Вернутся к фанфику

Сбывшаяся мечта

21 февраля 2026, 23:01
      Тени от могучих деревьев стелились по земле, окутывая дорогу мягким полумраком. Группа всадников двигалась неторопливо, словно растворяясь в тишине леса. Лошади ступали мерно, выбивая глухой ритм копытами по утоптанной тропе — единственный звук, нарушавший безмолвие.        Каждый из путников был погружён в собственные мысли. Лица, едва различимые в угасающем свете, хранили спокойствие, почти отрешённость. Они ехали по знакомому маршруту — дорога эта была пройдена не раз, и каждый поворот, каждый изгиб леса или оврага давно стал частью их памяти. Не нужно было переговариваться, указывать путь или тревожиться за неверный выбор тропы. Всё было известно заранее, словно ноты давно выученной мелодии, что звучит в душе.       Тишина разбилась в дребезге, когда группа людей наконец увидела впереди высокие баррикады, которые использовались как стены, скрывая за собой мирное население. Теперь отовсюду был слышан бой барабанов, который знаменовал возвращение путешественников домой. Обычно Бакуго с особой гордостью воспринимал такое приветствие, будто эта своенравная музыка восхваляла его победы и достижения, но сейчас такое внимание приносило лишь раздражение, которое нарастало с того момента, как он встретил девчонку в лесу.        Въехав в деревню, пространство рядом с стенами напоминало военный лагерь. Здесь было много различного оружия на все случаи жизни, а вместе с этим по периметру стояло большое количество стражи, чьи взгляды теперь прикованы к прибывшим. Блондин, находясь во главе процессии, и бровью не повел от такого внимания. Он пришпорил своего скакуна, чтобы тот ускорил темп. Отъехав от баррикад на какое-то расстояние, юношу окружили жилые хижины, из которых выходили люди. Дети, которым в очередной раз было нечем заняться, бежали рядом с группой всадников, сопровождая тех до центра немаленького поселения, где уже собиралась толпа зевак.        Главная площадь была невероятных размеров. Одной из главных ее задач было вместить толпы жителей будь то ритуалы, праздники или самый обычный прием пищи. Напротив главной дороги, по которой и ехал Бакуго со своей группой, находилось большое деревянное здание. Это строение принадлежало главе племени, служа в основном домом, но в нем так же проводили некоторые переговоры, суть которых не должна была дойти до лишних ушей. Оно очень выделялось на фоне прочих хижин, что были сделаны из шкур и украшены разными символами.        Когда блондин был маленьким сорванцом, который то и дело пакостил, его родители обещали, что совсем скоро все это будет принадлежать ему, что он возглавит племя. Это непременно правда, но спустя временя, когда парень стал более зрелым, к обещанию прибавилось условие: “Когда найдешь Омай, тогда...”. Юноша зачастую спорил с матерью по этому поводу. Кацуки считал этот пункт глупым и неуместным, ведь с обязанностями главы он справится блестяще и без жены, но чем дольше блондин оттягивал, тем настойчивей становилась Мицуки. Не то чтобы она стремилась побыстрее сложить свои обязанности вождя, просто ей хотелось как можно скорее увидеть остепенившегося сына. Представительница прекрасного пола была инициатором своего брака, из-за чего не видела сложности в этом деле, поэтому ее совершенно не устраивала позиция собственного ребенка. Масару, в свою очередь, неоднократно напоминал супруге о свободе выбора, но этого хватало ненадолго, и женщина из раза в раз поднимала эту скандальную тему.        Кацуки спешился, погладив своего жеребца по шее, и потопал сквозь толпу. Его хмурый взгляд не оставлял сомнений в том, что, если сейчас кто-то встанет на его пути, немедленно пожалеет об этом. Он хотел побыстрее отдать письмо из филиала старухе, избежав лишних расспросов о путешествии, и свалить куда-нибудь подальше от всех этих зевак, чтобы выпустить пар, но план рухнул ровно в тот момент, когда парень увидел своих родителей на крыльце главного здания с не самыми довольными лицами. Что-то случилось.

***

                        На той стороне        - Дура, дура, дура! - Кодзима с особой злобой разделывала мясо, даже не пытаясь скрыть своего гнева. - Надо же было так оплошать! Какого черта ты встала как вкопанная!? А побежала на кой хрен? Как же это тупо!        Было больше похоже на то, что девушка издевается над трупом бедной косули, а не разделывает мясо, но она была не в силах контролировать свои эмоции, которые в свою очередь управляли телом. Так накосячить при встрече с Шигараки могла только она. Этот гад был буквально в паре метров от нее, а блондинка профукала возможно свой единственный шанс поквитаться с ним. Вдобавок к этому голубоглазая чуть не померла во время битвы с Ному. Ну что за позор! Юна их пачками рубила направо и налево, а тут встала, как испуганный кролик, будто впервые видела это чудище. Девушка, в порыве гнева, несколько раз воткнула нож точно в брюхо животного. Опомнившись, ее лицо исказилось от недовольства.        - Еще и готовить разучилась, просто прекрасно! - Ругала себя Кодзима. В ее памяти из раза в раз всплывали детали той ночи, и каждый раз, доходя до момента спасения, блондинке становилось очень стыдно за сказанное. Откинув нож в сторону, она закрыла лицо руками и легла на спину, не задумываясь о том, где его потом помоет. - Чтож ты за дура такая, Юна...        Руки были испачканы кровью косули, из-за чего неприятно пахли, но девушку это не особо смущало. Пролежав в таком положении какое-то время, продолжая обдумывать свои действия, она наконец убрала ручонки с лица, после чего осознала, что теперь оно тоже испачкана в не самой приятной жидкости. Возможно, со стороны это выглядело жутко, но для Кодзимы такое ощущалось жалко. Ее в последнее время преследовало апатичное настроение, а недавние события лишь подлили масло в огонь. Злость сменилась на разочарование. Уехав из Шикецу, блондинку сопровождал успех во всем, за что бы она ни взялась, но почему-то в самый ответственный момент голубоглазую настиг провал. “Я действительно могла погибнуть.” - пронеслось в голове представительницы прекрасного пола, из-за чего она прикусила нижнюю губу, но не успела эта мысль посадить зерно уныния, как воспоминания переключились на образ юноши с луком. Украшения на шее, накидка, оперение стрел - все было красного оттенка. Даже его глаза были в тон этого цвета. Девушка, несмотря на темноту, которую разгонял тусклый свет факела, с невероятной четкостью рассмотрела своего спасителя, но, к сожалению, его образ постепенно растворялся, оставляя после себя лишь ассоциацию с красным цветом. В мыслях крутились отрывки беседы, во время которой она мало того, что не поблагодарила незнакомцев так еще и наговорила чепухи. Юна уставилась на небо, которое заволокло тучами, а после ее взгляд зацепился за полусухой желтый листок, падающий с дерева прямо на нее. Она без особых усилий поймала его в полете и покрутила, рассматривая со всех сторон.       - Осень... - прошептала она. - Покинула Шикецу весной, а уже осень. Как быстро время летит.

***

       Месяц спустя.

      Золотое время года все ощутимее входило в свои права. Деревья, ещё вчера пышные и зелёные, теперь облачились в багряно‑янтарную парчу. Погода непостоянна и летние солнечные деньки превращаются в не прекращаемые дожди, которые льют стеной. После таких пасмурных периодов воздух густеет от запаха прелой листвы, мха и грибов, а туман стелется между стволами, превращая лес в призрачный лабиринт.        Эта осень была первой в жизни Кодзимы. В водном племени круглый год было лето, а в Шикецу менялось только количество снега, поэтому золотые пейзажи действительно завораживали, но эйфория от прекрасных видом быстро проходила из-за погоды. Постоянные ливни очень мешали путешествию, а в добавок оставляли после себя кучу луж и грязи, что тоже не радовало девушку. Все-таки ей больше по душе тепло.        Покидая горное племя, Юна взяла с собой только слегка утепленную накидку, потому что она занимала меньше места, чем полноценное пальто, и сейчас очень жалела об этом. Ночи становились все холоднее, а укрытие от дождя не всегда получалось найти. К такому ее жизнь точно не готовила, и блондинка начинала задумываться над тем, чтобы вернутся в Шикецу на время зимы. Несмотря на то, что она посетила немалое количество племен и поселений, только среди народа гор девушка приобрела умиротворение и чувство безопасности. Конечно, за эти полгода Кодзима заключила достаточно контрактов и обзавелась несколькими союзниками среди народов, но вот почему-то особой теплоты к ним не испытывала. Голубоглазая пока не решила действительно ли стоит возвращаться в заснеженное поселение, но сильно затягивать с этим она не могла.       Пару дней назад Юна наткнулась на очередную группу отступников. За время путешествия она с трудом вытягивала крупицы информации о кочующем племени Шигараки, но как только встретилась с ним вживую, то отвязаться не может от его людей. Их группы состояли от 2 до 5 человек, и почти у каждого при себе была непонятная смесь для обращения в Ному. Это были обычные сошки, не знающие о своем предводителе почти ничего. Многие возносили его как Бога, дарующего силу, тем не менее мало кто горел желанием превратиться в монстра. Кодзиме битвы с Ному, которых она встречала все реже, давались легче, чем с людьми. Если при убийстве монстра ее охватывало облегчение, будто у нее получилось избавить обратившегося от страданий, то убийство человека предзнаменовало только тяжесть на душе. Возможно, им просто промыли мозги, из-за чего они и стали служить Томуре. Губить людей, хоть и не самых адекватных, было для нее тяжко, поэтому, по возможности, она только ранила противников, стараясь избавиться от склянок с жижей, и убегала, убивала лишь в крайних случаях. Жаль, что ее враги не придерживались таких убеждений. Единственное, что хоть как-то облегчало эту ношу представительницы прекрасного пола, это воспоминания о том чудике, который взял в заложники мальчишку в овраге, и о тех битвах в лесу, когда на нее нападали исподтишка. Юна думала, что, если отступники убивают невинных или превращают их в чудищ, то значит заслуживают наказания, как и Шигараки, но думать и делать — это разные понятия. Малое количество Ному и большое количество отступников напрягало девушку, не в состоянии точно определить с чем это связано, она списала такое распределение на территориальные особенности.        - Опять ливень. Чтож за напасть такая. - Ворчала девушка, крепя свои пожитки на верном коне. Ее слегка передернуло из-за холодного ветра. Вещи не успевали сохнуть, а вечно сидеть в укрытии, дожидаясь окончания дождя, она не могла. Вдобавок к этому, при последней стычке с приспешниками Томуры, в правую руку блондинки попала стрела. Благо она была без яда, но тем не менее принесла ощутимый ущерб. Если на Кодзиму нападет противник, намеренный избавить мир от ее присутствия, это будет однозначное поражение. Рана не давала девушке даже нормально поохотится, поэтому было принято решение доковылять до какого-нибудь племени, которое было по близости, и попросить там помощи. Имея при себе значок Шикецу, Юна надеялась наткнуться на союзников горного племени, чтобы шансы на оказание помощи возросли.       Шмыгнув носом и нацепив на лицо излюбленную маску, голубоглазая взобралась на скакуна, давая тому сигнал, что пора выдвигаться в путь. Капли воды вместе с прохладным ветерком давали о себе знать, вызывая у тела блондинки естественную реакцию в виде легкой дрожи, но больше ее волновала сохранность контрактов, которые она спрятала в глубине своих вещей, надеясь, что те не размокнут.       Кодзима торопилась, ища укрытие от дождя ранее, поэтому потеряла единственный ориентир, который мог бы помочь во время пользования картой. Сейчас представительница прекрасного пола даже не пыталась воспользоваться своим путеводителем, просто бредя сквозь лес, надеясь наткнуться на поселение. Дождь только усиливался, что очень раздражало девушку. Ливень создавал ненужный шум, из-за которого она могла пропустить приближение потенциального врага, а такое упущение, в случае чего, будет стоить ей жизни. Чтобы конь тратил минимум сил, они передвигались довольно медленно. Было мокро и холодно, но зато блондинка была спокойна, что жеребцу хватит выносливости для возможного побега. Размышляя на эту тему, голубоглазая услышала всплески луж, которые создал явно не ее питомец. Смотря через прорези маски, девушка смогла разглядеть перед собой темноволосого мужчину, чье лицо выражало усталость и явно недовольство. На нем был черный костюм, состоящий из кофты и штанов, и единственное, что выделялось в его образе, это непонятная лента, повязанная на шее.        - Кто ты? - спросил незнакомец. Юна остановила коня на приличном расстоянии, внимательно осматривая собеседника. Он был не похож на приспешника Шигараки, да и нападать не торопился, поэтому девушка сделала вывод, что скорее всего это патрульный. Для человека, у которого с собой не было даже оружия, он стоял очень уверено, поэтому в голову пришла логичная мысль о том, что он не одни, и сейчас, откуда-то из укрытия, в голубоглазую целится как минимум один человек.        - Я из Шикецу. - отчеканила представительница прекрасного пола. Ответа не последовало, но на лице мужчины помимо усталости появилась заинтересованность. Естественно, на слово никто не верит, поэтому логично предположить, что теперь он ждет доказательств. Из внутреннего кармана плаща Кодзима достала значок с символикой и, на свой страх и риск, кинула его собеседнику. Из далека темноволосый все равно не увидел бы нужное доказательство, а подходить близко было опасно. Незнакомец без проблем поймал эмблему, после чего развернул ее обратной стороной. Только хорошо ознакомленные с культурой Шикецу знали, что на значке на обратной стороне обязательно будет печать Нагасами, а раз этот мужчина был осведомлен, то и бояться Юне теперь было нечего.        - Принято, - кратко ответил он, кинув предмет обратно собеседнице. - что тебе нужно?        - Отведи меня в поселение. У меня есть сделка для вашего лидера. - Темноволосый развернулся, чтобы начать путь к племени, когда из кустов выскочил подросток с ошеломленным выражением лица. Он также был одет в черный костюм, но помимо этого на его голове был капюшон, защищающий от дождя.        - Айзава-сенсей, вы же шутите!? Мы даже ее лица не видели, а вы хотите ее в племя отвести? Мало ли она украла эту безделушку!        - Во-первых, это не тебе решать, - возразил мужчина, чье имя теперь было известно Юне. - во-вторых, что было непонятного в фразе: “Не покидать укрытия без команды”?        - Но я ведь прав! Из Шикецу обычно приезжает Йоараши, а она - самозванка без фуражки!       - Хватит. Нам пора возвращаться. - Айзава тактично проигнорировал вопли ученика. Скучающе махнув головой, он направился вглубь леса. Сразу после этого из кустов вышло еще двое подростков, которые не менее настороженно смотрели на Кодзиму. Блондинка, в свою очередь, решила, что темноволосый пошел на патруль, а этих сорванцов взял с собой в качестве стажеров. Спросить, верна ли теория, было неловко, поэтому она решила промолчать, совсем позабыв поинтересоваться, в какое племя ее ведут.        Юна очень удивилась, увидев баррикады. Это первая деревня, в которой она видит подобное. В этот момент в ее голове поселилась мысль, что это одно из крупных поселений и догадка подтвердилась, когда один из сторожей на входе произнес: “Добро пожаловать в Мусутафу.” Как только была сказана эта фраза, его товарищ один раз ударил в большой барабан, находящийся под навесом, а вслед за ним послышалось еще несколько ударов по всей территории. Маска хорошо справлялась со своей работой, скрывая истинные эмоции хозяйки, чье лицо сейчас исказилось от удивления. Она, конечно, очень хотела попасть сюда, но почему-то очень боялась, поэтому постоянно откладывала визит, а тут, словно по зову, наткнулась на это племя. Вспоминая слова Исаны, блондинка понимала, что чужаков тут не любят и теперь сомневалась, точно ли ей помогут. Хоть у нее и была эмблема, но раз даже общительному Йоараши не удалось тут найти друзей, то у нее точно не было шансов. “Как же я хочу узнать больше о их культуре. Есть ли у меня что-нибудь для продуктивной сделки? Разрешат ли мне остаться?” - гуляли мысли в голове девушки. “Тут ли ребята?” - остановившись на этой идее, в душе загорелась надежда не только на осуществление всего вышеперечисленного, но и на долгожданное воссоединение с товарищами, которое стало намного желаннее с момента трагедии в водном племени.       Из-за дождя, который никак не прекращался, на улицах почти не было людей, но Юна все равно ловила на себе взгляды тех, кто выглядывал из хижин. Очевидно, что бой барабанов был неким сигналом, что в племени чужак, из-за которого и появились эти любопытные глазки.        Подростки, которые сопровождали блондинку, разбежались по своим домам, как только оказались на территории деревни, а вот Айзаве пришлось проводить гостью до самого центра поселения. Кодзима, погруженная в свои мысли, не обратила внимания на внешний вид поселения, а оказавшись на главной площади спешилась с коня, сомневаясь в правильности своих действий. Хоть мужчина и не мог увидеть ее лица, но голубоглазая все равно уставилась на него, ожидая кивка или чего-то наподобие. Темноволосый, расценив это по-своему, тяжело вздохнул и взял поводья жеребца.        - Твоя лошадь будет в конюшне. Потом спросишь у кого-нибудь, где это. - Не сказав больше ни слова, он пошел прочь вместе с животным, оставив девушку в полном непонимании происходящего.        Решив не дожидаться полного исчезновения мужчины из виду, Юна развернулась лицом к главному зданию и, глубоко вздохнув, пошла к нему. На входе вместо двери висела шкура, это, наверное, единственное сходство с остальными постройками в поселении. Глубоко вздохнув, блондинка наконец оказалась внутри немаленького здания. Тут было очень тепло, а мягкий свет факелов, дарил приятное ощущение уюта. На стенах висели различные меха, будто трофеи, с потолка спускались редкие короткие веревочки с небольшими деревянными бусинками, которые покрашены в разные цвета. По центру самой дальней стены от входа стоял стол на очень коротких ножках, а рядом на полу лежало две промятые подушки, на которых, очевидно, сидели. На небольшом расстоянии от него по обе стороны стояли столы подлиннее, таким образом, что вся эта композиция напоминала букву “П”. Слева находился проход в другую комнату, завешанный теми же ниточками с бусинами, только в разы длиннее. Такое дизайнерское решение напомнило девушке о доме, но не успела она целиком погрузиться в воспоминания, как из той комнаты вышла женщина, держа в руках поднос, на котором лежали украшения с драгоценными камнями. Две представительницы прекрасного пола уставились друг на друга, пока хозяйка этой обители не нарушила молчание.       - Похоже у нас гости. - Юна удивилась спокойствию собеседницы, но еще больше ее удивил тот факт, что лицо незнакомки показалось ей знакомым. Девушка поспешила снять маску, тем самым проявить хоть какое-то уважение, и уставилась на красноглазую своим завороженным взглядом.       - Меня зовут Кодзима Юна. - гостья на мгновенье прикусила губу, обдумывая следующую фразу. Сразу перейти к сути, ей показалось слишком нагло, поэтому она задала интересующий ее вопрос. - А мы с вами нигде не встречались? Ваше лицо кажется мне знакомым...        - Навряд ли, я бы тебя запомнила. - женщина пробежалась оценивающим взглядом по лицу собеседницы, при этом тепло улыбаясь. Кодзиме она показалась очень дружелюбной. - Я Мицуки Бакуго - предводительница Мусутафу.        Новая знакомая голубоглазой прошла к главному столу, поставив поднос, а после одернула небольшой, но красивый мех, за которым оказалась полка с подушками. Такой расклад удивил девушку, тем не менее в мыслях она подчеркнула, что данный способ хранения очень функционален. Теперь до конца беседы юную леди не покинут мысли, что вероятнее всего ее сейчас окружает огромное количество всяческих ценностей, писем, контрактов и тому подобное. Тем временем женщина, которая выглядела довольно молодо, бросила подушку перед столом, чтобы гостья смогла сесть напротив нее. - Присаживайся.        - Спасибо. - С долей смущения произнесла Кодзима. Когда посторонние собираются заключить контракт с ней, девушка не боится загибать справедливую, по ее мнению, цену, говорит более раскрепощенно и уверенно, чтобы не оставлять сомнения в своей непреклонности, но в данной ситуации нуждающаяся здесь только она и это совершенно не обнадеживало. Юна ступала по полу настолько тихо и аккуратно насколько могла, но видимо из-за нервов ее движения казались очень скованными и неуклюжими. Подойдя к столу, она присела на предложенное место, продолжая обдумывать как лучше начать. Голубоглазая скромно положила маску рядом с подносом и, не увидев на лице миссис Бакуго возражений, слегка успокоилась. - Я пришла предложить сделку.        - У Шикецу есть новое предложение? - Заинтересованно и достаточно оптимистично спросила Мицуки. Такая реакция вызвала у девушки легкую улыбку, которая сползла так же быстро, как и появилась.        - Как вы поняли, что я из Шикецу? - В голове Кодзима прокручивала их недолгую беседу, пытаясь успокоить свое беспокойство. “Она шаман или у меня беды с памятью?”. Пока гостья анализировала собеседницу и боролась с сомнениями, она не заметила, как в помещение вошел еще один человек, из-за чего, подскочив на месте, ухватилась здоровой рукой за кунай, но не достала его окончательно, когда услышала незнакомый голос.        - Горный народ - наш самый близкий союзник, поэтому, когда кто-то оттуда въезжает в поселение, раздается один удар. - Юна обернулась, уставившись на мужчину средних лет с коричневыми волосами и короткими усами. Он прошел от входа в здание к столу и сел за тот же стол по левую сторону от Мицуки, после чего представился. - Масару Бакуго.       Голубоглазая так же представилась, продолжая рассматривать лидеров Мусутафу и делая в голове несколько пометок об этом племени. Было логично, что эти двое супруги, поэтому девушка уточнять не стала. Они оба вели себя довольно дружелюбно, но Кодзима отметила их различия. Миссис Бакуго говорила громко, почти весело и заинтересованно, а вот ее муж разговаривал чуть тише и вместо энтузиазма придерживался спокойствия, будто шумный океан и тихое небо, которые встретились на линии горизонта. Это было лишь первое впечатление и поэтому длинноволосая не отрицала, что в повседневности эта пара могла вести себя совсем иначе, но пока что беседа с ними приносила удовольствие. Почувствовав какую никакую безопасность, голубоглазая убрала орудие обратно под повязку на бедре. После пары любезностей гостья снова перешла к делу.       - Так вот... Сделка, которую я предложу, никак не относится к Шикецу. - Юная особа никогда не думала, что просьба о помощи будет такой непосильной для нее задачей. Если так подумать, то о подобном она просила в последний раз у Каиро, когда в последний раз выходила в океан. В горном племени ей помогали без лишних слов, а после не было ситуаций вынуждающих просить. - В связи с некоторыми обстоятельствами, я попала в неприятности, и поэтому, взамен на помощь...        - Ты ранена? - Более строго, чем ранее возразила Мицуки, тем самым перебив девушку, которая собиралась проговорить условия контракта. Собеседница женщины на мгновенье растерялась, не до конца понимая, как реагировать, а вот красноглазая, не теряя времени, встала со своего места и, обойдя стол, приблизилась к Кодзиме. Воспользовавшись ее недоумением, миссис Бакуго сорвала мокрый плащ с тела Юны, тем самым оголяя недавно полученное ранение, которое было неаккуратно перемотано бинтом. На этом моменте голубоглазая вообще перестала понимать в чем дело и, ради собственной сохранности, собиралась возразить, натягивая плащ обратно, но ее снова перебили. - С ума сошла что ли? С этого надо было начинать! Пошли!        Чтобы не причинить новой знакомой боли, Мицуки подхватила ее под подмышки, приподнимая ту с нагретого места, пока длинноволосая непонимающе хлопает глазками, переводя взгляд с женщины на ее супруга.        - Мицуки, ты ее пугаешь. - Пытался вразумить жену Масару, но та и бровью не повела. Ее решение было непреклонно к поправкам.        - А если там инфекция? - Причитала женщина и тянула за собой голубоглазую, держа ее за левую руку. Она отпустила Юну на малое мгновенье у выхода из здания, чтобы накинуть плащ, который до этого был скрыт за очередной шкурой, а после вытащила юную особу на улицу, оставляя ее без объяснений. Последние, что видела Кодзима, выходя вслед за предводительницей Мусутафу, это встающего со своего места брюнета, который, в противовес супруге, пытался своим видом успокоить чужачку, а та, в свою очередь, очень хотела верить этому.

***

                        На той стороне       Кацуки всем своим нутром ненавидел дождь, поэтому сегодня даже не думал о том, чтобы покинуть свою хижину. Юноша, конечно, мог бы пойти на полигон, ведь тот был под навесом, но с большой вероятность там сегодня проводились тренировки молодняка, а заниматься с малявками не было никакого желания. Слишком любопытные, слишком общительные, слишком прилипчивые. Ему безусловно нравилось внимание, особенно когда он сделал что-то стоящее, но оно было не уместно, если Бакуго занят своими делами. Блондин сидел за небольшим столом и крутил в руках фигурку, которую некогда подобрал в водном племени. Он так и не подарил ее своей матери, оправдывая это тем, что не было подходящего момента, но если вдумываться, то красноглазый не пытался найти такой момент. Был у этой побрякушки какой-то свой шарм, который просто не позволял ему отдать находку кому-либо.        Пусть дождь и барабанил, создавая раздражающий шум, Кацуки без труда услышал всплески луж, а после и топот у своего крыльца. Незваный гость, по всей видимости, пытался отряхнуть грязную обувь. Не теряя времени, юноша спрятал свою “прелесть” под стол, не желая отвечать на ненужные вопросы. В помещение завалился мокрый Киришима с сомнительным выражением лица.        - Бакубро, ты никогда не угадаешь, кого я сейчас видел с твоей мамой! - Теперь с долей веселья проговорил красноволосый.        - Я слышал барабаны, идиот! Опять Шикецу кого-нибудь прислали. - С раздражением рявкнул блондин. Его почти оскорбил тот факт, что товарищ усомнился в его слухе, но не успел он добавить еще пару колкостей, как его зубастый друг продолжил.        - Лисичка забрела в Мусутафу. - Казалось, Бакуго на мгновенье задержал дыхание после оглашения этой новости. Ту блондинку прозвал лисичкой Денки по понятным причинам, но вот красноглазый в своих мыслях дал ей совершенно другую кличку. “Эта выскочка осмелилась явиться?” пробежала строчка в голове будущего вождя, но теперь его волновало еще кое-что: “Почему старуха с ней возится?”        - Куда карга ее вела?        - Я не уверен, но кажется в сторону хижины бабушки Чиё. - Призадумался Эйджиро, пока его лучший друг, невзирая на плохую погоду, выскочил на улицу. Он даже не подумал взять какую-либо защиту от дождя, и поэтому был обречен промокнуть до нитки, но сейчас ему было плевать. “Эта выскочка больше не сбежит.”

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!