Часть 1

Шерлок, Если ты читаешь это письмо, значит, либо я мертва, либо ты опять копаешься в чужих делах. В обоих случаях — неудивительно. Не буду врать, я не собиралась писать. И уж точно не тебе. Ты — худший собеседник из всех возможных. Слишком умный, слишком резкий, слишком... настоящий. Люди вроде тебя обычно долго не задерживаются. Но если честно — не знаю, зачем пишу. Просто что-то в груди толкает: «Скажи. Пока можно». Жизнь судмедэкспертом — та ещё головная боль. Я видела смерть чаще, чем собственное лицо в зеркале. Люди любят думать, что смерть — это трагедия. Я думала, что это статистика. До тебя. Ты появился, как плохая шутка на месте преступления. Гениальный, невыносимый, с этой своей манерой смотреть сквозь людей, как будто они прозрачны. Ты меня раздражал с первого слова. Почему именно сейчас? Потому что я стою на крыше. О ты не подумай я не собираюсь прыгать — просто здесь можно дышать, когда вокруг всё давит. Здесь, над городом, где холодно и одиноко, я пытаюсь понять, зачем продолжаю идти дальше. Писать тебе — значит попытаться выговориться, выпустить наружу то, что сдерживала слишком долго. Между нами могло что-то быть, кто знает? Мы слишком рациональны, слишком разбиты, чтобы позволить себе слабость. Я люблю себя больше, чем можно ломать себя ещё сильнее. Война… Она оставила во мне не просто шрамы. Она выжгла часть меня — научила видеть смерть раньше, чем она приходит, слышать выстрелы, которых никто ещё не слышит. Это не героизм, это — выживание. Когда на той крыше прозвучал выстрел, моё тело сработало само — я закрыла тебя собой. Не потому что ты герой, не потому что я хотела — а потому что страх, что ты умрёшь, пробил меня насквозь. Ты, может, и не заметил. Я тоже не собиралась тебе рассказывать. Это всё — мои тайные мысли, мои страхи, которые я не могу никому показать. Но если когда-нибудь эти слова попадут в чужие руки — пусть они знают: я была рядом. И в тот момент, когда всё могло кончиться, я выбрала жизнь — твою и свою. Это письмо я не собиралась никому показывать. Никому. Оно — для меня самой, словно крик в пустоту, способ осознать всё, что внутри. Но если ты держишь его в руках и читаешь — значит, судьба распорядилась иначе. Что ж, тогда живи так, чтобы однажды не пришлось писать подобное. — Джо Вейл.(Всегда не любила своё полное имя — Джозефина. Слишком громоздкое для того, кто привык сокращать всё до сущности.)