Исполнение мечты

Утро после бурной ночи наступило тихо, с мягким светом, пробивающимся сквозь шторы. Азура проснулся первым, чувствуя приятную тяжесть в теле и тепло рядом. Тайм крепко спал, свернувшись в клубок, его дыхание было ровным, но щеки все еще хранили легкий румянец от вчерашнего жара. Азура улыбнулся, наклоняясь и осторожно целуя его в висок, стараясь не разбудить. Он знал, что течка Тайма только началась и будет длиться целую неделю. Воспоминания о прошлых циклах, когда омега становился ненасытным, требуя секса каждые пару часов, заставили Азуру принять решение. Таблетки. Они нужны, чтобы облегчить состояние Тайма и не дать им обоим утонуть в инстинктах, как это было в его собственный гон. Азура тихо встал, приводя себя в порядок. Он надел свою любимую фиолетовую водолазку и черные брюки, поправив шляпу, прежде чем выйти из квартиры. Утренняя прохлада приятно освежала, и он быстрым шагом направился в ближайшую аптеку. В голове крутились мысли о Тайме — его хрупкости, его слезах, его мечтах о семье. Азура хотел защитить его, дать ему покой, даже если это означало держать свои желания под контролем. Через полчаса он вернулся с тремя пачками подавителей течки, крепко сжимая их в руке. Войдя в спальню, он увидел Тайма, уже проснувшегося. Омега сидел на кровати, его глаза блестели от жара, а тело слегка дрожало, он выглядел словно кот, что только что вынюхал слишком много кошачьей мяты. Увидев Азуру, Тайм тут же потянулся к нему, его руки жадно скользнули по груди альфы, а голос сорвался на умоляющий шепот: — Азура… пожалуйста, я хочу тебя… Азура замешкался, чувствуя, как его собственные инстинкты начинают просыпаться. Он быстро достал из упаковки блистер, выдавливая три таблетки. — Цветочек мой, выпей, пожалуйста. — сказал он мягко, садясь рядом и обнимая Тайма. — Тебе станет легче. Тайм, уткнувшись в его плечо, послушно взял таблетки и проглотил их без воды, слегка поморщившись. Азура погладил его по спине, чувствуя, как омега расслабляется в его объятиях. — Молодец — прошептал Азура. — Полежи немного, ладно? Скоро станет легче. Тайм кивнул, укладываясь обратно на кровать, а Азура остался рядом, поглаживая его руку, пока жар в теле омеги постепенно спадал. Через час Тайм уже выглядел спокойнее, его дыхание выровнялось, а глаза перестали блестеть лихорадочным желанием. Азура улыбнулся, чувствуя облегчение. Теперь они могли провести день как обычно, без давления инстинктов. Их день начался с простых, но уютных дел. Азура отправился на кухню, решив приготовить завтрак. Он знал, что Тайм обожает блины с ягодным сиропом. Пока сковорода шипела, Тайм, уже немного окрепший после таблеток, вошел на кухню, обнимая Азуру сзади. Его руки скользнули вокруг талии альфы, а подбородок лег на его плечо. — Пахнет вкусно.— пробормотал Тайм, его голос был еще слегка хриплым, но уже с ноткой привычной теплоты. — Для тебя, Пасленок. — усмехнулся Азура, переворачивая блин. — Но если я их сожгу, не смей смеяться. Тайм хихикнул, прижимаясь ближе. — Я помогу, если что. Они вместе закончили готовку, смеясь над тем, как Азура пролил сироп на пол и на нем же чуть не поскользнулся. Завтрак прошел в легкой болтовне: Тайм рассказывал о какой-то книге, которую недавно начал читать, а Азура делился историей о коллеге, который случайно заколдовал свой стол на работе, и теперь тот периодически левитирует. После еды они решили устроить ленивый день дома. Тайм разлёгся на диване с книгой, а Азура занялся мелким ремонтом — одна из полок в гостиной начала скрипеть, и он, ворча, принялся ее чинить, периодически бросая взгляды на Тайма, чтобы убедиться, что тот в порядке. К обеду они заказали еду из любимого кафе — пиццу с двойной порцией пепперони, которую Тайм обожал. Пока они ждали доставку, Тайм уговорил Азуру посмотреть с ним старый романтический фильм. Азура, хоть и ворчал, что это слишком «сопливо», в итоге сидел, обнимая Тайма, и даже под конец фильма украдкой смахнул слезу, когда главные герои умерли. Тайм, заметив это, засмеялся и поцеловал его в щеку. — Ты такой милый, когда пытаешься скрыть, что плачешь. — поддразнил он. — Я не плакал. — буркнул Азура, но его улыбка выдала его. Вечером они гуляли в парке неподалеку. Тайм, закутанный в свою черную водолазку, держался за руку Азуры, пока они шли вдоль цветущих клумб. Азура рассказывал о разных растениях, объясняя, какие цветы пахнут сильнее в сумерках, а Тайм слушал, иногда вставляя свои шутки. Они купили мороженое и ели его, сидя на скамейке, наблюдая, как солнце садится за горизонт. Это был один из тех простых дней, которые они оба ценили — полных тепла, смеха и тихой близости. Прошло две недели. Течка Тайма закончилась, и жизнь, казалось, вернулась в привычное русло. Но в последние дни Тайм стал чувствовать себя странно. Утром его тошнило, настроение скакало от раздражения к апатии, а тело казалось ватным. Азура заметил это сразу — его омега, обычно такой живой, теперь выглядел бледнее обычного, часто прижимал руки к животу и морщился. — Цветочек, как ты себя чувствуешь? — спросил Азура, садясь на диван рядом с Таймом, который пытался справиться с очередным приступом тошноты. — Не очень… — Тайм поднял голову, его голос был слабым. — Тошнит сильно. И… я не знаю, что со мной. Азура нахмурился, его рука мягко легла на плечо Тайма. Он вспомнил их ночи во время течки — страстные, безудержные, без какой-либо защиты. Тогда слова Тайма о детях казались просто порывом, вызванным феромонами, но теперь… Азура задумался. Он открыл телефон и начал искать информацию, перебирая форумы и статьи. Один из постов на омегаверс-форуме привлек его внимание: тошнота, слабость, перепады настроения — симптомы, подозрительно похожие на раннюю беременность. — Пасленок, я схожу в аптеку, — сказал Азура, стараясь говорить спокойно. — Принесу что-нибудь от тошноты. Тайм кивнул, не подозревая, что Азура собирается купить не только лекарства, но и тест на беременность. Вернувшись через полчаса, он застал Тайма в ванной — его рвало. Азура подождал, пока омега приведет себя в порядок, а затем протянул ему небольшую коробочку. — Сделай его, пожалуйста. — тихо сказал он, целуя Тайма в лоб. Тайм уставился на тест, его глаза расширились от смеси паники и волнения. Он посмотрел на Азуру, ища поддержки, и тот ободряюще улыбнулся, сжав его руку. — Я с тобой, Цветочек. Все будет хорошо. Тайм закрылся в ванной, его пальцы дрожали, когда он вскрывал упаковку. В голове вихрем кружились мысли: надежда на ребенка, страх перед ответственностью, тревога за свое здоровье. Он боялся, что его тело может не справиться, что ребенок унаследует его слабости. Слезы подступили к глазам, и он схватился за голову, пытаясь успокоиться. В этот момент раздался стук в дверь. — Пасленок, все хорошо? — голос Азуры был полон беспокойства. — Ты уже долго там. — Да-да, все нормально! — отозвался Тайм, вытирая слезы. — Еще не сделал, подожди немного. Он быстро прочитал инструкцию, стараясь сосредоточиться. Сделав тест, он вышел из ванной, чувствуя, как сердце колотится в груди. Азура сидел на диване, его поза была напряженной, но он тут же поднялся, обнимая Тайма. — Ну что там? — спросил он шепотом, его руки мягко гладили спину омеги. Тайм передал ему тест. — Надо подождать… минут пять-десять. Они сели на диван, тесно прижавшись друг к другу. Молчание было тяжелым, но полным взаимной поддержки. Азура держал руку Тайма, слегка сжимая его пальцы, пока они ждали. Семь минут тянулись бесконечно, но наконец на тесте начала проявляться первая полоска. Оба затаили дыхание. Медленно, появилась вторая. Тайм замер, его глаза наполнились слезами. Азура смотрел на тест, затем на Тайма, и его лицо расплылось в улыбке. Он притянул омегу к себе, обнимая так крепко, словно боялся, что тот исчезнет. — Пасленок… у нас получилось. — прошептал он, его голос дрожал от эмоций. — Мы… будем родителями. Тайм всхлипнул, уткнувшись в грудь Азуры. Страх все еще был, но теперь он смешивался с радостью, с надеждой. — Я боюсь.... — признался он тихо. — Но… я так хочу этого. С тобой. Он поцеловал его в макушку, его руки мягко гладили спину Тайма. — Мы справимся, Цветочек. Вместе. Я обещаю. Прошла неделя с того дня, как тест показал две полоски. Тайм все еще боролся с тошнотой, но теперь к ней добавилась странная тяга к странным сочетаниями в еде, к примеру соленые огурцы и сладкий ягодный сироп — одновременно. Азура, вернувшись с работы, застал Тайма на кухне: омега, закутанный в его фиолетовую кофту, сосредоточенно макал огурец в сироп, сидя на полу у холодильника. Его хвост лениво покачивался, а глаза блестели от удовольствия. — Пасленок, это… нормально? — Азура осторожно присел рядом, подавляя улыбку. Тайм смутился, щеки порозовели. — Не знаю, просто… очень хочется. Азура рассмеялся, поглаживая его по голове. — Ладно, Цветочек, я куплю тебе хоть тонну огурцов. Но давай к врачу сходим, проверим, все ли хорошо? На следующий день они посетили клинику. Врач, пожилая бета с доброй улыбкой, подтвердила: беременность протекает нормально, малыш здоров. Услышав первое сердцебиение — быстрое, как трепет крыльев, — Тайм сжал руку Азуры, а слезы снова потекли по его щекам. Азура нежно вытер их щупальцем, шепча: — Мы справимся, Пасленок. Я с тобой. К третьему месяцу живот Тайма начал округляться, и инстинкты омеги расцвели с новой силой. Он целыми днями возился с гнездом, перекладывая одежду Азуры, свои свитера и даже украденную шляпу альфы, чтобы добиться идеального уюта. Однажды вечером Азура застал его в спальне: Тайм, сидя в центре огромного гнезда, сосредоточенно обкладывал себя подушками, а его хвост нервно дергался. — Цветочек, ты опять мою шляпу взял? — Азура притворно нахмурился, но глаза его блестели от нежности. Тайм виновато улыбнулся. — Она пахнет тобой… Мне так спокойнее. Азура присел рядом, обнимая омегу. В этот момент Тайм вдруг замер, его рука легла на живот. — Азура… он шевелится! — прошептал он, глаза расширились от восторга. Азура тут же прижал ладонь к животу Тайма, и через секунду почувствовал легкий толчок. Его фиолетовые глаза засияли, а голос дрогнул: — Наш малыш, Пасленок… Он уже с нами. Тайм прижался к нему, всхлипывая от счастья, пока щупальца Азуры мягко обвивали их обоих, словно защищая будущую маленькую семью. К пятому месяцу Тайм стал тяжелее, живот округлился заметно, и движения давались сложнее. Однажды ночью Азура проснулся от тихих всхлипов. Тайм сидел на краю кровати, обхватив колени, его хвост дрожал, а глаза были красными от слез. — Цветочек, что случилось? — Азура тут же обнял его, нежно поглаживали спину. — Я боюсь, Азура. — прошептал Тайм, голос срывался. — Что, если я буду плохим родителем? Если мое тело не справится? Вдруг… что-то пойдет не так? Азура крепче прижал его к себе, целуя в висок. — Пасленок, ты самый сильный омега, которого я знаю. Ты носишь нашего малыша, и уже делаешь для него все. А я всегда буду рядом — мы справимся вместе. Тайм шмыгнул носом, уткнувшись в грудь Азуры. — Правда? — Клянусь, Цветочек. — Азура уложил его обратно в кровать, укрывая одеялом, и всю ночь рассказывал забавные истории, пока Тайм не уснул, успокоенный его теплом и феромоном цветов. На восьмом месяце Тайм стал еще более капризным: то просил Азуру принести мороженое в три утра, то злился, что не может завязать шнурки на ботинках. Азура терпеливо сносил все, с улыбкой выполняя просьбы. Однажды они вместе собрались в детский магазин. Тайм, опираясь на руку Азуры, восторженно трогал крошечные комбинезоны и погремушки. — Смотри, Азура! — Тайм поднял крохотную водолазку, фиолетовую, как у альфы. — Нашему малышу подойдет! Азура рассмеялся, обнимая его за талию. — Конечно, Пасленок. Будет стильным, как батя. Дома они собрали детскую кроватку, хоть Азура и ворчал, когда инструкция оказалась запутанной. Тайм, сидя на диване с чашкой чая, хихикал, наблюдая, как альфа борется с шурупами, а одно из щупалец случайно опрокинуло банку с болтами. — Ты точно альфа? — поддразнил Тайм. — Твой альфа, Цветочек. — ухмыльнулся Азура, наконец закончив. Он подполз к Тайму, целуя его округлый живот. — Скоро, малыш. Мы ждем тебя. К девятому месяцу Тайм чувствовал себя огромным и неповоротливым. Живот мешал спать, спина ныла, но он светился счастьем, особенно когда Азура массировал ему поясницу щупальцами, выделяя чуть-чуть фиолетовой смазки для облегчения. Однажды вечером, сидя в кровати, Тайм внезапно замер, его рука сжала живот. — Азура… кажется, началось. — выдохнул он, глаза расширились от страха и волнения. Азура мгновенно подскочил, хватая заранее собранную сумку. — Дыши, Пасленок, я с тобой. В машине Тайм цеплялся за руку Азуры, пока схватки накатывали волнами. Азура шептал: — Ты молодец, Цветочек, ты справишься. Скоро мы увидим нашего малыша. В больнице, среди суеты врачей, Тайм стискивал руку Азуры, его стоны смешивались со слезами и криками. Азура не отходил ни на шаг, щупальца гладили его, успокаивая, пока наконец, после часов напряжения, не раздался первый крик. Врач протянул им крошечный сверток — малыш с темными волосами и крохотным хвостиком, как у Тайма. Тайм разрыдался, прижимая ребенка к груди, а Азура, обнимая их обоих, шептал: — Ты сделал это, Пасленок. Мы — семья.