Вернутся к фанфику

Закопанный ящик

13 ноября 2023, 23:15
Было темно и холодно. И тесно. Кирилл хотел кричать, но в горле у него будто бы кто-то сдох. Ясно было только, что он лежит. Довольно мягко лежит. В ящике без единой щёлочки. Как в гробу. Конечности вообще не сгибались. Интересно, где он, но сервис отвратительный, это надо ж как холодно. Кирилл как мог поднял руки и стал колотить в верхнюю стенку. Звук был глухой. Похоже на лакированное дерево. Нулевая реакция снаружи. Кирилл стал колотить сильнее. Послышался треск. В образовавшуюся пробоину посыпалась… земля? Рука Кирилла по ощущениям упёрлась именно в землю. Его что, закопали живьём? Это шутка такая? Земля сыпалась с тихим шелестом. На удивление, Кирилл не очень-то испугался. С онемевшими конечностями и гнилым привкусом во рту такие новости волновали уже не очень-то сильно. Ну ладно, земля. Ну, закопан. Сколько там этой земли может быть? Кирилл набрал в грудь побольше воздуха и долбанул руками по крышке со всей своей силы. Крышка проломилась на раз, и земля водопадом хлынула на Кирилла. Было неприятно, но терпимо. Главное — не пытаться дышать. Он стал кое-как шевелиться, разгребая и утрамбовывая землю в стороны. С усилием, но сел. Стал как-то дёргаться, чтобы встать. Было безумно сложно, но он справился. У Кирилла в голове проносились маты за матами и мемы за мемами, но паники ни в одном глазу. Кирилл собой гордился. Странно только, что всё ещё не ощущалось нехватки кислорода. Кирилл кое-как поднял руку вверх — и пальцы проткнули слой земли насквозь. Чувствовался лёгкий ветер и тепло. Скорее бы уже. Утрамбовывать землю под себя было почти так же сложно, как и вставать. Очень жаль, что нельзя было просто проплыть вверх. Очень жаль, что Кирилл не помнил, как тут оказался. Вот вспомнит — хорошенько двинет умельцам. Наконец, Кирилл макушкой почувствовал тот самый ветерок. Хотелось дьявольски расхохотаться, но нос всё ещё был в земле. Кирилл сдерживался. Спустя ещё пару старательных движений Кирилл высвободился настолько, чтобы открыть глаза. Были поздние сумерки. Перед ним на фоне витой оградки сидели Милена и Виолетта, обе — прямо на земле. Виолетта пристроилась рядом с молодой пихтой и всё сжимала и разжимала пальцы на руках, внимательно осматривая их. Милена сидела, скрестив ноги, прямо напротив него и смотрела на Кирилла в упор. Её светло-карие глаза отсвечивали янтарным, как у кошки, в свете лежащего неподалёку фонаря. Милена хищно улыбнулась. — Привет, Кир. Сейчас, подожди, — Мила начала на коленях подползать к нему. На одну секунду её лицо осветил сбоку свет фонаря. Щека была странной, Кирилл как будто заметил следы от слёз. Это никак не сочеталось с опасно-игривым выражением лица Милы; и Мила никогда не плакала. Что-то случилось. Пока Мила не закрыла собой всё, Кирилл успел заметить, как Вета вскинула на него тревожно-радостный взгляд. — Подожди, сейчас сможешь согнуть руки, — прошептала Мила и положила ему на лоб ладонь. И что-то зашептала на грани слышимости, что-то невнятное и скорее всего на другом языке. По телу Кирилла волной разлилось тепло. Ну наконец-то. Он с облегчением выдохнул через нос и, вспомнив, что теперь у него нет воздуха, поспешно вытащил руки и начал пытаться подтягиваться. Милена отскочила, чтобы не мешать. Кирилл выбрался за пару секунд. И со свистом вдохнул полную грудь воздуха. — Тебе не нужен воздух, не понял ещё? — глухо спросила Мила. Кирилл с удивлением посмотрел на неё. Она вздохнула. — Подожди, сейчас ещё помогу. Она отошла, порылась в рюкзаке у пихты и вернулась к Кириллу с кусачками. Наклонилась к самому его лицу. Кирилл наверное покраснел. У его губ раздалось пару щелчков кусачек, а потом Милена что-то вытаскивала пальцами. Было щекотно и неловко. В свете фонаря Кирилл видел, как Милена отбросила в сторону что-то, похожее на нитки. Кирилл нахмурился. У него был зашит рот? Но ему не было больно, что за бред вообще. Щеки коснулось что-то холодное. Мила ткнула ему в лицо бутылкой с водой. — Держи, прополощи рот. Кирилл бутылку с благодарностью принял. Выплюнутая вода была мутной. Странного и неприятного было всё больше. Милена тем временем отсела на своё прежнее место. — А теперь новости, Кир. Первое и главное — ты мёртв, — брови Кирилла поползли вверх, Мила вежливо подождала, пока ползти дальше будет некуда. — Вета — тоже. Можешь с ней обсудить дела насущные. Вета у пихты неловко улыбнулась, глядя на него. — Раздупляйся, Кирилл, давай. Ты ж уже понял, что воздух тебе не нужен? — Кирилл неуверенно кивнул. Он как бы был согласен, но не то чтобы понимал, почему оно так. — Ну вот, за эту мысль и держись. Будет отправной точкой осознания. Далее. Оживила тебя твоя воля и моя магия. Без обоих составляющих не встал бы. Чтобы говорить, нужно вдыхать воздух. Потом научишься. Вета поможет, если что. А теперь, чтобы было проще, жду твоих вопросов. Вет, передай рюкзак, пожалуйста. Вета передала, и Мила стала снова рыться внутри. Вытащила на свет фонаря блокнот и ручку, протянула Кириллу. Кирилл попытался сказать, что ему это не нужно, но не смог выдавить ни звука. Всё слишком хорошо ложилось на историю Милы, и ему это не нравилось. Он принял блокнот с ручкой и подполз в свету. Его руки были чересчур бледными, даже с синим отливом. «О чём ты вообще, я не помню, чтобы умирал». Мила выгнулась посмотреть, что он пишет. — Вы не помните последний день жизни. Надеюсь, и не вспомните, — Мила снова звучала глухо. Кирилл с сомнением посмотрел ей в лицо. Ни тени улыбки. Мила была серьёзна. У Кирилла похолодело где-то внутри. «Расскажи мне». Мила чуть помолчала. — Потом, ладно? «Чего стоило тебе всё это? Оживление и всё такое». Кирилл подумал и приписал ниже: «Не думал, что твои байки про бабку-ведьму — не байки. Я сейчас поверю во всё, но на самом деле поверю позже. Это странно и нелепо». Они втроём знакомы с детского сада, и с детского сада же Мила рассказывает каждому встречному о том, что она — ведьма. Но неприятности с их обидчиками можно было списать на случайности, чем Кирилл всё это время и занимался. Мила улыбнулась. — Да, всё нормально. Это не так сложно, если знаешь, что именно делать. Но выматывает. Я приду в норму к утру. «Так мы теперь зомби? Или что?» — М-м-м… зомби… ну, не совсем. Упыри, наверное. Но мы обойдёмся без крови. Я научу вас питаться эмоциями, станете энергетическими вампирами. Ещё надо будет прогреваться регулярно. Всё нормально будет. Кирилл задумчиво кивнул. «И что мы будем делать?» — Найдём и убьём того, кто убил вас, а меня… — Мила не договорила. Голос у неё был ледяной. Кирилл с тревогой посмотрел на неё. Вета смотрела так же. Кирилл потянулся к фонарю и навёл его на лицо Милы. Кожа была со здоровым розовым румянцем. А глаза мёртвые. Мила сощурилась. Кирилл перевёл луч на Вету. Она была бледная, как мел. Губы — почти чёрные, на лице синие венки проглядывали. Вета не отреагировала. Кириллу не нравилось всё больше и больше. Он поставил фонарь на место и вернулся к блокноту. «Остальное потом, голосом», — написал он и поставил жирную точку. Мила кивнула, а Кирилл порывисто её обнял. К ним подползла Вета и обняла Милу со спины, Кирилл разжал руки, чтобы обнять и её. Милена со смехом заплакала. — С возвращением, ребят. Я так рада вас видеть! — её тело содрогалось в рыданиях, но в словах было невероятное количество теплоты. — Мы… то-же… — прохрипела Вета с улыбкой. Кирилл кивнул Милене в плечо. На кладбище стремительно наступала осенняя ночь. Кирилл учился заново говорить. Девочки смеялись и разливали на три чашки чай из термоса. Было тепло.

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!