Безвестность

      Вацлав начал работать на пани Ружечку, точнее, на её аугментированного водителя-охранника, который любил разные аугментации, так как постоянно попадал под обстрел от разных радикальных групп, живущих в Праге. К этому времени Прага стала центром инноваций и технологий, аугментации уже не были диковинками, и изобретения Дэвида Шарифа и других фирм, продающих сверхпрочные и надёжные протезы и аугментации, были буквально повсюду. Но одновременно росли и радикально настроенные общества, выступающие против усовершенствования человека, а пани президент поддерживала не только аугментированных, но и тех, кто хотел усовершенствоваться просто так.       Поэтому Вацлав принял на себя целый груз ответственности, внимательно проверяя каждое своё изобретение и даже изобретения Дэвида Шарифа. Он всё больше думал, зачем «Шариф Индастриз» вживляет кучу микрочипов в свои аугментации, когда можно создать один-единственный. Будь воля Вацлава, он бы предложил охраннику пани Ружечки свои собственные аугментации, а не импортные, а пока он делал только то, что ему приказывали.       Антиаугские настроения усилились, когда из-за рубежа поступили первые слухи о сбоях в изобретениях Дэвида Шарифа, и это печалило Вацлава и всё больше заставляло думать о том, чтобы уговорить пани президента отказаться от всего импортного в пользу отечественного. Марина Ружечка слушала Вацлава с улыбкой, веря в его потенциал, но настаивала на изобретениях Дэвида Шарифа, и Вацлав печалился ещё больше. Он не был экстрасенсом, а был просто увлечённым гением, но начинал чувствовать, что должно произойти что-то нехорошее.       Зная, что и он сам пользуется чипами Шарифа, он решил обезопасить себя тем, чтобы в свободное для него время извлечь из головного имплантата и рук чипы от «Шариф Индастриз». — Вот так, — с улыбкой произнёс он. — Если сбой и у меня произойдёт, то я хотя бы не сойду с ума.       Он продолжал работать с госпожой президентом и её охранником-водителем, не имея достаточно смелости, чтобы пойти против своего нанимателя и тайно установить вместо импортного свой чип.       Все печали и опасения подтвердились в 2027 году, когда произошёл печально известный инцидент, изменивший мир навсегда. По всей планете аугментированные люди начали сходить с ума и стали нападать друг на друга и на обычных людей. То же самое произошло и с охранником Марины Ружечки: когда её машина ехала в убежище, охранник-водитель резко завернул прямо в Влтаву, тем самым убив не только себя, но и пани президента.       Только Вацлав сохранил свой рассудок, так как заранее избавился от всех шарифовских чипов. Он нервно улыбнулся, находясь у себя в квартире и наблюдая за всем этим хаосом, но потом пришла печаль о том, что он так и не пошёл вопреки приказам и не спас этим Марину Ружечку и её охранника. Он не знал, где сейчас его учитель и где его родные, но искренне надеялся, что с ними всё хорошо. Теперь осталось спасти только себя самого и пытаться помочь тем, кто не по своей воле попал под сигнал безумия. Ауги не виноваты, что вдруг сошли с ума, всё дело в чипах от Шарифа. Похоже, этот американец или кто он там, решил, что так он может контролировать весь мир, но не самого Вацлава.       Найдя заброшенный книжный магазин под названием «Машина времени», Вацлав решил использовать его как пункт помощи аугам, попавшим в беду, если, конечно, найдутся среди них живые. Осталось только под вывеской продажи книг оказывать свои услуги по аугментации. Он перетащил из своего первого места работы старое кресло, старые никому не нужные протезы и стал думать, как всё это использовать. Он совершал много ошибок в прошлом, и самой грандиозной из них было следование приказам начальства. Теперь он будет всё делать по-своему, никаких импортных изобретений, только своё родное.       «Я уж точно не пропаду в этом хаосе», — с печалью в глазах улыбнулся Вацлав, осматривая свою собственную лабораторию.