Вернутся к фанфику

Темнота и пламя Часть 11

30 января 2026, 02:29
Всю ночь Джун не отходил от кровати Данка. Он сидел в кресле рядом, вглядываясь в его бледное лицо при слабом свете луны, пробивающемся сквозь виноградную лозу на окне. Он сам менял влажные повязки на его лбу, сам поил его водой с медом, и в каждом его движении была такая тихая, тяжелая нежность, от которой у Данка щемило в груди. Джон уснул на полу у изножья, вымотанный своими слезами и тревогой, но Джун не сомкнул глаз ни на минуту. Когда глубокой ночью Данк наконец окончательно пришел в себя, жара спала, оставив после себя лишь легкую лихорадку и странную, тягучую ясность. Он увидел Джуна — его напряженные плечи, его темные глаза, полные невысказанных слов. — Джун… — прошептал Данк, протягивая руку. Джун перехватил его ладонь, прижал к своим губам, но на этот раз не отпустил. Это не было «лечением» или «заботой». Воздух в комнате внезапно стал таким плотным, что его стало трудно вдыхать. Месяцы игнорирования, недели тишины и последние дни жесткого противостояния вспыхнули между ними одним коротким замыканием. — Ты чуть не убил меня сегодня, Данк, — глухо отозвался Джун, перебираясь на кровать и нависая над ним. — Своим упрямством. Своей этой дурацкой попыткой доказать, что ты — не кукла. — Я не кукла, — выдохнул Данк, вонзая пальцы в плечи Джуна. — Посмотри на меня. Здесь нет камер. Только я. И ты. Эта ночь в Каше навсегда стерла понятие «фансервис» из их жизни. Джун целовал его не так, как это делал Джон — не лихорадочно и моляще, а властно, глубоко, забирая всё то, что Данк так долго скрывал под маской. Это была страсть, рожденная из боли и земли, приправленная вкусом соли и турецкого лета. Данк отвечал с отчаянием человека, который долго голодал. Он больше не думал о том, как выглядит со стороны, не вспоминал советы матери. Были только горячие руки Джуна на его коже, сбитое дыхание и шепот на турецком, который не нуждался в переводе. Каждое касание Джуна обжигало сильнее солнца на виноградниках, но эта боль была желанной — она подтверждала, что он наконец-то пересек ту самую границу, о которой говорил Джон. Утро они встретили вдвоем, переплетенные в узле из простыней и усталости. Данко лежал на груди Джуна, слушая его ровное сердцебиение, и понимал: теория исчезновения Джуна закончилась. Началась история их общей реальности.

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!