Вернутся к фанфику

Безмятежное начало.

5 февраля 2026, 22:00
Белладонна Тук никогда не была образцовым хоббитом. Одна из трёх дочерей Старого Тука, она впитала дух авантюризма с молоком матери, а её чрезмерное любопытство нередко приводило к забавным ситуациям. После замужества Белладонна, разумеется, остепенилась — ведь теперь она носила фамилию Бэггинс, а этот род до сей поры не терпел никаких «любителей приключений». Но, несмотря на то что снаружи Белладонна стала самой что ни на есть приличной хоббиткой, дух авантюризма и жажда нового никуда не исчезли. Именно эти качества она и передала своему единственному сыну — Бильбо. Юный хоббит начал исследовать Шир, наверное, как только научился ходить. А когда немного подрос, то принялся убегать в лес и проводить там долгие часы в тщетных, но упорных поисках эльфов или гномов, которых так отчаянно мечтал увидеть. Бильбо интересовало всё на свете. Он мог сидеть над книгами и картами до глубокой ночи, строя планы о том, куда отправится в путешествие, когда ему стукнет хотя бы тридцать три. Он пропадал в лесу на целый день, собирая грибы, ягоды и незнакомые травы, чтобы засушить их и пополнить отцовский справочник в кабинете. А ещё он собирал камни. Нет, нет, это были отнюдь не простые булыжники, что валяются на каждой дороге. Это были разноцветные, причудливые, неповторимые произведения искусства, лежавшие на дне Барандуина. Да, именно эта река хранила сокровища, которые сумели навеки завладеть сердцем юного хоббита, стоило ему лишь раз на них взглянуть. Казалось, ничто не способно было погасить в нём эту живую, жадную тягу к миру. Но нашлась сила, которую не стоит недооценивать, — время. Бильбо взрослел. И гены Бэггинсов, сонные и основательные, выступали в нём всё явственнее. Ему стало неинтересно собирать травы, корпеть над чужими языками, изучать карты дальних земель. Даже обожаемую коллекцию камней он убрал с глаз долой — на дальнюю полку в чулане. Теперь он предпочитал тихие вечера у камина с доброй старой книгой, чинные беседы с соседями, размеренный приём гостей... Он вёл ту самую жизнь, которой всегда инстинктивно боялся. И, что самое странное, это его, казалось, нисколько не беспокоило. --- Однако покою суждено было закончиться. Ибо в тихую заводь его жизни упал камень. Нет, не один из тех, гладких и отполированных, что пылились на полке в чулане. Камень живой, огранённый горными ветрами и тяжёлый от решимости. Его кузина по имени... Что, что? Я и о ней не рассказывала? Ну, что ж, самое время это исправить! Далеко от Шира, там, где пчёлы размером с небольшую крысу, а деревья в лесах, по слухам, умеют ходить и разговаривать, жил Родерик Тук — родной брат Белладонны — со своей женой Розарией. Всё бы ничего, обычная с виду пара хоббитов, если бы не одно «но»: Розария была гномкой. Весьма яркая, вспыльчивая и до жути сильная, она покорила сердце молодого Тука мгновенно, не оставив ему ни шанса на отступление. Наверное, именно этот брак и дал начало всем тем сплетням о том, что Туки падки на эльфов и гномов. Но не будем забегать вперёд. Спустя несколько лет со дня свадьбы всю округу облетела новость — Розария беременна! Мнения разделились. Кто-то считал, что ребёнок будет до невозможности уродливым, ведь он — плод смешения двух рас. Другим же казалось, что дитя будет прекрасным, словно магнолия в мае. Но счастливая пара не слушала никого, тихо радуясь маленькому чуду, что должно было появиться на свет в положенный срок. Однако к кое-кому они всё же прислушались. Это была старая знахарка. Стоило ей лишь взглянуть на будущую мать, как она изрекла: — Это дитя — дар Эру. Не тревожьтесь, родится у вас девочка. Будет она здоровой, и красота её не будет знать пределов, — вещала женщина, мерно покачивая головой. — Отрадой она вам станет. Но немало испытаний ляжет на её плечи. — Знахарка посмотрела на побледневших супругов. — Способно ли будет дитя с ними справиться... сказать не могу. Всё в ваших руках. На этом всё и завершилось. Смущённые Родерик и Розария вернулись к приготовлениям, но слова пророчества не давали им покоя. Прошли положенные месяцы. Девочка родилась в срок и, как и было предсказано, была прекрасна, словно лунный свет, и здорова, как молодой бычок. Но была в ней одна странность: она не плакала. Совсем. Когда малышка впервые открыла глаза, она... засмеялась. Звонко, радостно, беззаботно — так, как умеют только дети, будто лишь и ждала этого момента. Те, кто слышал этот смех, наверное, сочли бы ребёнка одержимым. Но спустя пару дней стало ясно: девочка просто была невероятно, непоколебимо спокойной. И этот спокойный, внимательный взгляд её ясных глаз видел мир куда глубже, чем можно было предположить.

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!