Глава 12: Первые шаги

      Ты приходишь в себя медленно. Первое, что ты чувствуешь — боль. Не острая, не разрывающая. А глубокая, тупая, ноющая боль во всей нижней половине твоего тела. Но это… хорошая боль. Это боль жизни, которая возвращается в мертвые ткани. Это боль, которая сменила ледяную пустоту. Ты открываешь глаза. Алия рядом. Она сидит на коленях, держит твою руку в своих и смотрит на тебя с таким напряжением, будто боится, что ты сейчас рассыплешься в пыль. Ее лицо бледное и уставшее. — Джон… — шепчет она, когда видит, что ты очнулся. — Твоя нога… она дернулась. Прямо перед тем, как ты отключился. Я видела. Операция завершена. Ты жив. И, возможно, ты больше не калека. Ты чувствуешь свое тело. Целиком. Ты смотрел на Алию, на ее встревоженное лицо, и в этот момент все твои мысли о сестре, о побеге, о силе были вытеснены одной-единственной, самой базовой потребностью твоего нового тела. — Воды… — прохрипел ты. — И еды. Всю, что есть. Твое тело, перестроившее себя и потратившее колоссальное количество энергии, требовало топлива. Срочно. — Сейчас, сейчас, — Алия тут же бросилась выполнять твою просьбу. Она поднесла к твоим губам флягу, и ты жадно сделал несколько больших глотков. Затем она схватила самые большие куски жареного мяса, оставшиеся у костра, и поднесла их тебе. Ты ел. Ел как дикий зверь, которого не кормили неделю. Ты почти не жевал, отрывая куски и проглатывая их. И с каждым проглоченным куском ты чувствовал, как сила возвращается. Это было невероятно. Ты ощущал, как Эфир из плоти убитой твари вливается в тебя, как руны на твоей коже вспыхивают ярким бирюзовым светом, впитывая энергию. Тупая боль в теле начала отступать, а туман в голове рассеиваться. Голод и жажда исчезли, оставляя после себя лишь гудящую в венах мощь. Ты все еще был слаб, но ты больше не был пуст. Ты закончил есть и перевел дыхание. Алия с тревогой и затаенной надеждой смотрела на тебя. Теперь, когда ты восстановил часть сил, в голове оставался только один, главный вопрос. Ты медленно опустил взгляд на свои ноги. Пора было узнать. Ты чувствовал, как сила, полученная из плоти монстра, разливается по твоему телу. Это была не просто сытость. Это была энергия, заполнившая твое иссохшее «озеро» маны до краев. Туман в голове рассеялся, мысли стали четкими. Но твое тело ниже пояса все еще было чужим, безмолвным. Алия с тревогой и надеждой смотрела на тебя, ожидая, что ты скажешь или сделаешь. Но ты не смотрел на нее. Ты смотрел на свои ноги. На эту бесполезную часть себя, прикованную к земле. Внутри тебя смешались отчаянная надежда и леденящий страх неудачи. Давай же. Пожалуйста. Ты закрыл глаза, полностью отключаясь от внешнего мира. Ты сосредоточился. В своем сознании ты проследил путь — от мозга, вниз по позвоночнику, к тому месту, где ты только что плел свою призрачную сеть из Эфира. Ты почувствовал этот «мост». Он был хрупким, чужеродным, но он был на месте. Ты послал по нему самый простой, самый базовый импульс. Команду, которую здоровые люди отдают, не задумываясь. «Пошевелись». Ты направил ее на большой палец правой ноги. Ты ждал. Секунда длилась вечность. Ничего. Отчаяние начало подступать к горлу. Неужели все было зря? И тут ты увидел это. Под рваной тканью комбинезона твой палец… дрогнул. Один раз. Слабое, едва заметное, но абсолютно реальное, осознанное движение. Это сработало. Плотина рухнула. Из твоих глаз хлынули слезы. Ты не пытался их сдержать. Это были не слезы горя или ярости. Это были слезы облегчения. Оглушительного, всепоглощающего облегчения. Ты откинул голову назад, и из груди вырвался прерывистый, похожий на смех, всхлип. — Джон? Что?.. — начала было Алия, но тут она тоже увидела. Она увидела это слабое движение. Увидела слезы на твоем лице. И поняла все. Ее собственное лицо исказилось, и она, закрыв рот рукой, беззвучно заплакала от радости и пережитого напряжения. Вы не говорили ни слова. Просто сидели в полумраке пещеры, освещенные фиолетовым огнем, и плакали. Два сломленных подростка в аду, которые только что вместе совершили настоящее чудо. Когда первая волна эмоций схлынула, ты вытер лицо рукавом. Ты посмотрел на Алию, которая все еще не могла прийти в себя от пережитого, на ее измученное лицо. Она отдала тебе всю свою энергию, она тащила тебя на себе, она была твоим якорем. Ты использовал телекинез, чтобы подтолкнуть к ней самый большой кусок мяса, оставшийся у огня. — Теперь ты, — сказал ты, твой голос был хриплым, но твердым. — Ешь. Тебе тоже нужны силы. Она посмотрела на мясо, потом на тебя, и медленно кивнула. — Спасибо, — сказал ты ей. — Мы же команда, идиот… — ответила она. Эти слова стали вашим девизом на следующие дни. И ночи. Прошла неделя. Затем вторая. Время в этом мире без солнца и с двумя лунами текло иначе. Ваша жизнь превратилась в суровую, однообразную рутину, состоящую из боли, пота, разочарований и крошечных, но невероятно важных побед. День третий. Алия помогает тебе сесть, подложив под спину все мягкие вещи, что у вас есть. Ты сидишь, тяжело дыша, и часами смотришь на свои ноги. Ты посылаешь им мысленные приказы. Снова и снова. К вечеру тебе удается заставить икроножную мышцу сократиться. Это твоя вторая победа. Алия, увидев это, плачет от радости. День шестой. Ты научился контролировать дрожь в ногах. Теперь ты можешь сидеть без поддержки. Алия каждый день уходит на охоту и приносит мясо и странные, горькие корни, которые, как оказалось, тоже можно есть. Пока ее нет, ты тренируешься. Ты часами гоняешь энергию по телу, укрепляя свои новые эфирные «нервы». Ты оттачиваешь микроконтроль, заставляя капли воды танцевать в воздухе или сплетая из них сложные, кружевные узоры. День девятый. Первая попытка встать. Алия стоит перед тобой, протянув руки. Ты упираешься в пол ладонями и, используя всю свою физическую и магическую силу, пытаешься подняться. Ноги подгибаются, как у новорожденного олененка. Ты падаешь. Она ловит тебя. Неудача. Но ты не сдаешься. День двенадцатый. Ты стоишь. Ты стоишь на своих ногах, держась за плечи Алии. Тебя трясет, мышцы горят огнем, но ты стоишь. Пять секунд. Десять. Ты делаешь один неуверенный, шаркающий шаг. И еще один. Это больше, чем ты мог мечтать неделю назад. Ты снова чувствуешь землю под ногами. День четырнадцатый. Конец второй недели. Ты все еще не можешь ходить самостоятельно, но с помощью Алии в качестве опоры ты уже можешь медленно передвигаться по пещере. Твои магические «мышцы» окрепли, контроль стал почти инстинктивным, а связь с Алией — нерушимой. Она стала твоими ногами, твоими руками, твоей тенью. В один из вечеров, после очередной изматывающей тренировки, она помогает тебе сесть у огня. — Ты становишься сильнее, Джон, — говорит она, и в ее голосе звучит неподдельная гордость. — С каждым днем. Ты смотришь на свои ноги, которые теперь не просто куски плоти, а упрямый, непослушный механизм, который ты медленно, но верно подчиняешь своей воле. — Ты становишься сильнее, Джон, — говорит Алия, и в ее голосе звучит неподдельная гордость. — С каждым днем. Ты перевел взгляд со своих непослушных ног на ее лицо. На ее уставшее, но улыбающееся лицо. Она была твоим тренером, твоей сиделкой, твоей опорой и твоим единственным другом. Все эти две недели она была рядом. — Это все благодаря тебе, — сказал ты тихо, но искренне. — Без тебя я бы до сих пор лежал на том камне у алтаря. Она фыркнула, пытаясь скрыть смущение. — Ну, кто-то же должен был следить, чтобы ты не начал жевать камни от скуки. К тому же, я не могла бросить своего командира. Вы помолчали. В ее словах была шутка, но вы оба понимали их истинный вес. — А теперь… — сказал ты, и твое лицо снова стало серьезным, в глазах зажегся знакомый упрямый огонек. — Отойди. Алия непонимающе нахмурилась. — Джон, ты не… — Отойди, — повторил ты тверже. — Я должен. Сам. Она с тревогой посмотрела на тебя, но увидела, что спорить бесполезно. Она медленно отступила на пару шагов, готовая в любой момент броситься и подхватить тебя. Ты положил ладони на каменный пол по обе стороны от себя. Закрыл глаза. Вся твоя воля, вся твоя накопленная за эти дни сила, вся твоя ярость и надежда — все это сконцентрировалось в одной команде, посланной к ногам. Встать. Твои руны вспыхнули ярким, мощным светом. Мышцы на ногах напряглись до предела, тебя затрясло от нечеловеческого усилия. Опираясь на руки, ты медленно, миллиметр за миллиметром, начал поднимать свое тело. И ты встал. Ты стоял посреди пещеры, шатаясь, балансируя, но стоял. Один. На своих собственных ногах. Ты поднял правую ногу. Движение было рваным, неуверенным. Ты поставил ее на пол. Затем левую. Один шаг. Второй. Третий. На четвертом шаге равновесие окончательно покинуло тебя, и ты начал падать. Но прежде чем ты коснулся пола, Алия была уже рядом. Она подхватила тебя, и вы вместе опустились на землю. Ты сидел на полу пещеры, тяжело дыша, полностью опустошенный. Ты только что прошел три шага. Три самых трудных и самых важных шага в твоей жизни. Ты посмотрел на свои ноги, которые снова тебя слушались, потом на Алию, и рассмеялся. Настоящим, громким, счастливым, чуть истеричным смехом. Впервые за это бесконечное время. Ты снова можешь ходить. Теперь ничто не сможет тебя остановить.