Начало.

Когда рядом нет больше никого И нет тепла — это и есть одиночество.

POV Иккинг       Нормальный викинг сначала готовится убивать дракона. Потом убивает дракона. Потом дракон убивает его (если конечно повезет, то в старости). Я же умудрился сломать все шаблоны понятия «Нормальный Викинг». Я сделал невозможное. Вместо того, чтобы убить дракона, я его приручил. И начал я не с кого-нибудь, а с венца драконов класса «Разящие». Ночные Фурии только поначалу кажутся такими страшными. Ужасом, летящим на крыльях ночи. Самым настоящим демоном, посланным на землю богиней смерти. Все это и есть Ночная фурия, в понимании обычного викинга. Не зря же в книге драконов четко написано – «Не связывайтесь с этим драконом. Если хотите выжить, прячьтесь и молитесь, чтобы вас не нашли». Это лишь предрассудки, вот что я скажу. Я увидел Ночую фурию с совершенно другой стороны. Именно этот дракон показал мне, что все что мы знаем о них - неправда. Он стал мне не просто другом, он стал мне братом. Братом не по крови, а по духу. Беззубик дал мне то, чего я был лишен. Любовь и поддержку. Забавно правда? А как же родное племя, отец, друзья? А не было их. Вернее, отец был, но он не обращал на меня толком никакого внимания. Лишь удостаивал замечаниями, когда я путался под ногами у других викингов. Его куда больше заботило благополучие деревни чем родной сын. Друзья... вот их-то как раз и не было. Мои сверстники либо обходили меня стороной, либо начинали осыпать шуточками. Моим настоящим другом стал именно Беззубик. Ночная фурия может стать самым верным другом и защитником. Но стоит тебе тронуть то, что им дорого, или того хуже, причинить этому чему-то вред, то Ночная Фурия превратится в того, кем ее привыкли видеть — злобным Порождением молнии и самой Смерти. Она станет личным кошмаром, который будет мучить днями и ночами, пока дерзнувший покуситься на ее ценность обидчик не умрет.       Мне стоило давно запомнить, что выступать против моральных принципов викингов - дело гиблое. Я хотел изменить все к лучшему. Прекратить это бессмысленное истребление друг друга. Остановить войну. Но похоже сегодня не мой день...       Хуже уже быть не может. Все-таки я не тот, кем хотел видеть меня отец, потому вопреки обычаям не желал этого боя на арене. Тень великого Одина, вот и смерть...Я с нескрываемым ужасом смотрел на злобно рычащего красного дракона, что сбил меня с ног и когтистой лапой прижал к каменному полу арены. Ящер возвышался надо мной как исполинская зловещая птица. Сквозь всю эту суматоху послышался свист... Крыльев? Внезапный взрыв решетки и арену моментально заволокло густым дымом. Послышались крики не на шутку взволнованной толпы.       И тут кто-то бросился на дракона, и лапа ужасного чудовища соскользнула с моей груди и когти, прорвав рукав рубахи оставив глубокие рваные раны на руке. В дыму слышалось рычание двух противников. Но потом послышался рев, переходящий в визг и скулеж. Когда же дым рассеялся я увидел Беззубика, который сцепился с Ужасным чудовищем в бою. После короткой схватки он упорно не подпускал врага ко мне. Красный дракон решив не связываться с Ночной фурией улизнул поближе к своей клетке. Я же, встав, подбежал к брату и коснувшись руками его чешуйчатой морды сказал: — Спасибо, Беззубик, без тебя я бы не выжил. Все, уходи от сюда. Тебе нужно улетать скорее.       На арену через решетку стали пробираться разъяренные викинги, желая только одного - убить Ночную фурию. — Лети, Лети! — я пытался убедить его уйти, но дракон, заметив бегущих к нам викингов решил, что это очередной враг и ринулся вперед. — Стоик нет!!! — в испуге закричала Астрид, увидев, что вождь бросился на дракона. — Отец нет! СТОЙ!!! Он тебя не тронет! — кричал я. — Нет, не надо, зачем!!! Так будет только хуже!!!       Беззубик яростно раскидал напавших воинов. Через мгновение, дракон без труда повалил Стоика и зарычал, приготовясь к залпу. — Беззубик, стой! СТОЙ!!! — что есть силы закричал я.       Фурия удивленно повернулся ко мне, останавливая начатое. — Вяжи его! — послышалось со стороны.       Удар и Беззубика стащили с тела вождя. Викинги навалились на него, крепко прижав дракона к земле. Я бросился к брату на помощь, но меня перехватили, выворачивая руки за спину. От залома я почувствовал острую боль в раненой руке. — Нет, нет, пожалуйста, не трогайте его! Не трогайте его! — я продолжал вырываться из хватки викинга.       Но меня крепко удерживали. Вождь тяжело встал и, хмуря брови, посмотрел на дракона, уверенно отобрав оружие из рук стоящего рядом викинга. Беззубик тоже смерил вождя своим пронзительным взглядом. — Отец не делай этого! — взмолился я.       Стоик уверенно приближался к дракону, ликующая толпа на мгновение затихла в ожидании того, что будет дальше. Я, воспользовавшись моментом ударил по ногам удерживающего меня воина и быстро высвободился из захвата. После подобрал лежащий на полу арены меч и побежал на перерез своему отцу. Встав между ним и драконом, я закричал: — Хочешь убить дракона, убей сначала меня!!!       Я понимал, что слишком слаб для того, чтобы оказать отцу достойное сопротивление. Стоик был более опытным и искусным воином. Но желание помочь, спасти брата было сильнее и отодвигало здравый смысл на второстепенный план.       Отец спокойно принял мой вызов, так как знал, что без труда одержит победу. Люди расступились поближе к стене арены, дабы их ненароком не зацепило. Завязался бой. Бой между мной и собственным отцом. Бой, который, возможно, навсегда предопределит судьбу нас обоих. Превозмогая боль в руке я бился, не жалея собственных сил. Бился не взирая на тяжесть меча. Каждый и нас стоял на своем и не желал уступать. Замах, я скользнул в сторону, уходя от удара. На стороне отца была сила и воинский опыт, на моей же быстрота и проворность. Наш бой долго не продлился. Удар, еще и я почувствовал, как холодная сталь полоснула ногу. Мой меч с лязгом упал на землю, нарушая безмолвие, и я медленно опустился на колени закрывая руками зияющую и кровоточащую рану. Публика снова взорвалась бурными овациями в честь своего вождя. Стоик, бросив презрительный взгляд в мою сторону сквозь зубы прошипел: «Щенок» – и уже на правах победителя направился к дракону намереваясь закончить начатое.       Меня снова схватил кто-то из викингов. Я стал рваться чтобы помочь брату, но викинг, удерживающий меня, еще крепче скрутил мне руки. Стоик опустил на меня свой суровый взгляд, полный разочарования и презрения, от чего у меня похолодело внутри. — Ты связал свою судьбу с ними! — он указал клинком на обездвиженного дракона — Ты не викинг! Ты мне больше не сын!       Стоик сделал шаг в сторону ящера, крепко сжимая меч в своей руке. Я пытался вырваться, извивался, кричал. Я не мог, не должен был допустить этого... Но уже ничего нельзя было сделать. Обездвиженный дракон дернулся со всей силы и лишь на мгновение высвободился, сбросив с себя людей, когда клинок вождя глубоко вонзился в его грудь. Дракон взревел от дикой боли в груди, но рев быстро захлебнулся. Беззубик рухнул на земь, а его зрачки, расширяясь почти закатились, медленно теряя свой некогда живой блеск. Все стихло. Викинги смотрели на произошедшее не смея разрывать эту тишину. Перед ними свершилось то, чем мало кто мог похвастаться. Стоик - один из немногих, кто убил Ночную фурию. Улучив момент, я вырвался и подбежал к другу, который казалось, был для меня роднее всех в этот момент. Я упал на колени, обхватив черную морду Беззубика. Викинги неодобрительно взревели. Но ни они, ни вождь, победивший порождение молнии и самой смерти, для меня не существовали сейчас. Я их не слышал, слышал лишь тихий хрип умирающей фурии, чья кровь впервые за столетия пролилась на этой арене. Я не чувствовал боль своей руки, я ощущал кое-что пострашнее. Я не обращал внимания на то, что его кровь почти насквозь пропитала мои штаны и рукава. По щекам скатывались слезы, я был не в силах сдержать рвущиеся наружу эмоции. — Беззубик... Братец... — почти беззвучно прошептал я.       Но мне не дали даже попрощаться в ним. Подошедшие войны тут же подняли меня на ноги и буквально потащили в сторону пристани. Вдалеке я слышал голос Астрид, которая что-то пыталась втолковать Стоику, но тот раздраженно отнекивался от нее, не желая слушать. После его твердого слова: «Так ты с ним или с нами?», Астрид затихла. Со стороны я слышал слова соплеменников: «Предатель», «Рыбья кость» или «Ты никогда бы не стал настоящим викингом» и т.д. Но я их уже не слушал, мне было все равно. Все равно когда меня накрепко связывали, все равно когда я, не поспевая за буквально тащащим меня викингом споткнулся и упал на твердые камни. Мне было безразлично, что мои губы и нос разбиты в кровь, а по всему телу были рассыпаны синяки и ссадины. Некоторые викинги, особо ярые противники драконьего рода, не отказали себе в удовольствии наставить мне тумаков. Разум потихоньку погружался в себя, не в силах принять реальность как должное. Где-то в глубине себя, мне хотелось верить, что все это сон. Просто сон, плохой сон. Что вот-вот я проснусь дома и с утра радостно побегу в овраг повидать Беззубика. Но нет. Это не сон. Это суровая реальность. Холодный морской ветер обдувал мои синяки и раны. Глаза последний раз окинули до селе родную деревню. Деревню, которая была мне домом целых пятнадцать лет.       Лодка плавно отправилась в открытое море. Я в последний раз видел отдаляющийся остров, который был мне родным целых пятнадцать лет. Холодный ветер будоражил воду, заставлял волны подниматься, постепенно нагоняемые мрачными грозовыми тучами, что, собственно, давало понять - погода стремительно портится. Конец POV Иккинг

***

      Воющий ветер еще больше дразнил морскую воду. Волны становились все больше и выше, пока не начали с яростью обрушиваться на все. Лодку, в которой лежал связанный мальчишка мотало словно щепку, пока очередная волна с силой не перевернула ее кверху дном. Оказавшись в воде, паренек тщетно пытался подобраться к поверхности. Его неимоверно тянуло на глубину. Но узлы намокли и ослабли от воды. И мальчишке удалось немного выпутаться из связывавших его веревок. Разгребая руками воду, юный викинг плыл к поверхности, чтобы сделать вдох. Но не окажется ли он для него последним?       Силы быстро убывали и даже желание бороться за жизнь постепенно сходило на нет. Он один в море, вокруг бушующая стихия и нет никакого проблеска надежды выжить. Это конец.......  

***

POV Иккинг.       Сознание медленно возвращалось обратно после того, как упорхнуло из-за очередного удара волны. Я приоткрыл глаза и начал откашливаться от морской воды, которой вдоволь успел наглотаться. Избавившись от лишней жидкости и отдышавшись, я приподнялся и лениво стал оглядываться вокруг, чтобы понять куда меня выкинуло. Вокруг обнаружился песчаный берег со светлым песком, глубже к центру острова начиналась полоса леса, а в воде в некотором отдалении от берега виднелся надводный риф. И как меня там не разбило? Удовлетворившись кратким осмотром окружающей обстановки, я уделил внимание и своему телу, перебинтовав раненую руку обрывком штанины. Находиться на песке у воды не хотелось, но надо было немного подождать, чтобы окончательно прийти в себя. Когда же сознание более- менее прояснилось, и тело смогло хоть как-то двигаться, я встал и побрел вглубь острова чтобы найти пресную воду.       Слава Тору на это не ушло много времени. Вскоре нашелся широкий просвет в лесу, который привел к маленькому озеру. Я опустился на колени у его края и, зачерпнув воду руками, стал пить. Утолив жажду, я присел на большом камне, больше похожим большой на валун, что находился почти у кромки воды этого озера, на которое мне посчастливилось набрести. Все мысли плавно перетекали в воспоминания того, по какой причине меня сюда забросило. Не хотелось ничего делать, ничего не предпринимать. Я лишился всего... Уткнувшись лицом в ладони, я начал думать, что мне делать дальше... «Почему отец так поступил? Не дал даже возможности все объяснить. Зачем он убил того, с кем меня свела судьба? Того, кто понимал меня, кто стал для меня единственным другом... За что мне все это? Я же не сделал ничего плохого» — все эти вопросы роились у меня в голове, не находя ответов.       Отец отрекся от меня, люди, жившие со мной рядом - меня ненавидят. Наверное, даже Астрид считает меня теперь никем... Вряд ли тот сказочный полет и поцелуй в щеку можно считать чем-то грандиозным. Что мне делать, куда идти... Я никому не нужен... С самого рождения был слаб, ни на что не годен, ко всем этим насмешкам и издевкам со стороны я давно привык и не обращал на них внимания. А теперь остался совсем один, окончательно и бесповоротно. Даже поговорить не с кем. И единственный мой друг пал от руки собственного отца. Какая ирония. Похоже, что даже сам Один меня невзлюбил с самого моего первого вздоха. Викинги и драконы могли бы жить вместе, сообща, помогая и защищая друг друга... Но мой отец разрушил все эти мечты одним ударом меча. Перерубил все ниточки будущего, избавившись и от страха всей деревни и от сына-недомерка. Ни на что не годного, жалкого, позорящего род вождя племени.       Ярость, злость, обида, грусть, разочарование... Одни из немногих эмоций, что накрывали меня с головой в эту минуту. Я лишился всего. В один момент стал никем. Пустым местом, изгоем. Может отомстить? Нет. Потратить годы, вынашивая планы, тратить силы на их воплощение, чтобы потом почувствовать азарт охоты и насладиться страданиями тех, кто виновен? Это глупо, да и все это не вернет мне Беззубика. Лишь даст мимолетное ощущение власти над ними. Нет, мне не нужна их смерть. Она ничего не изменит.       Так я просидел почти двое суток, лишь иногда наклоняясь к воде, чтобы напиться. Есть не хотелось совсем. Казалось, что потребность в пище совсем оставила меня. Может это все из-за стресса и пережитых потрясений? Хотя кто теперь разберет.       Не сказать, что для меня реалии этого мира стали безразличными, раненую руку и тело по-прежнему саднило после всех этих приключений. Да и рубаха и штаны все еще напоминали о событиях на арене, даже само море оказалось не в силах полностью смыть эту кровь с одежды.       Ближе к ночи я почувствовал себя очень странно. Сначала мне стало жарковато, и я решил снять часть одежды, чтобы почувствовать хоть немного прохлады. Отступив с камня на песчаный берег озера. Чем дальше, тем мне становилось хуже. Все тело начало как будто гореть изнутри. В голове все мысли и воспоминания отзывались болью. Но на этом мучения не прекратились. Стало ломить кости и все внутри, казалось, выворачивается, сопровождаясь сильной болью. Я был готов кричать, но не смог. Все это сводилось к тому, что я только и мог хватать ртом воздух. В какой-то момент хотелось ногтями просто содрать с себя кожу, чтобы не чувствовать всего этого, но похоже мое тело на данный момент жило своей жизнью. Сколько все это длилось не знаю, но потом боль постепенно уходила, впрочем, как и сознание…       Казалось в себя я приходил целую вечность. Первым возникшим ощущением было чувство холода. Я поежился, но никак не мог заставить себя разлепить глаза. Боже... что это было... Я лежал на боку и содрогался от колкой прохлады, попутно пытаясь согнать с себя наваждение. И вспомнить что со мной случилось. Однако в голове все еще творилась неразбериха и никак не удавалось привести хаотично скачущие мысли к чему-то конкретному. Пришлось собрать волю в кулак и сосредоточится, разогнав стайку образов по углам сознания. Я слышал...как шумят листья на деревьях, журчание воды рядом, свист птиц, даже шелест травы. Слишком четко, слишком необычно и громко. На четвереньках я кое-как дополз до воды, но увидев собственное отражение в ней, тут же отпрянул назад все еще до конца не понимая, что за чертовщина. Тряхнув головой и вновь собравшись с силами, повторил действие. В отражении на меня смотрело лицо юного викинга лет пятнадцати с зелеными глазами и забавными веснушками, но было что-то кардинально не вписывающееся в этот образ. А именно некогда каштановые волосы сейчас были практически черными, лишь когда падал на них свет они показывали истинный оттенок. Глаза остались практически прежними, вот только сейчас зрачок был слегка вытянут, как у кошки. На скулах были видны угольно-черные чешуйки, которые продолжались уже на задней части лица. я медленно провел ладонью по своему лицу, голове, почувствовав нечто новое на голове. На ней имелись выросты, но они были до боли знакомыми. Я с нескрываемым изумлением рассматривал себя. «Этого не может быть...что со мной происходит?» — пролетели мысли в голове. Присев около озера, я набрал немного холодной воды в ладони и прислонил их к лицу. Приятный холод окатил лицо, принося успокоение коже. Еще раз взглянув в отражение в воде, я начал внимательно изучать себя. «Я не понимаю, что же со мной».       Раздумья продлились не долго, так как кожа на руках разразилась новой болью, было ощущение, как будто-то что-то рвется наружу из-под нее. Не в силах сдерживать боль, я опустил руки в воду, пытаясь хоть немного унять пылающую огнем кожу, но попытки были тщетны. Время как будто потеряло свой ход, боль затмевала глаза, унося остатки разума куда-то далеко. Я начал царапать ногтями горячие жаром руки, чувствуя что-то твердое под ними. Нечто черное вырывалось из-под кожи, алая кровь стекала капельками в воду. Я стиснул в зубах край своей одежды и прилег на бок. Все новые и новые кусочки черной твердой чешуи появлялись на моих руках, вытесняя родную кожу. Боль была невыносима, вся округа разразилась пронзительным криком, срывающимся на визг и агонию. Сознание уже не в силах было выдерживать такую боль, и я вновь провалился в пустоту беспамятства.       Сперва появились тихие звуки где-то вдалеке. Постепенно эти звуки пополнялись новыми и становились все ближе и громче. Яркий свет ударил в глаза, заставив зажмуриться и прикрыться руками. Медленно открыв глаза, я обнаружил, что мои руки почти полностью покрыты плотными черными как смоль, крепкими чешуйками. Но со стороны ладоней кожа осталась практически прежней. Но вот внешняя сторона была чешуйчатой. Боль отступила и уже не мучила. «О Один, что со мной...» я медленно сел, осматриваясь по сторонам. Трава в некоторых местах была окрашена кровью. Я вновь взглянул на свои новые руки, невообразимые мысли не покидали головы. «Эта чешуя, прямо как...у него...»       Тяжело выдохнув, я отполз до ближайшего растущего дерева и прижался головой к стволу. Но тут в желудке громко заурчало, а живот свело судорогой, заставив меня обхватить его руками. «Стойте, не может быть!» — я быстро поднял остатки рубахи к шее и взглянул на свой живот. Местами его покрывали такие же черные чешуйки, которые были и на руках. «Неужели я полностью превращаюсь в дракона? Такого не может быть...» — меня накрыла какая-то паника. Что мне дальше делать? Как жить? Я не знал. Чтобы хоть немного отвлечься от всех этих переживаний и паники я решил немного искупаться и попутно избавиться от остатков крови на теле, а также унять бушевавший внутри жар. А после можно и добыть себе что-нибудь съестное. Сняв оставшуюся одежду, я медленно зашел в холодную воду, обнаружив, что телу не так холодно, как было раньше. Солнце уже было на краю света, медленно закатываясь за горизонт. Зайдя в воду по пояс, я оттолкнулся ногами от илистого дна и нырнул. Открыв глаза в воде, я обнаружил, что вижу практически все. Острые камни на дне, водоросли, рыбу, плавающую в приличном расстоянии, шебурщащихся в камнях крабов. Самое необычное так это то, что я все видел очень четко. Будто сейчас был день, а не вступающая в свои права ночь.       Луна медленно поднималась на замену яркому солнцу, освещая траву, воду и деревья своим бледным светом. В этот момент я уже сидел на траве, опершись спиной о дерево, размышляя, что же все-таки делать дальше. Как жить? Но все эти раздумья стали уходить куда-то глубоко в подкорку сознания. Похоже за сегодняшний день произошло не меньше шокирующих событий нежели чем за вчерашний. Веки постепенно тяжелели, в теле поселилась невиданная усталость, даже голод куда-то отступил. Я постепенно погружался в дрему, пока совсем не уснул. Конец POV Иккинг       Утром Иккинг проснулся от того, что яркое солнце самым наглым образом лезло в глаза. Даже густая крона дерева не слишком помогала. Сейчас необходимо было найти еду и успокоить бушевавший желудок. И уже тогда все тщательно обдумать, а самое главное осмыслить. Парень медленно встал на ноги, огляделся по сторонам и медленно пошёл вперёд на поиски еды. Блуждая по округе, он наткнулся на куст со съедобными ягодами. Желудок недовольно проурчал, давая понять что этого явно будет мало. Но, к сожалению, вокруг не нашлось ничего более, чем еще пара кустов с брусникой. Но хоть на какое-то время она утолит голод. Но все время оставаться у озера, которое наверняка служит водопоем для местных хищников было небезопасно. Необходимо изучить этот остров и найти себе укрытие, способное спрятать от непогоды и других напастей.       Поднявшись на ноги и подобрав одежду, парень неспеша отправился на разведку. Вышагивая по лесным тропам и попутно натянув на себя уцелевшую, но порядком испачканную рубаху, Иккинг осматривал остров. Этот лес очень напоминал ему родные чащи Олуха, но в этом месте было еще больше хвойных деревьев. Вполне вероятно, что шторм отнес его чуть дальше на север. Новые изменившиеся уши и глаза парня давали возможность слышать и видеть практически все, что происходило вокруг. На острове кипела жизнь. Иккинг слышал, как шелестят листья в кронах деревьев, щебетание птиц, копошение в траве мелких грызунов. Видел проскользнувшего сквозь лесную чащу Разнокрыла и шумную стаю Жутких Жутей вдали. Все это давало возможность оценить свое нынешнее положение, и возможную надвигающуюся опасность. Пробравшись в самое сердце острова парень обнаружил поваленное огромное хвойное дерево, нет, дерево было не просто огромным, оно было гигантским. Иккинг еще никогда за свою жизнь не видел таких деревьев. Должно быть ему не одна сотня лет, может и целая тысяча раз оно сумело вырасти до таких размеров. Длинна старого деверева превышала длину двух боевых драккаров, а обхватить его не смог бы даже самый широкоплечий викинг. Позади него шла целая роща таких вот гигантов. Вид этих огромных деревьев, чьи стволы и кроны уходили на десятки метров ввысь, невольно вызывало восхищение. Всю землю застилал мох и густые зеленые папоротники. Были и лиственные деревья, но они сильно уступали в размерах своим хвойным собратьям. Блуждая по окрестностям леса Иккинг набрел на очередную жертву природных стихий. Огромное дерево было вывернуто с корнем и переломлено посередине. Парень никак не мог представить кто или что могло сломить такого гиганта. Однако из-за больших размеров и раскидистой пышной кроны ствол образовал треугольную арку. А близрастущие деревья-соседи не дали ему окончательно лечь на землю. Иккинг осмотрел место «крушения» несчастного дерева и нашел его вполне пригодным для обустройства логова. Отметив для себя еще вернуться на это место, парень продолжил осмотр острова.       Шум прибоя медленно усиливался, что дало понять – он на другом конце острова. Парень выбрался к утесу и быстро окинул взглядом береговую линию. Почти сразу на его глаза попались обломки корабля, похоже разбившегося в том же шторме, который и принёс его сюда. А где есть корабль, там могут быть и выжившие люди, еда, припасы и возможно даже оружие. Иккинг аккуратно начал спускаться к берегу, вслушиваясь во все звуки, надеясь услышать знакомую речь, но, к сожалению, он не расслышал ничего похожего. Как только он приблизился к обломкам достаточно близко, из трещины в носовой части корабля выскочили пара мелких драконов и, зарычав на него быстро улетели в глубь острова. Парень осмотрел несколько бочек и ящиков, лежавших среди досок и прочего хлама, выброшенного на берег. В одной из них он нашел вымокшую в воде меховую накидку, которая явно была ему велика, и подошла бы скорее крупному викингу. Но, выбирать не приходится. Все сгодится в данный момент. Парень оттащил одежду от обломков и разложил на песке под солнцем, после направился на сам корабль. Забравшись на нос корабля, он огляделся. Было очевидно, что данная шхуна, а точнее кнорр, налетел на рифы, которые буквально разбили корпус корабля, словно он был из глины. На реях и свисающих канатах он обнаружил следы замытой крови бывших мореплавателей, но самих тел не было и следа. Похоже море поглотило их вместе с отсутствующей частью корабля. У самой воды, захлестывающую на место разлома, он обнаружил бьющийся о доски еще один ящик и поспешил вытащить его подальше от воды. Открыв его, он раскрыл рот от изумления. Инструменты! Молотки, зажимы, инструменты для обработки дерева и даже пара слитков разного металла. Прям целый набор для мастера! Иккинг оттащил ящик к сохнущей одежде и поспешил вытащить его содержимое. Слава богам ничего не намокло и было в идеальном состоянии. Но тут он вдруг услышал шорох. Двое малышей Острокогтя чуть поодаль и привлекли внимание парня. Он начал медленно подходить к ним и увидел, что драконы с интересом рассматривают деревянный лук и колчан, прибитый у берегу. Иккинг разогнал драконов и стал осматривать спасительную находку. Прочный корпус, жесткая тетива, а стрелы были остры, как будто их только что заточили. Хоть большинство стрел и были сломаны, восстановить их не составит труда. Теперь он мог с легкостью защитить себя от хищников и добыть пропитание на этом острове. Обыскивая корабль, мальчишка находил уйму всякого. Даже нашелся хорошо уцелевший комплект одежды. Немного великоват для его телосложения, но сейчас пригодится все. Постепенно парень стал перетаскивать вещи к той самой арке, где и замыслил обустроить себе убежище. Ведь неизвестно насколько он тут застрял.       Последующие дни парень активно занимался обустройством своего нового дома. На крышу парень наложил множество связанных пучками хвойных и лиственных веток, защищающих от непогоды и обеспечивающих тепло. Внутри было довольно простое убранство. Посередине дома он сложил обложенный камнями костер, что играл роль очага, а меховая накидка теперь служила для мальчишки теплым одеялом в холодные ночи. Все необходимые инструменты, выловленные из моря, теперь аккуратно хранились в отдельном сундуке. Недалеко от него был прислонен к стене колчан с новыми стрелами. При себе Иккинг всегда имел небольших размеров нож, мало ли что могло случиться на этом острове. Есть хотелось постоянно, что малость озадачило юношу, ведь раньше он никогда не потреблял такое большое количество пищи, а тут такое обжорство. Одними грибами и ягодами наесться было трудно, да и в округе они уже все были собраны. Парню пришлось методом проб и ошибок учиться охотничьей премудрости. И он научился ставить ловушки и силки на зверя, рыбачить и прикладывать все усилия чтобы выжить на этом острове. POV Иккинг.       Так и пролетели несколько дней. Я уже и забыл, что теперь не совсем человек. Привык к тому, что могу абсолютно бесшумно и незаметно для других передвигаться в лесной чаще. Что моей меткости в стрельбе из лука теперь может позавидовать даже самый искусный стрелок. Я было решил, что на этом мое превращение закончилось. Наивный. Как оказалось это была лишь небольшая передышка перед кульминацией.       Все началось на третий день после двухнедельного отдыха. Наверное, боги все же сжалились надо мной и дали мне немного свободного времени прийти в себя. Я отдыхал под большим раскидистым деревом возле озера, на которое я набрел ранее. Просто сидел и наслаждался солнечным днем. По спине неожиданно пробежали мурашки, а под лопатками очень сильно зачесалось. Не вставая с места, я потерся спиной о ствол дерева, дабы унять зуд, но это не помогало. Зуд становился все сильнее и невыносимее. Рукой я достать не мог, так что приходилось использовать все тот же ствол. Минут через десять, чесотка сменилась быстро нарастающей болью, а спустя еще некоторое время и вовсе стала нестерпимой. Казалось, боль была еще сильнее чем предыдущая. Было такое ощущение, будто лопатки ломаются, что-то давило и разрывало изнутри, заставив упасть меня на колени. Уперевшись руками в землю, я стиснул зубы и хотел закричать, но горло отозвалось только тихим сипом. В этот момент внутри как будто что-то щелкнуло, спина, казалось, взорвалась, выпуская наружу то что таилось внутри. В голове в этот момент как будто выключили свет, и я повалился на траву. Из пустоты меня вновь что-то тянуло наверх, обратно к свету. «О Один, за что ты так со мной, что я тебе сделал? За что меня так наказываешь!» —прошипел я, поднимаясь на локтях. Тело напрочь отказывалось меня слушаться. Кое-как усевшись на траву я почувствовав непривычную тяжесть за спиной. «Только не говорите, что это...».       Крылья. За моей спиной в самом деле были два огромных черных крыла, которые непривычно тянули назад. Я попытался встать на ноги, опираясь руками о то самое дерево. Все тело ныло и отзывалось болью и непривычной тяжестью, не только со спины, но и чуть ниже. Оглянувшись, я обнаружил тянущийся к земле черный хвост с закрылками у основания и двумя на конце. В промежутке между ними по бокам хвоста проходил ряд мелких шипов. Невольно я закрутился вокруг своей оси, стараясь рассмотреть нового себя. Пока случайно не наступил на один из элеронов хвоста. Я зашипел от боли и рухнул на землю, слегка запутавшись во всем этом многообразии лишних конечностей. «Беззубик...ты со мной... И я с тобой. Теперь мы — одно целое, уж точно ничто и никто не сможет нас разлучить» — с иронией в голосе сказал я, валяясь в высокой траве.