Вернутся к фанфику

Тупой сон

18 декабря 2023, 15:44
Дни шли за днями. Лето медленно догорало, становясь более блеклым и неярким - каждый световой день медленно, по мышиному шагу уменьшался. Дружба между двумя студентами, такими разными и непохожими, несмотря на приближающийся учебный год, не становилась слабее, а наоборот, с каждым днем все усиливалась, переходя и трансформируясь во что-то новое: еще более сильное и нежное чувство, доставляющее столько удовольствия и одновременно причиняющее столько боли; пугающее своей неизвестностью и неопределенностью. Хотелось бы просто поделиться своими переживаниями и честно обо всем рассказать друг другу; но из-за внезапно образовавшегося барьера парни могли делать вместе все - все, кроме изливания души. Будто бы эта, на первый взгляд, такая простая вещь была для них самым сложным и невозможным шагом, от чего постоянно что-то удерживало, не давало сделать того, чего так хотелось. Что же с ними случилось? Странное смущение вперемешку с грустью и тревогой было для темноволосого Жоры в новинку. Почему он не может сосредоточиться на работе, периодически, невольно посматривая в сторону соседа, будто бы желая что-то от него услышать? Почему он, порой, сам не контролирует свое дыхание, то замирающее, то учащающееся? Почему он подолгу не засыпает, думая лишь об одном, ворочаясь с боку на бок и пытаясь заглушить тоскующий разум? Может, слова Платона о скорой разлуке только теперь произвели на него такое впечатление? Да, брюнету не хотелось даже вспоминать о том, что когда-нибудь они разъедутся и заживут своей жизнью: ему хотелось верить и надеяться на то, что время остановится или будет тянуться бесконечно долго, застряв на счастливом для него моменте, игнорируя все остальное. Но времени их совместного обучения оставалось все меньше, и желтокожий работяга невольно понимал, что он может скоро навсегда лишиться своей самой важной части жизни всего лишь за один несчастный день. Он настолько привык и привязался к своему странному хиппи, что даже не представлял свою жизнь отдельно от него: словно их жизни всегда должны быть связаны, и порознь находиться ни тому, ни другому ни за что нельзя. Но если все же это случится в ближайшем будущем? Но из-за чего такое волнение и печаль, почему нельзя просто смириться с тем, что им придется расстаться? Может, потому что Георгий его... любит...? ஐஐஐ ஐஐஐ ஐஐஐ Грохот, треск и лязг летящей посуды. Грубые хриплые крики пытаются заглушить осипший визг. Звуки шлепков, ударов тела об тело и об мебель. Маленький мальчик с зачесанными темными волосами и в очках стоит у порога, даже краем глаза боясь увидеть происходящее на кухне. Дыхание его замерло, в горле образовался мерзкий ком. Руки, в холодном поту, дрожат; ноги съезжаются вместе, упираясь друг в друга. До него долетают разноцветные осколки, клочья вырванных волос и капли крови, пачкая белую рубашку, тем самым, выставляя ребенка соучастником. Кажется, малыш бы сейчас расплакался от страха и ужаса, если бы горло не было полностью сжато волнением и переживанием. Внезапно большие взрослые мужские ноги прошли мимо, шелестя слегка порванными джинсами, забрызганными пугающей красной жижей; мальчугану пришлось потесниться, прижавшись к дверному косяку. Он услышал лишь грубое ругательство, очевидно, адресованное ему: жаль, что его значение пока осталось неизвестным. Только мама говорила, что это ужасное, и очень обидное слово, которым называют самых противных и несносных людей. Неужели он в свои пять лет действительно такой уж ужасный и противный, что его называют этим страшным словом на букву п? Но это сейчас неважно - женщина в рваном окровавленном платье лежит на полу, все еще вздрагивая и ежась то ли от холода, то ли от все еще не утихшей паники. Ее желтоватая кожа начала медленно раскрашиваться фиолетовыми синяками и бордовыми ссадинами; голос от постоянного плача стал тихим и сдавленным, не способным больше ни на какие слова. Руки женщины были прижаты к груди так, словно на них были надеты невидимые наручники, и тряслись, все больше и больше и больше намокая из-за непрекращающихся слез. Внезапно она попыталась приподняться, опираясь на израненные руки с торчащими кусками стекла и керамики, но, ощутив полное отсутствие сил, слабо, заикаясь и всхлипывая, ели слышно прошептала: -О-он... о-он.. в-врал мн-не... Вс-се в-врем-мя... я д-д-думала, что ему нужн-ны д-дь-деньги... д-для... лечения больной сестры, а он-н... а он теперь л-любит д-д-другую, и мы ему б-больш-ше не нужны! Я п-просила его пожалеть хоть т-тебя, но он... не с-слушал... - из темных, покрасневших от плача глаз женщины продолжали литься обжигающие слезы, заливая платье и свисающие на плечи подранные черные волосы. Внезапно она повернулась к стоящему в отчаянии мальчугану, стараясь заглянуть в его карие глаза. - Ж-жора, милый, прости, что у тебя такая ужасная мать, которая не может даже выбрать для тебя нормального, ответственного от... от-тца... Прости меня, дуру! Ослепилась, повелась, полюбила, позаботилась! А теп-перь... с-снова одна... Не повторяй моих ошибок! - на этих словах мать потянулась к сыну, гладя кровоточащей рукой его побледневшую щеку, измазывая ее пунцовой жидкостью. - Ты очень добрый, милый и наивный мальчик, но мир обманчив и жесток, и кто угодно может воспользоваться твоей добротой в самых недобрых целях... - голос постепенно становился ровнее, менее дерганным, звуча уже твердо и решительно. - Никогда ни к кому не привязывайся, не влюбляйся, никогда никого не люби до потери пульса! -М-мам, а к-как это - влюбиться? - тихо спросил мальчуган, тихо падая на колени, вымотанный эмоциональным напряжением. -Это значит - лишиться головы и разума ради кого-то одного, кто чаще всего, этого не заслуживает. Когда ты думаешь о ком-то вместо дела, и потом страдаешь из-за того, что он не чувствует того же в ответ. И хорошо, если тебе частно скажут об этом, вместо того, чтобы постоянно врать и обворовывать тебя же за твои чувства! Хотя тебе сначала и может казаться, что ты счастлив; печаль и разочарование скоро займут главное место в твоем маленьком, добром и чувствительном сердечке... ஐஐஐ ஐஐஐ ஐஐஐ Некогда пережитый ужас пробудил недавно уснувшего предпринимателя, отдавшись мощным ударом по всему телу. Так это... просто сон? Казалось, чувство некогда пережитого страха вновь воскресло, пробудив некогда уснувший смертный ужас. Но сейчас рядом нет ни злого безразличного отца, ни израненной несчастной мамы, ни разнесенной в пух и прах кухни. Он сидит у себя за столом, очевидно, уснув прямо за работой, почти ничего не помня. Только пережитая ранее паника слегка отдавалась по телу, тщетно пытаясь воскресить образ родственницы, будто бы он снова стал пятилеткой, опять наблюдая за ссорой родителей в неописуемом шоке и отчаянии. Все стало неразборчивым, быстро начав испаряться; но в памяти четко впечаталась последнее наставление: Никогда ни к кому не привязывайся, не влюбляйся, не люби! Но разве юный инвестор действительно любит? Может, это просто очень крепкое чувство дружеской привязанности не дает ему покоя, и ничем большим тут даже не пахнет? Хотя... Может, он действительно ощущает... эту... именно ее...? Все очень сложно и непонятно... Парень так боялся нарушить наставление мамы и действительно повторить ее ошибку - любить, в ущерб себе! Но, разве испытывая это загадочное чувство, обязательно только страдать? Неужели нельзя получать от него удовольствие и радость? Относительно Платоши, бизнесмен точно знал, что много счастливых моментов и воспоминаний у него есть именно благодаря своему русому пофигисту. Этот странный чудак, несмотря на свой странный стиль общения, в свое время значительно поднял самооценку Жоре: столько раз он был готов выслушать товарища, всегда находя слова для поддержки; столько раз он бесплатно отдавал свое тепло и доброту работяге, совершенно задаром, ничего не требуя взамен. Никогда этот хипарь не обижался на срывы черноволосого паренька, всегда пытаясь его понять и помочь, пусть и не всегда удачно; никогда не обзывал друга, никогда не сказал ему ни одного обидного слова. Связанно ли это с его любовью к пацифизму и гармонии, или вопрос состоит именно в любви к конкретному человеку? Проще не гадать, а честно обо всем спросить. Но достаточно ли для этого смелости и уверенности в себе? К черту! Георгий схватил кусочек мятой бумажки, взяв первую попавшуюся ручку, неаккуратно набросав: Дорогой Платон. Я запутался в себе, и хочу спросить тебя, что со мной происходит. Я подолгу не могу сосредоточиться, думая только о тебе, и не могу уснуть, тревожась из-за чего-то. Я не знаю, что со мной, но мне кажется, что у меня есть предположение. Не воспринимай всерьез, я даже не уверен в том, что это действительно так. Просто мне кажется, что я тебя люблю. "Фу, да что же это?!" - ругнулся юноша, несколько раз перечитав свою пламенную записку и агрессивно скомкав ее. - "Это просто глупый сон, что было - то было. Конечно, никого я не люблю и любить не могу, я даже не знаю, как это! Мне надо больше думать о деле, а не о всякой чепухе!". Бумажка, шелестя, была готова уже отправиться в мусорное ведро, но парень, не задумываясь, по привычке сунул ее в карман белых штанов, все еще чертыхаясь. "Выдумал, тоже, из-за тупого сна!". Пройдет время, чтобы он наконец понял, что его эмоции и чувства - вовсе не выдумка.

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!