Часть 3

Робб быстро оделся и поспешил из семейного крыла замка. Он едва здоровался с теми, кто его приветствовал, пока он шел ровным и целеустремленным шагом по коридорам, мимо тренировочного двора, через внутреннюю надвратную хижину, через подъемный мост и через внешнюю надвратную сторожку. Он остановился, как только смог увидеть дом своего брата. Так он делал с того дня, как вернулся Джон. Он не мог продолжать, пока не убедился, что тот больше не исчезнет. Его брат уже был в своей кузнице. Робб направился к ступеням и начал подниматься по ним. — Так сразу за работу, Вайтвульф, — ему понравилось новое имя. Лютоволк, бездельничающий достаточно близко, чтобы наслаждаться теплом углей, делал его более подходящим. Серый Ветер направился к своему брату и ткнулся носом в Призрака, чтобы тот начал действовать. Они наблюдали, как они вдвоем выбежали наружу, чтобы поиграть, — Ты умеешь делать клинки, которые возжелал бы любой воин, но решил ковать плуги. — Земля сама себя не вспашет, Старк, — он нагревал металл для работы, — Однажды ты станешь лордом Винтерфелла. Тебе следует лучше понимать, что нужно, чтобы обеспечить свой народ. Робб ухмыльнулся и сел на скамейку неподалеку. — Король должен быть здесь сегодня. Завтра, если у них возникнут проблемы после отъезда из Сервина, — он подумал, что его брат выглядит не слишком воодушевленным этой новостью, — Мать, похоже, не может решить, ждет ли она этого с нетерпением или боится. — Отец думает, что он придет просить его стать Десницей, так что я готов поспорить, что она не очень довольна. Сомневаюсь, что ей нравится мысль о том, что ее мужа увезут так далеко от нее. — Санса взволнована. Я слышал, что принц — настоящий придурок, но она убеждена, что он золотой мальчик, и всё это неправда. Это вызвало вздох его брата. — Ты тоже боишься того дня, когда мир покажет ей, насколько он может быть уродлив? Надеюсь, что любое слово, достигшее этого далекого севера, — это просто завистливая клевета. — Мы можем лишь надеяться. Мама хочет, чтобы мы с Теоном принарядились, прежде чем они приедут. Ты идешь? Джон ухмыльнулся, поднимая раскаленный металл с углей. — Я взрослый мужчина. У меня есть жена и все такое. Леди Старк больше не командует мной, — он положил его на наковальню, чтобы придать ему форму. Робб нахмурился и поднялся на ноги. — Надеюсь, твои дочери будут кричать по ночам больше, чем Арья, Бран и Рикон вместе взятые, — в ответ он получил только смех, когда направился обратно, чтобы побриться и подстричься. Остаток дня в основном был посвящен попыткам не мешаться, пока его мать гоняла слуг, чтобы убедиться, что все последние детали были выполнены. Он не был уверен, что не было сделано всё необходимое, и его отец тоже, но он решил последовать совету лорда Старка, и не подвергать сомнению такие вещи. В какой-то момент он услышал, как она ругает Брана, и собирался пойти и посмотреть, сможет ли он спасти его, но увидел, как он проносится вниз по ступеням башни. Мать и мейстер Лювин подошли, чтобы понять, что происходит. — Робб, приближается король. Пошли гонца, чтобы он сказал об этом Джону. Я хочу, чтобы он и остальные были в приличном виде и находились во дворе вместе с остальными членами дома. Он кивнул и нашел служанку, которая отправилась к брату с посланием. Он не был уверен, почему его мать стала настолько более терпимой к Джону, чем когда они были детьми, но он был благодарен за это. Она даже заткнула септу Мордейн, когда та попыталась отчитать Сансу говоря, что ей не следует принимать прекрасный подарок, который он для нее сделал. Джона нужно было считать сыном лорда Старка и обращаться с ним вежливо. Она даже поручила паре служанок помогать им по дому, чтобы Талия не навредила себе на таком позднем сроке беременности. Джон собирался стать отцом. И он был на два месяца моложе его! Это казалось странным, но это было правдой. Он помнил, как нервничала Талия, когда призналась, что она на добрых десять лет старше Джона, хотя выглядела на год моложе. С другой стороны, она, по-видимому, не расцветала, пока ей не исполнилось двадцать три года, и не ожидала, что зачнет близнецов. Как она объяснила, чем дольше живет раса, тем она обычно менее плодовита. Поскольку она не расцвела, пока не достигла возраста эльфийской девушки, она предполагала, что не сможет родить много детей, изначально она считала, что за всю жизнь сможет родить только двоих. Беременность близнецами так скоро после их свадьбы заставила ее переосмыслить это. Домочадцы собрались и ждали. Джон был рядом с ним. Отец и мать согласились, что Талию можно простить за то, что она не придет, так как ей будет трудно встать на колени и подняться, а Дженассе разрешили сделать выбор самой, поскольку она на самом деле не была поданной Вестероса. Однако эльфийка появилась и заняла место среди оружейников. Пока что она хорошо ладила с ними. Особенно с сиром Родриком, сварливым старым вдовцом. Он не был уверен, какие слухи могли пойти по этому поводу. Джон был рядом с ним. Со временем боль от его отсутствия стала меньше, но она никогда не исчезала полностью. Он хотел бы узнавать что-то из своих уроков, и делиться с ним, или праздновать с ним свои маленькие личные победы. Именины Джона были самым ужасным днем для него. В конце концов он заставил себя смириться с мыслью, что его брата больше нет, скорее всего, он умер, но это оставило шрам на его сердце. И теперь он стоял рядом с ним. Не где-то задвинутый в темный угол, как постыдная тайна, а справа от него. Реакция матери на возвращение Джона делала этот момент еще слаще. Кто-то маленький пробежал мимо, и отец остановил его, чтобы увидеть, что это была Арья. Он услышал, как Джон захихикал, когда он снял с нее шлем и сказал ей занять место. Где же она его взяла? Король оказался не таким, как он ожидал. Истории о нем рисовали его как красивого, подтянутого воина. «Мускулистого, как мечта девы». Может быть, когда-то он и был таким, но не сейчас. Роберт Баратеон не перенес эти годы так же хорошо, как их отец. Эддард Старк все еще был крепок телом и в хорошей форме. Неужели Юг превращает мужчин в это? Заставляет их неизбежно становиться мягкими и толстыми? По крайней мере, он это осознавал, учитывая шутку, которой он поделился с отцом. — Ты, должно быть, Робб, — рукопожатие мужчины было по-прежнему крепким. Он дошел до Джона. — А ты? — Джон Вайтвульф, Ваша Светлость. Я… меня раньше звали Джон Сноу. Брови короля поднялись. Он посмотрел на отца. — Твой бастард, Нед? — Да, вернулся к нам на прошлой неделе. В тот же день, когда ты покинул Сервин. Робб оглянулся и увидел улыбку на лице отца. Он был так же счастлив видеть Джона дома, как и он сам. — Черт! Посмотри на себя! Где ты был, мальчик? — Очень далеко. Это долгая и сложная история, Ваша Светлость, — король оглядел его с головы до ног. — Ты прямо как Нед, не так ли? — он схватил его за руку, — И сильный! Меч, молот, булава? — Я предпочитаю меч. Хотя я также использую лук. Роберт издал довольный звук. — Я хочу услышать всю твою историю, — он закончил, хлопнув Джона по плечу, прежде чем перейти к Сансе и остальным. Робб наклонился и понизил голос. — Такой сильный! — Заткнись, Старк, — так же тихо ответил Джон. Он усмехнулся, покачиваясь, чтобы проверить плечо брата, пока отец приветствовал королеву. Серсея Ланнистер была красавицей, но это была холодная, отчужденная красота. Ей не хватало снежно-бледной кожи Сансы, компенсируемой огненными волосами и веселыми глазами, или инаковости Талии с ее кремовой кожей и, будто поцелованными розовыми щеками. Его сестра и добрая сестра были теплыми, что делало их более близкими по духу. И ему очень не нравилось, как принц все время смотрел на его сестру. Возникло неприятное напряжение, когда король настоял, чтобы отец отвел его в семейные склепы. Все знали, почему. Он хотел увидеть склеп тети Лианны. Неловкость вызывало то, как он игнорировал взгляды жены. Отец никогда бы не поступил так с матерью. Талия поддразнивала Джона, говоря о том, как он «чрезмерно опекает» ее, поэтому Робб знал, что пример, который подали его родители относительно того, как должен выглядеть брак, запал ему в душу. Когда он выберет себе невесту, он будет обращаться с ней так, как отец обращался с матерью. — Санса, идем со мной, — мать махнула старшей дочери рукой, чтобы она подошла к ней, — Робб, пожалуйста, покажи сиру Барристану, где солдаты будут спать. Джон, будь так добр, убереги остальных троих от неприятностей? — Да, леди Старк, — его мать выгнула бровь, — Я имею в виду, да, Кейтилин. — Я тебя еще обучу, — она произнесла это с дразнящей ноткой в ​​голосе, которая заставила Робба улыбнуться. Его семья была вместе и ладила. Когда приедет дядя Бенджен, Старки будут едины. Он заметил вопросительный взгляд королевы на то, как легко мать чувствовала себя с Джоном. Глупые септоны и их тупые идеи о крови и семье. Если так думали Семеро, он бы придерживался богов своего отца.

***

Слава Девяти Лорду и Леди Старк, что ей разрешили пропустить королевское приветствие. Даже если бы ее центр равновесия не был смещен, боль в спине, с которой она проснулась, сделала бы ее день ужасным. Незачем показывать свою раздражительность всему Винтерфеллу. Эти последние несколько недель были раздражающими. Она стала неуклюжей. Она часто уставала. Ее сыновья, по-видимому, начали драться в утробе матери. Ложные схватки любили возникать, когда им вздумается. До того, как они попали сюда, целитель, приехавший из храма, заверил ее, что это всего лишь признаки приближающихся родов, и рекомендовал принимать предродовой тоник каждый день, а не через день. Он не действовал с такой же ослепительной скоростью, как целительные зелья, что-то в таком внезапном росте развивающегося ребенка было потенциально опасным, но он действительно помогал. Ее семья клялась, что он помогает, когда женщина рожает близнецов, и они не потеряли ни одного ребенка из-за родов за четыре поколения. Она также видела, как он помог матери в Маркарте, которая сначала четырежды не могла выносить беременность, наконец дав ей и ее мужу ребенка, о котором они так долго мечтали. — Я просто хотела бы знать, когда вы двое вернете мне мое тело. Я скучаю по своим ногам. Правая сторона ее живота выпячивалась вперед, и можно было рассмотреть контур крошечной ступни. — Я так и думала. Она расправила тунику на животе, немного потянулась и вернулась к переписыванию рецептов зелий. Ей пришлось начать с тех, для которых у нее были ингредиенты. Она не решилась экспериментировать с тем, что можно было найти здесь, пока не доставила. Но это дало мейстеру Лювину хорошую отправную точку для изучения основ. Он освоил базовое лечебное зелье с легкостью настоящего ученого, и с умом, жаждущим знаний. Она одолжила ему пару своих книг по основам алхимии для лучшего понимания. Она делала собственные заметки о том, какие ингредиенты теперь ей решительно недоступны и для которых у нее пока нет альтернативы. Она провела инвентаризацию своих запасов, и все они должны быть в порядке, если только они не столкнутся с ситуациями, требующими более сильного яда. Большинство ее восстанавливающих зелий все еще были легко воспроизводимы. Но она хотела бы поэкспериментировать с красным соком чардрев. Может быть, и с листьями. И с корой, если она сможет забрать ее немного, не навредив самому дереву. Конечно, оно теряло ветки и сучья, как и другие деревья, но любое детище природы с такой историей, и обладающее таким значением, должно иметь необычные свойства. Двери кузницы распахнулись, и послышались громкие голоса. — Он что, перенес сюда весь этот чертов дом? Людей и все остальное? — снаружи послышался голос незнакомца. — Да, это так, ваша светлость. Я видел, как это произошло. Затем я увидел, как Джон вышел с мечом и щитом, готовый дать бой тому, кто, по его мнению напал на них, — голос ее доброго отца. А «ваша светлость» означало, что незнакомец был королем. Двери в зал открылись, когда она уперлась руками о стол, чтобы помочь себе встать на ноги. Вошел дородный мужчина в красивой одежде и с румяными щеками. — Ба! Не беспокойся, девочка! Нед рассказал мне, почему он не позвал тебя на встречу, — он подошел, его голубые глаза с любопытством уставились на нее, — Он не солгал, ты красавица. Мальчику очень повезло. Ты, должно быть, Талия. — Да, ваша светлость, — она бросила вопросительный взгляд на лорда Старка, который кивнул, — Извините, но я все еще пытаюсь выучить все правильные способы обращения к людям. Джон обошел короля. Она знала его достаточно хорошо, чтобы понять, что эта экскурсия в их дом однозначно не была его идеей. Он наклонился, чтобы поцеловать ее в висок, затем нахмурился. — Где твои туфли? Она дремала, когда Пейдж пришла за ним. — Я не вижу своих ног. — О, точно! Простите, — последнее было обращено к их посетителям, среди которых были король, мальчик, который возможно был принцем, два рыцаря в доспехах, а также Нед и Робб. Последние двое обменялись ухмылками, когда Джон побежал обратно тем же путем, которым пришел, и вверх по лестнице, которая вела прямо из их спальни в маленький внутренний сад. — Я должна прредложить вам что-нибудь прохладительное. — О, я поняла, миледи, — Элли, одна из двух служанок, которых леди Старк поставила ей помогать, вышла из задней комнаты, — Просто сидите и берегите себя, — она поспешила обратно на кухню. Талия не привыкла, чтобы слуги делали что-то для нее, за исключением тех случаев, когда им приходилось оставаться в гостях у какого-то ярла или богатого торговца. Хотя она и признавала, что сейчас дополнительная помощь была бы кстати. Джон спустился с ее туфлями, мягкими и удобными для ее ног, которые имели тенденцию время от времени опухать. Он опустился на колени и помог надеть их на ее ноги, пока король изучал череп Мирмулнира. — Не такие большие, как некоторые в Красном Замке, — Нед кивнул. — Судя по тому, что говорит Джон, это и к лучшему. Тогда они были бы более опасны. Презрительное фырканье вырвалось у принца. Это было впечатляющее фырканье, на самом деле. Талморцы бы им гордились. — Неужели даже настолько маленький дракон слишком серьёзный противник? Джон массировал её плечи небольшими кругами. Это было очень приятно. — Драконы в Скайриме были умнее. Достаточно умны, чтобы говорить. Достаточно умны, чтобы творить собственную магию. Когда они правили Скайримом, это было не так, как здесь. Тут Таргариены контролировали все, потому что они контролировали драконов. Там драконы были теми, кто управлял всеми, и были люди, которые поклонялись им как богам. Довольно тревожно смотреть на существо, которое размышляет, сделать ли тебя своим обедом или нет, и хочет сначала поговорить с тобой. Король посмотрел недоверчиво. — Они могли говорить? О чем они хотели говорить с тобой? — В основном они говорили, насколько я ничтожен. Как они собираются сжечь мою плоть дотла и раздавить мои кости зубами. Что ты ничтожный, ничтожный смертный, а они — истинные правители мира. Большинство из них были весьма самодовольны. — Скольких ты убил? — Я перестал считать после восьмого или девятого. — Тридцать семь, — Джон наклонил голову и с любопытством посмотрел на нее. Она пожала плечами, — Я собирала их когти и зубы, чтобы использовать их в некоторых моих зельях. Мне приходилось следить за тем, сколько их у меня было, — она взяла перо, чтобы записать еще несколько строк, — Это еще одна вещь, для которой мне придется попытаться найти замену. Старый рыцарь смотрел на тролля. — Что это за штука? Джон покачал головой и снова сосредоточился на гостях. — Тролль. Мерзкие твари. Лучше всего их избегать, но иногда они подбираются слишком близко к городам и поселениям или выбирают себе место для жизни на большой дороге и нападают на путников, — он указал на группу, — Талия, ты наверное уже догадалась, что это король Роберт Баратеон. Остальные — наследный принц Джоффри, сир Джейме Ланнистер и сир Барристан Селми. Маленькая Элли вошла с закусками, парой бутылок пряного вина, которое у них еще оставалось, и стеклянными кубками. Она была очарована изящными вещами, поскольку стекло здесь было таким же дорогим, как и в Скайриме. Несомненно, она считала их прекрасными настолько, чтобы приподнести королю. Она также принесла немного сыра, вяленого мяса и хлеба. Рыцари отказались от вина, поскольку были на службе, но из вежливости приняли по кружке эля. Джон показал им другие трофеи на первом этаже дома, в основном в вестибюле. Когда Шеогорат установил дом, он сделал это так, чтобы кузница была обращена к внешним воротам, а сам вестибюль был обращен в другую сторону. Она последовала за Джоном, который рассказал об автоматонах и анимункулах, которых они вытащили из глубин вместе с собой после особенно отвратительного исследования, которое пошло ужасно неправильно. Снежный медведь. Рыба-убийца, единственный трофей, который Джон действительно хотел, потому что это был большой и впечатляющий экземпляр. Драугр остановил их, особенно когда Джон объяснил, что норды верили, что в прошлом они были поклонниками драконов, которые были прокляты и не могли найти покой из-за того, как они предали своих собратьев. Ее наименее любимым был фалмер, рядом с корусом. Она спорила с Джен из-за этого. И проиграла. — Почему вы выступали против этого, миледи? — спросил сир Барристан, с любопытством глядя на нее. — Потому что они мои дальние родичи. Как альтмеры и данмеры. Или, по крайней мере, когда-то были ими. Они были снежными эльфами, но что-то случилось с ними давным-давно. Что-то ужасное, что загнало их под землю. Что-то настолько ужасное, что они стали ими, — она выпятила подбородок, глядя на существо, — Слепые и дикие. Больше животные, чем разумные существа. Когда-то они были гордым народом, со своими городами и культурой. Теперь… они даже не тень того, чем были когда-то. Это трагично и душераздирающе, и суровое напоминание о том, что независимо от того, насколько далеко может продвинуться народ, все еще есть шанс, что он погрузится во тьму. Все затихли и посмотрели на скорчившуюся фигуру фалмера новыми глазами. Все, кроме принца, который казался избалованным и скучающим. — Джон, ты принес дары, которые ты отложил для короля и его сына? — Нет. И сейчас самое время это сделать. Пожалуйста, приглашаю всех вернуться в зал и выпить еще вина, пока я схожу и принесу их. Она повела их обратно к столам, благодарная за повод снова дать ногам отдых, пока Нед наливал королю вино. Он не собирался наливать его принцу, но его отец сказал, что все в порядке. Робб же выбрал эль вместе со своим отцом. — Ты красавица. Да и сын Неда тоже неплох. У вам будет прекрасный малыш, — он похлопал Неда по плечу, — Скоро ты станешь дедушкой! И, заодно стариком! Ее добрый отец кивнул. — Я с нетерпением жду встречи с близнецами. Всем интересно, кто из них прав. Талия говорит, что это будут мальчики. Джон говорит, что девочки. — Близнецы? Молодец, мальчик. Робб потянулся, чтобы потереть ей плечо. — Кажется, что больше стоит хвалить Талию, а не Джона. Она говорит, что в ее семье часто рождаются близнецы. — Хм, — Роберт посмотрел на своего охранника, — А как обстоят дела в твоей семье, Цареубийца? — Да, у нас тоже было несколько пар близнецов. — Ну что ж, тогда можно считать, что твоему сыну повезло, Нед. Джон вернулся по лестнице с чем-то, завернутым в кожу, скорее всего, молотом, и мечом в ножнах. Он протянул последний принцу. — Для вас, мой принц. Это эбонитовый клинок, но в то время как здесь мы используем это для названия мягкой древесины, там так называли черный минерал, который можно обрабатывать как железо. Когда я узнал, что вы приедете сюда, то вытащил из него рубины и заменил их желтыми топазами, чтобы отразить цвета вашего дома. Джоффри встал, чтобы освободить себе место, и вытащил меч из ножен. Это был тонкий, элегантный клинок. Совсем не в стиле северян, которые предпочитали более широкие, тяжелые клинки, как норды. Это было для быстрого, ловкого бойца. Джон выбрал его в основном потому, что он был красивым и живым, а не из-за полезности. Принц самодовольно улыбнулся, глядя на оружие. Может быть, потому, что считал себя хорошим фехтовальщиком, хотя она могла сказать, что он таковым не был, судя по тому, как он держал клинок, или, может быть, потому, что он был достаточно умен, чтобы понимать, что ни у кого в столице не будет ничего подобного. В любом случае, было что-то в этом мальчике, что отталкивало её. Он был на удивление достаточно самодовольным и снисходительным, чтобы соперничать с Талмором. — И для вас, ваша светлость, — Джон протянул свёрток, и король развернул ее. Она вспомнила, как он сделал это. Боевая головка молота была сделана достаточно быстро, но он, возможно, придумал несколько новых проклятий, пытаясь обработать двемерский металл для украшения. Ему потребовались дни на установку и осторожное снятие, чтобы правильно установить металлическую конструкцию, чтобы получить то, что ему нравилось. Джон иногда мог быть немного перфекционистом. — Прекрасная вещь, — Роберт внимательно изучал подарок, — Я бы никогда не подумал отлить молоток из стекла. — И он полностью функционален, — король скептически посмотрел на ее мужа, — Так и есть. Малахит так же крепок, как сталь, только легче. У меня есть тренировочная площадка прямо рядом с домом, если хотите, можешь проверить мои слова. — Где? — король поднялся со стула, на котором он сидел, и Джон повел отряд через вестибюль и вокруг к тренировочному двору, расположенному рядом кузницей. Там у них было несколько скамеек и кострище вместе с мишенями для лучников и учебными манекенами. Им уже дважды приходилось менять манекены с тех пор, как они переехали. Джон мог быть очень суров с ними, когда испытывал новое оружие. Король приступил к испытанию своего нового молота. В первый раз он ударил относительно легко, проверил, не поврежден ли молот, а затем ударил снова с большей силой. Он повторял это до тех пор, пока не стал бить манекен так сильно, как только мог, и остановился только после того, как выдохся. По правде говоря, это заняло больше времени, чем Талия мог подумать, учитывая размер его живота. — Барристан! Посмотри на него! Ни одной трещины. Даже скола нет! Старый рыцарь принял предложенное оружие и внимательно его изучил, прежде чем проверить его вес в руке. — Замечательная и прекрасная вещь, ваша светлость. Несомненно, подходящая королю. Талия краем глаза заметила, что принц отдал свой клинок дяде на проверку. На губах сира Джейме играла благодарная улыбка, когда он несколько раз крутил клинок в запястье, прежде чем атаковать манекен. Удовлетворившись, он вернул его мальчику, кивнув. — Элегантный клинок. И хороший вес для такой длины. Клинок должен быть прочным, но достаточно легким, чтобы можно было сражаться дольше, не уставая. — Ты овладел прекрасным мастерством, Джон! — Это было в основном из-за необходимости, хотя я начал наслаждаться этим. У меня есть подарки для вашей королевы и других детей, хотя я хотел получить ваше одобрение, прежде чем я отдам это принцу Томмену, — он протянул кинжал, который был очень похож на те два, которые он подарил Арье и Брандону. Король взял его и обнажил клинок, — Лезвие сделано из кости дракона. Я сделал его ранее, но я добавил рукоять из черного дерева и топаза для цветов вашего дома, когда думал, что подарить, когда вы приедете. Я не был уверен, что вы одобрите это для кого-то столь юного. — Ха! Он уже достаточно взрослый для кинжала. Сир Джейме! Передайте это моему сыну, когда увидите его, и скажите ему, что это подарок от Джона Сноу. Хотя он больше не «Сноу», не так ли? — он с любопытством посмотрел на Джона, — При нашей первой встрече ты назвал себя «Вайтвульф». — Да, ваша светлость. Это имя, которое само привязалось ко мне там, и которое я в конце концов взял себе. В Скайриме много снега. Больше, чем здесь, и я сначала думал, что оказался к северу от Стены, когда впервые прибыл. Все считали, что мое прозвище «Сноу» очень забавное. Они также заметили, что у меня есть пристрастие к волкам и волчьим мотивам. Сначала меня называли «волчьим мальчиком», а в конце концов это превратилось в «Вайтвульф», потому что снег белый, — он пожал плечами, — Мне понравилось это прозвище, и я решил принять его, как свое собственное имя. — Тогда я считаю, что ты достоин этого имени, Джон Вайтвульф, — король хлопнул Джона по плечу тяжелой рукой, его улыбка ярко светилась сквозь бороду, — Мальчик, который в одиночку прокладывает себе путь в чужой стране и достигает столь многого, заслуживает того, чтобы иметь любое имя, которое захочет. Какие подарки ты купил для королевы и Мирцеллы? — Некоторые украшения, которые я сделал своими руками. — А, ты можешь отдать это им на пиру, — король посмотрел на ее доброго отца, — Нам пора возвращаться в твою крепость, Нед. Пусть эти двое принарядятся к празднику! Их гости вернулись в стены Винтерфелла, и Джон присоединился к ней в ванной, чтобы освежиться. Этот хитрый даэдра даже нашел время, чтобы каким-то образом присоединить дом к горячим источникам, которые бежали под землей здесь, и у них всегда была теплая, успокаивающая вода. Она откинула голову назад, когда ее муж сел на каменное сиденье рядом с ней. — Я заметила, что ты не повел короля на экскурсию по хранилищам. Он фыркнул. — Только не с Ланнистером. Да и королю не нужно знать, сколько богатств мы привезли с собой. Я планирую использовать часть из них, чтобы помочь отцу подготовить Север к зиме, но большая часть принадлежит тебе и детям. Кроме того, отец говорил со мной и Роббом о возможном восстановлении одной из крепостей или владений, которым нужен лорд. Мы можем остаться в Винтерфелле, и да, я знаю, что мы только что построили этот дом, но это будет место Робба. Они хотят, чтобы мы рассмотрели возможность получить собственные земли и основать младшую ветвь Дома Старков. Отец предложил Корону Королевы. Нам придется перестраивать ее практически с нуля, башня в руинах, но у нас есть деньги, и она стоит на Даре, который является одной из самых плодородных земель Севера. Она нахмурилась. — Но это еще не решено? — С этим есть свои проблемы. Дар находится рядом со Стеной, и все налоги будут выплачиваться Ночному Дозору, но это также означает, что нам придется иметь дело с одичалыми, которые иногда перелезают через нее. С другой стороны, если принесенное нами семя приживется здесь, мы будем жить на этой земле хорошо, — он поцеловал ее волосы, — Но спешить некуда. Потребуется два или три года, чтобы обустроить там пригодное для жизни место, и я не думаю, что переезжать с младенцами, которые даже ходить не умеют, хорошая идея. Его темные глаза пристально посмотрели на нее. — Как ты себя чувствуешь? — Я в порядке, Джон. Но да, я продолжу ныть. Твои сыновья продолжают бороться друг с другом, отбивая мои почки, — временами он действительно был очаровательным идиотом, — Я не собираюсь тебя оставлять. — Но кровь сегодня утром… — Была только пара капель, и тебе не о чем беспокоиться, — он бы никогда не увидел пятен на ее белье тем утром, если бы она могла сама себя одеть. Честно говоря, через что прошли женщины, чтобы принести в мир новую жизнь, это, вероятно, самая жестокая шутка, которую боги уготовили для всех смертных. — Ты бы мне сказала, если бы тебе угрожала опасность? Нет. Нет, она бы не сказала. — Да. Конечно. Пятна просто означают, что роды приближаются. — У тебя должно быть еще две недели или того больше. — Никто не может быть полностью уверен, когда был зачат ребенок, и мы уже знаем, что близнецы появляются раньше. Вот почему я принимаю это зелье. Перестань беспокоиться. У всех нас всё будет хорошо. Женщины в моей семье рожали близнецов на протяжении поколений. Он все еще не выглядел убежденным. — Женщины в твоей семье обычно… — он замолчал. Она должна была оценить, что он был достаточно умен, чтобы не заканчивать это предложение. Менее умный мужчина мог бы сказать, что они были «крупнее» или «дороднее». Не то чтобы они были некрасивыми, это были здоровые, крепкие северные женщины с красивыми улыбками и искренним смехом. Просто по сравнению с ее более эльфийским телосложением они были довольно большими и крепкими. Или, по крайней мере, имели более широкие бедра. — Нам нужно одеться, — он перевел тему. Драконорождённый был очень лёгким на подъем. Он помог ей надеть прекрасное зеленое платье, которое прислала ей Идгрод, и соответствующие вышитые тапочки. Она заплела волосы так, что шея была обнажена, а из-под прически виднелись изящные кончики ушей. Джону нравилось видеть ее шею, чтобы он мог поцеловать ее пару раз, когда на него нахлынет нежность. Тревога была вызвана не только этим. Поскольку он выяснил, кем были его родители, он знал, что его мать, вероятно, умерла, рожая его. Он боролся с этим знанием с тех пор, как понял, что Талия беременна. Часть его была в ужасе от мысли, что его жена может умереть родами, и он будет частично повинен в этом. Поэтому она не рассказывала ему ни о каком дискомфорте, которого он не мог заметить. Она терпела, когда он приводил храмовых целителей в дом, чтобы проверить ее. Она выносила все его тревоги и страхи и делала все возможное, чтобы успокоить их. Кроме того, целители заверили ее, что он был лишь немного более беспокойным, чем остальные отцы. Они сказали, что видели и гораздо худшее. Они были готовы к появлению детей настолько, насколько возможно. У них была одежда и одеяла. У них была детская кроватка для каждого ребенка и даже одна запасная. Джон практиковался в изготовлении игрушек специально для этого. Их мальчики будут любимы и, возможно, немного избалованы. И к ее мужу вернется рассудок, как только маленькие акробаты наконец окажутся вне ее живота! Талия затаила дыхание от особенно острой боли и была рада, что Джон ушёл за подарками для королевы Серсеи и её дочери. Несколько вздохов болезненных спазмов, а затем всё снова утихло. — Постарайтесь вести себя хорошо сегодня вечером. Сегодня не ваш вечер. Ваш дедушка развлекает короля. Проявите терпение. Она выпрямилась и улыбалась, когда он поднялся по ступенькам. Она украсила свое левое ухо прекрасным каффом, который он сделал в пару к изумрудной сережке в мочке ее правого уха. Кафф загибался и огибал наклон ее уха, украшая кончик серебром и изумрудом. На ней не было никаких других украшений. — Джен не возвращалась? — Я её не видел. Думаю, она посчитала, что ее туника достаточно хороша. Она, вероятно, все равно останется с солдатами. Ты же знаешь, как мало приязни у нее к власть имущим. Тали вознесла короткую молитву Девяти Божествам, чтобы их несколько агрессивная подруга не затеяла сегодня никаких драк. Ей совсем не хотелось вправлять сломанные кости до рассвета. В последний раз, когда она напилась и разбушевалась, им пришлось вытаскивать ее из тюрьмы Рифтена. Там было что-то связанное с аргонианином и козой, о чем она никогда не осмеливалась задавать слишком много вопросов. Они прошли под руку через ворота и в зал. Снаружи доносился шум. Музыка, крики и смех. — Похоже на праздник. — Как много людей. От Королевской Гавани до Винтерфелла ехать три месяца, и это если будет хорошая погода и не придется чинить сломавшиеся повозки. Они, скорее всего, пробудут здесь примерно луну, прежде чем отправятся обратно. Еще одна причина, по которой я не хотел, чтобы король знал, что находится в хранилищах. — Мы должны помочь пополнить кладовые и запасы, когда они закончатся. — Конечно. — Я приехал слишком поздно? Новый голос. Они оба обернулись, когда мужчина с темными волосами и темными глазами отдал свою лошадь одному из рабочих. У него было длинное, строгое лицо, очень похожее на лицо Эддарда. Он шел к ним, снимая перчатки, но замедлил шаг, когда приблизился достаточно близко, чтобы разглядеть их. Его и без того бледное лицо побледнело еще больше, рот открылся от шока. Лицо Джона расплылось в улыбке. — Дядя Бенджен! Ах, она слышала о нём. Он присоединился к Ночному Дозору. Странное решение, учитывая, что смерть старшего брата означала, что осталось только двое братьев Старков, чтобы продолжить род. Конечно, Нед и Кейтилин, безусловно, делали все возможное, чтобы это исправить. Бенджен Старк выглядел так, будто кто-то ударил его по лицу лопатой. — Джон? Ее муж раскрыл объятия. — Во плоти. Бенджен быстро подошел, буквально врезавшись в своего племянника и крепко обняв его. — О боги! Когда?! Почему Нед мне не сказал? — Прошла всего лишь неделя. К тому времени ты уже покинул Черный Замок, так что не было никакой возможности послать весточку. Старший мужчина держал Джона на расстоянии вытянутых рук, чтобы осмотреть его, его лицо грозило расколоться надвое от улыбки. — Посмотри на себя. Вырос и окреп. Но все еще красив, — он ущипнул его за щеку, — Ты всегда был слишком красив. Я бы побоялся брать тебя на Стену, чтобы кто-нибудь из братьев не принял тебя за девчонку. Талии пришлось хихикать над этим. Он был не первым, кто сказал это Джону. Вряд ли он будет последним. — Ты опоздал, дядя, — он указал на нее, — Это Талия. Моя жена. Тали, это мой дядя, Бенджен Старк. Она одарила его улыбкой, хотя, возможно, она стала немного натянутой, так как её догнал очередной спазм. Ей следовало бы остаться в постели. Притвориться, что у нее голова болит или что-то в этом роде. Но это был важный вечер для ее родственников. — Джон много раз говорил о вас… Извините, я не знаю, как к вам обращаться. — Бенджен. Пожалуйста. Я Брат Дозора. У нас нет титулов, и, похоже, мы с тобой семья, — он взглянул на ее живот, — И, похоже, наша семья скоро станет больше. Вы двое явно не теряли времени. — Это полностью его вина. Он слишком очарователен. Это вызвало у него смех. Он оглянулся на Джона, положив широкую руку ему на плечо. — Боги, Джон. Мы думали, ты умер или покинул нас навсегда. Где ты был? Джон хорошо держался, когда ему приходилось пересказывать одну и ту же историю снова и снова. — Это долгая история, дядя. Но давай мы расскажем тебе всё внутри. Холодно, и я бы предпочел не держать Талию здесь слишком долго. — Конечно! Конечно. Они пропустили появление Старков и их королевских гостей. Джон, возможно, тянул время с подготовкой. Или, может быть, она. За последние несколько месяцев она стала экспертом в использовании различных болей и недомоганий, которые возникают во время беременности, чтобы ловко избегать разных ситуаций. Это прекрасно работало, и она легко избегала скучных собраний и шумных сборищ, на которых она предпочла бы не присутствовать. Например, когда их приглашали в посольство Талмора. Ей не нравилась Эленвен и ее люди, а они не любили ее, поэтому все были счастливы, что она оставалась дома. И снижалась вероятность, что начнется драка. Кстати, Талморцы всегда были инициаторами. Подавали блюда, эль и вино лились рекой. Они искали место, но один из слуг сказал им, что для них уже приготовлены места за высоким столом. Бенджен выглядел удивленным и довольным этим. — Похоже, разлука заставляет сердце становиться мягче. Джон пожал плечами. — Она старается. Она была очень приветлива с тех пор, как мы вернулись, и она была очень добра к Тали и Джен. — Джен? — Дженасса, — он вгляделся в толпу и заметил ее, — Вон там. Высокая, стройная женщина с темной кожей, — как и предполагалось, она сидела с оружейниками. Примечательно, что она сидела рядом с сиром Родриком. Бенджен нахмурился. — Из каких она земель? Джон вздохнул. — Это часть той же длинной истории, дядя. Пойдем наверх. Я расскажу тебе все, как только передам королеве и ее дочери их подарки, и мы сядем на свои места. Они направились к столам в передней части зала. Место за высоким столом было зарезервировано для Бенджена, хотя он попросил пересадить его за детский стол, чтобы он мог навестить своего племянника, как только поприветствует короля и королеву. Следующим подошел Джон, почтительно поклонившись. — Моя королева, я еще не вручил подарки, которые сделал для вас и вашей дочери, — он протянул ей одну из тех красивых деревянных коробок, которые он любил делать для драгоценностей, — Мейстер Лювин нашел мне изображения львов и герба Ланнистеров, с которыми я мог работать. Надеюсь, я сделал их достойными. Серсея Ланнистер улыбнулась, и Талия тут же поняла, откуда у ее сына такая надменность. Она поступила бы умно, если бы смогла избежала её внимания. Однако было довольно приятно видеть, как это надменное выражение лица сменилось удивлением, когда она достала подарок. Джон сделал ей золотую диадему с двумя стилизованными львами по бокам от большого рубина. Один из ее больших безупречных рубинов. Он указал, что ей не нужны все из них. Он привез самое маленькое устройство, которое он нашел на Солстейме. Она еще не поняла, как оно работает, и она опасалась разбирать его, ведь собрать его обратно может быть непросто, но это было магическое устройство. Изначально она не собиралась отправляться с ним в то маленькое путешествие, хотя она и добралась туда, когда он и Джен не вернулись, когда должны были, и он познакомил ее с мастером. Тот, кто сделал эту штуку, придумал способ брать драгоценности и магически объединять их с коконами неродившихся пауков, чтобы создавать магических созданий, которые могли защищать и атаковать по приказу. Пока что это работало только с видом пауков-альбиносов с Солстейма, поэтому ей не нужны были все их драгоценности. У нее было ограниченное количество паучьих коконов, еще одна вещь, которую она никогда не сможет заменить, и гораздо больше драгоценных камней. Если только она не сможет вывести пару стручков… Нет. Наверное, это плохая идея. К диадеме прилагались гребни, также со львами и рубинами. Королева улыбнулась более искренне. Алчность. Она буквально светилась из нее. — Прекрасная работа. Такой талант для человека, который начинал с малого. Несомненно, он пригодится вам на протяжении всей жизни. Он кивнул головой в знак признания, с изяществом проигнорировав тонкую колкость. Он многому научился, имея дело с иногда раздражительными дворянами дома. Повернувшись к принцессе Мирцелле, он протянул ей оставшийся подарок. — Я думал, что для такой юной девушки будет более полезным то, из чего невозможно вырасти. Мирцелла улыбнулась ему, в ней было гораздо больше тепла, чем во всем, что ее мать показывала до сих пор, и открыла свой подарок. Браслет, кольцо или ожерелье в конечном итоге стали бы слишком малы. То же самое и с диадемой или обручем. Вместо этого Джон подарил ей гребни из золота и рубинов — цветов Ланнистеров и из черного дерева и топаза — цветов Баратеонов. Там же были драгоценные шпильки, чтобы дополнительно украсить прическу, используя либо вместе, либо носить их отдельно. — Спасибо! Они прелестны, — она показала их другим молодым леди, которые путешествовали с ними, фрейлинам королевы. Все они восхищенно склонились над шкатулкой. Джон и Талия присоединились к столу. Бенджен сел по другую сторону от Джона, и он снова рассказал о том, как он появился в странном мире, который, вероятно, был очень далеко от Вестероса, об этом свидетельствовали две луны, и как ему пришлось бороться, чтобы выжить. Он опустил все, что не хотел озвучивать в присутствии короля и его свиты, в основном все о том, что он был предсказанным героем, призванным остановить дракона от завоевания и пожирания всего Нирна, и вместо этого просто остановился на «нам пришлось сражаться и убить нескольких драконов вместе с множеством других разных существ». В конце концов, еда была подана, и все наелись, а люди перемещались по чертогу. Король, который теперь сидел в середине всех столов, с девушкой-служанкой на коленях, позвал Джона. Она бы послала шоковый разряд прямо в промежность Джона, если бы когда-нибудь застала его за таким поведением. Затем она подожгла бы женщину. Не было смысла пытаться поджечь Джона. Он не горел. Однако королева, казалось, просто терпела это с таким холодным выражением лица, на которое только была способна. Возможно, в ее поведении все-таки была причина. Она сказала ему идти, довольствуясь тем, что просто сидит в стороне, и разглядывает людей. Эти люди очень напоминали ей нордов, если честно. Они жили в холодной, суровой среде, которая требовала от них расти сильными и выносливыми. Холод не чувствовал угрызений совести или доброты и не жалел никого. Жизнь в холодных краях быстра и коротка во всех мирах. Кто-то принес мишень с улицы и установил ее у одной из стен. За ней стояла Джен. Она знала это, потому что данмерша теперь соревновалась с мужчинами, которые с каждой минутой становились все более пьяными. Чертовы дураки. Она выгребет из их карманов всё золото. Еще один болезненный укол пронзил ее. Он был достаточно сильным, чтобы заставить ее заметно дернуться. Она почувствовала, как одно из маленьких тел внутри беспокойно зашевелилось. Одной рукой она потерла живот и задумалась, не попробовать ли съесть еще несколько кусочков. В последнее время она в основном часто перекусывала, потому что в её животе не было достаточно места, чтобы съесть полноценные куски. Приемы пищи отнимали у нее целую вечность. Принцесса Мирцелла разговаривала с Сансой. Обе девочки были прелестны. Санса напоминала ей ее кузину Лиру. Не такая пышногрудая, но ей было всего тринадцать лет. Она все еще росла. Только у Лиры были глаза настолько темно-карие, что они казались почти черными. Это создавало поразительное сочетание. И она только начала замечать, что мальчики не совсем глупые и грубые, когда написала Талии последнее письмо из Фолкрита. Талия вздохнула. Она будет скучать по своей большой семье, хотя больше всего ее беспокоила их реакция на ее исчезновение с Джоном. Вероятно, они уже знали. Надеюсь, Джен ошибалась, и родственники ее матери не возьмутся за оружие и не начнут штурмовать посольство Талмора. Они и так потеряли достаточно своих родственников. Всех подозревали в поклонении Талосу. Они определенно поклонялись Талосу, как и ее родители и братья, включая ее родного отца-альтмера. Но, как и большинство нордов, они не соглашались с тем, что Талмор и Империя имели право отказать им в их боге-покровителе. Засранцы. Когда Джон нашел ее, она была угрюмой, злой. Он заставил ее снова улыбаться. Заставил ее снова смеяться. Она потерла живот, когда очередная острая боль решила сказать «привет». И он снова подарил ей собственную семью. Боль была сильнее, чем в прошлый раз. О, нет. Сейчас?! Вы хотите сделать это сейчас?! Может и нет. Она почувствовала, как что-то теплое и влажное вылилось на ее одежду и намочило бедра. Блин. Она огляделась в поисках слуг, но никого поблизости не было. Она посмотрела в сторону Джона. Король и Бенджен привлекли его внимание, и было слишком шумно, чтобы ее можно было услышать без крика. Дженасса все еще учила солдат Ланнистеров смирению с помощью своих навыков метания ножей. Она посмотрела на стол. — Санса? — девушка была так поглощена разговором с принцессой, что не слышала ее. Арья набирала ложкой пюре из корнеплодов, с радостным выражением лица высматривая свою цель. — Арья! — не слишком громко, но она знала, что девочка будет слушать, не заметит ли ее кто-нибудь из взрослых. Такова природа младших братьев и сестер. Она знала это лично. Девочка подпрыгнула, выронив ложку. — Я ничего не делала! Тали выдавила улыбку и жестом пригласила девочку подойти. Она откинулась на спинку стула и пошла вдоль стола к ней. — Что? Я ничего не сделала. — Это не важно, — она притянула девчушку к себе, — Мне нужно, чтобы ты поднялась туда и сказала своей матери, что мне нужна помощь в доме, и мне нужен мейстер Лювин. Затем мне нужно, чтобы ты пробралась через всех этих людей к Джону и сказала ему, что дети решили родиться сегодня. Серые глаза Арьи расширились, и она побежала вокруг стола, на помост и вперед по всей длине высокого стола к стороне леди Старк. Кейтилин наклонилась, чтобы услышать ее. Ее собственные голубые глаза расширились и устремились на нее. Тали бросила на нее извиняющийся взгляд и поморщилась, когда на нее накатила новая боль. Леди Старк махнула рукой двум слугам-мужчинам и прошептала им приказы, вставая сама. Мужчины поспешили вокруг стола к ней, чтобы помочь ей подняться. Арья посмотрела на толпу между ней и братом. Видимо, она чувствовала, что продираться сквозь нее слишком долго, потому что вместо этого она вскарабкалась на стул матери, проигнорировав потрясенное выражение лица королевы, и сделала глубокий вдох. О, нет. — ДЖОН! ДЕТИ ​​ИДУТ! — АРЬЯ! — леди Старк остановилась на полпути к мейстеру Лювину, чтобы посмотреть на свою дочь. Звук разнесся по залу, все затихли, прежде чем Джон начал проталкиваться, пытаясь добраться до нее. Громкий смех короля разносился над головами всех остальных, когда мужчины начали выводить ее из зала. Но они не пошли к дверям. — Дом… — Леди Старк велела отвести тебя в свои покои. Немедленно. — Что? — Мои комнаты ближе, — Кейтилин быстро приближалась к ней сзади, когда они вышли из главной комнаты и оказались в одном из коридоров, И я на самом деле не спала в них уже много лет. Последние три раза я использовала их, когда рожала Арью, Брандона и Рикона. Ой. Им пришлось остановиться еще три раза, так как схватки почти согнули ее пополам. В какой-то момент Джон добрался до них и занял место одного из слуг. — Мы послали за Ходором. Он мог бы просто отнести ее туда. — Мы справимся. Казалось, прошла целая вечность, прежде чем они добрались до покоев леди. Внутри была девушка, которая, должно быть, побежала вперед, чтобы добраться туда первой, потому что она уже разожгла очаг, а другие слуги принесли свежую одежду. Мейстер Лювин помог им уложить ее на кровать, и тут начался настоящий спор. — Родильное ложе — не место для мужчин, Джон. Подожди вместе с остальными. Первые дети обычно рождаются не сразу. Мы можем провести здесь большую часть ночи. — Он мужчина! — Я — мейстер. Совершенно другой случай. — Я ответственен за это. Я должен быть здесь с ней! — Тебе следует выйти. Леди Старк более чем способна помочь мне с этим. Она уже помогала с родами в замке. Она хотела, чтобы он остался, но и не хотела одновременно. Она не хотела, чтобы он был здесь, если что-то пойдет не так. Она не хотела, чтобы он увидел, если что-то пойдет не так. — Джон? Он оббежал вокруг тети и потянулся к ней. — Что? Что тебе нужно? Она сделала несколько вдохов. — Иди домой и принеси мне несколько целебных зелий. Роды могут разорвать женщину. Они могут мне понадобиться. Он кивнул и быстро двинулся вперед, исчезнув за дверью. Она сглотнула и откинула голову на подушку. — Теперь можете запереть дверь.

***

Они выставили мальчика из покоев и заперли дверь. Видимо, его жена его обманула. Бенджен не мог решить, сочувствовал ли он парню или ему хотелось смеяться. — На! Выпей, мальчик! Ей не нужно, чтобы ты был там. Серсея прекрасно справилась без меня! Ты будешь только мешать. Они отвели бы его обратно в зал, где праздник и пиршество все еще продолжались, но было ясно, что Джон не хотел там находиться. Мальчик сидел в кресле, сжав руки в кулаки перед собой, локти на коленях, прижав зубы к костяшкам пальцев, пока его взгляд метался по стенам. Возбуждение в его чистейшей форме. — Не понимаю, о чем ты беспокоишься, — женщина, (темный эльф?) Дженасса подняла еще одну кружку эля, одновременно подбрасывая красивый кинжал, который она выиграла у одного из солдат Ланнистеров в своем соревновании по метанию ножей, — После всего, что Тали пережила с тех пор, как встретила нас, это должно быть для нее легко. Король с интересом посмотрел на женщину. — Вы взяли ее с собой в бой? — Конечно. Для некоторых работ нужен клинок. Для других нужна магия. Эта девчонка чертовски полезна в бою, — она протянула кружку за новой порцией, — Предположим, она теперь станет заботливой и домашней. Не для меня такая жизнь. Молодая женщина с пылающими щеками и влажными от пота волосами прошла через коридор, соединяющий большой зал с внутренней крепостью. Она увидела, как все глаза остановились, чтобы обратить на нее внимание, и сделала короткий реверанс. — Прошу прощения, но леди Старк велела передать вам, что дети уже пришли в этот мир. Два крепких мальчика с волосами матери и глазами бабушки. Из зала раздались радостные возгласы, но Бенджен нахмурился. Глаза их бабушки? У Джона были глаза Лии, а Кейтилин не могла знать, как выглядит семья Талии. Она могла бы рассказать ей, предположил он. Он посмотрел на Неда и увидел, что лицо его брата побледнело. Ой. Ох, семь кругов Пекла. Она имела в виду женщину, которую многие считали матерью Джона. Эшара Дейн. Фиолетовые глаза. Глаза Таргариенов. Либо Кейтлин тоже так считала, либо Нед наконец-то рассказал ей правду. Он не мог спросить о таких вещах. Не в этой компании. Джон все еще выглядел обеспокоенным. — Моя жена? Девушка улыбнулась. — Устала, но она была здорова, когда я ее оставила, сир. Все в порядке. Лицо его племянника расплылось в улыбке, и он побежал в коридор. Король встал и присоединился к нему, Нед и Джен последовали за ним. Сир Барристан тоже пошёл за ними, поскольку королевская гвардия всегда должна быть наготове, чтобы охранять короля. Когда они добрались до двери комнаты леди, им по-прежнему было отказано во входе. Кейтилин поспешила остановить их у двери и вытолкнула Джона обратно, крепко прижав руку к груди, закрыв за ними дверь. — В чем дело? — Ничего не случилось, — Кэт излучала спокойствие и силу, — Просто была ошибка в подсчетах. — Леди? За дверью раздался женский голос. Первую часть они не услышали, но последняя часть была достаточно громкой, чтобы быть ясной. — … НЕ СОГЛАШАЛАСЬ НА ГРЕБАНУЮ ТРОЙНЮ! Все уставились на дверь за спиной Кэт, которая, казалось, пыталась не рассмеяться, увидев выражение лица Джона. Однако Дженасса не могла похвастаться самоконтролем. Она расхохоталась, едва не согнувшись пополам. — Эта старая карга! Джон посмотрел на свою подругу, на его лице отразилось замешательство. Это заставило ее снова рассмеяться. — Третья детская кроватка! Лицо новоиспеченного отца стало бледнее снегов снаружи. — О, — оно было слабым и неуверенным. Леди Старк улыбнулась и похлопала его по плечу. — Возможно, тебе стоит сесть, пока ты не упал. Она без труда родила первых двух. Не сомневаюсь, что и этот будет в порядке. Ты принес ей зелья? Он принес. Он взял четыре бутылки. На всякий случай. Хотя Джен поддразнивала его, что это слишком много. Кэт взяла бутылки и вернулась в комнату. Они уловили краткий миг криков, издаваемых женщиной, прежде чем дверь снова закрылась. Джон прислонился к стене, его лицо все еще было бледным. — После этого она меня убьет. — О, она ничего такого не сделает. Ты думаешь, она захочет гоняться за тремя детьми в одиночку? Я определенно не подписывалась играть в няньку. Джон покачал головой. — Идгрод могла хотя бы приложить письмо, чтобы предупредить нас, что это произойдет. — Может быть, её видения так не работают. Может быть, она сама увидела, что вам понадобится еще одна кроватка, но не из-за другого ребенка, а по какой-то иной причине. Король снова заинтересовался. — Ты знаешь ведьму? Джон покачал головой. — Я бы не назвал ярла Идгрод Равенкрон ведьмой. Она просто женщина, обремененная видениями. Как и многие в ее семье. Очень помогает ей, когда она руководит ее народом. У ее дочери это проявилось немного, но у ее сына гораздо больше. Это мучает бедного мальчика, но с этим мало что можно поделать. Эльфийка кивнула. — Мы получили от нее ящик за несколько дней до того, как нас сюда отправили. Там были платья для Талии, которые подходили для такого праздника, и третья детская кроватка, хотя две были от двух других ярлов, а Идгрод уже отправила ей подарок для ребенка, — она кивнула на дверь, — Теперь мы знаем, почему. Прошло еще много времени, прежде чем дверь наконец открылась. Кейтлин улыбнулась. — Теперь она закончила. Джон оттолкнулся от двери. — Вы уверены? Донесся голос мейстера Лювина. — Совершенно уверены, юный Джон. Теперь можешь войти. Он ворвался в комнату, вызвав веселый смех людей в коридоре. Нед потянулся к рукам жены. — Детки? — Три мальчика. Небольшая разница в размерах, но Лювин говорит, что это не неожиданность, и они все догонят друг друга. Один ребенок обычно крупнее другого, когда их больше одного. В остальном здоровые и сильные. Хороший цвет лица. Все плакали, когда им положено, но быстро успокоились, как только мы их помыли и запеленали. Все трое похожи друг на друга. Не знаю, как мы их различим. До них донесся усталый, но сильный голос. — Тупой волк. В следующий раз рожать будешь ты. Они услышали, как Джон рассмеялся в ответ. — Мне жаль, Тали. Ты права. Это было нечестно с моей стороны. — Как я смогу прокормить троих? У меня всего две сиськи! Роберт расхохотался. — Она уже звучит хорошо и сильно! — он проковылял к двери, — Так что давайте посмотрим на маленьких волчат! Они вошли в комнату. Постельное белье уже сменили, и служанки, которые были там, чтобы помочь, собрали грязное белье и одежду в корзину, готовые отнести их в прачечную, как только группа мужчин уйдет с их пути. Бенджен подумал, что Талия выглядела немного раскрасневшейся по сравнению с тем, что было раньше, такой румянец, который появляется от долгого напряжения. Ее рыжие волосы были влажными, а ее драгоценности были сняты и положены на стол рядом с кроватью. Она держала одного младенца, а Джон держал двух других, по одному в каждой руке. — А, посмотри на это. Три славных мальчика. Прекрасный способ создать семью. Тебе есть чем поделиться, парень. Дай мне одного, — Роберт протянул руку и взял одного из младенцев у него, но Бенджен не упустил из виду настороженный взгляд Джона. — Разве они не красивые? Неудивительно, ведь вы оба можете похвастаться тем же, — он провел рукой по тонкому пушку каштановых волос на голове младенца, — Не так сильно видны уши, как у тебя. — Нет, ваша светлость. Мои не такие длинные, как у моего отца. Его были такими же длинными, как у Джен. — Чем больше поколений отделяет нас от эльфийских предков, тем меньше видны отличия. Бретонцы происходят от смешанных детей, таких как Талия, но прошло так много времени, что вы не сможете отличить их от любой другой расы людей, если не знаете, что искать. Через несколько поколений у их потомков, скорее всего, будет мало эльфийских черт, если они вообще будут. — Жаль. На самом деле, это красиво, — младенец немного занервничал, глаза распахнулись, и король уставился на них, — И эти глаза. Что-то привлекло внимание Бенджена, и его взгляд метнулся к кровати. Свободная рука Талии свисала сбоку, но ему показалось, что он увидел слабый отблеск искр, танцующих вверх и над изгибом ее запястья. Он посмотрел на ее лицо и увидел там холодный взгляд, полный опасности. Она была похожа на мать-волчицу, охраняющую своих щенков. Они знали. Ему придется расспросить Неда подробнее, но Джон и его жена знали правду о его происхождении. Они знали, и они знали, какую угрозу король представляет для их семьи, если узнает об этом. Он не поверил до конца, когда ему сказали, что жена Джона — маг, но он подозревал, что теперь это может быть правдой. Если король задумает навредить младенцу в своих руках, эта мать-волчица позаботится о том, чтобы это была последняя мысль, которая когда-либо придет ему в голову. — Как ты вообще заставил Дейнов позволить тебе забрать его из Звездопада, Нед? Они там очень щепетильны в отношении своих бастардов. Почти ощутимое напряжение в комнате исчезло, хотя об этом знали только те, кто имел отношение к Старкам. — Он моей крови. Он принадлежит Северу. Роберт кивнул. — Да. Да, это так. И он вернулся на Север, туда, где ему и место, — он отдал младенца обратно отцу, — Как вы их назовете? Молодые родители моргнули и обменялись взглядами, внезапно растерявшись. — У вас наверняка есть имена. — Два, ваша светлость, — Талия посмотрела на короля, — Мы назовем их Вилкас и Фаркас, в честь моих братьев, которые тоже были близнецами. Мы не были готовы к третьему. Джон посмотрел на своих мальчиков. — Лианнас. Как и с Вилкасом и Фаркасом, это будет данью уважения моим собственным родственникам, — он посмотрел на Неда, — Если… если ты не возражаешь, отец. Нед улыбнулся. — Более чем хороший выбор. Ей бы это понравилось. — Прекрасные имена, — Роберт широко улыбнулся, — Очень красивые имена, в самом деле. Ты, конечно, знаешь, как приветствовать короля, Нед. Пир, хороший эль и три новые жизни, чтобы появился ещё один повод для праздника! Давайте уйдем отсюда и позволим им побыть вместе. Кейтилин, похоже, согласилась, поскольку она вывела их с таким изяществом и достоинством, что казалось, будто она даже не собиралась выставлять их вон.