Часть 2 или "Жгучая брюнетка"

Мягкий рассветный свет пробивался из маленькой щели между двух чёрных плотных шторин, свисавших с потолка и закрывавших собой широкое окно двухэтажного здания на холме. Едва тёплый свет заставлял кирпичное здание казаться ярко оранжевым и отражалось от белой стороны железного забора, который разделя две стороый здания: солнечную и теневую. Пока солнечная только ловила утренний рассвет - теневая, за забором, уже ожила. Автомобили, что подъезжали и уезжали, а так же редкие голоса особо громких людей давали об этом знать. Всё это происходило с другой стороны. С другой стороны здания, с другой стороны окна. За спиной сидящего в бурно-красном старомодном кресле мужчины. Спинка только-только доходила до шеи, а потому сейчас добровольно бледный человек сидел, закинув голову и положив её на мягкий край. Недлинные чёрные волосы, закрывающие его уши и на затылке спадающие на плечи так же удобно как и их обладатель локонами распределились по спинке. Мужчина задумчиво держал в руках закрытую книгу, рассматривая немнго покосившуюся дверь своими зелёными глазами, которые сейчас не выражали ничего, смотрели глубоко и были совершенно далеки отсюда. За тонкой дверью раздавалось эхо приближающихся шагов. -Йозеф! - слегка вскрикнул человек по ту сторону, прежде чем, ожидаемо, дверь открыть. - Уже почти все есть! Дверь, тихо пискнув, показала за собой низкого паренька с русыми волосами и в тонкой чёрной футболке, который слегка вздрогнул, когда с лету наткнулся на пустой зелёный взгляд на худом и гладком лице, направленный прямо на него. -Спасибо, Ефрем, - через небольшую паузу протянул мужчина в кресле и устало переложил книгу на круглый столик справа от своего места, - я уже собираюсь. Оставив дверь открытой, русый парень вышмыгнул, оставив дверь открытой. В коридоре раздался телефонный звонок, который Ефрем тут же поднял устремляясь дальше. Ничего не оставалось как идти. Йозеф, тяжело встал с кресла. Очередная ночь без сна, как уже стало совершенно привычно. Потянувшись, не обращая внимания как сминается его белая рубашка под строгим пиджаком, он поправил рукава быстрым движением и вышел. Высокий рост в 192 сантиметров заставлял ненавидеть старенькую дверь, которую он всё-таки закрыл предельно аккуратно. Йозеф двинулся по тёмному коридору, к лестнице вниз, осматривая свои строгие лакированные туфли. Как давно он Йозеф? Он уже давно потерял момент, когда настоящее имя перестало использоваться вообще. Когда-то записанное в одном из паспортов совершенно незаметно стало нынешним. Спускаясь по каменной лестнице, он едва не запнулся об Ефрема, что завис на ступени в телефоне. -Нет только Зайцева. Возможно, у него проблемы из-за срока одного из его людей. Жалкий барыга и тут не может все уладить один. И как он стал тем.. - совершенно без следов и прежней напряженности озвучил свои мысли Ефрем лидеру их тихого "кружка по интересам", как в шутку группу называли между собой эти двое. Озвучил, пробежался по виду Йозефа и закончил, -...кем в итоге стал? Он говорил совершенно спокойно и так же спокойно тыкнул на свой воображаемый воротник, подсказывая Йозефу привести себя в порядок. -Мне кажется, он взял за манеру подражать и поставил кого-нибудь из своих людей, чтобы не вылазить самому. - опустив воротник, Йозеф продолжил движение вниз, подтолкнув своего помощника идти. - Пусть слушает. Нам главное его денежная поддержка и те, кого удалось набрать. Двое спустились и перешли на теневую сторону. Холм, на котором стоял дом, в себе имел ещё один этаж - своеобразные гаражи и склада, что сейчас один из больших обустроили низенькой сценой и расчистили для большой толпы людей. Пусть сейчас там была крайне небольшая из восьми человек в шеренге, четырёх по одному в цвентре каждой стены, троих на низенькой сцене и пятеро тех, кто привели людей и зашли за деревянный постомент высотой около сантиметров пятьдесят, на который вела мелкая металлическая лесенка, у которой, держась тени и света остановился Йозеф. Ефрем прошёл дальше. Мужчина внимательно слушал чужую речь, пока третий на сцене не заметил внимание Йозефа и показал ему жестом цифру, каким стоял в шеренге Говорунов. Светловолосый вернулся к сцене, ожидая решения новобранцев и сверля взглядом Андрея, напоминая о четвёртом выборе. В это время, кивнув на жест, Йозеф остался смотреть со стороны, пока в это время медленно поднимались гаражные ворота. Всех распределяли по группкам четвёро у стен, которые, собрав по "отряду", направили поочерёдно людей через сцену, за спину Йозефу и вверх по лестнице. Рассматривая всех новых людей, он отмечал особо ценных для своего маленького кружка, в том числе осмотр коснулся и Александра, когда он проходил мимо. Медицина значит. Осталось не так много времени, так что ему оставалось лишь надеяться, что замена нынешних кадров не потребуется.

***

-Проблем возникнуть не должно, - Йозеф пожал руку Ефрему и забрал свою часть папок. Пока новобранцев распределяли по необходимости между тремя штабами он навещал своего друга, забирал пару книг и спокойно забирал необходимые бумаги, - Чужие силы направленны на северную точку. Поверни они чуть восточнее то все перенаправление пойдёт к тебе. -Если они так поступят, то преимущество будет у нас, но людские потери. - Ефрем печально присвистнул, намекая на масштаб. Забрав необходимое, Йозеф развернулся и вышел из кабинета к главному входу в здание. По дороге он вновь попытался занять себя внутренним монологом, рассуждая насколько плавно пока прошло устройство четырёх из восьми подставных людей в его маленький кружок. И как же всё-таки это мало - восемь человек. Но, почитав, что можно и отпустить такее, ведь основное восполнение в северный штаб, куда он планировал направиться сразу после, набрали не в этом месте. Спустившись вниз, Йозеф сел в одну из трех белых, тонированных машин, а пока, ожидая отправления и новых рабочих, открыл дела на каждого из четырёх волей-неволей информаторов.

***

Когда они приехали, Йозеф с несколькими людьми зашёл одним из самых первых. Зайдя в здание отеля Йозеф сразу направился к своей комнате. Уже около девяти часов, а значит пора начинать свою обычные рутинные задачи. Кто же знал, что продолжительная бессонница прекрасно знает свое дело по уничтожению здоровой жизни, но взамен даёт продуктивность? Точно не Йозеф. Лишившись сна он сильно отошёл вперёд от выполнения общего плана, что явно превысило все ожидания и теперь ему изредка приходится разгружать дела Ефрема. Поднимаясь по лестнице, он ненадолго остановился и осмотрелся. Мирные коридоры отеля, чьи команды сейчас по большей части были разобраны изнутри под больницу, вспоминались ему в прежнем, разрушенном состоянии. Проведя рукой по лакированному перилу, мужчина продолжил путь. Всё же было хорошей идеей занять это место. Мелкая реставрация и обустройство стоили мало, но принесли много, особенно при возобнавлении всех прежних боевых действий, как Йозеф собрал троих лидеров группировок и основал общий "кружок по интересам". Дверь в комнату в отеле он ненавидел гораздо меньше, чем ту, что находилась в наборно-обеспечивающем штабе. Она идеально подходила под рост и сейчас, не наклоняясь, Йозеф зашёл в свой кабинет-комнату. Небольшое ограждение слева из шкафа, куда он повесил свой пиджак, вынужденный проход прямо и книжная полка в конце своеобразного коридора. Слева - кабинет, справа - жилая. Просто свернув в свободный проход, он сел за массивный стол и разложил свои папки, которые получил от Ефрема. Ну чтож, он принялся за работу. Составление нескольких торговых сделок, официальные заявления между группами, в банки и суды заняли много времени. На настольных часах уже близилось к десяти вечера. Раскрыв окна напротив, лидер осмотрел вечернее небо. Четверо внедрённых в его ряды "шпионов" крайне интриговали его. Большие надежды были на того, кто с полиции, ведь как бы не были двое военных и один журналист по своей сути полезными, осуществить план по раскрытию ситуации за городом для его жителей они не могли. Хмыкнув, Йозеф подтянул чистый лист к себе. Следует написать заявление в мед блок на снотворное, да бы завтра всё-таки поспать. А пока, решив позже сходить за едой, он принялся за одну из книг, точнее за ту, что привез с собой, изредка поглядывая на Луну, а затем и рассветное Солнце.