Глава. 6

Солнце заливало лагерь тёплым светом. Птицы пели, ветер шевелил листья, а лагерь был вялый и сонный. Кто-то зевал, кто-то протирал глаза, кто-то откровенно ворчал. Тэхён стоял сбоку, щурясь от солнца и лениво протирая глаза руками. — Ужас как спать хочется… — пробормотал он сам себе, глядя куда-то в сторону. Рядом стоял Чонгук. Близко. Даже слишком. Их руки случайно соприкасались каждый раз, когда кто-то из них слегка двигался. Но ни один не отступил. Марк и Лейла где-то потерялись, Тэхён даже не заметил, как и когда. Но ему и не нужно было — сейчас он просто пытался проснуться. К ним подошёл тренер Мун Су. — Доброе утро, народ! — бодро сказал он, громко хлопнув в ладоши, отчего половина ребят вздрогнула. — Сегодня будет важное соревнование. Мы проверим вашу точность, скорость и выдержку. Но сначала — завтрак. Всё по плану. Он подошёл ближе к Тэхёну и Чонгуку. — Привет, ребята. — Привет. — кивнул Чонгук. Тэхён слегка смутился, чувствуя уважение, но ещё и неловкость. Он сдержанно сказал: — Здравствуйте. Мун Су улыбнулся и протянул бумажку и карточку: — Вы сегодня свободны. Но у вас есть особая задача — поехать вдвоём за продуктами. Вот список. И карточка. Деньги там есть. Всё, что нужно — купите. Администрация нам не поможет, у них другой выезд. Вы как победители соревнования — получаете вот такое задание. Тэхён хмуро: — А что, администрация не может? — пробормотал, почесывая затылок. Чонгук хмыкнул и спокойно: — Мы не против. Мун Су: — Молодцы. Всё, бегом на завтрак. Он ушёл. Тэхён застыл, как будто не осознал, что его только что «назначили» на миссию. Его взгляд был рассеян.Чонгук толкнул его в бок:— Проснись, герой. — Не беси. — буркнул Тэхён, отмахиваясь. Он собирался уйти прогуляться — есть совсем не хотелось. Но тут снова раздался голос Чонгука:— Снова ничего не поешь? Тэхён обернулся, слегка удивлён. — Ты что, следишь за мной? — Не игнорь меня. — сказал Чонгук резко. — Тэмина, блин, ты не игноришь. Тэхён замер. — Чего? — нахмурился он. — Ты меня слышал. — язвительно сказал Чонгук. — Своего Тэмина ты выслушаешь, а меня — будто и нет рядом. — Ты с ума сошёл? Напекло тебе на солнце? — фыркнул Тэхён, — С кем хочу — с тем и разговариваю. — Ага. Развлекайся дальше. Только потом не удивляйся. — Ты ведёшь себя как идиот. — А ты как ребёнок. Они уже стояли лицом к лицу. Между ними — сантиметры. Напряжение — как струна, которую осталось лишь чуть-чуть задеть. — Пошёл ты. — бросил Тэхён и развернулся, уходя. Чонгук остался стоять, сжав кулаки. --- Столовая. Все уже собрались за длинным деревянным столом. Марк, Лейла, Хосок, Богэм, Сухо. Чонгук сел первым. Его лицо было закрыто — молча жевал, не разговаривал ни с кем. Тэхён зашёл позже. Окинул взглядом стол, увидел, что свободных мест рядом с друзьями не осталось… кроме одного — рядом с Чонгуком. Он нахмурился и сел за другой стол, один. Подальше. Марк тут же удивлённо приподнял брови. — А чего это он туда пошёл? Хосок глянул туда, потом на Чонгука. — Опять вы сцепились? Чонгук фыркнул: — Он сам. — Вы реально, как два ежа в одних ботинках. — пробормотал Лейла. Сухо отпил кофе: — Дайте им время. Сами к друг другу приползут. Хосок кивнул: — Ага. Главное — не взорваться по пути. А в углу столовой Тэхён сидел, молча ковыряя ложкой в тарелке кашу, которую и не ел. Он чувствовал на себе взгляды. Особенно — один. Слишком тёплый. Слишком злой. Слишком… Чонгуковый. Тэхён сидел молча, ковыряя вилкой в остывшей каше. Аппетита не было, и настроение ушло вместе с туманом. Но тут к нему пододвинулась Лейла, тихо присаживаясь рядом. — Что случилось? Почему ты не ешь? — спросила она, наклонившись к нему, голос тихий, тёплый. — Тебе снова плохо?.. Тэхён открыл рот, чтобы что-то ответить, но не успел. На его слова сразу обратили внимание. Марк, сидевший чуть дальше, обернулся резко: — Чего?! Тэхён, тебе было плохо?! Даже Богэм приподнял голову, морщась от раздражения, но всё же бросил взгляд: — Ты что, приболел, принцесса? Все смотрели на него. А Тэхён злился. Он сжал кулаки и зло прошептал: — Лейла, я же просил не говорить! Лейла побледнела. Опустила глаза. Она ведь обещала ему. Но... он выглядел слишком плохо, и она испугалась. — Извини... — выдохнула она еле слышно. — Я просто... испугалась. Чонгук сидел напротив и сверлил Тэхёна взглядом. Строгим, требовательным, словно ждал объяснений. И не намерен был отпускать, пока не услышит правду. — Тэхён... — начал было он, но его перебил Марк: — Будешь дальше молчать — я сам тренеру скажу! Он тебя отправит домой! К Чимину. Он же там соскучился уже. Слово "Чимин" вызвало настоящую бурю. Богэм усмехнулся ехидно: — Чимин? Это что, его парень, что ли? — фыркнул он, скрестив руки. Глаза Чонгука сверкнули. Он резко повернулся сначала к Богэму — как будто готов ударить — потом к Марку. — Закрой рот, Богэм. — процедил сквозь зубы. — А ты, Марк, хорош гнать. Тэхён фыркнул. Ненавидел, когда его обсуждали как будто его тут нет. Он склонился к Лейле и что-то быстро шепнул. — Скажи им уже, чтоб отвязались. Лейла вздохнула и неуверенно повернулась к остальным: — У него… проблемы с желудком. Уже вторую неделю он толком не может есть по утрам. Его тошнит. Он почти ничего не ест. Марк сразу замолчал, встревожено глядя на Тэ. — Тэхён... так это серьёзно. Тебе надо к медсестре. Тэхён мотнул головой: — Пройдёт. Это не то, из-за чего нужно делать панику. Хосок встревожился: — Тэхён, с этим не шутят. Может, правда пойти... — Нет. — оборвал его Тэхён и резко встал. — Я в порядке. Отстаньте уже. Он направился к выходу из столовой, сжав зубы и чувствуя, как всё внутри горит от злости. Ему не хотелось жалости. Не хотелось внимания. Он хотел, чтобы просто… оставили его в покое. Но Чонгук уже поднялся. Молча, со сжатыми кулаками, в лице — гнев, тревога и что-то ещё, слишком личное. Хосок попытался поймать его за руку: — Эй, дай ему остыть… Чонгук вырвался: — Нет. Я с ним поговорю. Марк тоже собирался идти, но Хосок снова остановил: — Пусть. Им надо это. Они и так вчера друг друга чуть не взорвали. Марк сжал губы и кивнул. На улице. Прохладное утро, сосны шумят. Тэхён идёт быстро, почти сбегая прочь от столовой. Он даже не заметил, как злые шаги догоняют его. Только почувствовал, как резко его схватили за запястье, и прижали к дереву. Сердце в пятки. — Ты охренел?! — возмутился Тэхён, глядя в глаза Чонгуку. — А ты? — Чонгук смотрел на него свысока, весь кипел, дыхание тяжелело от злости. — Значит, с Тэмином хихикать можешь, а мне врёшь, что всё нормально? — Да ты вообще кто мне?! — огрызнулся Тэхён. — Следить за мной не обязан, понятно?! — Да мне плевать, обязан или нет! — рыкнул Чонгук и прижал Тэ ещё ближе, так, что тот вжал затылком кору дерева. — Ты снова не ешь, бледный как бумага, в глазах — туман! Думаешь, я не вижу?! — Смотри в другое место, если не нравится. — Нет. — голос Чонгука стал тише, ниже, но опаснее. — Не отстану. И если ещё раз увижу, что ты игноришь еду — я сам тебя заставлю съесть. Даже если придётся держать тебя на руках и пихать по ложке. — Фу, извращенец. — фыркнул Тэхён, но голос чуть дрожал. — Отпусти. — Нет. Они стояли слишком близко, дыхание перемешалось. Тэхён пытался отвести взгляд, но карие глаза Чонгука не отпускали. — Серьёзно, Тэхён. — уже тише. — Ты мне не безразличен. Я не просто так за тобой иду, кричу, злюсь. Понимаешь? Тэхён замер. Слова словно пробили его насквозь. — Почему ты заботишься?.. — едва слышно. Чонгук не ответил сразу. Он медленно отпустил Тэ, но пальцы ещё пару секунд держали его запястье, как будто не хотел отпускать полностью. — Потому что... ты важен. Вот и всё. Тэхён вздохнул. Он отвёл взгляд, щеки чуть вспыхнули. — Бесишь. — Знаю. — ухмыльнулся Чонгук. — Пошли есть. Или буду банан в тебя запихивать. Сильно, методично и с криками. — Садист. — Голодный упрямец. — Сам ты упрямец. — Уже ближе к признанию. Тэхён не выдержал — засмеялся, чуть толкнув плечом Чонгука. — Ну давай, веди. Только без своих допросов. — Буду молчать, если съешь всё. — Шантажист. Они пошли рядом. Шутки, подколки… но между ними стало легче. Словно ссора сбросила лишний груз. И всё же внутри каждого из них что-то медленно, но уверенно менялось. Тэхён сидел, уставившись в окно, ветер трепал чёлку. Чонгук за рулём, в одной руке — руль, другой он с ленцой перебирал пальцами на колене. Солнце слепит, дорога длинная, но в салоне не было тишины. — Ты так молчишь, как будто я тебя обидел, — начал Чонгук, взглянув на него в зеркало. — Ну ты меня и прижал к дереву, вообще-то. — Тэхён скрестил руки на груди. — А ты не хотел слушаться. Мне пришлось, — усмехнулся Чонгук. — Упрямец ты. — Сам ты упрямец, — буркнул Тэхён, но на губах мелькнула улыбка. Они ехали под музыку, спорили о том, кто поёт лучше — певец из плейлиста или Тэхён в душе. Потом долго смеялись, когда Тэхён признался, что однажды распугал соседей, когда орал куплет из дорамы. Через час они подъехали к огромному супермаркету. — Так… — Чонгук вытянул листок. — Нам нужно... всё. Хлеб, молоко, овощи, фрукты, мясо, лапша, йогурты, вода... И это только первая колонка. — Ты издеваешься?! — Тэхён уставился на список. — Мы тут неделю жить будем, что ли? — Нет. Просто ты жрёшь много, — фыркнул Чонгук и уже выкатывал тележку. — Ах ты! — Тэхён хлопнул его по плечу. — Сам вон какие плечи — по-любому ночами всё подъедаешь. — Следи за языком, малыш. Тэхён замер. Опять это «малыш». — Не называй меня так, — пробормотал он, отворачиваясь. Щёки залил румянец. — А что? Подходит. — Чонгук нагло подмигнул и пошёл вглубь магазина. Они ходили по рядам, Тэхён пытался дотянуться до верхней полки — йогурт, любимый. Он встал на носочки, вытянул руку... и тут сзади к нему наклонились, почти касаясь телом. Горячее дыхание обожгло ухо. — Так кто такой Чимин? — Низкий, почти угрожающий голос. Тэхён вздрогнул, почти уронил упаковку. Сердце застучало с дикой скоростью. — Эээ… это... друг. — выдавил он. — Как твой Тэмин, да? Такой же «друг»? — Нет, не такой же! — резко огрызнулся Тэхён и толкнул его локтем. — И вообще, с какого это я перед тобой отчитываюсь? — С того, что ты — мой… — Чонгук резко остановился и сменил тон. — С того, что я не люблю, когда рядом с тобой другие мужики шуршат. — Псих, — буркнул Тэ, уходя к прилавкам. — Не беги, малыш! — усмехнулся Чонгук и пошёл за ним. Три часа они бродили по рядам. Тэхён вечно забывал, что уже взяли воду. Чонгук засовывал лишнюю шоколадку в корзину, получал тычок в бок. Тэ делал вид, что зол, но на губах — тёплая улыбка. Чонгук не отставал, даже дразнил: — Вот кого мне кормить, если не тебя? — Себя и свои мускулы! — огрызнулся Тэ. — А ты, значит, смотришь на мои мускулы? — ухмылка Чонгука была почти победной. — Всё, молчу, — пробормотал Тэхён, лицо горело. Обратно в машине. Салон полон пакетов, а воздух — усталости, но тёплой. Тэхён смотрел в окно, закрыл глаза, опираясь лбом на стекло. Чонгук изредка поглядывал на него, улыбаясь. Ссора — позади. Между ними снова была тишина, но уже уютная. — Засыпай, малыш, я разбужу, когда приедем, — тихо сказал Чонгук. — Не называй... — пробормотал Тэ, но уже сквозь сон. — Не могу, — ответил Чонгук и прибавил скорость. Через час они вернулись в лагерь Тэхён и Чонгук устало вылезли из машины. Пакеты, список, немного сонные лица — день вымотал. Но тут из-за угла вылетает Хосок. Буквально. — Я ВЫИГРАААЛ!!! — орёт как сумасшедший. — Я С ВАМИ ЕДУ!! Я ВАШ ТРЕТИЙ!! УРАААА!! Он подбегает и хватает обоих за руки, чуть не сшибая с ног. — Хосок… боже, полегче, — фыркает Тэхён, хоть и улыбается искренне. — Я рад за тебя, честно. — Я тоже, — говорит Чонгук и обнимает его, хлопая по спине. — Круто, бро. Ты заслужил. — А знаешь, кто ещё выиграл? — подмигивает Хосок и понижает голос, будто сейчас скажет имя Волдеморта. — Богэм. Тэхён тут же закатывает глаза. — О, прекрасно… — бурчит он. — Это ж надо, как жизнь нас "радует". — Вот именно! — Хосок бросает пакет на землю. — Эта козлина теперь с нами. Пять дней в его присутствии... Убейте меня, пожалуйста. Но не успели они договорить, как Хосок щёлкает пальцами. — Ой, чуть не забыл! Там же ещё один... мм... кто там... Тэ... Тэмин! Вот! И тут лицо Чонгука меняется. Мгновенно. Как будто кто-то выключил свет. Челюсть напрягается. Виски дёргаются. Взгляд становится мрачнее тучи. Тэхён — наоборот, улыбается. — Серьёзно?! Он тоже выиграл? — аж светится. — А где он? — Где-то с тренером болтает, — пожимает плечами Хосок. — Я пойду поздравлю, — говорит Тэхён и уже делает шаг в сторону. Чонгук не выдерживает. Он резко отходит в сторону, словно не хочет слышать, как его "малыш" радуется за другого парня. Хосок, конечно, всё видит. — Аууу… — шепчет он, прикрывая рот. — Ревность! Любовники, блин… Чонгук хмурится и пинает Хосока в бедро. — Заткнись. — рычит он и уходит прочь, кулаки сжаты. Хосок хохочет ему в след: — Ну-ну! Только не порвите друг друга, ладно?! ——— Тем временем. Тэхён находит Тэмина у небольшой скамейки. — Привет! — машет рукой. — О, Тэхён! — улыбается Тэмин. — Рад тебя видеть. — Поздравляю тебя! Серьёзно. Ты молодец. Очень рад за тебя, — искренне говорит Тэхён, подходя ближе. — Спасибо… но если честно… ты гораздо лучше. — говорит Тэмин тихо, глядя ему в глаза. — Эй, ну не начинай. Все старались. Ты заслужил. — Пошли, пройдёмся немного? — предлагает Тэмин, мягко улыбаясь. — Пошли, — соглашается Тэ. Они идут вдоль лагеря, где деревья уже отбрасывают длинные тени. Воздух прохладный, но приятный. Над ними — чистое небо. Вдруг тренер Мун Су выходит из админздания. — О, Тэхён, Тэмин, как раз вас искал! — Что-то случилось? — спрашивает Тэхён. — Нет, просто не забудьте — через час все пятеро у меня в кабинете. Надо обсудить дальнейшие шаги. — Остальные? — уточняет Тэхён. — Уже уехали домой. Все. Соревнования завершены. Теперь вы — официально пятёрка, представляющая Корею. Остались только вы. — Понял, мы придём, — кивает Тэ. Они идут дальше. Тэмин сдержанно улыбается. — Знаешь… я рад, что мы оба прошли. Будет легче, когда рядом… знакомый человек. Тэхён смотрит на него, слегка хмурясь. Он не уверен — знакомый ли он ему? Или просто человек, который вежлив? — Спасибо, — говорит он всё же. — Будем стараться. А в это время... у одного мрачного лучника, сидящего у окна в своём домике, кулаки сжаты так, что побелели костяшки. Он не понимает, почему, но видеть Тэхёна с Тэмином — будто заноза под кожей. И да, эта заноза будет только глубже. ПОВ Чонгука. Я стоял у окна уже долго. Ветер шумел в листве. Где-то за углом кто-то смеялся. Я же... просто злился. Не знаю — на кого. На себя? На Тэхёна? На всю эту долбаную жизнь? Может, на отца. Телефон завибрировал. Вибрация пронзила тишину. Я посмотрел на экран. > "Отец" Стиснул зубы. Он звонит только когда я выигрываю. Когда ему нужно гордиться мной на публике, как пёстрым орлом в клетке. Но я всё же ответил. — Да, слушаю. — голос ровный, без эмоций. — Сын. Как успехи? — строго. Как будто я не его сын, а солдат на линии фронта. Я усмехнулся. Он и правда думает, что мне важно его мнение? Что я жду похвалы? — Я выиграл. Еду во Францию. — Молодец... Ты должен победить и там. Не подведи. "Ты должен". Вот всё, что он когда-либо говорит. Я закатил глаза, но спросил — хотя знал, что пожалею: — Как мама? — Мама… нормально. — как будто всё в порядке. Да. Только я помню, как в тот раз зашёл в дом, когда ей не было, и застал отца с его секретаршей на родительской кровати. Она стонала. Он смеялся. Я стоял с папкой в руках — документы, да. Вот что мне нужно было. После этого я понял, что их семья — враньё. Мама знала. Но не уходила. Потому что "семейный статус" важнее, чем любовь. Эти двое не любят друг друга. Никогда и не любили. Я отключил звонок. И швырнул телефон на кровать. Он глухо стукнулся и замолчал. Я сел в кресло. В голове — пусто. Тишина. Но вдруг.. Стук. Кап Кап… кап… кап. Что за?.. Будто звук капельницы. Ровный. Тонкий. Резкий. Голова начала болеть. Мутно стало в глазах. Я махнул головой, будто можно этим стряхнуть наваждение. Но звук стал только громче. — Чёрт... — простонал я, схватившись за голову. Пульс резко участился. И тут дверь открылась. Свет упал в комнату, и я вижу... фигуру. Но не лицо. Оно словно размыто. Я зажмурился. Сердце бешено стучит. — Эй! Эй, ты в порядке?! — знакомый голос. Хосок. — Чонгук?! — он подбежал, успел поймать, когда я начал терять равновесие. Всё стало чёрным. Следующее, что я чувствую — влажное полотенце на лбу. Комната. Полутёмная. Лёгкий сквозняк. Я пытаюсь пошевелиться… как будто тело ватное. Открываю глаза. Всё размыто. Тэхён. Он стоит рядом. Что-то дёргает, суетится. Волосы растрёпанные, губы прикушены. Я хриплю: — Тэхён?.. Он резко оборачивается, глаза светятся. — Ты проснулся? Боже, я так волновался… Всё будто замедляется. Его голос — глухо, будто из воды. Я снова падаю в подушку. Темнота. Через 20 минут. Я слышу голоса. Прикрываю глаза, лежу тихо. — Если тренер узнает, что Чонгуку плохо — он его снимет. — голос Хосока. — Он не простит себе этого. — Что делать? — Тэхён. — Через 10 минут к Мун Су надо идти. Я резко сажусь. — Эй, алло! — хриплю, но с улыбкой. — Я живой. Всё нормально. Не умираю. Хосок подскакивает: — Дурааак, блин!! — орёт. — Эгоист! Мы тут с ума сходим, а он шутит! — Ну а что делать? — я хмыкаю. — Я просто перегрелся. Всё норм. Пошли к Муну. Хосок ворчит, но уже успокаивается. Тэхён помогает мне натянуть куртку. — Хватит драм, народ. Пошли, герой Франции. Они зашли в кабинет тренера. Мун Су — Так, ребята. Нас собралось пять лучших лучников Кореи! Богэм усмехается, его эго выше всех сейчас. Хосок шепчет — Эй, идиот, не надо тут нос выше ставить. Богэм хмурится, бесится, но молчит. Мун Су — Сегодня ночью мы выезжаем. Так что вещи берите и да, отдохнуть вам надо, желательно подольше. В 10 часов вечера у нас автобус к аэропорту. Дальше указания по обстоятельствам. Тэхён, твои друзья уже сейчас уежают. Иди. Тэхён машет головой. — Спасибо, — шепчет и уходит. — Пов Тэхёна — Я вышел из кабинета тренера. И вижу на улице — Марк и Лейла целуются. Я застыл. Эти двое всегда были вместе, но я почему-то сейчас чувствовал себя… лишним. Когда-то мы были неразлучны, а сейчас — как будто они делают вид, что меня нет. Я подошёл к ним, неловко. — Ребята, мне сказали, вы уже уезжаете? Марк — Да. — как-то сухо ответил. Лейла смотрит холодно. Тэхён — Всё хорошо? Вы что такие расстроенные? Лейла цокает, Марк закатывает глаза. Лейла — А что нам радоваться? Мы же не лучшие лучники Кореи, как ты. — говорит грубо..Тэхён хмурится. Тэхён — Что с вами? Лейла — С нами? Да ничего. Просто противно от тебя! Ты такой гордый ходишь. А ещё со своим Чонгуком ругаешься. Фу, бля. Тэхён — Да что случилось? Лейла смеётся — Ты так и не понял? Марк, он не понял! Даже сейчас. Какой ты глупый, блядь. Марк — Тэхён, мы тебя обманули. Вся эта дружба была не настоящая. Мы знали, что ты самый лучший! И тебя постоянно хвалили! Всё. Ой, какой Тэхён хороший. Как он хорошо играет. Блядь, как это же раздражало! Тэхён в шоке. Что-то на душе боль. Лейла — Когда мы узнали, что ты выиграл! Со своим Чонгуком! ЭТО БЕСИТ! ПОЧЕМУ ТЫ?! А не мы! МЫ ЛУЧШЕ ТЕБЯ! Ты бездарность! Тэхён молчал всё это время. Слушал все эти высказывания, упрёки. В голове всё сложилось. Их знакомство… и всё, что было — это ложь. Сердце болит. Слишком больно слышать это от людей, которых считал близкими. Он сжал зубы и зло посмотрел на них. Марк продолжал унижать… до момента, когда рядом с Тэхёном появился Чонгук. Тот сразу накинулся на Марка и начал бить того. Тэхён аж дёргается. Он с ужасом смотрит на злого Чонгука. Лейла закричала. Чонгук рычит, бил сильно по лицу, говорил: Чонгук — Как ты смеешь? О Тэхёне такое говорить?! Он лучший человек, которого я знаю! Он добрый, он талантливый, он через многое прошёл, пока вы притворялись друзьями! Ты пыль под ногтями по сравнению с ним! Понял?! Ты ничтожество! Прибежали и остальные: Хосок, Богэм, Тэмин. Тот самый Сухо, который уже с сумкой, готовый уезжать. Все в шоке. Хосок и Сухо остановили Чонгука. Тот рычал: Чонгук — ДА Я ТЕБЯ УБЬЮ! Хосок — Стоять! Что произошло?! Чонгук ворчит — Эти двое! Врали Тэхёну! Всё это время! Богэм усмехается — Боже, и не стыдно, а? Ну не настолько же упасть низко. Не ожидал от вас такого, Марк и Лейла. Чонгук — Вон, ушли! Валите! Нахуй отсюда! Марк и Лейла ушли. Лейла в слезах, Марк с разбитой губой. Хосок пытался успокоить Чонгука. Но тот рычал, жилки на лице. Чонгук подошёл к Тэхёну. Чонгук — Эй, ты как? Тэхён дёргается, не может ответить. Чонгук — Иди сюда. — обнимает его, крепко прижимает. Тэхён начинает плакать в его плечо. А тот гладит его и шепчет: Чонгук — Тэхёни… Я с тобой. Я рядом. Всегда. Хосок выгоняет всех оттуда, чтобы не мешали им. Тэмин кивает и уводит остальных. Они сидели на лавочке. Тэхён плакал, впервые рядом с Чонгуком. А тот держал его, не отпуская ни на секунду. Ночной город проносился за окнами автобуса мерцающими огнями. Мягкий свет фонарей отражался в глазах Тэхёна — он тихо смотрел на улицу, будто убаюканный мелькающими силуэтами зданий. Рядом сидел Чонгук, их руки соприкасались, и это грело сильнее, чем плед. Когда Чонгук вдруг положил голову Тэхёну на плечо, тот тут же вспыхнул, как спичка. — Успокойся, — прошептал Чонгук, хрипло усмехаясь, — я же не кусаюсь... ну, пока что, — и приблизился ещё ближе, почти касаясь губами шеи Тэхёна. Горячее дыхание прошлось по коже, вызывая мурашки и лёгкий выдох удивления. Спустя пару часов они прибыли в аэропорт. Тэхён, засыпающий на ходу, не понимал, как вообще держится на ногах. Чонгук без слов взял свой рюкзак и чемодан Тэхёна, не позволив ему нести ничего. На борту самолёта он специально выбрал им двойное сидение — отдельно от всех. А вот Тэмина будто не замечал вовсе. Любой его шаг к Тэхёну натыкался на ледяной взгляд. По прилёту Франция встретила их утренним светом, свежим воздухом и ароматами булочных. Тэхён вдохнул глубоко, в глазах появилась тёплая искра. — Чего улыбаешься? — спросил Чонгук, не сводя взгляда. — Я дома. Во Франции. Давно не был… — Тэхён улыбнулся ещё шире. — Тётя с Чимином уже, наверное, на уши поставили весь район. Но в этот момент, словно по заказу, подошёл Богом и, выдав самодовольную ухмылку, сунулся ближе к Тэхёну. Тот тяжело закатил глаза. Чонгук резко притянул Тэхёна за талию к себе, прижимая ближе и шепча ему прямо в ухо: — Твой запах... чёрт, ты специально дразнишь меня? — от этого голоса у Тэхёна даже пальцы заныли от жара. — Пожалей меня, а то я забуду, что мы в людном месте… — Ай... — ойкнул Тэхён, не ожидая резкого движения, а щеки моментально стали алыми. — Так, ребята, — вмешался тренер Мун Су, — у нас отель. Сегодня отдыхаете, завтра уже соревнования. Карточки вон там. Ребята разобрали ключи. Тэхёну достался номер 303, Тэмину — 304, а Чонгуку — аж 308. Видно было, как того перекосило. — Неудобно будет... за соседом следить, — проворчал он. — Чо, хочешь по стене ползать, как Спайдермен? — подколол Хосок. — Хосок, поменяйся, — коротко кинул Чонгук. — Нее, брат, у меня фэн-шуй с этим номером. И вообще, стены тут не железные, не шумите слишком, — Хосок подмигнул, а потом с притворным ужасом добавил: — А то как услышу стоны, выбегу с камерой и загружу в тикток. Заголовок уже есть: «Корейские любовники взрывают Париж». — А хочешь прямо сейчас вылететь обратно? — буркнул Чонгук, пихнув Хосока локтем. Но всё же номер он получил — Хосок со смехом сдался. Отель был роскошный. Внутри — огромная хрустальная люстра, свисающая с потолка, отражалась в отполированном полу. Золотистые панели, кремовые диваны, сотрудники в элегантной форме. На ресепшене стоял улыбчивый африканец. — Добро пожаловать в отель Jerry! Мы так рады вас видеть! — его голос звучал искренне и радушно. Тэхён с Тэмином шли впереди, разглядывая разные лица, одежду, культуру. Париж снова казался сказкой. По пути Тэхён написал сообщение Чимину: «Чимааа, я прилетел! Встретимся у нашей кафешки?» Ответ прилетел моментально: «АААААА ТЭХЁНИИИ! СУМКИ В ЗУБЫ И В КАФЕШКУ! БЕГОМ!» Он хихикнул. Когда Тэхён зашёл в номер, первое, что сделал — это подошёл к окну. Город расстилался перед ним — волшебный, тёплый, шумный и родной. Он глубоко вдохнул… и улыбнулся.