Вернутся к фанфику
Закопанный ящик
13 ноября 2023, 23:15Было темно и холодно. И тесно.
Кирилл хотел кричать, но в горле у него будто бы кто-то сдох.
Ясно было только, что он лежит. Довольно мягко лежит. В ящике без единой щёлочки.
Как в гробу.
Конечности вообще не сгибались. Интересно, где он, но сервис отвратительный, это надо ж как холодно.
Кирилл как мог поднял руки и стал колотить в верхнюю стенку. Звук был глухой. Похоже на лакированное дерево.
Нулевая реакция снаружи.
Кирилл стал колотить сильнее. Послышался треск. В образовавшуюся пробоину посыпалась… земля? Рука Кирилла по ощущениям упёрлась именно в землю.
Его что, закопали живьём? Это шутка такая?
Земля сыпалась с тихим шелестом.
На удивление, Кирилл не очень-то испугался. С онемевшими конечностями и гнилым привкусом во рту такие новости волновали уже не очень-то сильно. Ну ладно, земля. Ну, закопан. Сколько там этой земли может быть?
Кирилл набрал в грудь побольше воздуха и долбанул руками по крышке со всей своей силы. Крышка проломилась на раз, и земля водопадом хлынула на Кирилла.
Было неприятно, но терпимо. Главное — не пытаться дышать.
Он стал кое-как шевелиться, разгребая и утрамбовывая землю в стороны. С усилием, но сел. Стал как-то дёргаться, чтобы встать. Было безумно сложно, но он справился.
У Кирилла в голове проносились маты за матами и мемы за мемами, но паники ни в одном глазу. Кирилл собой гордился.
Странно только, что всё ещё не ощущалось нехватки кислорода.
Кирилл кое-как поднял руку вверх — и пальцы проткнули слой земли насквозь. Чувствовался лёгкий ветер и тепло. Скорее бы уже.
Утрамбовывать землю под себя было почти так же сложно, как и вставать. Очень жаль, что нельзя было просто проплыть вверх. Очень жаль, что Кирилл не помнил, как тут оказался. Вот вспомнит — хорошенько двинет умельцам.
Наконец, Кирилл макушкой почувствовал тот самый ветерок. Хотелось дьявольски расхохотаться, но нос всё ещё был в земле. Кирилл сдерживался.
Спустя ещё пару старательных движений Кирилл высвободился настолько, чтобы открыть глаза.
Были поздние сумерки. Перед ним на фоне витой оградки сидели Милена и Виолетта, обе — прямо на земле. Виолетта пристроилась рядом с молодой пихтой и всё сжимала и разжимала пальцы на руках, внимательно осматривая их.
Милена сидела, скрестив ноги, прямо напротив него и смотрела на Кирилла в упор. Её светло-карие глаза отсвечивали янтарным, как у кошки, в свете лежащего неподалёку фонаря.
Милена хищно улыбнулась.
— Привет, Кир. Сейчас, подожди, — Мила начала на коленях подползать к нему.
На одну секунду её лицо осветил сбоку свет фонаря. Щека была странной, Кирилл как будто заметил следы от слёз.
Это никак не сочеталось с опасно-игривым выражением лица Милы; и Мила никогда не плакала. Что-то случилось.
Пока Мила не закрыла собой всё, Кирилл успел заметить, как Вета вскинула на него тревожно-радостный взгляд.
— Подожди, сейчас сможешь согнуть руки, — прошептала Мила и положила ему на лоб ладонь.
И что-то зашептала на грани слышимости, что-то невнятное и скорее всего на другом языке.
По телу Кирилла волной разлилось тепло.
Ну наконец-то.
Он с облегчением выдохнул через нос и, вспомнив, что теперь у него нет воздуха, поспешно вытащил руки и начал пытаться подтягиваться. Милена отскочила, чтобы не мешать.
Кирилл выбрался за пару секунд. И со свистом вдохнул полную грудь воздуха.
— Тебе не нужен воздух, не понял ещё? — глухо спросила Мила. Кирилл с удивлением посмотрел на неё. Она вздохнула. — Подожди, сейчас ещё помогу.
Она отошла, порылась в рюкзаке у пихты и вернулась к Кириллу с кусачками.
Наклонилась к самому его лицу. Кирилл наверное покраснел.
У его губ раздалось пару щелчков кусачек, а потом Милена что-то вытаскивала пальцами. Было щекотно и неловко. В свете фонаря Кирилл видел, как Милена отбросила в сторону что-то, похожее на нитки.
Кирилл нахмурился. У него был зашит рот? Но ему не было больно, что за бред вообще.
Щеки коснулось что-то холодное. Мила ткнула ему в лицо бутылкой с водой.
— Держи, прополощи рот.
Кирилл бутылку с благодарностью принял.
Выплюнутая вода была мутной. Странного и неприятного было всё больше.
Милена тем временем отсела на своё прежнее место.
— А теперь новости, Кир. Первое и главное — ты мёртв, — брови Кирилла поползли вверх, Мила вежливо подождала, пока ползти дальше будет некуда. — Вета — тоже. Можешь с ней обсудить дела насущные.
Вета у пихты неловко улыбнулась, глядя на него.
— Раздупляйся, Кирилл, давай. Ты ж уже понял, что воздух тебе не нужен? — Кирилл неуверенно кивнул. Он как бы был согласен, но не то чтобы понимал, почему оно так. — Ну вот, за эту мысль и держись. Будет отправной точкой осознания. Далее. Оживила тебя твоя воля и моя магия. Без обоих составляющих не встал бы. Чтобы говорить, нужно вдыхать воздух. Потом научишься. Вета поможет, если что. А теперь, чтобы было проще, жду твоих вопросов. Вет, передай рюкзак, пожалуйста.
Вета передала, и Мила стала снова рыться внутри.
Вытащила на свет фонаря блокнот и ручку, протянула Кириллу.
Кирилл попытался сказать, что ему это не нужно, но не смог выдавить ни звука. Всё слишком хорошо ложилось на историю Милы, и ему это не нравилось.
Он принял блокнот с ручкой и подполз в свету. Его руки были чересчур бледными, даже с синим отливом.
«О чём ты вообще, я не помню, чтобы умирал».
Мила выгнулась посмотреть, что он пишет.
— Вы не помните последний день жизни. Надеюсь, и не вспомните, — Мила снова звучала глухо.
Кирилл с сомнением посмотрел ей в лицо. Ни тени улыбки. Мила была серьёзна. У Кирилла похолодело где-то внутри.
«Расскажи мне».
Мила чуть помолчала.
— Потом, ладно?
«Чего стоило тебе всё это? Оживление и всё такое».
Кирилл подумал и приписал ниже:
«Не думал, что твои байки про бабку-ведьму — не байки. Я сейчас поверю во всё, но на самом деле поверю позже. Это странно и нелепо».
Они втроём знакомы с детского сада, и с детского сада же Мила рассказывает каждому встречному о том, что она — ведьма. Но неприятности с их обидчиками можно было списать на случайности, чем Кирилл всё это время и занимался.
Мила улыбнулась.
— Да, всё нормально. Это не так сложно, если знаешь, что именно делать. Но выматывает. Я приду в норму к утру.
«Так мы теперь зомби? Или что?»
— М-м-м… зомби… ну, не совсем. Упыри, наверное. Но мы обойдёмся без крови. Я научу вас питаться эмоциями, станете энергетическими вампирами. Ещё надо будет прогреваться регулярно. Всё нормально будет.
Кирилл задумчиво кивнул.
«И что мы будем делать?»
— Найдём и убьём того, кто убил вас, а меня… — Мила не договорила. Голос у неё был ледяной.
Кирилл с тревогой посмотрел на неё. Вета смотрела так же.
Кирилл потянулся к фонарю и навёл его на лицо Милы. Кожа была со здоровым розовым румянцем. А глаза мёртвые.
Мила сощурилась. Кирилл перевёл луч на Вету. Она была бледная, как мел. Губы — почти чёрные, на лице синие венки проглядывали.
Вета не отреагировала.
Кириллу не нравилось всё больше и больше.
Он поставил фонарь на место и вернулся к блокноту.
«Остальное потом, голосом», — написал он и поставил жирную точку.
Мила кивнула, а Кирилл порывисто её обнял. К ним подползла Вета и обняла Милу со спины, Кирилл разжал руки, чтобы обнять и её.
Милена со смехом заплакала.
— С возвращением, ребят. Я так рада вас видеть! — её тело содрогалось в рыданиях, но в словах было невероятное количество теплоты.
— Мы… то-же… — прохрипела Вета с улыбкой. Кирилл кивнул Милене в плечо.
На кладбище стремительно наступала осенняя ночь. Кирилл учился заново говорить. Девочки смеялись и разливали на три чашки чай из термоса.
Было тепло.
Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!