Вернутся к фанфику
type 2: Sasori
2 февраля 2025, 02:20Застывшее сердце
Художественная галерея Akasuna Arts, расположенная в самом центре небольшого городка Чибы, славилась своими уникальными работами. Выставки в галерее, однако, проводились редко, по нескольким причинам. Одна из них заключалась в том, что основатель и главный директор галереи, Акасуна Сасори, редко оставался полностью доволен своими работами. Он постоянно переделывал их, создавая новые скульптуры, пока, наконец, не чувствовал полного удовлетворения результатом. Его помощница, возлюбленная и по совместительству его муза — Аи, была не столь критична к себе. Она занималась живописью и иногда запечатлевала процесс работы Сасори. Почти на каждой её картине можно было увидеть худощавого мастера, сосредоточенно стоящего над очередным шедевром, аккуратно выводящего каждую линию. И Сасори казалось, что на её работах он изображён идеально. И такой же он хотел запечатлеть Аи в своих скульптурах, ведь она была для него всем. Именно в её натуру он влюбился, когда они учились на художественном факультете. Он был благодарен тому дню, когда модель, которая должна была позировать, не пришла, и его однокурсница Коико Аи предложила занять её место. Сасори скептически отнёсся к этой идее, не веря, что она захочет обнажиться перед несколькими людьми. Однако она более чем оправдала все его ожидания. Девушка стянула свитер и, оставшись в одном нижнем белье, встала на небольшой подиум. Их взгляды встретились, и он не заметил, как его руки начали рисовать её, а сердце забилось в экстазе. Сасори долго не мог выбросить её из головы. Он часто возвращался к рисункам, сделанным в тот день, и чем больше вглядывался в линии её силуэта, тем сильнее чувствовал желание вновь увидеть её настоящую сущность. Возможно, это было лишь мимолётное вдохновение, и он должен был удостовериться. И поэтому через какое-то время попросил однокурсницу попозировать для него. Он тогда соврал, сказав, что нужно сделать задание для курса. На самом деле, он хотел вновь увидеть её душу. Девушка удивилась, но всё же согласилась встретиться с однокурсником после занятий. Вечером они зашли в студию, где приглушённый свет создавал немного интимную атмосферу. Аи немного мешкалась под пристальным взглядом Сасори, который выжидающе смотрел на неё. Он сгорал от желания вновь увидеть её. И когда она наконец-то решилась и стянула свитер, Сасори на мгновение потерял дар речи от её красивых линий. Он медленно подошёл к ней, внимательно изучая каждый изгиб её тела, пытаясь уловить нечто большее, чем просто физические черты. И, взглянув на её красивое кружевное нижнее бельё, он будто понял, что отделяет его от того, чтобы до конца прочувствовать её. — Снимешь? Сасори решил проверить её. Или себя — он точно не знал. Но ему стало интересно, насколько далеко она сможет зайти. После долгой игры в гляделки она легко улыбнулась, как будто бросив ему вызов. — Растегнёшь? Акасуна опешил, но сделал то, что она попросила. Ведь он сам этого хотел. И теперь она стояла перед ним, совершенно обнажённая. Не только телом, но и душой. В тот момент он понял — она стала живым воплощением его вдохновения, и в тот вечер окончательно превратилась в его музу. Чувство откровенности и доверия, возникшее между ними с самого начала, постепенно укреплялось. Они стали чаще оставаться в студии после занятий, начали по-настоящему открываться друг другу, находя общие идеи и взаимное понимание. Сасори был искренне удивлён, насколько схожи их взгляды на искусство. Аи также считала считала, что искусство должно быть бессмертным, продолжая нести историю о прошлом, даже после смерти своего создателя. Для неё было важно, чтобы её картины сохраняли первозданный вид как можно дольше, поэтому она использовала специальные средства, чтобы предотвратить их разрушение со временем. В один из таких откровенных вечеров, Сасори впервые не смог сдержать своих чувств и поцеловал Аи. Он приблизился к ней, его рука осторожно коснулась её щеки, и она почувствовала, как его дыхание слегка замирает перед тем, как их губы встретились. Этот поцелуй был тихим и робким, словно проверка того, примет ли она его чувства. Их губы сомкнулись, и в этом мгновении Сасори почувствовал, как между ними исчезли все границы. Это был поцелуй, в котором они разделили всё: их вдохновение, стремление к вечному и те эмоции, которые невозможно выразить словами. И сейчас, спустя годы, готовясь к очередной выставке в своей галереи в этой затемненной студии, уже своей, не в каком-то подвальном помещении университета, Сасори всё еще ощущал те же чувства. — Хочу потом нарисовать тебя в этой позе, — сказала девушка. Аи могла бы достать телефон и сделать снимок, но рисовать Сасори было для неё чем-то большим, чем просто фотография. Это было интимное, доступное только ей искусство. Она знала, что является его музой, но и сам Сасори был музой для неё. Когда он предложил открыть галерею вместе, она быстро согласилась, хотя и считала, что её работы недостаточно хороши, чтобы назвать галерею в её честь. С годами Аи рисовала всё реже, но Сасори, напротив, оставался мастером в её глазах. Он поделился с ней своей идеей о вечном искусстве, которое переживёт своих создателей. Эта мысль вдохновила её так сильно, что название для галереи пришло само собой — это должен был быть бренд Сасори, живущий вечно, как и он. — Это будет красиво. — Не красивее, чем ты, — хмыкнул парень, поднимая взгляд на Аи, которая позировала для его новой работы. Она лежала на небольшом пуфе, прикрытая лишь лёгкой тканью, чтобы не замёрзнуть, пока он вытачивал детали её тела. — Я обязательно нарисую тебя, когда ты закончишь, — улыбнулась она. — Хочу запечатлеть этот момент. И она запечатлела. В картине, которую потом долго не могла достать из ящика. Которая годами пылилась в той самой студии. Которая теперь случайно оказалась у неё в руках. Аи смотрела на тонкий силуэт Сасори, на его красные волосы, мягко спадающие на глаза, на его серьёзное, сосредоточенное лицо. Чем дольше она рассматривала изображение, тем сильнее её сердце сжималось от нахлынувших воспоминаний. — Аи-сан, привезли ещё одну работу, — раздался голос за спиной. Молодая сотрудница заглянула через её плечо. Её взгляд задержался на картине, которую хозяйка галереи держала в руках. В комнате повисла тишина. — Всё же его жизнь оборвалась слишком рано, — покачала головой девушка. Аи улыбнулась, не отрывая взгляда от картины. Если бы она знала тогда, в тот вечер несколько лет назад, что это будет её последняя работа с изображением Сасори… Она бы вложила в неё ещё больше души, ещё больше любви. Теперь она цеплялась за каждую деталь, за каждую линию, словно пытаясь вернуть тот миг к жизни. Миг, который стал их последним. Перед её глазами всплыла картина того злополучного февральского дня. Аи помнила, как он ушёл в кафе за чем-то тёплым для них обоих. Она же осталась в студии и принялась делать набросок Сасори. По памяти, не подозревая, что это единственное, на что ей придётся теперь и впредь рассчитывать. Один звонок — всего один — навсегда изменил её жизнь. В тот миг сердце замерло от ужаса, ноги подкосились, а слова полицейского эхом отозвались в голове. В тот день её мир рухнул. — Но я думаю, он бы гордился этой работой, Аи-сан. Она несёт его историю так, как вы и мечтали, — тихо сказала сотрудница. — Вечно работающий. Вечно красивый. — И вечно молодой, — прошептала Аи. Она вновь пробежалась взглядом по портрету. Её глаза задержались на лице Сасори. Тогда им обоим было по двадцать восемь. Сейчас ей тридцать два, а Сасори всё ещё двадцать восемь. И навсегда останется двадцать восемь.Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!