Что ты делаешь со мной, Йоханнес?

По телу пробежала искра, и его словно пронзило током. Мурашки побежали по коже, а волосы встали дыбом. Электрический заряд ударил в голову, а потом — в сердце. Он начал краснеть, нервничать и расплываться в пьяной улыбке. Глаза забегали, стараясь избежать зрительного контакта. Всё вокруг исчезло — остались только Кайл со своими мыслями и Джей-Джей, который ждал последующего ответа. Грудь накрыло жаром и нежностью, а судьба сказала: «Это тот самый!». Но возник вопрос: почему именно он? Почему это он, а не она? И почему Кайл вообще начал что-то испытывать к этому загадочному парню, который был словно лучик света в тёмных глазах? Его карие глаза были чем-то завораживающим. Они словно осенний закат, наполненный мягким светом и теплом. В этих глазах крылась какая-то неразведанная тайна, которую так хотелось разгадать, погрузившись в тёмную манящую бездну. Его глаза переливались оттенками мёда, янтаря и шоколада. Они словно сотканы из светлых лучей и ночной тьмы одновременно. Но тут из мыслей его вытянул Йоханнес. — С тобой всё хорошо? Ты что-то какой-то красный? — «О боже, Йоханнес, что же ты делаешь со мной?» — пронеслось в голове младшего. Тот от страха резко сменил цвет кожи, как хамелеон. Теперь он стоял бледный, как поганка. А ноги настолько подкашивались, что казалось — сейчас он рухнет на пол. — Нет, всё хорошо, я просто устал и переживаю,— быстро что-то выдумал Кайл. Ему хотелось уйти, но он понимал: если сейчас это сделает — пожалеет. — Да, я понимаю тебя. Можем поговорить позже, если хочешь,— улыбнулся Йоханнес, и эта улыбка опьянила Кайла ещё больше. Он хотел расплыться и утонуть в ней; неосознанно Алессандро улыбнулся ему в ответ. — Да, я буду рад, если ты зайдёшь завтра ко мне в номер,— сказал он.— Я буду ждать тебя. — Я зайду. Хорошо тебе отдохнуть,— Кайл пожелал ему того же и быстро пошёл к себе. Он заперся у себя в номере, думая о том, что только что с ним произошло. Неужели он влюбился? Любви с первого взгляда не существует или ему так казалось? Но даже если он и влюбился — то почему в парня, а не в девушку?Тут вдруг внутри ожила тень: она олицетворяла страх быть непонятым, отвергнутым и осуждённым за свои чувства и истинную природу. Внутри прошла буря — душа разодрана на куски. Всё это неправильно — так не заложено природой. Одиночество окутало Кайла с ног до головы; казалось — никто не разделит его реальности, и теперь он вынужден бороться с самим собой. А какие у него шансы на Йоханнеса? Никаких… По крайней мере так казалось ему самому. Внутренняя гомофобия убьет его. Джей тем временем уже был в своей кровати. Мысли как обычно были пустыми; голова холодной и пустотой, но тут она начала наполняться чем-то — мыслями о Кайле. Он ему казался слишком хорошим человеком: слишком милые черты лица, поразительная мимика и очаровательная улыбка, но ещё что Йоханнес заметил: Алессандро был очень нервным и дёрганым; Питч списал это на нервы, адаптацию к новому месту — или на незаконченный пубертатный период. Ему хотелось обнять его, сказать ласковые слова и уверить: всё будет хорошо. Хоть Йоханнес не питал к нему тех же чувств, что Кайл, но желание обнять было сильным. Ему это казалось обычной симпатией к человеку — так бывает… Поэтому Джей быстро отмахнулся от этих мыслей и пошёл принимать душ: быстро ополоснулся и лёг спать. Питч утонул в мягкой кровати и пробормотал себе под нос: — Как я не хочу уезжать… Правда, ведь: новое место не было пропитано слезами или переживаниями, чего не скажешь о его доме. Внутри всё ещё бушевала боль и мучения всё ещё свежей утраты, которой он напитал стены своего дома. Йоханнес мечтал съехать из своей маленькой двушки, с которой связан самый тяжёлый период его жизни; но то ли сил не было — то ли денег… А может ему просто нравилось страдать? Тот уже сам не знал… Он быстро отмахнулся от мыслей и крепко заснул как младенец. Кайл тоже сейчас предпочёл бы крепкий сон вместо поглощающих его раздумий о том самом парне. Алессандро ворочался: то вставал сходить в туалет, то попить воды, то ходил из стороны в сторону… И где-то к часу ночи ему это надоело. Он решил открыть TikTok и тут же наткнулся на какой-то эдит с ним: там он выступал на отборе. И тут на него посыпались гневные комментарии: — И как после рыбака они хотят отправить это? — основная часть комментариев была такой. Кайл снова засомневался в себе. Вдруг он и вправду плохой артист, исполнитель и в целом человек. Да, парень, конечно, был готов к хейту, но не так сразу и не в таком огромном количестве. И снова этот камень на душе. Взгляд стал затуманенным и потерял бывалый огонь. Кайл начал возвращаться в этот ужас и решил быстро выключить и отбросить телефон подальше, попытаясь уснуть естественным методом, считая овец. Досчитав где-то до 700, тот сдался. И тут он вспомнил про снотворные, которые нагло стащил у своего отца порядка 3 месяцев назад. Он открыл баночку с таблетками и взял одну. Покрутив её в руках и высыпав себе ещё две он закинул их себе в рот и запил водой. Пусть максимальная дозировка была полтаблетки для его возраста, но Кайлу было плевать. Веки начали тяжелеть, а тело расслабляться. И он уснул сладким сном ровно в 3 часа ночи. Участникам давали 3 дня на адаптацию и отдых после долгой дороги, поэтому можно было спать спокойно, что и сделал Йоханнес. Он проспал до часа дня и был в прекрасном настроении от предвкушения нового дня и предстоящей беседы с Кайлом. Выполнив всю рутину, он вышел в коридор, чтобы посмотреть, кто ещё проснулся. Там было куча народу, которые столпились около лестницы — все шли на обед. Спускаясь за всеми, Йоханнес успел разговориться с Эрикой; должно быть, если ему не изменяла память, она из Финляндии. Она показалась Джею очень интересной и приятной в общении. Пока они спускались по лестнице, они успели обсудить порядка семи тем даже не зная имени друг друга; за столом же они рассказали, кто есть кто и продолжили вместе обедать. Йоханнес бегал глазами по всему помещению со шведским столом, но нигде не мог разглядеть молодого парня, к которому он пообещал зайти сегодня. Йоханнес почему-то занервничал и решил после обеда постучаться к нему в номер и узнать, что с ним — вдруг что-то случилось. Поэтому Йоханнес быстро затолкал в себя еду и побежал наверх стучаться к Кайлу. Он постоял около двери порядка двух-трёх минут и всё же решился постучать. Стучал он громко и напористо, но в ответ — тишина. — Кайл, это я Джей-Джей — и тут за дверью послышалось короткое шипение и шелест постельного белья. Кайл проснулся и взглянул на время — перепугался: всё-таки он переборщил с таблетками. И Алессандро тут же неосознанно выдал: «Заходи», хотя понимал, что в таком виде его никто не должен видеть. Он казалось немного запаниковал — и когда вошёл Йоханнес, Кайл только натянул на себя шорты дабы его объект обожания не увидел его таким. Кайл сидел без верха — весь растрёпанный и тяжело дышавший. Однако Йоханнес не видел в этом какого-то неуважительного поведения. Вид Кайла его умилял: его щенячие заспанные глазки, глядящие куда-то вдаль; растрёпанные волосы, которые никак не удавалось собрать воедино; полуобнажённый вид младшего действовал на старшего дурманом. — Я переживал за тебя. Почему ты так долго спал? — Йоханнес заглянул в глаза Кайлу будто искал ответ в них. А Кайл в свою очередь не выдержал его взгляда и отвёл глаза — смотря куда-то в стену. Алессандро снова покрылся румянцем. — Извини, я просто вчера очень устал и не мог заснуть; не нужно было за меня переживать — тут парни разговорились: они шутили, смеялись и казалось, будто они были знакомы уже лет сто перед этой встречей. Кайл даже не постеснялся ходить без верха — помыть голову и почистить зубы перед своим новым другом. Их тянуло друг к другу — этой связи никто не мог помешать. Три часа пролетели как 15 минут — и Питчу уже надо было идти. — Ладно, мы ещё сегодня увидимся с тобой.— И тут Йоханнес неожиданно обнял Кайла. У того сердце ушло в пятки — он точно не ожидал этого: «Что же ты снова со мной делаешь, Йоханнес?» — спросил сам у себя Алессандро — и крепко обнял старшего в ответ. Это были самые лучшие объятья в его жизни: Алессандро светился от радости; его сердце наполнилось кровью; он вдыхал аромат волос Йоханнеса. Кайл влюблялся всё сильнее. А для Йоханнеса это были самые тёплые и нужные объятья в его жизни. Джей расцвел и казалось, что такое тепло он испытывает впервые. Как ему этого не хватало — тёплых и нежных объятий. Как же давно он этого не чувствовал. Даже от человека, которого он безумно любил, — Питча, — не получал таких объятий. Теперь Джей снова окунулся в океан тепла и заботы.