Вернутся к фанфику
9. Оборотни.
5 мая 2024, 13:57Загадка: где можно спрятаться лучше всего?
Правильно, на виду у всех.
— Здравствуйте, пастор, — бодро начал я, обращаясь к статному священнослужителю, — у меня действительно случилось некоторое дерьмо. Мне с братом негде жить. Не позволите ли вы ненадолго остаться при церкви? Мы готовы трудиться на благо общины.
Казалось бы вольная просьба, от которой даже неподвижное лицо Роберта дернулось, но священник не повел и бровью. Он как и прежде подарил спокойный, полный умиротворения взгляд и ровным голосом ответил:
— Конечно, дети мои. Заблудшие души всегда могут надеяться на защиту Господа, а я как посредник всего лишь выполняю его волю.
Священник все понял. В прошлую нашу встречу я словно улитка был спрятан в мешковатом капюшоне, и он никак не мог бы увидеть мои золотисто-пшеничные патлы. Сегодня же он точно обратил внимание на свежие фиолетовые пятна на кончиках ушей, оставленные дешевой химозной краской. От его взгляда также не ускользнуло и поведение Роберта, его полная боевая готовность при абсолютном внешнем спокойствии. Наверняка он уже заметил явное отсутствие кровного родства между нами. Тем не менее, между нами ярким светом било родство духовное, настолько явно, что любой на его месте бы зажмурился, поспешно отвернувшись. Видимо, в его трактовке священных книг, подобные отношения между однополыми личностями допускались или вовсе не оценивались. Нам повезло. Не знаю, сколько еще раз в этом одиноком скитании на двоих Матушка Удача пожмет нам руки, но сейчас это было как никогда кстати.
От крыльца церкви, где я настиг пастора своей словесной атакой, мы направились вглубь зеленого дворика церкви, скрытого от шумного города высоченным каменным забором.
По ухоженной территории с бетонными дорожками и стриженными кустиками мы передвигались словно стайка уток. Пастор шагал впереди, только ему было известно куда мы идем и как туда попасть. Я следовал вторым. Каждый шаг отдавался тупой болью в голове — валиумные отходняки давали о себе знать. Не вынимая руки из кармана, ловким движением пальцев я освободил заветную пилюлю и рывком отправил ее в рот, как всегда без воды. За спиной послышался вздох Роберта, который замыкал наше утиное шествие. Роберт был на стреме, не расслабляясь ни на секунду. Если бы я сейчас обернулся, то готов поспорить, что его рука как бы невзначай находилась за спиной, прямо с той стороны, с которой мирно ждал своего часа пистолет.
Позади церкви стояло небольшое здание, служившее местом отдыха и жилья для местных священнослужителей. В отличие от монументальности каменной церкви, данная халупа была похожа скорее на бытовку для строителей, чем на покои проводников между богом и человеком. Деревянное крылечко явно держалось из последних сил, но миновав его, мы оказались в чистом просторном помещении, наполненном солнечным светом, приветливо льющимся сквозь многочисленные окна. По такой же деревянной стоптанной лестнице нашей утиной стаей мы поднялись на второй этаж. Комната слева в конце коридора приглашающе отворила перед нами свою дверь руками пастора. В нос волною проник запах сырого дерева вперемешку с ладаном.
— Располагайтесь здесь, пожалуйста, — все также дружелюбно сказал он, указывая на две односпальные кровати со свежим постельным бельем на них, — меня зовут отец Бернард, обращайтесь ко мне так. Все поручения по хозяйству буду давать вам я. Придется соблюдать наш распорядок дня и присутствовать на всех службах, надеюсь это не проблема?
— Никаких проблем, отец Бернард, — поспешил ответить я, перехватив вопрошающий взгляд священника обращенный к Роберту, — Меня зовут Том, а моего брата Сэм. Приятно с вами познакомиться и спасибо за предоставленный приют.
Роберт тем временем по хозяйски исследовал комнату, слишком внимательно оглядывая каждый угол и зачем-то выглянул в окно.
— Буду ждать вас на службе через три часа, а пока отдыхайте, изучайте обстановку, — на последней части фразы Бернард сделал акцент, глазами следуя за передвижениями Роберта.
— На ночь церковь закрывается? — внезапно подал голос Роберт, повернувшись от окна.
Увидев как я нервно захлопал глазами и смятение на лице пастора, он добавил:
— Я привык молиться перед сном, но ложусь спать поздно.
— Храм божий всегда открыт для молитв и посещения, — в голосе Бернарда слышалось одобрение, но до этого в его лице промелькнуло нечто странное, словно 25 кадр, — старайтесь высыпаться после поздних молитв, подъем в нашей общине в шесть утра.
Роберт отрывисто кивнул удовлетворенный ответом. Пастор мягко кивнул в ответ, немного наклонившись корпусом вперед, затем вышел из комнаты, бесшумно прикрыв за собой дверь. Мы остались вдвоем.
— Том? Почему не Дин? — улыбаясь спросил Роберт. — Осталось лишь угнать с парковки торгового центра нужный автомобиль.
Звук его смеха убирал головную боль круче валиума. Я смотрел на счастливое лицо и ощущал, что вижу перед собой скорее божественное явление, а не друга с колледжа, в которого был влюблен уже десятилетие. Искренняя радость на его обычно строго-угрюмом лице переворачивала все нутро.
Это было сравнимо со сценой рождения Бога, которую я наблюдал на потолке своей квартиры, объевшись галлюциногенов. Святые укутали младенца в красные пеленки и передали на руки мне. Трепет и близко не стоящий ни с чем во вселенной.
Никакая почетная премия за твои достижения не шла ни в какое сравнение с тем моментом, когда после появления на свет Бога его передали в руки именно тебе. Тот факт, что все описанное было лишь галлюцинацией, вызванной распадом злой химии - значения не имел. Для мозга не было разницы: сон или галлюцинация, каким-то образом он все равно вписывал небывалое в свою реальность.
Возможно именно тогда мой убежденный атеизм дал трещину и я стал иногда наведываться в храм в поисках отголосков того, что однажды ощутил обдолбанный лежа на своей кровати. Иронично, что это ощущение подарил мне человек, с которым я был знаком сильно дольше, чем с Богом. Не исключено, что в тот обдолбанный момент находясь на экваторе поисков Роберта я подсознательно канонизировал его образ, а мое воображение вложило в это видение предстоящую встречу с Робертом.
— Он и так нас спалил по полной программе, с таким же успехом можно было бы представиться Томом и Джерри — теперь уже и я улыбался.
— Чип и Дейл мне нравится больше, — подхватил волну Роберт, заливаясь еще сильнее и открывая взору еле заметные ямочки на щеках.
— Мы не можем здесь надолго остаться, — внезапно сказал Роберт. Улыбка растворилась в воздухе словно отголосок сигаретного дыма.
— Почему? Здесь довольно безопасно и изолированно от внешнего мира, — заявление Роберта меня ошарашило, словно неприятная электрическая стрела угодила между ребер.
— Ты недооцениваешь влияние кланов, — вновь напомнил Роберт сев на кровать и нахмурив брови.
Неожиданная волна злости начала вскипать во мне:
— Ты утрируешь, не может быть чтобы все было так плохо, — подозрительность Роберта уже начинала доставлять неудобства.
Роберт лишь вздохнул и улегся на кровать прямо в обуви, отрешенно уставившись в потолок.
***
Видеть мафию, драющую полы приходского домика мне не доводилось до сегодняшнего дня. Роберт мастерски обращался со шваброй, полностью погрузившись в процесс. Его движения были сравнимы с игрой на скрипке: бережные и продуманные. Отчего-то подобные мысли меня засмущали. Лишь изредка Роберт бросал взгляды в мою сторону, как бы спрашивая: все ли у меня в порядке. За этим занятием он был похож на обычного человека, не ждущего опасности от каждого угла. Как стандартный клерк, работающий по будням, он наводил порядок дома в выходные. С оговоркой на то, что никакого дома ни у меня, ни у него не было, а драили мы жилище священнослужителей в обмен на приют. Как бомжи. Мне совсем не хотелось думать о том, что Роберт теперь не имел дома именно по причине моего вторжения в его жизнь. Был ли он счастлив все годы без меня или также отчаянно тосковал и рвался к свету, подобно беспомощному мотыльку? Я дал себе обещание, что рано или поздно смогу построить дом для нас двоих и наполню его уютом. Дом, вдали от кровожадных разборок криминального подполья. Где-то на краю мира в окружении природы и обязательно озера. Мы бы научились рыбачить, собирали травы в лесу. И под теплым одеялом напротив камина, наслаждались бы запеченной на костре рыбой и чашкой ароматного чая. Ночью снилась сцена вторжения вооруженных черных людей в микроквартирку. Почему-то меня не беспокоило расхищение и разгром пошлой жизни, пускай я и очень привязывался к вещам. Это была не моя жизнь. Я скорее читал о ней в бульварном романе, а не жил ею. Блуждая в сладких мыслях, я машинально занимался вверенным мне поручением. На автомате отделял черную одежду от белой и загружал в две большие стиральные машины, стоящие у стены в одном из хозяйственных помещений первого этажа. Хотя подобные гигантские отрезы ткани одеждой было назвать сложно. Они больше походили на тоны постельного белья. Расправляя очередное тканевое нечто, я пытался представить себе, как это носить на себе, но тщетно. Немного смяв нечто для уменьшения площади, я отправил его в соответствующую по цвету машину к другим примерам неразрешенной загадки церковного быта. Звонкий спокойный голос вывел меня из мыслей: — Том, Сэм, пора собираться на литургию. Оставьте дела и пойдемте в храм. Голос принадлежал Бернарду. Остальных членов общины мы видели лишь мельком, но этого хватило, чтобы заметить настороженность и недоверие в их поведении, обращенное в нашу сторону. Конечно, никто не гнал нас палками и не проявлял неуважение, но подобные вещи мне всегда были понятны и без слов. Звериное чутье, разгорающееся где-то внутри: тебе здесь не рады. Мы заняли места на первой скамейке, было важно показать нашу вовлеченность людям, без лишних вопросов давшим убежище двум сомнительным "маргиналам". Роберт уселся очень близко ко мне, переходя все грани приличия. Было очевидно, как он это делает, не задумываясь о правилах, просто тянется ко мне и хочет уничтожить пустое воздушное пространство между нами. Теплая нога Роберта приятно грела мою, а левым ухом я мог отчетливо слышать его размеренное дыхание. Сначала было сложно сконцентрироваться на тихом голосе незнакомого мне священника, но буквально через несколько мгновений я уже полностью погрузился в процесс. Помимо того, что не хотелось подвести Бернарда и прослыть двумя сатанистами, мне хотелось и получить что-то для себя, поэтому интерес был искренним. — Господь - пастырь мой: не буду ли я иметь нужды? На злачных пастбищах покоит меня, к источникам тихим провожает меня, крепит душу мою. Путь правый показывает мне ради имени Своего. И пойду по долине смертной тени, не убоюся зла, ибо Ты со мною. Твоя палица и жезл Твой, они утешают меня. Ты пред столом предо мною противников моих преславно помазал маслом, и чаша Твоя удивительно сладка, — пастор продолжал читать священное писание. Роберт мягко положил руку на мое колено и немного сжал его. Этот жест поддержки моментально направил орду мурашек по спине и литры краски к щекам. Наши телодвижения не ускользнули от глаз священника, и он смерил нас осуждающим учительским взглядом, словно болтающих на уроке учеников. Роберт убрал руку, но остаточное тепло на моем колене осталось до самого конца службы.***
Ночью, когда я уже укладывался спать, в комнату из душа вернулся Роберт. Однако, по его виду можно было понять, что ни в каком душе он не был. Наверняка опять шастал по территории, тщательно щупая каждый куст. — Вставай, тут ты спать не будешь, — сказал он, стаскивая с меня одеяло. — Чего? — сонный мозг с трудом воспринимал происходящее. — А где я буду спать? — В церкви, — отрезал Роберт, ничего не объясняя. Я вопросительно уставился на мафиози в ожидании хоть каких-то деталей. В очередной раз тяжело вздохнув, Роберт все-таки соизволил объясниться: Из этой комнаты два выхода. Первый — окно. Второй вниз по лестнице и через главный вход. Если нас обнаружат, то непременно придут ночью и возьмут в капкан с двух сторон. Во время службы, я изучил план церкви. Оттуда помимо главного выхода, есть еще четыре варианта покинуть здание незамеченными. Вставай. — Подушку то взять можно? — ворчливо спросил я, но спорить не стал. В словах Роберта была логика и желание спорить пропало. — И одеяло, — мафиози накинул на плечи мое одеяло на манер шарфа и улыбнулся. За одну эту улыбку я был готов уничтожить весь мир.Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!