Вернутся к фанфику

18. Вампирский генетический симбиоз

24 марта 2024, 18:32
@gingerooov То, что ребёнок-вампир съест человека изнутри — бред! @boooo В теории он может. Просто подумайте, что будет, если беременная от вампира женщина не начнёт вовремя подкармливать ребёнка кровью? Он обязан высосать её всю из организма матери. @biteme ХАХАХАХАХАХАХА, как он может высосать её кровь? У него даже клыков ещё нет! @vampiire5732 @biteme, кажется, кто-то прогуливал уроки анатомии… Плоду не нужно иметь клыки, чтобы высасывать из матери, в которой он живёт и растёт, все силы (и кровь в том числе). Даже если речь об оборотне, ведьме, простом человеке или ещё ком-то. Беременность разных существ имеет один и тот же принцип: ребёнок зависим от тела, в котором развивается. И если это ребёнок-вампир в человеческом теле, ему нужна кровь, чтобы выжить и не причинить вреда матери. @ghostofyou Ещё по этой теме нашла: «В рамках научных исследований, проводимых в Этерийском университете, обнаружены интересные аспекты взаимодействия магии и генетики, касающиеся уникального явления, получившего наименование вампирский генетический симбиоз. Этот феномен отражает влияние вампирской магии на процессы беременности человеческой матери и воздействие на развивающийся организм плода-вампира. В результате взаимодействия вампирских генов и человеческой ДНК выявлено, что плод-вампир приобретает не только характерные черты вампирского вида, такие как способности к гипнозу, улучшенный слух, жажду, но и уникальные адаптации, обеспечивающие его жизнеспособность в человеческом мире. Отмечено, что благодаря этому симбиотическому воздействию, плод-вампир сохраняет возможность нормального роста и старения, схожие с человеческими характеристиками. Также установлено, что он обладает устойчивостью к некоторым вредным воздействиям, связанным с вампирской природой, такими как возгорание на солнечном свете и воздействие умертвляющего зелья на солнечной росе. Эти результаты не только расширяют наши знания о вампирской анатомии, но и предоставляют базу для дальнейших исследований в области генетических адаптаций и их потенциального влияния на развитие вампирских и человеческих качеств в гибридных организмах». — Прекращай читать и трястись, — Тэхён осторожно забрал телефон из руки Михо и взамен вложил в её ладонь пакетик с яблочно-грушевым пюре. Пока она откручивала крышечку, он шепнул так, чтобы Бомгю, сидящий между ними в рюкзаке, не расслышал: — Вторая отрицательная. Михо могла бы и сама догадаться. Уже третий день небольшая порция крови дополняла её ужин, над которым хлопотал Тэхён перед репетициями. Он искал для неё новые рецепты и стабильно около пяти вечера скидывал сообщением перечень продуктов из её холодильника и возможные блюда, из которых ей следовало выбрать. А она в ответ кидала ему какой-нибудь сомнительный рецепт из колдунета, который не внушал доверия, но казался Михо очень вкусным. Глупо было отрицать, что её вкусы поменялись и продолжали меняться, потому что еда, которая прежде манила её, теперь казалась крайне непривлекательной, но взамен она заинтересовалась тем, чего никогда не пробовала. В перерывах между работой, когда нечем было заняться, она собирала корзину в онлайн-магазине «Лавка тётушки ведьмы и дядюшки вампира», добавляя туда солёные глазки лунного тунца («Магия в каждом взгляде!»), кровавый мармелад (вампирам ведь тоже хочется сладкого), гоблинские грибочки (они выращены под землёй, в гоблинских пещерах, и имеют очень насыщенный грибной вкус), сушеные водоросли от болотницы (бабушка Михо сама часто их покупала) и кровавые пастилки (богатые витаминами D и B12). А ещё сидела в MageMingle, читая всякие страшилки о вампирской беременности. — Я не трясусь, — ответила она, потягивая кровь из пакетика. Тэхён дотянулся до её левой ноги, накрывая её колено и легонько надавливая. После этого тихий фоновой звук вечного постукивания каблука по плитке прекратился. — Прости, — Михо облизала губы. — Мы уже больше часа тут сидим. Я не знаю, чем себя занять. Я хочу спать. Я хочу кушать. Я нервничаю. День был насыщенным, поэтому она устала, и чтобы сдать кровь натощак, ей пришлось пропустить обед, а печенье, сок и вторая отрицательная не могли справиться с голодом. — На анализы нужно время, — Тэхён отвечал ей этим спокойным, ласковым голосом, намекающим, что он ничуть не взволнован и анализ крови — не более чем формальность для и так очевидной беременности. Не потому ли он был так счастлив в последние дни? Когда бы Михо на него ни смотрела, он улыбался. И это был тот тип улыбки, которую не получалось сдержать, сколько бы он ни пытался, а не напускная радость, чтобы её утешить. Тэхён вообще не понимал, почему её или Бомгю нужно утешать — это ведь такое чудо! Он не мог влюбиться снова, но сделал это; не мог иметь детей, но всё указывало на то, что у них с Михо будет ребёнок. А вдруг даже не один? Вдруг будет двойня? Или близнецы. Такие миленькие, маленькие, с пухлыми щёчками Михо и её чарующими карими глазами… — Хватит так раздражающе лыбиться, — Бомгю повалил рюкзак на скамью, стараясь из него выбраться. — А то лицо треснет. — Не треснет, — ответил Тэхён, начиная поглаживать колено Михо, потому что она снова уходила в себя и свои мысли. — Хочешь, схожу и спрошу, сколько ещё до результатов? Она закивала, глядя на него с искренней благодарностью. После напряжённой работы с другой беременной женщиной и её вечно меняющимися запросами у Михо силы находились только на ненужное волнение, и даже заставить себя встать и пройтись немного по коридору пустой клиники у неё не получалось. Просто хотелось поскорее узнать результаты анализов, пройти осмотр и поехать домой. — Тебя не бесит, что он так радуется, пока ты себя плохо чувствуешь? — Бомгю буквально просочился через небольшое отверстие в рюкзаке, подбираясь к коленям Михо и укладывая на них свою морду. — Давай наколдуем ему кислую мину, а? Бомгю вряд ли задавался целью насмешить Михо, но из-за его предложения её губы сами по себе растянулись в улыбке. — Мы не будем колдовать на Тэхёне. — Почему нет? Он выглядит таким глупым сейчас, наверняка и не заметил бы, как превратился бы в таракана или съел целую миску чеснока… Тебя не злит, что он носится с тобой, как с маленькой? Готовит завтраки и ужины, делится этой мерзкой кровью, лезет к твоему лбу своими губами, вечно забывая о разнице температур, с репетиций таскает какую-то гадость… — Это кровавые леденцы с вишней, а не гадость. — Гадость, — настоял на своём Бомгю. — Мы даже пока не уверены, что всё так, как… вы думаете. Но он продолжает пичкать тебя кровью. Вдруг у тебя из-за этого будут проблемы? Михо скомкала пакетик с остатками крови, стараясь незаметно спрятать его в карман джинсов. — Я чувствую себя лучше, благодаря тому, что Тэхён пичкает меня этим, — сказала она. — И мне нравится, что он готовит для меня, целует меня в лоб и подкладывает на мою прикроватную тумбочку конфеты. Мило, как по мне… Бомгю так скривился, что у него на носу морщинки появились. Он был счастлив думать, что после Домёна Михо останется холостячкой ещё на чуть-чуть, и прошляпил момент, когда её дружелюбие по отношению к Тэхёну переросло в нечто большее. Теперь он только и делал, что жалел о своей слепоте. Печально, что он не догадался раньше и не остановил их вовремя. Да и, раз уж на то пошло, чёрт с ними с отношениями, но ребёнок от вампира? Смахивает на точку невозврата и на очередной повод поплакаться из-за того, что зелья для возвращения во времени так никто и не изобрёл до сих пор! Ох, если бы это зелье существовало, Бомгю и собственные ошибки мог бы исправить… — Михо, — Тэхён выглянул из кабинета, в который только вошёл, — Михо, результаты уже есть. Судя по тому, как светился вампир, на опровержение можно было не надеяться. — Бомгю, ты идёшь? — спросила Михо. Ей хотелось бы, что он был рядом в такой момент. Присутствие одного Тэхёна заставляло её меньше нервничать, но с фамильяром рядом она чувствовала себя как-то увереннее. — Нет, — буркнул он. — Я уже и так знаю, что мы обречены. Его излишняя драматичность по этому поводу расстраивала Михо. Она понимала, что обманула его, понимала, что он расстроен, но не мог ли и он проявить чуточку понимания и поддержать её? Михо проходила через что-то новое и неизведанное, и была в растрёпанных чувствах, а поведение Бомгю заставляло её думать, что противостояния миру не избежать, и что принимать в этом участие придётся только ей и Тэхёну. — Я распечатаю для вас результаты, — сообщила девушка, едва ли старше Михо. Она была единственной женщиной-гинекологом в вампирской клинике, а Тэхён как-то сразу решил, что им нужна именно женщина, и записался к ней. — Садись, — он пододвинул для Михо стул, сам становясь позади и легонько сжимая её плечи. Прежде он особо не задумывался над подобными моментами, не представлял себе их и даже не надеялся на такое, но теперь, когда это происходило, испытывал предвкушение. — Так что? — спросила Михо, в нерешительности запрокидывая голову, чтобы убедиться, что Тэхён всё ещё безумно счастлив. — Поздравляю, — огласила девушка с добродушной улыбкой, — уровень ХГЧ повышен, и в крови выявлено наличие вампирских антител. — Мы беременны, — расшифровал для Михо Тэхён. Она перевела взгляд на врача, читая на бейджике «доктор Юн» и спрашивая едва ли не жалостливо: — Точно? — Точно, — в подтверждение ей достался листок с результатами, где был записан её показатель и таблица с нормами. — Приблизительно третья неделя. Проводить осмотр пока рано, поэтому я запишу вас на ещё один анализ и встречу со мной приблизительно на десятую неделю, хорошо? Это не было для Михо неожиданностью, но она всё равно испытывала волнение. Сильное. До лёгкой тошноты. — Это будет в декабре или уже в январе? — спросил Тэхён, массируя девичьи плечи и всячески стараясь вывести её из оцепенения. Должна ли она была рассказать родителям прямо сейчас или подождать до первого осмотра? Не сдаст ли их Бомгю раньше времени со злости или из вредности? Обрадуются ли родные Тэхёна так же, как обрадовался он? А что со свадьбой? Нужна ли им свадьба? А хотя бы статус полноценных отношений? Они никогда этого не обсуждали… — Михо, спасибо-спасибо-спасибо, — Тэхён чмокнул её в макушку, заливисто смеясь. Он заглянул в анализ, а потом и в глаза ведьме, смеясь ещё сильнее из-за смятения в её взгляде. — За что ты меня благодаришь? — спросила она полушёпотом, всё силясь встать со стула, пока принтер выплёвывал приглашение на конец декабря. — За то, что ты появилась в моей жизни. — Но это ведь ты разместил объявление в сети… Она была смешной и снова витала где-то, но Тэхён мог понять. С ним это всё тоже было впервые. Даже эти неудержимые чувства. Ему казалось, что ради Михо и ребёнка он может сделать всё, что угодно. Действительно, что угодно. И от этого страх, что она до конца не осознаёт всю силу его любви и может её не принимать на самом деле, съедал Тэхёна изнутри. — А ты на него откликнулась, — ответил он, забирая и анализ, и приглашение, и рекомендации по поводу крови в рационе. — Ну разве это не судьба? Михо отказывалась верить в такое, но где-то на подсознательном уровне думала о предсказании Алой Зельды о том, что ей суждено выйти замуж в начале високосного года Дракона и прожить долгую и счастливую жизнь с тем самым мужчиной. А поскольку бабушкина подруга не упоминала, будет он колдуном, вампиром или кем-то другим, было глупо считать, будто её настоящей судьбой был именно Ли Домён, когда ею мог оказаться и Ким Тэхён. — До нашей следующей встречи употребляйте минимум полстакана крови в день, а на более позднем сроке мы поднимем дозу. В первом триместре вероятен токсикоз, поэтому, если он вдруг станет невыносимым и будет мешать работать и жить, загляните ко мне раньше, я пропишу таблетки. О, и пожалуйста, — до того, как они успели выйти, заговорила врач, — никакого чеснока, ладно? — Я прослежу за этим, — пообещал Тэхён. Михо ожидала, что правил будет гораздо больше, но с кровью и отсутствием в еде чеснока она запросто могла справиться. — А на солнце мне можно находиться? — на всякий случай спросила она, потому что наткнулась на дискуссию об этом в MageMingle, и так и не поняла, полезны ей и плоду солнечные лучи или могут навредить. Даже если в будущем ребёнок не будет уязвим на солнце, кто знает, как оно может воздействовать на него через Михо сейчас. — Можно. И при лунном свете тоже. Прогулки на свежем воздухе в любое время суток будут полезны. — Хорошо, спасибо, — произнёс Тэхён. — До скорой встречи. В коридоре по-прежнему было тихо и пусто, и только Бомгю сидел на краю белой скамьи, виляя хвостом и поглядывая на бумажки в руках Тэхёна. — Какой срок? — первым делом спросил он. — Третья неделя, — ответила Михо. — Скоро месяц? — изумился Бомгю, после почти что злорадно посмеиваясь: — Вы обманывали меня, а этот чертёныш обманывал вас… — Сам ты чертёныш, — сказал Тэхён, — а это, — он подступил ближе к Михо, ненавязчиво проводя ладонью по её животу, — наш ребёнок. Он хотел, чтобы любые его прикосновения отвлекали Михо от дурных мыслей, но именно это и правда отвлекло, и она опустила голову, поглядывая на его руку, устроившуюся чуть выше пояса джинсов. Она отлично смотрелась в этом месте, и ощущалась очень правильно, несмотря на холод, что просачивался через свитер. — Ваш ребёнок, — перекривлял его Бомгю, дуясь и не скрывая своего недовольства, но уже через пару мгновений беря себя в руки и интересуясь вполне серьёзно: — Он здоров? Всё в порядке? — Пока что слишком рано для осмотра и прочего, — сказала Михо, — поэтому нас записали на декабрь. — А ты как? Что с тошнотой? А с кровью? Её обязательно пить? Как долго? Михо неуверенно взглянула на Тэхёна, как будто он один находился в том кабинете и лучшее неё был осведомлён о её самочувствии. — Скорее всего, всю беременность, — слегка ёжась от чувства вины, сказал он. — Но время быстро пролетит. Обещаю. — Время уже летит, — напомнил Бомгю. — Так когда вы расскажете всем? Глаза Михо слегка расширились от ужаса, и глаза Тэхёна тоже. Они обменялись быстрыми взглядами, ещё более взволнованными, чем прежде. — Н-ну, — начал Тэхён, — я думаю, сначала нам стоит рассказать родителям Михо. В частности, госпоже Чхве. Она ведь хотела жениха? — Нет-нет, — замотала головой Михо, — ты говорил, что твоих родителей мы можем просто поставить перед фактом, а это проще, чем объяснять моим, как так произошло, что я только рассталась с Домёном, а уже беременна… — Но ты с Домёном хотя бы рассталась, а я с Йерим фактически нет, потому что, ну, знаешь, она должна была быть единственной любовью на всю жизнь, а также причиной моего вечного траура, — парировал Тэхён. Михо насупилась, глядя на вампира в упор. В последний раз из-за него на неё гнев накатывал только когда они спорили из-за чёрных штор. — Что такого в том, чтобы объяснить своей вампирской семье, что она не была единственной? Разве ты не говорил, что твоё сердце бьётся чаще из-за меня? — Михо убрала его руку со своего живота и подбоченилась. — Да, бьётся, — Тэхён быстро закивал, не в состоянии игнорировать смену её настроения, и очень переживая, что это выльется не просто в короткий спор, а в настоящую ссору. — Но это сложно донести до тех, кто влюблялся только один раз… — Вряд ли сложнее, чем объяснить моей семье и всем тем ведьмам и колдунам на шабаше, что с Домёном мы расстались из-за его измены, а не из-за моей. И всего месяц назад, а не год или полтора. — Но нам ведь всё равно придётся объяснить, — играя желваками, сказал Тэхён. — Конечно, — фыркнула Михо, чувствуя, как её бросает в жар, — но мне было бы легче столкнуться с осуждением после того, как… — Как я первым столкнулся бы с осуждением, я понял. Если судить по его тону, то ничего он не понял. Как и по тому, что он так и не уступил ей. — Ух-х, — Бомгю потоптался по краю скамьи, чувствуя себя некомфортно вне зависимости от того, стоял он или сидел. — Хотите, чтобы я за вас решил, чьим родителям рассказать в первую очередь? Михо была уверена, что он настоит на том, чтобы Ку и Чхве узнали всё первыми, ведь он уже долгое время считал их своей семьёй, а себя шпионом, обязанным отчитываться за всё, что происходило в самостоятельной взрослой жизни его ведьмы. А Тэхён был уверен, что Бомгю из вредности выберет его отца и деда, потому что он наверняка насладился бы семейным скандалом вампиров. — Нет! — выпалила Михо, сильнее хмуря брови. — Мы сами, — сказал Тэхён, складывая анализы и прочие бумажки в несколько раз, чтобы они уместились в задний карман его джинсов. — Уверены? Всегда можно рассказать им в одно время… — Оставь свои советы при себе, — требовательно сказала Михо, немного выдыхая при новых переглядываниях с Тэхёном. Было как-то неловко, что они ссорились из-за такой ерунды, но в данный момент этот пунктик про семьи был слишком важен для них двоих, и они оба не хотели доводить это до абсурда. — Тебе не пора не репетицию? — с намёком спросила Михо. Тэхёну нужно было в театр через несколько часов из-за первых выступлений, но он положительно кивнул, не думая, что обида друг на друга — хороший способ отвлечься от новостей о беременности, которые Михо всё ещё переваривала. Как и его навязчивое присутствие, когда ей, наверное, хотелось побыть наедине со всем этим. — Да, я пойду, — Тэхён подал ей её пальто и застегнул пустой рюкзак. — Бомгю, ты ведь сможешь пройтись пешком, чтобы Михо не тащила тебя на себе? — Без проблем. — Еда на плите. Часам к девяти вечера должна быть доставка крови. Я освобожусь поздно. Точнее рано — утром. Михо это полностью устраивало. Не устраивало только то, как Тэхён сомневался перед уходом, решая, целовать её в губы или нет, а в итоге просто махая рукой на прощание и прося написать ему смс, как доберётся до дома. Она привыкла к тому, что он целовал не задумываясь. Особенно на этой неделе. — Уверена, что уже готова к этому? — когда Тэхён исчез за одним из поворотов, спросил Бомгю. — Снова ты начинаешь?.. — Снова. Но в этот раз я про ссоры и серьёзные отношения. Вы с Тэхёном знакомы всего ничего, ты его толком не знаешь, как и он тебя, и эта размолвка на ровном месте лишь подтверждает это… Не верилось, что он всё ещё пытался переубедить Михо. Ради неё? Ради Тэхёна? Или, может, ради самого себя? Потому что это он был не готов ни к чему из того, что происходило? — Я знакома с Домёном больше двадцати лет, и в итоге всё равно не смогла его узнать, и с тобой знакома с самого рождения, а всё ещё многого не знаю о тебе и не понимаю, — сказала Михо. — Но Тэхёна я знаю достаточно хорошо для того, чтобы не сомневаться в том, что мы найдём компромисс. Как это было со шторами. Наверное.

☽ ⚝ ☾

Развалившись на стуле в кухне, Бомгю с искренним удивлением наблюдал за тем, как Михо старательно нарезала почищенный Тэхёном батат крупным кубиком, а затем сама вкидывала его в кастрюльку с тушеным мясом и густой подливкой, отскакивая подальше, чтобы горячие брызги не долетели до её пальцев. — Что нового? — повторила она мамин вопрос, прижимая телефон плечом к уху. — Да ничего. Абсолютно ничего нового. Всё по-старому. Работа — дом, дом — работа… На выходных стиркой занялась. Точнее, я рассортировала вещи на белые, цветные и чёрные, а Тэхён занялся стиркой. Но я немного готовлю. В смысле, Тэхён готовит, а я помогаю… — Ты? Помогаешь готовить? Не верю, — мама просто шутила, но Михо очень хотелось цокнуть языком. Она не была такой безнадёжной в домашних делах, как все думали. Просто чаще люди вокруг были в этом лучше неё. За исключением, быть может, Домёна, который настолько привык к чудесам волшебного мира, что при покупке вещей в дом не понимал, какой прок в стиральной машине, если можно купить волшебную стиральную доску, и пускай себе стирает в своё удовольствие, а о существовании посудомоечной машины даже не догадывался, потому что на их волшебном производстве выпускали отличные волшебные губки, которым даже не требовалось электричества или чего-то ещё для работы — чистая волшебная энергия. Которая имела свойство иссякать, но в этом и суть больших компаний — создавать и продавать недолговечные товары, чтобы к ним возвращались за покупкой. — Я отправлю тебе фото-доказательства, — сказала Михо. — Или даже видео-доказательства!.. — Я слышала, кто-то говорил про Тэхёна, — раздался бабушкин голос в трубке. — Как она могла это слышать? — хмыкнула Михо. — Она что, использует заклинание с ушами-локаторами и подслушивает нас? — Не исключено, — шепнула мама. — Ничего я не подслушиваю, — выдавая себя, сказала бабушка. — Боми, скажи ей, что я не подслушиваю. У тебя просто слишком громкий динамик. В идеальной тишине кухни Бомгю тоже запросто смог бы подслушать разговор с обеих сторон, но за бурлящей подливкой и перешедшей в режим отжима стиральной машиной в ванной, что была через стену, слышал только ответы Михо. — Так что там про Тэхёна? — снова подала голос бабушка, уже находясь гораздо ближе к маме. — Вы проводите выходные вместе? — Ну конечно они проводят их вместе, они ведь живут в одном доме. Сегодня у них день стирки и готовки. — День готовки? А могли бы не мучиться и просто заехать на ужин к нам, — предложила бабушка. Она всё ещё строила планы по тому, как и кого заманить домой на знакомство с семьёй. И, к сожалению, это не ограничивалось одним Тэхёном. У неё было несколько запасных вариантов: Им Ючён — архиваруис, младший коллега папы, которого Михо раз или два видела в архиве, Джи Михёк — недавно перебравшийся в их район одинокий колдун, Сон Хичан — двоюродный внук Алой Зельды, о котором она вдруг вспомнила и начала закидывать Михо его фотографиями в детском возрасте, и даже Сэгю — лучший друг Домёна, который никогда не рассматривал Михо как девушку, исключительно как дополнение к младшему Ли. — Вообще-то у Тэхёна сегодня выступление, поэтому он скоро уйдёт. — А что за выступление? — заинтересовалась мама. — Авторская постановка или вольный пересказ пьесы… Я не уверена, он особо не говорит об этом. То, что он не рассказывал всех тонкостей своей актёрской работы, это ещё полбеды, гораздо больше задевало то, что он в спешке и с таким восторгом готовился к спектаклю, на который Михо даже не пригласил. Если бы она не предложила ему прогулять сегодняшнюю репетицию ради того, чтобы поваляться вместе на диване и, как в прошлое воскресенье, посмотреть одно из тех глупых, но смешных шоу с борющейся за денежный приз нечистью, даже не знала бы, что выступление уже сегодня. — Он же был в отпуске, — сказала бабушка. — Уже вернулся в театр? — Ага. Вероятно на один потрясающий спектакль, который Михо и не увидит. Достаточно было заговорить о Тэхёне, как он вдруг объявился в кухне. — Я загрузил последнюю стирку и часть вещей уже достал из сушки, но нужно пересмотреть и развесить то, что не досохло, — сообщил он полушёпотом, отбирая у Михо из рук нож и батат, а её осторожно подталкивая к стулу и Бомгю, чтобы она спокойно себе говорила. За ним следовал запах только выстиранного белья с цветочным кондиционером, который прежде Михо очень нравился, но в совмещении с запахом будущего рагу казался каким-то странным и не очень приятным. — Так он занят даже по выходным? — выдохнула бабушка. — А как же ужин? Когда мы сможем его позвать? — Когда-нибудь, — туманно ответила Михо, понимая, что рано или поздно это всё равно случится, и нет смысла расстраивать бабушку отказом. — Мам, ты ещё тут? — Конечно. — Мне сейчас неудобно говорить и нужно разобрать постиранные вещи, ничего, если уже завтра созвонимся? Без бабушки. — Хорошо, — мама явно улыбнулась. — Не забудь отправить мне доказательства готовки. Распечатаю и в рамочку поставлю. И тогда этот день войдёт в историю! — Ха-ха, — невесело сказала Михо, — всё, кладу трубку. Уже когда она отложила мобильный на стол и поднялась со стула, осторожно крадясь к Тэхёну и стараясь принюхиваться к чему-то одному, — или к его выстиранной футболке, или к рагу, — он обернулся, закидывая правую руку Михо на плечо и притягивая её в свои крепкие объятия. — Я ведь не помешал? — спросил он, свободной рукой перемешивая сладкий картофель с морковью, луком и мясом. — Нет, с чего ты взял? Он уставился на Михо в каком-то задумчивом выражении, при этом немного улыбаясь, чтобы смягчить своё подозрение: — Ты постоянно заканчиваешь разговоры, когда я вхожу. Боишься, я как-нибудь дам знать твоим родителям, что мы вместе раньше, чем узнают мои? Они больше не говорили об этом прямо, не скандалили и не спорили, но как шутка это воспринималось Михо намного лучше. Тэхён остыл, раз смеялся над этим, и он прощупывал почву для того, чтобы как-нибудь вернуться к этой теме по-настоящему. — Я не боюсь, — она быстро пожала плечами, в то же время прижимаясь ближе к Тэхёну, чтобы запах кондиционера перебил запах еды. — А ты? Ты никогда вообще при мне не говоришь с отцом, всегда наверху прячешься… — Просто потому, что обычно он звонит поздно ночью, а я не хочу тебя будить. — Он ведь и не догадывается о моём существовании, да? Тэхён зарылся пальцами в болтающийся на затылке пучок тёмных волос Михо, так приятно массируя её шею и голову, что она на пару мгновений потеряла как дар речи, так и желание упрекнуть, и даже пожалела, что они заговорили об этом вместо того, чтобы мило болтать об ужине или ребёнке. — Ему уже нашептали про мою подработку в театре, — сказал Тэхён, — так что рано или поздно кто-то шепнёт и о тебе, если я не сделаю этого сам. А Тэхён понимал, что лучше сделать это самостоятельно. И раньше прекрасно понимал это, но всё ещё надеялся, что сначала удастся получить одобрение от бабушки Чхве, дядюшки Бомгю и родителей Михо. Эта миссия казалась ему вполне выполнимой, а поддержка ведьм и колдунов — более реальной, чем поддержка вампиров. Михо тихонько ахнула. — Он узнал про театр? И что он думает? — Что я сошёл с ума и позорю нашу семью. Из-за его слов она заметно огорчилась и, чтобы подбодрить его, положила ладони ему на спину, начиная поглаживать. — Но дедушка, вроде как, не так сильно расстроился. После того звонка он отправил мне смайлик поднятого вверх большого пальца. — Надеюсь, у твоего дедушки найдётся ещё один такой смайлик, когда он узнает о нас… Тэхён улыбнулся шире, кивая, хоть и не знал наверняка, сможет ли дедушка принять такое. Наверняка он, как и отец, будет разочарован. Он представитель старой школы, он прожил столько лет в одиночестве, и если к театру он всегда хорошо относился, а во вторые шансы попросту не верил, то ведьм в каком-то роде недолюбливал. Тэхён подозревал, что это из-за проклятия. Такие вещи только ведьмы насылать и могли. — Как будто вам есть дело до того, радуется кто-то вашим отношениям или нет, — напомнил о своём присутствии Бомгю. — Вы всё равно уже натворили дел… — Не слушай его, — попросил Тэхён, смещая руку ниже и ныряя холодными пальцами под свободный ворот кофты Михо, прежде чем игриво шепнуть: — Мы только собираемся натворить дел, верно? Он наклонил голову вправо, скрывая от Бомгю лицо Михо, пока целовал её в уголок губ. Это было не столько баловством, сколько очередным подтверждением того, что у них всё было в порядке. Никаких страшных ссор и смертельных обид. Между прочим, Тэхён намекал на это с того утра после клиники, когда подложил на её тумбочку не просто парочку конфет, а целую жменю. А то и две. Значит, он на неё вовсе не обижался. — Стыда у вас ни грамма, — Бомгю спрыгнул на пол, плетясь к выходу и ворча по ходу: — Вечно обжимаетесь на кухне. Это мерзко. Для кого спальня создана, по-вашему? — Нам можно пойти в спальню? — спросил Тэхён. — Нет, туда я пойду! — Тогда разбери вещи, пожалуйста, — попросила Михо. — Они возле шкафа, — добавил Тэхён. Они тщательно скрывали от Бомгю свои любовные отношения, но даже не пытались скрывать своё эксплуататорское отношение к нему. И это ещё ребёнок не появился. Что же будет тогда? Они заставят его менять подгузники? Укладывать его спать? Развлекать, пока родители шалят на кухне? Бомгю становилось немного обидно, когда он думал об этом. Отчасти он Михо и Тэхёну даже завидовал. Они были молодыми, глупыми, но при этом наслаждались каждой доступной им мелочью и собирались стать родителями. Откинув все эти мысли о допущенных ошибках и возможных сожалениях в будущем, разве у них всё не складывалось идеально? В разы идеальнее, чем сложилось у Бомгю. И в этом плане за них он мог только порадоваться. Мог. Но больше ему хотелось побеситься, поэтому он набросился на пакет с чистым бельём, раскидывая вещи по полу. Он бесновался, лапами разгребая одежду и подбираясь к приоткрытой дверце шкафа, откуда веяло прохладой и даже каким-то свежим воздухом. В комнате пахло кондиционером, а из шкафа — глубокой морозной осенью. Полагаясь на свой нюх и любопытство, которое ещё ни разу не подводило, Бомгю рассматривал шкаф как вход в Нарнию, плетясь между платьями Михо и выискивая какой-то портал в другой мир, а нашёл только отклеившееся дно шкафа, из-под которого и посвистывало тихонько. Гнущийся деревянный уголок не очень поддавался острым когтям, но с упорством Бомгю у него не было ни единого шанса, и в какой-то момент он поднялся достаточно высоко для того, чтобы приоткрыть провал в черноту, с самого дна которой на кота уставились большие жёлтые глаза. — Мамочки! Святой Дракула… Пресвятой Бастет!.. Михо! Ку Михо! У нас под шкафом монстр!

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!