Вернутся к фанфику

Часть 4

3 февраля 2026, 18:16
Мария осталась стоять в пустом коридоре, слушая, как удаляются быстрые шаги Лауры. На коже, там, где только что были горячие пальцы Лукиной, остался странный покалывающий холод. Весь сарказм, вся её недавняя «зубастость» вдруг выветрились, оставив после себя лишь странную пустоту и гулкое биение сердца. Она зашла в комнату и, повинуясь какому-то внутреннему импульсу, действительно повернула ключ в замке дважды. Прошло около часа. Мария сидела на кровати, бездумно перебирая вещи из пакетов - шелк, тончайшая шерсть, бархат. Всё было подобрано с пугающей точностью, как будто Лаура знала её размер лучше, чем она сама. Но мысли Марии возвращались к одному и тому же: «Для меня ты слишком ценна». Что это было? Искренность или высшая форма манипуляции? Тихий стук в дверь заставил её вздрогнуть. - Мисс Мария, это Анна, горничная. Госпожа просила помочь вам. Мария открыла дверь. В комнату вошла немолодая женщина с удивительно добрыми, но усталыми глазами. Она ловко принялась развешивать одежду, не задавая лишних вопросов, пока её взгляд не упал на голубую мужскую рубашку, брошенную на кресло. Анна на мгновение замерла, а затем тихо вздохнула. - Вы на неё не сердитесь, мисс, - вдруг сказала горничная, не оборачиваясь. - Она сегодня сама не своя. После того, как Баев… ну, вы знаете. В особняке с самого утра телефоны разрываются. Лаура Альбертовна полдня провела внизу, с этими… из охраны. - Она сказала, что они звери, - вполголоса произнесла Мария. - Это правда? Анна обернулась, и в её глазах мелькнула тень страха. - Здесь спокойное место, пока она держит вожжи. Но если она даст слабину хоть на миг… Лаура Альбертовна права. Оденьтесь в то, что она купила. Это не просто одежда, это ваше прикрытие. В этом доме… - она запнулась, - в этом доме выживают либо хищники, либо те, кто под их защитой. Ближе к полуночи Мария, не в силах уснуть, спустилась вниз. Она была одета в один из новых кашемировых джемперов глубокого винного цвета и узкие брюки. В гостиной было темно, лишь в камине догорали угли, и в этом неверном свете она увидела Лауру. Лукина сидела в глубоком кожаном кресле, откинув голову. Рядом на столике стоял недопитый бокал виски. Она не открыла глаз, когда Мария подошла ближе, но её голос прорезал тишину: - Я же просила тебя не выходить. - Я хотела пить, - соврала Мария, останавливаясь у края ковра. - И… мне показалось, что тебе тоже не спится. Лаура открыла глаза. В тусклом свете они казались черными провалами. Она медленно выпрямилась, и Мария заметила, что руки Лауры чуть заметно дрожат. Та самая «железная леди», которая днем раскидывала охрану, сейчас выглядела измотанной до предела. - Ты надела это, - Лаура окинула взглядом её джемпер, и в голосе промелькнуло нечто похожее на одобрение. - Умная девочка. Мария сделала шаг вперед, неожиданно для самой себя сокращая дистанцию. - Ты сказала, что я ценна для тебя. Почему, Лаура? Из-за денег Баева? Или есть что-то еще? Лаура резко поставила бокал на стол - звук получился слишком громким. Она встала, и в два шага оказалась перед Марией. Запах алкоголя смешивался с ароматом её неизменных духов - Ты хочешь знать правду? - Лаура наклонилась к самому её лицу. - Правда в том, что Баев - ничтожество. Его долг был лишь поводом. Она протянула руку и на этот раз не схватила, а почти невесомо коснулась кончиками пальцев подбородка Марии, заставляя ту смотреть прямо на неё. - Я увидела тебя на той фотографии, которую он хранил в кошельке. В тот момент я поняла, что такая женщина не может принадлежать такому, как он. Ты - хаос, Маша. А я всю жизнь строила порядок. И сейчас… - Лаура горько усмехнулась, - сейчас я сама не знаю, хочу ли я тебя приручить или позволить тебе разрушить мой мир до основания. Мария почувствовала, как по спине пробежал холодок, но это был не страх. Это было нечто иное - опасное притяжение к человеку, который только что признался в своей одержимости. - А если я не захочу быть ни тем, ни другим? - прошептала Мария, чувствуя, как дыхание Лауры обжигает губы. - У тебя нет выбора, - отрезала Лукина, но её взгляд, прикованный к губам Марии, говорил об обратном - Ты уже здесь. И пока ты здесь - ты под моим законом. Мария не отвела взгляда. В полумраке гостиной, освещенной лишь умирающими искрами в камине, её вызов ощущался почти физически. Лаура смотрела на неё - на эти припухшие губы, на упрямый разворот плеч - и чувствовала, как её многолетняя выдержка дает трещину. - Под твоим законом? - тихо, с вызовом переспросила Мария - Ты путаешь закон с клеткой, Лаура. И никакие шелка этого не изменят. Лукина не ответила словами. Она резко, почти грубо, сократила оставшееся между ними расстояние и вжала Марию спиной в холодную каменную кладку камина. Воздух со свистом покинул легкие девушки. Лаура нависла сверху, блокируя любые пути к отступлению, её руки уперлись в камень по обе стороны от головы Марии. - Ты так отчаянно ищешь границы, Маша, - прошептала Лаура, и её голос вибрировал от опасной смеси ярости и желания. - Ты дразнишь зверя и удивляешься, когда он скалит зубы. Тебе не хватает Баева? Этого труса, который сбежал, едва запахло жареным? - Не смей... - начала было Мария, но Лаура резко накрыла её губы своими. Это не был поцелуй из любовных романов. Это было столкновение, попытка заявить права, физическое воплощение того властного «моя», которое Лукина твердила последние дни. В этом жесте было всё: горечь виски, лед её характера и обжигающий огонь, который она так долго подавляла. Мария сначала замерла от шока, её ладони уперлись в твердую грудь Лауры, пытаясь оттолкнуть, создать хоть сантиметр пространства. Но Лукина была неумолима. Она перехватила запястья Марии одной рукой, поднимая их над её головой и прижимая к камню - точно так же, как в спальне, но на этот раз без лишних слов. Когда Лаура наконец отстранилась всего на пару миллиметров, их дыхание смешалось в один рваный ритм. - Скажи мне, - выдохнула Лаура прямо в губы Марии, - ты всё еще хочешь, чтобы я тебя отпустила? К нему? В ту серую, нищую жизнь, где тебя ценят не больше, чем предмет интерьера? Пальцы Лауры, освободив запястья Марии, медленно спустились ниже, очерчивая линию челюсти и останавливаясь на пульсирующей жилке на шее. Мария дрожала - не то от страха, не то от того, что её собственное тело предательски отзывалось на каждое движение этой женщины. - Ты сумасшедшая, - выдохнула Мария, её голос сорвался на шепот. - Возможно, - Лаура чуть прикрыла глаза, наслаждаясь своей победой. - Но я единственная, кто видит тебя настоящую. Не невесту в белом тюле, а эту строптивую, дикую женщину, которая готова ударить меня в лицо, лишь бы не признавать очевидного. Лукина наклонилась к самому уху Марии, её губы едва касались мочки. - Ты останешься здесь не потому, что ты мой залог. А потому, что ты уже не сможешь без этого напряжения. Без меня! Она медленно отстранилась, давая Марии возможность дышать, но не уходя из её личного пространства. В глазах Лауры больше не было льда - там плескалось темное, первобытное торжество. Она знала, что этот вечер изменил всё. Стены между ними не рухнули, но они стали прозрачными. - Иди к себе, - негромко приказала Лаура, и в этом приказе теперь слышалась странная нежность. - И если я снова услышу, что ты не спишь... я приду и проверю это лично. И поверь, на этот раз я не буду такой терпеливой. Мария стояла, прижимая ладонь к горящим губам, глядя, как Лаура медленно возвращается к своему креслу и берет бокал, словно ничего не произошло. Но дрожащие пальцы Лукиной, сжимающие хрусталь, выдавали её с головой. На следующее утро особняк проснулся рано. Никаких упоминаний о ночном столкновении у камина не последовало, но воздух между ними стал плотным, как перед грозой. Лаура появилась в столовой уже полностью собранной: черный приталенный костюм, идеальная укладка и взгляд, не терпящий возражений. - Завтракай быстрее, - бросила она, мельком взглянув на Марию, которая в этот раз спустилась вовремя - Сегодня ты едешь со мной. Пора тебе увидеть, на что Баев променял твою свободу. Мария промолчала. Она чувствовала себя странно: вчерашний поцелуй выжег в ней часть того праведного гнева, оставив на его месте тревожное любопытство. Огромное здание из стекла и бетона в центре города встретило их гробовой тишиной. Как только Лаура вышла из машины, охранники у входа вытянулись в струнку. Мария шла на полшага позади, ловя на себе недоуменные, а порой и пугающе-оценночные взгляды сотрудников. Они поднялись на последний этаж, в кабинет, который больше напоминал центр управления полетами, чем офис. Огромные мониторы транслировали графики, котировки и - что заставило Марию похолодеть - сетку камер наружного наблюдения из разных точек города. - Садись, - Лаура указала на кожаное кресло в углу и нажала кнопку селектора. - Введите его. Дверь открылась, и двое охранников завели мужчину. Это не был Баев. Это был один из тех кредиторов, о которых Лаура упоминала раньше - крупный, потный делец, который еще неделю назад казался Марии всемогущим хозяином жизни. Сейчас он дрожал. - Лаура Альбертовна, я всё объясню... Это была ошибка, мы не знали, что этот объект под вашим протекторатом... - забормотал он. Лаура даже не повернулась к нему. Она медленно подошла к Марии и положила руку ей на плечо, слегка сжав его. - Видишь его, Маша? - негромко спросила она, глядя в мониторы - Он считал, что может диктовать условия. Он хотел выкупить твой долг у Баева, чтобы... ну, скажем так, использовать тебя в своих целях. Она перевела ледяной взгляд на мужчину - Подойди сюда. Ближе. Мужчина на ватных ногах подошел к столу. Лаура взяла со стола тяжелую пепельницу из оникса и просто передвинула её на край - Извинись перед дамой, — приказала она. - Ч-что? Перед кем? - он растерянно посмотрел на Марию - Перед моей невестой. За то, что посмел внести её имя в свои грязные списки. Когда мужчина, заикаясь и краснея, начал рассыпаться в извинениях, Мария почувствовала тошноту. Это было торжество силы - абсолютной и беспощадной. Лаура не просто показывала ей свою власть, она демонстрировала Марии её новое место в этой иерархии: на самой вершине, подле королевы, но всё же на поводке. Обратная сторона медали Когда мужчину увели, Лаура обернулась к Марии. В её глазах не было жалости - Вот так это работает. Либо ты нажимаешь на курок, либо нажимают в тебя. Женя Баев никогда бы не защитил тебя от таких, как он. Он бы продал тебя им за первый же транш. Мария встала, её голос дрожал - Ты привела меня сюда, чтобы я испугалась? Или чтобы я начала тебя благодарить за то, что ты «добрее» них? Лаура подошла вплотную, загоняя Марию к панорамному окну, за которым расстилался город - Я привела тебя сюда, чтобы ты поняла: обратного пути нет. Теперь весь город знает, чья ты. И если ты выйдешь за эти двери без меня, тебя разорвут на куски просто чтобы насолить мне. Она коснулась ладонью стекла рядом с головой Марии - Теперь ты понимаешь? Твоя свобода закончилась в тот момент, когда Баев взял мои деньги. Сейчас вопрос лишь в том, насколько комфортной будет твоя золотая клетка. В этот момент в дверь постучали - Лаура Альбертовна, Баев на связи. Просит личного разговора. Говорит, у него есть информация, которая вас заинтересует... касающаяся прошлого Третьяковых. Лаура на мгновение изменилась в лице, маска уверенности дрогнула. Она резко отвернулась от окна. - Выведи звук на громкую связь.

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!