Вернутся к фанфику

Глава 15

24 декабря 2023, 09:44
К зиме хронический кашель Кориолана, заработанный ещё в пять лет после перенесённого гриппа, всегда обострялся – проведя пол ночи, подскакивая от его приступов чуть ли не каждые полчаса, он окончательно махнул рукой на идею того, чтобы попытаться уснуть, и поднялся. Лёжа всегда было хуже – пока он бродил по затихшему на ночь дому, сухие лающие обрывки превращались в лёгкое покашливание время от времени, что ещё вполне можно было терпеть. Изведя себя отсутствием деятельности, Кориолан уселся за стол и достал прибережённый потрёпанный листок – включив неяркую лампу на своём столе, озарившую комнату приглушённым желтоватым светом, он задумался, покрутив ручку в пальцах. Снова посмотрев на листок, Кориолан вывел своим ровным, чётким почерком: ⠀ «Реформы и нововведения:» ⠀ Он невольно вздрогнул и замер – несмотря на то, что пока это были всего-то какие-то заметки на обтрёпанной бумажке, это показалось ему крайне самонадеянным. Кориолану вдруг представилось издевательское лицо Хайботтома или, ещё того хуже, какое-нибудь очередное «Мы с деканом почитали твоё сочинение...» доктора Галл, и по спине противным холодком пробежало чувство, будто те уже высмеяли его, нищего мальчишку и ошмёток рода Сноу, перед всем Капитолием с его «реформами». Он внезапно вспомнил, как лет в четырнадцать позорно сбежал из класса после очередного изощрённого разноса злобного карлика и, спрятавшись в первый попавшийся туалет, как мышонок, рыдал там до посинения, пока не опух, и его не выудила оттуда Сатирия, отпаивая в своём кабинете успокоительным битый час, чтобы он снова стал похож на человека. Хорошо хоть успокоительным, подумалось ему теперь – Кориолан прикрыл глаза и отогнал беспокойные мысли. Этого никто не увидит, кроме него самого – никаких Галл и Хайботтомов. А потом это узрит весь Панем в его исполнении – и точка. Возвратив утраченную было решимость, Кориолан вспомнил о запасном способе поднятия духа и, поднявшись, накинул отцовский халат – возвратившись к столу, он сосредоточенно поджал губы и добавил твёрдой рукой: ⠀ «1) Политика дистриктов 2) Строй Капитолия 3) Упразднение (замена?) Голодных игр 4) Избирательная система...» ⠀ Кориолан сам не заметил, как увлёкся своими будущими политическими деяниями, расписав ими к утру едва не весь лист вместе с оборотной стороной – он вдруг ощутил небывалый для последних дней душевный подъём, едва не странное творческое вдохновение. Он всё ещё был замёрзшим и голодным, без нескольких дней семнадцатилетним мальчиком, но мысленно ощущал себя готовым на великие свершения, поворачивая штурвал управления своей и только своей рукой – возникающие перед глазами идеи настолько захватили его, что сегодня гимн Капитолия застал Кориолана врасплох, и он интуитивно дёрнулся, когда мощнейший вступительный аккорд с размаху дал по невыспавшейся голове. Мадам-Бабушка взяла столь пронзительную ноту, что Сноу снова непроизвольно кашлянул. Он осторожно пробрался на кухню, миновав всецело поглощённую своими руладами старушку – Тигрис варила что-то в кастрюльке. ⠀ – Капустный суп, – пояснила она в ответ на его немой вопрос – и добавила, поглядев на серое лицо брата: ⠀ – Выглядишь не очень здоровым – может, сегодня останешься дома? За один день ничего не будет. ⠀ – Всё в порядке, просто не выспался, – отозвался Кориолан, кутаясь в халат поплотнее и вытаскивая оставшийся от половинки батона хлеба огрызок с ножом. Все эти годы ему было страшно даже опаздывать, не то что пропускать – и он не опаздывал и не пропускал. Объяснять сейчас всё это Тигрис казалось ему слишком долгим и не особенно нужным – засмотревшись на то, как за последние несколько месяцев успела расползтись трещинка в стене, Кориолан не заметил, как лезвие ножа полоснуло по пальцу. Вздрогнув, он бессмысленно уставился на выступившие у пореза капли крови – её вид всегда вызывал в нём смутное беспокойство и тревогу. ⠀ – Ну почему сегодня весь день уже с утра наперекосяк, – с горечью пробормотал Кориолан, по-прежнему не отрываясь от этого зрелища и растерянно наблюдая, как быстро набегают тёмно-багровые капли – Тигрис бросила помешивать суп и отвела его за плечо к раковине, чтобы промыть ранку. ⠀ – Ничего страшного, сейчас я обработаю, – проговорила она, следом аккуратно перевязывая тонкий палец – мельком поглядев в его усталые глаза, она тут же добавила, догадавшись о причинах такого вида: ⠀ – Ты в последнее время очень напряжённый – экзамены пролетят так, что и не заметишь. Вот увидишь. Ты же вечно первым всё выучиваешь, а потом всё равно больше всех нервничаешь. Не надо себя мучать. Ты очень сильно кашляешь, я постараюсь раздобыть сироп – ладно? ⠀ – Ладно, – ответил Кориолан, которому казалось, что никакие сиропы всё равно не помогают, и это только лишняя трата денег, которых сейчас и так ужасно не хватает – скажи он об этом вслух, Тигрис укорила бы его в том, что он пытается экономить на своём здоровье, и он не стал, чтобы её не расстраивать. ⠀ –Спасибо. ⠀ Тигрис улыбнулась и упорхнула обратно к супу, потрепав его по щеке – взяв добытый такими жертвами кусочек хлеба и налив себе чаю, Кориолан ускользнул обратно к себе, чтобы не задерживаться на кухне. ⠀ Он боялся, что в Академии от его мягких, идеально расчёсанных локонов будет пахнуть капустой, пропитавшей воздух – запахом бедности в мире богатства. ⠀ Поколебавшись немного между троллейбусом и пешей прогулкой, Кориолан всё же отправился в Академию своим ходом, чтобы по пути всё окончательно выветрилось – оставив своё пальтецо, продрогший и всё ещё немного встревоженный, он вышел в коридор. Там успело собраться некое столпотворение, в центре которого пребывала Арахна Крейн: агрессивный макияж, надменное выражение, отрывистые, уничижительные интонации – её можно было узнать где угодно и откуда угодно. ⠀ – Завтра мы репетируем эту допотопную чушь – вы в курсе? – презрительно говорила Арахна, подразумевая, очевидно, гимн Капитолия – остальные, как это чаще всего бывало, сохраняли нейтральность, слушали её вполуха и занимались своими делами. Кроме Феста, сплетника всей Академии номер один, её брюзжание редко было кому-то интересно. Она фыркнула и небрежно глянула на свои ногти, как всегда отличающиеся безупречным маникюром (впрочем, граничащим с безвкусицей – Кориолан не особенно разбирался в маникюре и не так часто вообще обращал на него внимание, но ногти Клеменсии, к примеру, всегда казались ему сделанными с куда большим чувством стиля, не говоря уже о Тигрис). ⠀ – Как будто нам заняться больше нечем! Неужели хоть кто-нибудь помнит хотя бы слово из этой ахинеи? ⠀ – Я знаю гимн, – спокойно проговорил Кориолан, поравнявшись с ними. Выскочкой он никогда не был – однако, лишний раз напомнить о готовности «служить Панему» иногда было стратегически необходимо. Подкрашенная бровь Арахны выразительно выгнулась. ⠀ – Ну да, я не сомневалась, что если кто-то и знает, то это ты, – наконец бросила она – не сказать, чтобы между ними были какие-либо особо выдающиеся конфликты. Скорее, в Академии попросту не нашлось бы ученика, к которому Арахна питала тёплые чувства – Кориолан не испытывал к ней существенного негатива за исключением лёгкого раздражения, но в общем и целом среди остальных это было взаимно. ⠀ – А как же Плинт, интересно? – вдруг ехидным голоском продолжила Крейн – Кориолан почувствовал, как внутри что-то упало. Опять Плинт – её ещё тут не хватало, чтобы снова его обсуждать. Он терпеливо посмотрел в издевательские глаза одноклассницы. ⠀ – Как это наш мальчик из дистрикта будет петь гимн Капитолия? Он хоть читать-то научился, чтобы выучить? ⠀ – Он уже давно с нами учится, с чего ему не выучить гимн, – вдруг неожиданно для себя заступился за Сеяна Кориолан, благо того сегодня не было – ни за что и никогда так не делай, когда он рядом, в ужасе мысленно напомнил он себе. Ты потом от него в жизни не отвяжешься – ни за что и никогда. Кориолан мысленно успокоил себя тем, что Плинт здесь вообще ни при чём, и ему просто захотелось поспорить с Арахной – та отозвалась звонким, недобрым смешком. Ливия Кардью, единственная её приспешница, с готовностью подхихикнула, пока в блестящих глазах Феста, как самого участливого наблюдателя, засияла интрига. ⠀ – Ах, ну да! Как я могла забыть – это же твой лучший друг, отщепенец из дистрикта! Умница Кориолан Сноу ведь должен оставаться дипломатичным с каждой букашкой, верно? ⠀ – Он не мой друг, и ты это знаешь, – ровно проговорил Кориолан, сто раз пожалев о том, что вообще заикнулся про Плинта – тот ухитрялся портить жизнь даже на расстоянии. Арахна снова недоверчиво фыркнула. ⠀ – Ну да, уж конечно. «А где Сеян?», «А Плинт сегодня будет?», «Садись рядом, Корио», «Пойдём поучим текст, Сеян» – конечно, нисколько не друзья! ⠀ – Может, хватит уже это перетирать по сотому кругу?– вдруг не выдержала Клеменсия, глядя, как глаза Кориолана наливаются яркой синевой с каждой секундой, а щёки неумолимо краснеют не хуже роз его бабушки. ⠀ – Плинт здесь учится который год – сколько можно уже, в самом деле! Вам самим ещё не надоело? ⠀ – Мы только начали, – встрял с довольной, масляной улыбкой Фест – Клеменсия бросила в его сторону выразительный взгляд. ⠀ – Тебе лишь бы болтать о чём-нибудь – ты хоть историю пересдал? А то Хайботтом тебе устроит... ⠀ – Мы вообще-то про Плинта говорили, при чём тут я? – возмутился Фест, устремляясь за Арахной, не желающей продолжать диалог – Кориолан посмотрел на Клеменсию, когда остальные успели разойтись. ⠀ – Спасибо, – наконец сказал он, поправляя на плече сумку – Давкоут отмахнулась и перекинула густые, иссиня-чёрные волосы на другое плечо. ⠀ – Да не за что. Её сплетни тут уже всем давно надоели. Я знаю, что Плинт к тебе в лучшие друзья сам записался – всё нормально. ⠀ Кориолан проводил её рассеянным взглядом – прежде, чем отправляться на урок, ему нужно было привести мысли в порядок. По крайней мере, кто-то не убеждён в том, что Сеян с ним не разлей вода – это уже обнадёживало и несколько успокаивало. Подняв глаза, он вдруг встретился с холодным, полным решительности взглядом двух голубых льдинок на портрете Красса Сноу – Кориолан так и замер на месте, рассматривая волевые, словно высеченные из камня черты. Он очень плохо помнил отца, зато помнил главное – он защищал их до последнего вздоха; с ним они могли чувствовать безопасность, и с ним он ощущал себя тем самым наследником, о котором теперь твердила Мадам-Бабушка. «Мой сын будет президентом, когда вырастет», говорил Красс, легонько растрёпывая белобрысые волосы Кориолана – и следом всегда улыбался, как бы редко улыбка ни касалась его черт. Тогда, в свои четыре-пять лет, Кориолан и сам ещё был в этом наивно уверен – помнил он об отце и то, как на похоронах матери его плеча вдруг коснулась широкая, большая рука, пока вторая легла на макушку следом. Красс Сноу редко обнимал его и редко бывал дома, поэтому тогда Корио, помнится, невольно ощутил удивление и поднял голову, чтобы посмотреть на его лицо – тогда же он в первый и единственный раз увидел в глазах отца тепло и тихую печаль, пусть тот по-прежнему так ничего и не произнёс. ⠀ Мне иногда не хватает тебя, знаешь, мысленно сказал ему теперь Кориолан, глядя на увековеченное изображение. Мне тут без тебя сложно. Мне хотелось бы стать в чём-то таким, как ты – решительным, сильным и бесстрашным, чтобы защитить Тигрис и Мадам-Ба так, как ты защищал нас. И когда-нибудь я таким стану. ⠀ – Твой отец был редкостным мерзавцем – ты ведь, думаю, знаешь? – вдруг вкрался в этот неприкосновенный, священный внутренний разговор сына с отцом хорошо знакомый, совсем непрошенный сейчас голос – Кориолан сдержал первоначальный порыв и повернул голову к подошедшему Хайботтому. Лицо того слегка кривила привычная усмешка – Сноу промолчал, но глаза его вновь расцветали синим. Как он может говорить всё это в лицо сыну погибшего Героя Капитолия? ⠀ – Нда, просто феноменальным мерзавцем, – покачал головой Хайботтом, взглянув на портрет следом – вновь посмотрев на Кориолана, он внезапно полюбопытствовал: ⠀ – Я знаю, что у тебя виды на Университет – по какому же это направлению ты собрался дальше идти, позволь спросить? ⠀ – По политическому, – сдержанно произнёс Кориолан, благоразумно не конкретизируя – иначе всё равно что подписать себе и своим перспективам приговор. Хайботтом усмехнулся. ⠀ – Да уж – «по политическому». Потрясающая самоуверенность. Кто это, интересно знать, пустит тебя идти по политическому... ⠀ – Почему вы всегда думаете, что я хуже всех? – вдруг с горечью спросил Кориолан – слишком давно, ещё с самого первого класса этот вопрос не давал ему покоя. ⠀ – Вы так уверены, что я ничего не добьюсь? ⠀ Взгляд Хайботтома неожиданно изменился, и на смену мутному, подёрнутому пеленой морфлинга, стал удивительно цепким и едва не колючим. ⠀ – О нет, мальчик – я скорее этого боюсь, – наконец размеренно, предельно ясно проговорил он – Кориолан непонимающе нахмурил брови. ⠀ – Поэтому помяни моё слово.... Пока я жив, ты не добьёшься ничего.

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!