Часть 1

tired of healing - Noah Henderson 🎶

      Зал еще звенел от эха недавнего выступления. Гул голосов, отголоски аплодисментов, возбужденные крики фанатов – все это постепенно стихало, пока ребята, измотанные, но довольные, скрывались за кулисами. Хосок, хрустнув шеей и потянувшись, обнял Намджуна за плечо.

– Как насчет выпить после?

– Было бы неплохо, – согласился Намджун, и остальные согласно закивали.

– Я покурю, – бросил Чонгук, направляясь в противоположную сторону.

– Чонгук, – строго окликнул его Намджун. Младший остановился. – Без каких-либо скандалов и камер. Будь осторожен.

Чонгук кивнул и ушел, а остальные направились в гримерку, чтобы переодеться.

Выйдя в коридор, Чонгук искал черный вход. Найдя нужную дверь, он вышел на улицу, достал из кармана пачку сигарет, вынул одну и сразу же закурил. Тело расслабилось, дым заполнил легкие. Он закрыл глаза, наслаждаясь моментом. Простояв так несколько минут, он засунул пачку обратно в карман и собирался уйти, когда услышал тихий плач, доносившийся из одной из комнат.

Нахмурившись, он подошел к двери и увидел, что она слегка приоткрыта. Внутри стояла женщина в черном шикарном платье, с темными волосами, крася губы красной помадой перед зеркалом. Недалеко от нее сидела девушка, чье хрупкое тело содрогалось от рыданий.

– Мама, давай уйдем домой, пожалуйста. Мне страшно.

Женщина подошла к девушке, взяла ее за щеки и сжала.

– Держи себя в руках, слабачка! Ты знаешь, сколько нам перепадет, если компания твоего отца и его станут партнерами. Так что приведи себя в порядок и быстро иди в зал.

С этими словами женщина направилась к двери. Чонгук быстро отошел и зашел в другую, пустую комнату. Когда женщина ушла, он вышел и снова подошел к той самой двери. Мать опять не закрыла ее. Чонгук, сам не зная почему, злился на такое поведение женщины.

Через щель он увидел, как девушка встала и руками начала что-то искать, осторожно шагая. Подойдя к зеркалу, она снова ощупывала его руками. Чонгук нахмурился. В голове проносились разные варианты, объясняющие ее поведение. Когда девушка обернулась, все догадки подтвердились: она была слепа. Невинная, хрупкая, в белом нежном платье до колен, с каштановыми волосами и персиковыми губами – само воплощение нежности, ангел.

Торопясь, она что-то искала, тяжело дыша. Чонгук вошел в комнату, пытаясь понять, что ей нужно. Увидев, как она задыхается, он понял, в чем дело. Найдя ее сумочку, он сразу же достал ингалятор и поднес его к ее лицу. Девушка испуганно дернулась от чужого прикосновения, дыша еще тяжелее.

– Тшш, дыши. Все хорошо.

Хрустальные слезы текли по ее нежным щекам, и девушку начало трясти. Чонгук сразу же прижал ее к себе, гладя по волосам.

– Не бойся. Я не причиню тебе вреда. Дыши глубоко.

Девушка понемногу успокоилась и закрыла глаза. Так они и простояли в объятиях друг друга, пока ее дыхание не пришло в норму.

– Ты в порядке?

Девушка открыла глаза, немного отстранилась и тихо сказала:

– Да… спасибо, что помогли.

После чего девушка встала, и Чонгук последовал за ней. Он внимательно смотрел на ее прекрасные черты лица: шоколадно-карие глаза, пунцовые щеки, персиковые губы – сама невинность, само воплощение ангела.

Внезапно в дверь постучали, и девушка вздрогнула. – Госпожа Мина, ваша мать ждет вас. Если вы готовы, я провожу вас. Девушка начала сжимать платье в руках. – Да, сейчас. Подожди немного. Чонгук, все так же с холодным взглядом. – Теперь ты знаешь мое имя. А как тебя зовут? Он взял ее маленькую ладонь, вложил в нее ингалятор и отпустил. После чего ушёл. Девушка, простояв еще немного, сжимая в руках препарат, улыбнулась и прошептала: «Спасибо». Затем вышла. Чонгук зашел в гримерку к ребятам и начал расстегивать пуговицы на рубашке. – Почему так долго? – спросил Намджун. – Давай потом, хен. Холодно, – ответил Чонгук. – Перед тем как уйти, нас хочет видеть одна семья. Быстрее переодевайся, некрасиво заставлять ждать дам. – И кто же это? – уже догадываясь, спросил Чонгук. – Жена директора компании Кей Груп. Младший усмехнулся. Зал, куда их провели, был отделан в вычурном стиле, с тяжелыми бархатными шторами и массивной хрустальной люстрой. Женщина, которую представили как госпожу Ким, была одета в элегантное платье, подчеркивающее ее стройную фигуру. Рядом с ней стояла та самая девушка, Мина, в своем белом платье. Она казалась еще более хрупкой и беззащитной в этом роскошном окружении. Чонгук старался не смотреть в ее сторону, но краем глаза чувствовал ее присутствие. Он видел, как она слегка вздрагивала от громких звуков, как ее пальцы судорожно сжимали ткань платья. Госпожа Ким, с натянутой улыбкой, рассыпалась в комплиментах группе, восхищаясь их талантом и харизмой. Она говорила о перспективах сотрудничества, о новых возможностях. Намджун вежливо поддерживал разговор, стараясь не упустить ни одной детали. Чонгук же чувствовал себя не в своей тарелке. Он не понимал, зачем его сюда притащили. Он не хотел участвовать в этих светских играх, в этих лицемерных улыбках и пустых обещаниях. Ему хотелось просто уйти, вернуться в гримерку, выкурить еще одну сигарету и забыть обо всем этом. Но он не мог. Он был частью группы, и должен был следовать правилам. Он должен был улыбаться, кивать и делать вид, что ему интересно. Когда госпожа Ким закончила свою речь, она повернулась к Мине и, слегка подтолкнув ее вперед, сказала: – Мина, поблагодари ребят за их прекрасное выступление. Мина, смущенно опустив голову, тихо проговорила: – Спасибо… за вашу музыку. Чонгук не выдержал и посмотрел ей в глаза. В них он увидел не только слепоту, но и какую-то глубокую печаль, какую-то невысказанную боль. В этот момент он почувствовал странное, необъяснимое желание защитить ее, оградить от всего этого мира, полного лжи и лицемерия. Он сделал шаг вперед, нарушив протокол, и протянул ей руку. – Рад был познакомиться, Мина. Она, удивленно вздрогнув, неуверенно протянула свою руку в ответ. Его пальцы коснулись ее нежной кожи, и по телу пробежала легкая дрожь. Встреча закончилась быстро, как и началась. Намджун обменялся визитками с госпожой Ким, пообещав связаться в ближайшее время. Ребята вежливо попрощались и покинули зал, оставив за собой шлейф дорогих духов и недосказанности. В машине царила тишина. Хосок, обычно самый разговорчивый, молча смотрел в окно. Чимин и Тэхен перешептывались о чем-то своем, стараясь не привлекать внимания. Намджун, как всегда, был погружен в свои мысли. Чонгук сидел, откинувшись на спинку сиденья, и смотрел в потолок. Он все еще чувствовал прикосновение ее руки, ее хрупкость и нежность. Он не мог понять, почему эта встреча так сильно его задела. Он встречал множество влиятельных людей, красивых женщин, талантливых артистов. Но никто из них не оставил в его душе такого глубокого следа. Он вспомнил ее глаза, полные печали и какой-то невысказанной мольбы. Он вспомнил ее тихий голос, ее смущение и неуверенность. Он вспомнил, как она сжимала в руках ингалятор, как будто это была единственная ниточка, связывающая ее с реальностью. Он не мог выбросить ее из головы. В гримерке он молча переоделся, стараясь не обращать внимания на вопросы ребят. Он чувствовал, что они что-то подозревают, что они видят его состояние. Но он не хотел ничего объяснять. Он сам не понимал, что с ним происходит. Выйдя из гримерки, он направился к черному входу. Ему нужно было выкурить сигарету, чтобы хоть немного успокоиться. На улице было прохладно и ветрено. Он достал пачку, вынул сигарету и закурил. Дым заполнил его легкие, но не принес облегчения. Он все еще чувствовал ее присутствие, ее невидимую тень, преследующую его. Он вспомнил слова Намджуна: "Без каких-либо скандалов и камер. Будь осторожен". Он всегда был осторожен. Он знал, что его жизнь находится под пристальным вниманием публики, что каждое его действие может иметь последствия. Он старался избегать скандалов, не ввязываться в сомнительные истории, не давать поводов для сплетен. Но сейчас он чувствовал, что все это не имеет значения. Он чувствовал, что готов рискнуть всем ради нее. Он не знал, что это – любовь, влечение, жалость или простое любопытство. Но он знал, что не может просто так ее забыть. Он выбросил окурок и достал телефон. Он набрал номер своего менеджера. – Хен, мне нужна информация о компании Кей Груп. И о семье директора. Особенно об их дочери, Мине. Он знал, что это безумие. Он знал, что это может разрушить его карьеру, его репутацию, его жизнь. Но он не мог остановиться. Он должен был узнать о ней все. Он должен был понять, что с ней происходит. Он должен был помочь ей. Он не знал, зачем. Он просто знал, что должен. Ветер усилился, и он поежился от холода. Но внутри него горел огонь, огонь, который он не мог погасить. Огонь, который вел его вперед, в неизвестность. Огонь, который заставлял его чувствовать себя живым.