ГЛАВА 4

***

Казалось бы, куда уж дальше? Но Финн умудрился отдалиться от неё ещё сильнее. В постель он ложился только когда думал, что Кларк уже уснула. Он подолгу сидел в уборной с телефоном в руках. Не отвечал на "доброе утро". Даже перестал есть приготовленную Кларк еду. Её муж словно вёл против неё какую-то одному ему понятную войну. Когда Кларк, в очередной раз не выдержав стресса, попыталась включить его компьютер, тот тоже оказался запаролен. Она будто жила с чужим человеком. Кларк даже поймала себя на мысли, что общаться с вспыхивающей, как спичка, и язвительной Лексой, проще, чем с её собственным мужом. Единственное, что пока ещё не бросил Финн из своих супружеских обязанностей, — это секс. Кларк терпела, пока Финн молча переворачивал её на живот и брал, тяжело дыша ей в спину. Она пробовала стонать, но тогда муж прижимал свою ладонь к её затылку и вжимал лицом в подушку. После каждой близости Кларк ощущала себя униженной и обплёванной. Она чувствовала, что он снова ей изменяет. Её всегда поражала эта мужская особенность: не любить того, с кем живёшь, изменять ему, но до последнего клясться, что это не так и не признаваться, пока не поймают "за делом". Неизвестность пугала, но правда пугала её ещё сильнее. Кларк хотела верить, что ей кажется. Что их с мужем отношения просто переживают тяжёлый период. Долгий, долгий тяжёлый период. Но с каждым днём вера в это таяла на глазах. Кларк плохо ела, мало спала и много плакала. Чтобы не видеть равнодушное лицо мужа по утрам, она стала уезжать на работу ещё раньше, чем обычно. Приходила в офис до прихода Лексы и рыдала в уединении. Да, теперь Кларк поняла, почему Алексис так разозлилась, что ей сюда ещё кого-то подсунули. В этой каморке было так одиноко, хорошо и спокойно, как больше нигде не было.

***

В конце ноября Кларк, привычно, пришла на работу раньше всех. Сердце всё ещё болезненно сжималось от утренней ссоры с мужем. Он проснулся таким счастливым и бодрым, что ей стало тошно. Ходил по квартире, насвистывая, надушился одеколоном. Даже чмокнул хмурую жену в лоб, обуваясь. — Почему ты так рано? — не выдержала Кларк. Она пыталась произнести это так, чтобы звучало без обвинения, но видимо не вышло. — Большой проект на работе, ясно? — тут же огрызнулся Финн, закатывая глаза. У него было такое презрительное лицо, когда он сказал это "ясно", что на глаза Кларк тут же навернулись слёзы. — Куда ты на самом деле идёшь? Красивые черты Финна исказило раздражение. — Ты больная, что ли? Куда я иду в четверг утром? Давай-ка вместе подумаем над этой сложной задачей! У Кларк дрожали губы, когда она произнесла: — Не ври мне. Скажи правду. Ты снова начал? Муж замер. Взглянул на неё таким искренним взглядом, что Кларк на секунду увидела своего прежнего, любимого Финна и усомнилась в своём рассудке. Как он может ей изменять после десяти лет вместе? Но следом Финн зло усмехнулся, цокнул языком и пробормотал: — Ты и правда сумасшедшая. И ушёл, громко хлопнув дверью, оставив Кларк стоять в прихожей. Она вспоминала этот разговор во всех деталях: интонация, фразы, жесты, взгляд. Пыталась отыскать хотя бы намёк на прежнюю любовь, но не могла. Осознав это, она потеряла осторожность и горько заплакала, сидя в каморке. Горячие слёзы крупными каплями падали на стол, оставляя на нём круглые мокрые следы. — Кларк? — неуверенный женский голос заставил её вздрогнуть и испуганно поднять взгляд. Лекса с виноватым выражением лица стояла в дверях. Голова обмотана тёплым шарфом, на плечах коричневого пальто ещё не растаяли снежинки, щёки румяные от мороза и ветра. Вот чёрт. Из-за своей невнимательности она поставила Лексу в неловкое положение. Теперь, даже если ей на самом деле плевать, она будет выглядеть стервой, если не спросит, что случилось, и не проявит сочувствия. Помня их разговор в её первый рабочий день, Кларк быстро вытерла слёзы и чересчур бодро и звонко произнесла: — Ох, Лекса, доброе утро! Ничего такого, живот сильно болит. До слёз прямо, ха-ха-ха. Закончив фразу, Кларк захотела хлопнуть себя ладонью по лбу. Настолько это было фальшиво. Алексис поджала губы, нахмурившись. Аккуратно сняла пальто, кинула его на спинку стула, размотала шарф и повесила сверху. Медленно прошла к своему месту и села в кресло. — Кларк... — осторожно начала она, подбирая слова. — То, что я тогда сказала... — Лекса запнулась. Её взгляд блуждал по сложенным на столе рукам. — О том, что ненавижу пустой трёп с незнакомцами. Я грубо выразилась. Если тебе грустно и плохо, если хочется, чтобы тебя хотя бы выслушали, я готова. Насчёт дельного совета — это вряд ли. Я не то что бы сама знаю, что делаю со своей жизнью. Но выслушать смогу, — она неуверенно улыбнулась, подняв взгляд, и сказала: — К тому же, мы вроде бы уже не чужие друг другу?.. Лекса вдруг смутилась и слишком поспешно добавила: — Я имею в виду, мы неплохо сработались. Как команда. Её смущение и это странное уточнение Кларк решила проигнорировать. Слишком приятное тепло разлилось в душе из-за слов, по сути, незнакомой женщины. Они всего лишь коллеги. Но Лекса за последние месяцы сказала и сделала ей больше хорошего, чем родной муж. Тот, кому она клялась в вечной любви и верности. Похоже, что из них двоих только она отнеслась к этой клятве серьёзно. — Ничего такого со мной не случилось, — сказала Кларк и прикусила язык. Ну почему она просто не могла нормально выразить словами свои чувства? Мозг подсказал ответ: если она расскажет про странное поведение Финна, а Лекса, как слушательница со стороны, подтвердит, что это неадекватно, и он, скорее всего, ей изменяет, то иллюзия, созданная самоубеждением, разрушится окончательно. Кларк охватила паника. Лекса, как будто прочитав её противоречивые мысли, не позволила отступить: — Что-то не похоже. Кларк тяжёло выдохнула, провела ладонью по голове, взъерошив волосы, и решилась: — Мой муж... — Как зовут? — Финн... — быстро ответила Кларк, сбившись с мысли из-за резкого вопроса Лексы. — Давно вы вместе? — вкрадчиво спросила Алексис, сложив руки на груди и мягко рассматривая растерянную девушку. — Десять лет, — свой тихий голос Кларк и сама едва расслышала. — Ого. Вау, — Лекса выглядела искренне удивлённой. Должно быть, пыталась посчитать, сколько Кларк лет. Или просто ожидала услышать цифру поменьше. Кларк тоже поразилась, произнеся это вслух. Десять лет вместе — а она не может с ним спокойно поговорить и обсудить свои чувства. Фантастика какая-то. Это её вина, что не может? Тем временем Лекса продолжила: — Это долгий срок, Кларк. Кларк улыбнулась фразе, которая прозвучала, как будто это тюремный срок, который она отбывала. — Это так. Мы познакомились в старшей школе, когда нам было по шестнадцать, потом поступили в один университет. И всё как-то... закрутилось. Я и сама не заметила. Отвечая на бесхитростные, уточняющие вопросы коллеги, Кларк упустила момент, когда расслабилась. Говорить стало легче, а слёзы уже не обжигали глаза. Таков был план Лексы? — Что у вас случилось? — наконец, спросила она. Кларк поразила мягкость её голоса в этот момент. Лекса внушала уверенность, ей хотелось доверять. — Пару лет назад он изменил мне с одной девушкой. Я случайно узнала, — пробормотала она, щёки заалели от стыда. Кларк почувствовала злость на своё тело. Почему изменил ей муж, а стыд чувствует она? — И ты простила его, — это был не вопрос, Лекса констатировала очевидный факт. — И я простила его, — тяжело вздохнула Кларк и следом выпалила, словно пытаясь оправдаться: — Он умолял меня. Говорил, что не может без меня жить. Плакал. "Это произошло всего раз, родная". "Я никогда в жизни больше так не оступлюсь", — передразнила она мужа, почувствовав отвращение. — А сейчас?.. — осторожно, боясь задеть, задала вопрос Лекса. — Я убеждала себя, что он изменился. Что, оступившись, он понял, какую боль причинил мне. Первое время всё было чудесно: подарки, сюрпризы, свидания. Мы словно снова были влюблёнными подростками. Но вскоре снова... Финн замкнулся... Он стал холоден. Огрызается, злится. Прячет телефон. У него везде пароли, — Кларк обвела потолок каморки грустным взглядом. — Сегодня утром он проснулся раньше обычного, ходил и светился от счастья, надушился своим любимым одеколоном... — Кларк в отчаянии взмахнула руками и громче, чем планировала, выпалила: — Лекса, ну скажи, неужели я сошла с ума? Это не подозрительно? Я прямо спросила его, изменяет ли он, но он не ответил! Лекса барабанила пальцами по столу, задумавшись. Потом тихо сказала: — Они никогда не признаются, Кларк. Ты из-за этого так рано приходила? — Что? — Ну... — смутилась она. — Из-за Финна сбегала из дома на работу? — Ага. Не хотелось в напряжении проводить утро. Между ними возникла тишина. Не такая, как в начале. Комфортная тишина. Обе думали о своём, изредка пересекаясь задумчивыми взглядами. Тишину нарушила вдруг воодушевившаяся Лекса. В её зелёных глазах горел возбуждённый озорной огонёк. — Мы узнаем всю правду о Финне, Кларк, — с важным видом заверила она её. — Открываем Детективное Агентство! — Детективное Агенство? — слабо улыбнулась Кларк. — Детективное Агентство: расследование и поиск информации о неверных мужьях. Ну же, Кларк, давай: Детективное Агенство! — Лекса взмахнула рукой, сжатой в кулак, вверх. Кларк, сдерживаясь, чтобы не разулыбаться во весь рот, заражённая энтузиазмом, подняла кулак и громко воскликнула: — Детективное Агентство! В каморке резко распахнулась дверь. Кларк и Лекса, застигнутые врасплох, одновременно подпрыгнули на своих креслах. — Извините, что прерываю ваше веселье, — сухо произнесла Эбигейл, стоя на пороге. — В общем зале совещание. Всем быть, — сказав это, она захлопнула дверь. Кларк посмотрела на Лексу, а та — на Кларк. Они, не удержавшись, прыснули.