Вернутся к фанфику

Глава 23

6 августа 2025, 00:19
— И какая наша следующая остановка? — закончив тушить пожар, чем попалось под руку (Фейритейл был не богат на огнетушители почему-то), Эмма провела ладонью по голове, убирая с глаз выбившиеся из прически пряди. — Я до вас и не слышала о способах путешествовать по мирам! — Аврора нервно запахнулась в плащ. — Решайте сами. Будто у нее кто-то вообще хоть что-то спрашивал. — У меня на родине есть легенды о зачарованных зеркалах, способных перемещать людей на много-много ли быстрее, чем упадет лепесток сакуры: зайдя в одно — выходишь из другого. — Ну что тогда, нас ждет поиск такого зеркала? — Эмма вопросительно приподняла брови, настроенная более чем скептически. — Где-то, что-то и когда-то. — Допустим, я знаю, где можно найти одно такое, — спокойно ответил Гарри, рассеянно шурша по оставшимся целым тумбочкам. — Но предпочту оставить проникновение в замок Темного как самый крайний план. Румпельштильцхен явно на защиту там не поскупился, связываться себе дороже. — Тем-мный? — переспросила Аврора и побелела еще сильнее (что, честно, казалось ранее невозможным). — И что ты тогда предлагаешь? — проигнорировала ее в очередной раз Эмма. — Бобы, — произнес Гарри и наткнулся сразу на три непонимающих взгляда. — Волшебные бобы, — расширил он ответ. — Их выращивают великаны, и я даже знаю, где их плантация прячется. Обзаведемся парочкой бобов, у них же один забавный компас прихватим, чтобы миром не ошибиться во время перехода. — Отличный план. Почему мы сразу с него не начали? — Шкаф был ближе, да и быстрее. Казался. О, нашел! — Гарри довольно цокнул языком, достав полупустой флакончик духов. Подошел к окну и вылил остатки парфюма на улицу, старательно в процессе задержав дыхание. А затем в уже пустой флакон начал собирать пепел, оставшийся от волшебного шкафа. — А это зачем? — уточнила Эмма, присаживаясь на корточки рядом. — Мамина наука, — чуть улыбнулся Гарри. — Я как маг, конечно, вам с Румпельштильцхеном не ровня, но мама всегда говорила, что всякие магические субстанции на дороге не валяются, они денег стоят… много, много денег. Да и мало ли как жизнь повернется. Будет нашей колючке подарок.

***

Пусть день и клонился к закату, но в городе — а тем более в замке — остаться на ночь никто не рискнул. Даже Эмма покачала головой. Разбили лагерь уже за городскими стенами, пусть последние метры Мулан тащила Аврору на себе. Утром пошли дальше. Гарри неплохо представлял, где находится бобовый стебель, хоть и приходилось при этом надеяться, что никуда тот за прошедшие годы не «переехал». И не засох. И… Так прошло два дня. А на третий Аврора, ушедшая на вечерней стоянке за хворостом, привела непонятного мужика с собой. Наглый, небритый, старательно пытающийся казаться безобидным (неудачно при этом) и с крюком вместо кисти. — Кто это? — нахмурилась Эмма, ненавязчиво положив руку на пояс. — Джонс. — Джонс? — с непередаваемой интонацией повторила за Авророй Эмма. Гарри усмехнулся, но насторожился, потянул носом и скривился: от мужика воняло йодом с солью, прокисшим ромом и чарами. Пират? Который позволил себя околдовать? При всей их суеверности? Если он хотел кого-то обмануть — то был или идиотом, или изначально собирался достичь совсем иного эффекта. — Позволь мне, — послал улыбку Эмме Гарри. Они переглянулись, общаясь без слов. Наконец Эмма качнула головой, вздохнула и опустила руку. А затем и вовсе отвернулась, начав негромкий разговор с Мулан, разжигающей костер. — Я из лагеря беженцев, Ланцелот… — наваливал «Джон» лапши на уши Авроре, совсем не смущаясь, что никто больше его и не слушает. — Джон, да? — подошел к ним Гарри, гибко поднявшись. — Да, а… Но «Джон» так и не смог договорить. Честно, Гарри его даже понимал, сложно продолжать беседу на том же уровне, когда у тебя сломаны ребра. От удара ногой в грудину пират отлетел назад, благополучно врезавшись в жалобно хрустнувшее дерево. — Неправильный ответ, — весело заявил Гарри, вновь подходя. — Попробуем еще раз? — уточнил с участием. — Что ты?! — прохрипел мужчина… а затем заорал от боли, сыпля проклятиями. — Совсем ты себя не любишь, удивительное дело. И так одной кисти нет, так ты и другую не ценишь… — Пальцы «Джона» вновь захрустели под ботинком Гарри. — Гарри! — вскочила, опомнившись, Аврора. — Не так громко, пожалуйста, — добавила, не оборачиваясь, Эмма. — Я постараюсь, милая, — послал пирату плотоядную улыбку Гарри. — Видишь, сколько с тобой мороки? Девушку мне расстраиваешь, нельзя же так. — Чего ты хочешь? — Эх, какой ты непонятливый, — покачал головой Гарри. — Но ладно, сделаю скидку на здешние темные века. Так ты у нас Джон? Или не Джон? — Киллиан, — после недолгого молчания — ровно перед тем, как Гарри собирался повторить стимуляцию, — с ненавистью процедил пират. — Киллиан Джонс. — Вот и познакомились! — всплеснул ладонями Гарри. — Видишь, как хорошо? Может, такими темпами ты даже встретишь следующий рассвет. Может, даже в сознании — совсем же неплохо звучит, да? Я не слышу ответа, — прибавил он с улыбкой чуть погодя, совсем не впечатленный взглядом, полным ненависти, от пирата и его стонами сквозь зубы. — Да… — Хороший мальчик, молодец. А теперь продолжай оставаться хорошим и давай поведай мне, чего же там хотела Кора. Неужели извиниться за нашу прошлую встречу, и теперь ты мой извинительный подарочек? — Компас… Я должен был навязаться к вам в компанию и раздобыть бобы с компасом. — Не-а, дорогой. Ты туша антилопы, кинутая мне Корой в качестве подношения. Мы несколько знакомы с этой дочерью мельника; от тебя морем штыняет за многие мили, что аж в носу свербит. Ты холеный и лощеный, при этом выглядишь: бомж бомжом — слишком яркое несоответствие, чтобы его не заметить. А еще от тебя совсем не воняет Мерлином и его поганой магией, а на всех оборванцах из их лагеря давным-давно метка принадлежности стоит. И мне только одно непонятно — а в чем твой интерес-то? Быть моей игрушкой-погрызушкой, чтобы плохое настроение сбросить? Киллиан молчал. Ох уж эти пираты… Не зря умные среди них не задерживаются. Гарри ударил рукой даже и не сильно, без замаха. Почти погладил… Демонстрируя чудеса управления второй формой, когда рука превращается в когтистую лапу и назад всего за пару мгновений. Пират вновь закричал, сильнее запахло кровью. — Я не люблю повторять дважды. — Крокодил! — буквально выплюнул Киллиан. — Я убью Крокодила! — Кого? — вот теперь действительно удивленно переспросил Гарри. Этот альтернативно мыслящий что, не мог сам до какого-то оборотня-крокодила добраться, что без Коры теперь никак? — Я, кажется, догадываюсь, — подошла к ним Эмма, прикоснулась к плечу Гарри. — Ты ведь Крюк? — посмотрела она мимолетно на пирата. — А я знаю одного колдуна, который вполне любит одеться в кожу — у Генри очень яркие иллюстрации в книге. Пусть при мне он еще ни разу не вылез из вполне себе тканевого костюма, но… — Румпельштильцхен?.. — И я убью его!

***

— Почему вы его не добили? — следующим утром, когда вновь начали путь, спросила Мулан. — Ему еще рано умирать, — устало потерла лоб Эмма. Мотнула головой. — Раз судьбе будет угодно — выживет. — Скорее, если еще нужен Коре в ее планах, — хмыкнул Гарри. — Ну или будет достаточно тупым, чтобы сунуться в сделку с Мерлином. — Зато теперь мы знаем, куда идти, так, может, все же не стоило?.. — спрятала зевок в рукаве Аврора и растерла ладонями лицо. — Не выспалась? — сделав вид, что не услышала вопроса, обернулась на нее Эмма. — Всю ночь кошмары снились, — обхватила себя руками Аврора. — Это нормально, бывает, — жалко попыталась улыбнуться она. А затем нахмурилась: — Но, что странно, мне показалось, что в этот раз я не одна в комнате. — Комната?.. — После проклятия крестной… Малефисенты, — дернула головой Аврора, поправившись, — во сне я вижу комнату, объятую огнем. Из нее нет выхода, только проснуться. — Гореть — больно, — сочувственно положила руку на плечо Авроры Мулан. — А? Нет-нет, он больше, ну, предупреждает, опаляет, но не сильно больно, терпимо. — Она чуть помолчала, а затем шепнула: — Я люблю огонь, — будто это было чем-то постыдным. — Но комната всегда была пустая, ну не считая всякой разбитой мебели горящей. А этой ночью я видела еще кого-то. Он… Она? Что-то говорила, но я не смогла разобрать ни слова. Гарри впервые слышал о горящей комнате. Да и в целом о чем-то похожем на рассказ Авроры. Все же проклятия не совсем его стезя. Так, основы магии знает, парочку фокусов там, секретики разные… За всем остальным к Румпельштильцхену. Ну или к Эмме вот, — покосился он на нее. Эмма же хмурилась, о чем-то сосредоточенно раздумывая. Но молчала. Заговорила она уже только на вечернем привале, когда все устраивались спать. — Та женщина… Может, сможешь рассмотреть — у нее короткая стрижка? — Эм, да, конечно. Я попробую. — Спасибо, — мягко, с привкусом грусти, улыбнулась ей Эмма. Прикрыла глаза, вытянувшись на плаще.

***

К бобовому стеблю — огромному, словно Манхэттенские башни, и уж точно тех выше, — подошли через неделю, как вышли из замка четы Прекрасных. Бобовый стебель, в незапамятные времена выращенный шалунишкой-Джеком, про которого ему рассказывала когда-то мама, пронзал облака, исчезая в небе. Исполинское растение не вызывало доверия — уж точно не у Гарри. Слишком ровные линии, неестественно прямые местами — как бритвенно-острый клинок Валета, сносящий голову за головой по приказу сумасбродной Королевы. А где-то наоборот, нарочито-извилистые, как попытка натянуть шкуру антилопы на гиену. Листья, каждый с половину грифоньего крыла, колыхались в безветрии, шепча что-то непонятное, может, зов, а может, предупреждение. Гарри поморщился, с каждым шагом приближаясь к бобовому стеблю, но не то чтобы у них был хоть какой-то выбор. Да и именно он предложил этот план — остальные того хуже были. Каждую ночь Аврора видела теперь во снах горящую комнату и уже даже смогла точно выяснить, что докричаться до нее пытается именно Белоснежка, но поговорить — хотя бы услышать, что та кричит, все никак не выходило. Мешал-трещал огонь, по словам Авроры, даже больно обжигал, стоило ей попытаться быть настойчивей. С этим оставалось только смириться и идти по уже имеющемуся плану. — И кто лезет? — Эмма задумчиво постучала пальцем по губам, задрав голову и пытаясь среди облаков разглядеть верхушку стебля. — Мы с пиратом и полезем. — Гарри недовольно встряхнулся. — С вас лагерь, ужин-завтрак-обед, в зависимости от того, когда мы слезем, и готовность если что срубить это «чудо гербологии» ко всем чертям. — Уверен, Гарри? Я не доверяю этому Джонсу. — Я тоже тебе, крошка, не доверяю, а твоего хахаля вообще на цепь бы посадить, но молчу же, — язвительно усмехнулся пират, предупредительно стоя рядом со жалостливой Авророй. — Я тоже ему не доверяю, о чем речь, — усмехнулся Гарри и ласково поцеловал Эмму в лоб. — Зато я доверяю тебе. И, как ни крути, одному лезть в пасть великанов не совсем здравая мысль, обязательно нужен второй человек, чтобы тем было кого жрать, пока я буду воровать бобы. — Я все слышу! — Хорошо, Гарри. — Эмма вздохнула и поцеловала его. — Будь осторожен, ладно? И не как обычно, здесь нет Баки, увы. — Обещаю. — Эй, а меня хоть кто-то спросит, а?! Но никто ничего спрашивать у пирата и не думал, Мулан принялась деловито обустраивать лагерь, Аврора стала ей старательно мешать, Эмма, хмурясь, отошла в сторону, а Гарри, привязав Киллиана к себе веревкой, напружился и прыгнул, превращая ноги и руки в лапы и цепляясь за ствол стебля. Ниже старательно матерился пират, чудом не расквасивший себе нос. Прыжок.

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!