка, протирая свои глаза. – Ты не виновата Шелли, можешь не беспокоиться! – промолвил садовник, тихо вздыхая. Может, у них что-то получится? Летальный тун уже давно засматривался на аммонита, но ему вечно было страшно подходить первым. Вдруг его бы отшили. Вдруг Шелли не ответит взаимностью? Так что... Парниша, для начала, желает сближения между этими двумя. Возможно, это получится, хотя это лишь догадки. Вдруг Шелли вздрогнула, ей резко стало плохо, а затем, быстро попрощавшись, аммонит побежала в сторону уборной. Рвотные массы выходили из нее. Обычно это бывает оставшаяся еда, но.. Шелли, вроде как, не кушала сегодня. Пот тёк, пока её выворачивало изнутри. Слезы текли по лицу, выпуская последнюю соль. Встав на коленях возле унитаза, аммонит вышла из кабинки, ополаскивая свой рот, а также протирая его снаружи.