Цилиндр, печенье, снегопад

       Вова уже несколько минут говорил по теме и нет. По натянутым тканям бегали цветные огоньки, а весь отряд уже тысячу раз в мыслях вернулся к ряженке и печеньям.       –...а ещё я был счастлив, когда мы с Матвеем пекли печеньки у него дома. ***      –Сэр, скажите мне, а почему мы готовим печенье, но у нас нет молока?       Привычный всем цилиндр давно покоился на столе, высыхая после снегопада. Да и сами мальчики раскраснелись после стихийного бедствия и пытались перевести дух. Идея испечь печенье уже несколько месяцев терзала их гениальные умы и они не придумали ничего лучше, чем воплотить её во время жуткого снегопада, когда родители вернутся нескоро, а выйти на улицу даже в теории не представляется возможным.       –Матвей-Матвей, если у нас нет молока, это значит,что нам нужно изобрести его заново! Только так и поступают настоящие гении.       И может со стороны казалось,что невозможно общаться таким образом, оба понимали друг друга либо так, либо совсем без слов. Мелкий град мерно стучал по окнам, пока единственные обитатели квартиры открывали морозилку и вытаскивали всё имеющееся мороженое.       –Мороженое – это почти молоко, только замороженное, догадайся,что надо сделать!– Вова произносил это с таким пафосом, как будто находился на вручении нобелевки.       Прошло несколько секунд, а микроволновка уже грела освобожденный от вафли пломбир. Саму же вафлю восьмиклассники быстро утилизировали.       – То есть ванилин у вас есть, а молоко 'вот только утром закончилось'?       –Владимир, сэр, ничего не сделаешь,будьте добры обходиться чем есть.       Микроволновка яростно запиликала и Матвей потянулся за керамической тарелкой.       –Ау, горячо!–парень не отдернул руки, но было заметно, что техника(как в прочем и всегда) решила нагреть ещё и посуду, разогретое содержимое – лишь бонус.       –Засунь пальцы в морозилку, чтобы не обожглись, – своеобразный вид поддержки, но почему бы и нет, – блин, и правда горячо, засунь и это чудо тоже!       –Так оно же опять заморозится...       –Кхм, в нашем плане явно какие-то недоработки...       –Может стоит подуть?       –А может мы хотя бы яйца разобьём, а то так на молоке и останемся.       –Ну так бей.       –Бью, а дальше чё делать?       Вова отчаянно начал стучать яйцом по тупому краю пластмассовой миски. Вилка, специально подготовленная для ритуала освобождения яиц Матвеем, лежала позабытая.       –Оно не бьётся. Матвей, что за яйца у тебя? Не потешные.       –Не знаю, у кого какие, но мои нормально бьются. Вилку возьми.       В руках Вовы вилка послушно била скорлупу, но вот удержать последнюю он не смог.       –Владимир, что вы делаете?! Бедные яйца ждут нормального обращения, а это что?       Последствия неудачных экспериментов с детьми куриц были убраны, на столе появился новый враг – мука.       –Мы будем стараться не запачкаться или пофиг?       –Или пофиг.       Сразу после этого Вова начал сыпать муку в стакан, Матвей занялся делом поинтереснее – раз уж готовят, можно и что-нибудь послушать на фоне. Ещё лучше, когда музыкальные вкусы у вас совпадают. Заиграла “гражданская оборона“.       –Ты запачкался.       –Мне же пофиг, забыл?       Но Матвей уже тянулся к другу с салфеткой.       –Повернись немного. “Не надо нас пугать Нам нечего терять...“       Хорошо, когда знаешь,что у тебя есть человек, близкий тебе настолько, что не хочется покидать уже полностью пропахшую гарью кухню, пока динамики кричат ободряющее “поганая молодежь“ от все той же обороны.       Печеньки были разложены в вазочке, чай из одного пакетика – разлит, а плейлист – остановлен. Даже снегопад за окном начал стихать. Вечерние краски медленно окрашивали комнату в приглушённые оттенки, и только две лампочки из люстры боролись с зимней тьмой.       В воздухе витал аромат подгоревшей глазури и чего-то особенного.       Может, и правда, счастья? ***       –Хорошо, Вова, давай мы ещё кого-нибудь послушаем...       –Но у меня есть ещё истории!       Отряд уже расстался с мечтой о скором возвращении в комнаты, а огоньки гирлянд всё также отбрасывали цветные тени на натянутые ткани.