Вернутся к фанфику
21.
16 ноября 2026, 18:36Урок физкультуры начался с того, что тренер выстроил всех у шведской стенки и объявил, что сегодня они будут отрабатывать подъём и спуск с закреплёнными тросами. Кейси застонала про себя — после всех тренировок с Анной и Карлом в лесу её тело всё ещё ныло, а теперь предстояло ещё и карабкаться по стене.
— Аффлек, в пару с Мартин! — скомандовал тренер.
Кейси и Лидия переглянулись. Они обе быстро поднялись и спустились — Лидия с удивительной для её образа грацией, Кейси с привычной сноровкой. Тренер кивнул, что-то отметив в планшете.
Следующей парой были Скотт и Эллисон. Как только закрепили тросы, они полезли наверх. Кейси стояла внизу, скрестив руки, и смотрела, как они что-то обсуждают — слишком тихо, чтобы она могла разобрать слова. Эллисон что-то говорила, наклонившись к Скотту, и тот кивал, но выглядел напряжённым. Когда они были почти у цели, Эллисон наступила Скотту на ногу, и он сорвался, полетев вниз на маты.
Стайлз и Кейси переглянулись и одновременно усмехнулись.
— МакКолл, — тренер покачал головой, но в его голосе не было злости — скорее усталое веселье. — Не знаю почему, но то, как тебе больно, доставляет мне удовольствие. — Он поднялся и осмотрел класс. — Так, следующая пара. Стилински! Рейес!
Эрика, стоявшая в стороне, с опаской посмотрела на стену. Её лицо побледнело, и Кейси заметила, как она сжала кулаки. Но всё же шагнула вперёд и полезла наверх. Стайлз уже слез — быстро и неуклюже, как всегда, — а Эрика продолжила ползти. Она добралась до середины, потом остановилась, посмотрела вниз и застонала.
— Пожалуйста... — прошептала она, и её голос дрогнул.
— Эрика, у тебя закружилась голова? — тренер подошёл ближе к стене, запрокинув голову. — Головокружение?
Кейси скрестила руки на груди, хмуро наблюдая. Ничем хорошим этот урок не закончится, она была уверена.
— Головокружение происходит от нарушения вестибулярной системы во внутреннем ухе, — сказала Лидия, даже не оборачиваясь, и в её голосе звучала та самая уверенность, которую Кейси так любила. — А ей просто страшно.
Кейси улыбнулась. Она любила такую Лидию, которая посылает к чёрту образ красивой и глупой девушки. Которая позволяет себе быть собой.
— Эрика, — позвал тренер.
— Я в порядке, — выдавила она, но голос её сорвался.
Кейси шагнула вперёд, поравнявшись с тренером.
— Тренер, ей срочно нужно помочь, пока не стало хуже. Она страдает эпилепсией.
Тренер уставился на неё с широко раскрытыми глазами.
— Что?! — он запнулся, потом посмотрел на Эрику, потом снова на Кейси. — Почему мне никто не сказал?!
— Я думала, вы знаете, что делаете!
— Эрика, просто оттолкнись от стены! — крикнул он наверх, и его голос прозвучал почти панически. — И ты приземлишься на маты!
Эрика потихоньку оттолкнулась и приземлилась на пол — неуклюже, но целая. Кейси сразу подошла к ней и обняла за плечи, успокаивающе поглаживая по спине.
— Всё хорошо, — тихо сказала она. — Ты справилась.
Но где-то сзади раздался смех. Кейси обернулась и увидела парня из параллельного класса. Он смеялся, глядя на Эрику, и что-то шептал соседу.
Эрика отстранилась от Кейси, и её глаза наполнились слезами. Она быстро пошла к выходу из зала, не оглядываясь.
Кейси хотела броситься за ней, но тренер уже объявил конец урока, и все направились в раздевалку. Она проводила Эрику взглядом и поклялась себе, что поговорит с ней. После. Когда все уйдут.
В раздевалке было шумно — девочки переодевались, болтали, смеялись. Но Кейси не участвовала в общем веселье. Она быстро сняла спортивную форму, натянула джинсы и свитер и выскользнула в коридор.
Она нашла Эрику в конце коридора, у окна. Та сидела на подоконнике, обхватив колени руками, и смотрела в окно.
— Эрика, — Кейси подошла и присела рядом. — Ты как?
— Нормально, — соврала Эрика, не поворачиваясь.
— Тот парень... как его зовут?
— Неважно.
— Важно.
Эрика помолчала, потом вздохнула.
— Бою. Боб Уитни. Он дружит с Лили. И со всеми, кто меня... — она замолчала, не договорив.
Кейси кивнула.
— Я поговорю с ним.
— Не надо. Ты только сделаешь хуже.
— Я не собираюсь драться, — Кейси улыбнулась. — Просто поговорю. Иногда этого достаточно.
Эрика посмотрела на неё — долгим, изучающим взглядом. Потом слабо улыбнулась.
— Ты странная, Кейси.
— Знаю, — Кейси пожала плечами. — Но это лучше, чем быть скучной.
Эрика засмеялась — тихо, но искренне. И Кейси почувствовала, что сделала что-то правильное.
Кейси шла по коридору школы, уткнувшись в телефон. Большой палец раз за разом нажимал на кнопку отправки, но сообщения уходили в пустоту. Айзек не отвечал. Сначала она думала, что он просто не слышит — может, телефон остался в куртке, может, он в душе после тренировки. Но проходили часы, а экран оставался мёртвым. Она перечитывала свои собственные сообщения — короткие, встревоженные, потом длинные, сбивчивые — и чувствовала, как внутри нарастает холод.
«Айзек, ты в порядке?»
«Позвони мне, пожалуйста».
Кейси свернула за угол и остановилась. Впереди, у ряда шкафчиков, она увидела Джексона. Он прижимал Лидию к стене — не грубо, но настойчиво, — и говорил что-то быстро, наклонившись к самому её лицу. Лидия выглядела растерянной. Её руки были прижаты к груди, а в глазах застыло что-то среднее между страхом и недоумением.
Кейси не стала раздумывать. Она пересекла коридор быстрым шагом, схватила Джексона за плечо и оттащила от подруги.
— Какого чёрта ты делаешь? — выпалила она.
Лидия посмотрела на неё с благодарностью, а потом, не сказав ни слова, развернулась и ушла — быстрым, почти бегущим шагом. Джексон дёрнулся было за ней, но Кейси схватила его за рукав и потащила в противоположную сторону. Она втолкнула его в пустой класс, закрыла дверь и толкнула к партам.
— Ты что на неё набросился?
Джексон не выглядел виноватым. Наоборот — в его глазах горел какой-то лихорадочный огонь.
— Ты не понимаешь! У неё иммунитет на укус.
— С чего ты взял? — Кейси скрестила руки на груди. — Она ничего не помнит. Ни что с ней случилось, ни где она была.
— Ты правда ничего не поняла?! — Джексон шагнул к ней, и его голос сорвался на шёпот. — Когда было полнолуние, она не обратилась. Лидия. Не обратилась. А из-за того, что я... спал с ней... мне передался её иммунитет на укус.
Кейси устало потёрла глаза и вздохнула.
— А как ещё ты это объяснишь? — Джексон выжидающе смотрел на неё.
— Ладно, допустим. Иммунитет не передаётся через постель, — сказала Кейси, и в её голосе прозвучал сарказм. — Это звучит как бред. Но даже если и так — это не даёт тебе права прижимать её к стене и пугать.
— Я не пугал...
— Пугал, — перебила она. — Я видела её лицо. Ты её напугал.
Джексон открыл рот, чтобы возразить, но Кейси шагнула к нему и ткнула пальцем в грудь.
— И ещё раз, — сказала она тихо, но с такой угрозой, что Джексон невольно отступил. — Если я увижу что-то подобное ещё раз, я разорву тебя на куски. За своих подруг я могу и не такое. Понял?
Джексон молчал. Его челюсть дёрнулась, но он кивнул — коротко, неохотно.
— А теперь найди её и извинись. По-настоящему. И если она не захочет с тобой говорить — это её право.
Кейси развернулась и вышла из класса, оставив Джексона стоять посреди пустой комнаты. Она чувствовала, как внутри всё кипит — от злости, от усталости, от тревоги за Айзека. Но она сделала то, что должна была. Защитила подругу. Поставила на место того, кто вёл себя как идиот.
Она достала телефон и снова набрала номер Айзека. Гудки. Потом голосовая почта.
Вечером Кейси стояла у плиты, помешивая в кастрюле густой томатный соус. Мать задержалась на очередном «совещании» — она в последнее время часто задерживалась, и Кейси подозревала, что эти совещания были связаны вовсе не с работой, а с Арджентами и тем, что происходило в городе. Карл ушёл на свидание с новой пассией, имя которой он упорно скрывал, и Кейси осталась одна в доме, наслаждаясь тишиной и привычным ритмом готовки.
Она как раз добавляла специи, когда наверху что-то глухо упало. Кейси замерла. Ложка в её руке застыла над кастрюлей. Она прислушалась — тишина. Потом ещё один звук, похожий на скрип половиц. Кто-то был наверху. В её комнате.
Кейси выключила плиту и взяла со стола кухонный нож — большой, тяжёлый, с деревянной ручкой. Она не собиралась им пользоваться, но с ним было спокойнее. Она поднималась по ступенькам медленно, стараясь ступать на те половицы, которые не скрипели. Сердце колотилось где-то в горле.
У двери в её комнату она остановилась. Услышала шорох — тихий, осторожный. Кейси толкнула дверь и включила свет.
— Лейхи! Чёрт возьми!
Айзек стоял посреди комнаты, потирая ушибленное плечо. Он выглядел виноватым, как кот, которого застали за разбитой вазой.
— Извини, — пробормотал он. — Я не хотел тебя пугать. Зачем тебе нож?
— Я испугалась! — Кейси опустила нож, чувствуя, как адреналин медленно отступает. — Нормальные люди через дверь заходят. Стучатся. Звонят. Не знаю, подают какие-то знаки!
— Я не хотел, чтобы твоя мама или Карл увидели меня здесь. Полиция может следить за домом.
— Где твой мобильный? — Кейси шагнула к нему, и её голос стал жёстче. — Я кучу сообщений тебе оставила! Кучу пропущенных! Я думала, что с тобой что-то случилось!
— Я немного был занят... — Айзек виновато опустил взгляд. — Дерек запер меня в подвале на ночь. Для моей же безопасности. Сказал, что я могу быть опасен в первые дни после обращения. И телефон забрал.
— Он тебя запер? — Кейси нахмурилась.
— Это было не так уж плохо, — Айзек пожал плечами.
Кейси смотрела на него секунду, потом оставила нож на комоде и бросилась к нему, обнимая так крепко, что он охнул. Айзек обнял её в ответ, зарываясь носом в её волосы. Она пахла домом — чем-то сладким, тёплым, знакомым. Он закрыл глаза и позволил себе просто дышать.
— Как ты себя чувствуешь? После полнолуния? — спросила Кейси, не отпуская его.
— Голова немного болела, — ответил он. — Сейчас уже намного лучше. Дерек сказал, что нужно тренироваться. Учиться контролировать.
— Нужно, — Кейси отстранилась и посмотрела на него. — Пока мы Скотта не научили, он тоже трудно переносил полнолуния. Было... страшно. Но он справился. И ты справишься.
— Я не знаю, — Айзек покачал головой. — Я не такой, как Скотт. Я не... не сильный.
— Сильный, — твёрдо сказала Кейси. — Ты сильнее, чем думаешь. Ты выжил в этом доме. Ты выжил с этим отцом. Ты справишься и с этим.
Айзек смотрел на неё долгим взглядом. Потом слабо улыбнулся.
— Идём на кухню, — Кейси взяла его за руку. — Я как раз готовила ужин. Ты голоден?
— Очень, — признался он.
— Тогда пошли. И на этот раз — через дверь. Как нормальные люди.
— Хорошо, — Айзек сжал её пальцы, и они вместе спустились на кухню.
Кейси вернулась к плите, включила огонь и снова взялась за соус. Айзек сел за стол, наблюдая за ней. В его глазах было что-то новое — спокойствие, которого она раньше не видела. Может быть, это было временное. Может быть, завтра всё снова рухнет. Но сейчас, на этой кухне, пахнущей томатами и специями, им было хорошо.
— Знаешь, — сказала Кейси, помешивая соус, — я думала, что сегодняшний вечер будет ужасным. Мама на работе, Карл на свидании, я одна. А теперь ты здесь.
— Я здесь, — подтвердил Айзек. — И никуда не уйду. По крайней мере, до утра.
— До утра — это уже что-то, — Кейси улыбнулась.
Она поставила перед ним тарелку с пастой, и Айзек взял вилку. Первый кусок он проглотил почти сразу, и на его лице отразилось такое искреннее удовольствие, что Кейси засмеялась.
— Спасибо, очень вкусно.
Кейси тепло улыбнулась.
После ужина они переместились в гостиную. Кейси включила телевизор, нашла какой-то старый фильм — комедию из тех, что показывают по выходным, — и они устроились на диване, укрывшись одним пледом. Айзек сидел, привалившись к спинке, а Кейси устроилась рядом, положив голову ему на плечо. Его рука лежала на её плече, и это было так просто, так правильно, что она не хотела шевелиться.
Фильм был глупым, но смешным. Айзек смеялся — тихо, сдержанно, будто всё ещё не привык к тому, что может смеяться. Кейси чувствовала, как его плечо вздрагивает, и улыбалась.
— Ты знаешь, что это первый раз, когда мы смотрим кино вместе? — сказала она, не поднимая головы.
— Правда? — Айзек посмотрел на неё сверху вниз.
— Ага. Обычно мы гуляем, или сидим в парке, или... — она запнулась, вспомнив их первый поцелуй в музыкальном классе. — Ну, ты понял.
— Я помню, — тихо сказал он, и его рука на её плече чуть сжалась.
Они замолчали, глядя в экран. На кухне тикали часы, за окном шелестел ветер, и в этом было столько уюта, что Кейси захотелось остановить время. Просто остаться здесь. С ним. Навсегда.
Когда фильм закончился, Айзек потянулся к пульту и выключил телевизор. В комнате стало тихо.
— Что теперь? — спросил он.
— Не знаю, — Кейси пожала плечами. — Можем поиграть во что-нибудь. У Карла есть приставка. Или в карты. Или...
— В карты? — Айзек оживился. — Я умею в карты.
— Тогда доставай. В комоде, в верхнем ящике.
Они сели на полу, скрестив ноги, и Айзек раздал карты. Игра была простой — «дурак» на скорость, кто быстрее избавится от карт. Но уже через пять минут они оба хохотали, потому что Айзек постоянно путался в правилах, а Кейси жульничала, подкладывая ему карты, которые ему были не нужны.
— Ты жульничаешь! — возмущался Айзек, глядя на свои карты.
— Я не жульничаю. Я стратегически помогаю.
— Это одно и то же!
Он бросил в неё подушку, и Кейси, смеясь, отбилась и запустила в ответ другую. Началась настоящая подушечная битва — они катались по полу, пытаясь отобрать друг у друга подушки, и Кейси хохотала так, что у неё заболел живот.
— Сдаюсь! — выдохнул Айзек, падая на спину и раскинув руки. — Ты победила.
— Я всегда побеждаю, — Кейси упала рядом, тяжело дыша.
Они лежали на полу, глядя в потолок. Подушки валялись вокруг, карты были разбросаны, и в комнате царил уютный беспорядок.
— Знаешь, — сказал Айзек тихо, — я никогда не думал, что у меня может быть такое. Обычный вечер. Дома. С кем-то, кто... кто меня не боится.
— Я тебя не боюсь, — Кейси повернула голову, чтобы посмотреть на него. — И никогда не буду бояться.
— Если бы я не смог остановиться? Если бы я напал на кого-то из вас? — спросил он, и в его голосе прозвучала та самая уязвимость, которую она так хорошо знала.
— Тогда мы бы тебя остановили, — твёрдо сказала Кейси. — Вместе. И потом помогли бы тебе справиться. Ты не один, Айзек. И не будешь один. Никогда.
Он смотрел на неё долгим взглядом. Потом улыбнулся — той самой улыбкой, которую она полюбила.
— Ты невероятная, Кейси Аффлек.
— Знаю, — она усмехнулась. — Повторяй это почаще.
Они лежали на полу, и Кейси чувствовала, как усталость от сегодняшнего дня медленно наваливается на неё. Глаза слипались. Айзек рядом тоже затих, его дыхание стало ровным и глубоким.
— Айзек? — прошептала она.
— М? — его голос был сонным.
— Останься пожалуйста.
Он не ответил. Но его рука нашла её руку, и их пальцы переплелись. Кейси закрыла глаза, чувствуя тепло его ладони, и позволила себе провалиться в сон.
Утром их разбудил звук открывающейся входной двери. Кейси открыла глаза и обнаружила, что они всё ещё лежат на полу в гостиной, укрытые одним пледом, который кто-то — наверное, Айзек — натянул на них ночью. Её голова покоилась на его груди, а его рука обнимала её за плечи.
В дверях стояла Анна. Она смотрела на них с выражением, которое Кейси не могла разгадать — смесь удивления, понимания и чего-то похожего на улыбку.
— Доброе утро, — сказала Анна.
Кейси медленно села, чувствуя, как горит лицо. Айзек за её спиной тоже зашевелился и сел, смущённо отводя взгляд.
— Мам, это не то, что ты думаешь, — начала Кейси.
— Я ничего не думаю, — Анна подняла руки. — Я просто... рада, что у вас всё хорошо. Но в следующий раз, пожалуйста, спите в комнате. На полу холодно.
Она прошла на кухню, и Кейси услышала, как она ставит чайник. Айзек рядом выдохнул.
— Это было... неловко, — прошептал он.
— Ага, — согласилась Кейси. — Но она не злится. Это главное.
Она посмотрела на него — растрёпанного, сонного, с отпечатком пледа на щеке — и улыбнулась.
— Пойдём завтракать.
Айзек кивнул и взял её за руку.
Карл спустился вниз позже всех — взъерошенный, в мятой футболке, с отпечатком подушки на щеке. Он остановился на последней ступеньке, уставился на кухню и замер.
Айзек сидел за столом, напротив Кейси, с чашкой чая в руках. На нём была футболка, которую ему одолжила Кейси. Его футболку. С выцветшим принтом какой-то рок-группы. Кейси, в свою очередь, была в домашних шортах и растянутой футболке, с растрёпанными после сна волосами, и уплетала яичницу с таким видом, будто ничего особенного не происходит.
Анна стояла у плиты, поджаривая тосты, и на её лице играла лёгкая улыбка.
Карл не двинулся с места. Он медленно переводил взгляд с Айзека на Кейси, с Кейси на Айзека, потом на мать — и обратно.
— Доброе утро, Карл, — сказала Анна, не оборачиваясь. — Садись завтракать.
Карл спустился с последней ступеньки, но не сел. Он подошёл к столу и встал, скрестив руки на груди, глядя на Айзека с той самой ухмылкой, которую Кейси знала слишком хорошо — та самая ухмылка, которая означала «я всё видел, и я собираюсь вас помучить».
— Доброе утро, Айзек, — сказал он, растягивая слова.
— Доброе утро, — ответил Айзек, и его уши порозовели.
— Хорошо спалось? На полу? — Карл приподнял бровь.
Кейси закатила глаза.
— Карл.
— Что? Я просто спрашиваю. Пол, он знаешь, жёсткий. Спина может болеть. Айзек, у тебя спина не болит?
Айзек открыл рот, но не нашёл, что сказать. Кейси запустила в брата ложкой — и та попала ему точно в лоб.
— Ай! — Карл схватился за ушибленное место. — Ты чего дерёшься?!
— Не приставай к нему, — Кейси взяла новую ложку. — Он мой гость.
— Гость, — Карл хмыкнул, потирая лоб. — Гость, который ночует на полу в гостиной. Очень по-гостевому.
— Карл, — вмешалась Анна, ставя на стол тарелку с тостами. — Оставь их в покое. Ешь.
Карл сел, но ухмылка не исчезла. Он взял тост, откусил и, прожевав, сказал:
— Знаешь, Айзек, я рад, что ты здесь. Правда. Но если ты ещё раз останешься на ночь, я постелю тебе в своей комнате. На полу, конечно. Но там хотя бы ковёр.
— Карл! — Кейси и Анна сказали это одновременно.
Айзек тихо рассмеялся, и Кейси почувствовала, как напряжение отпускает. Карл не злился. Он просто дразнился — так, как умел только он. И в этом было что-то успокаивающее.
— Спасибо, — сказал Айзек, глядя на Карла. — За то, что не выгнал меня.
Карл пожал плечами.
— Ты не сделал ничего плохого. — Он взял ещё один тост. — Но если она тебя обидит, ты говори мне сразу, я с ней разберусь. Знаешь, ты ещё не знаешь какая она противная, иногда..
— Карл, — предупреждающе сказала Анна.
— Я просто говорю, — Карл поднял руки. — Я старший брат. Это моя работа.
Кейси посмотрела на него — на его растрёпанные волосы, на ухмылку, на то, как он украдкой подкладывает Айзеку лучший кусок бекона, — и почувствовала, как внутри разливается тепло. Он был ворчливым, он был невыносимым, он лез не в свои дела. Но он был её братом. И он был здесь. И этого было достаточно.
— Ладно, — сказала она, беря вилку. — Хватит болтать. Ешьте. Нам ещё в школу идти.
Анна села за стол напротив них, и на её лице была та самая улыбка, которую Кейси так любила — спокойная, тёплая, немного усталая, но счастливая.
Кейси шла к столовой, надеясь застать там парней и перехватить их до следующего урока. В коридоре было шумно — обычная школьная суета, — и она почти не смотрела по сторонам. Но когда из столовой вышла навстречу Эрика, Кейси остановилась как вкопанная.
Она смотрела на неё с отвисшей челюстью.
На Эрике была кожаная мини-юбка, белая майка, короткая кожанка и леопардовые туфли на высоком каблуке. Волосы были уложены в идеальные локоны, а глаза подведены так, что казались больше и ярче. Она выглядела... как Лидия. Или как кто-то, кто очень старался быть похожей на Лидию.
— Привет, Кей, — сказала Эрика, и её голос звучал уверенно, почти вызывающе.
Кейси открыла рот, потом закрыла, потом снова открыла. Она не могла найти слов.
— Как дела? — Эрика улыбнулась.
— Нормально... — выдавила Кейси. — Что с тобой? Ты... он это сделал с тобой?
— О чём ты? — Эрика усмехнулась — той самой усмешкой, которую Кейси привыкла видеть на лице Лидии. — Всё отлично.
И она пошла дальше — такой уверенной, размашистой походкой, что Кейси показалось, будто она смотрит на Лидию в исполнении Эрики. Или наоборот.
Парни выскочили следом за ней из столовой.
— Ты видела? — вскрикнул Стайлз, хватая Кейси за руку и таща её к выходу.
На улице, у тротуара, Эрика уже садилась в машину Дерека. Хейл стоял рядом, придерживая дверцу, и на его лице играла улыбка — настоящая, тёплая, какой Кейси у него никогда не видела. Он кивнул им, сел за руль и уехал.
— Охренеть, — выдохнула Кейси.
Скотт и Стайлз уставились на неё с изумлением.
— Что? — Кейси пожала плечами. — Питер серьёзно все мозги вышиб моему дорогому кузену.
— Кузену? — Скотт взглянул на неё, потом на Стайлза, он же смотрел на подругу. — Кейси?
— Кажется, самое время, Кей, — сказал Стайлз, хлопнув её по плечу.
— Самое время для чего? — Скотт нахмурился, явно озадачившись.
— Я оставлю вас, — Стайлз подмигнул и отошёл в сторону, оставив их вдвоём.
Кейси поджала губы. Ей не хотелось говорить об этом здесь, на улице, но выбора не было.
— Ну? — Скотт смотрел на неё выжидающе.
— Это насчёт Питера, — начала Кейси, и голос её дрогнул. — Питер — мой отец. А Дерек — мой кузен.
— Что? — Скотт вытаращил глаза.
— Питер Хейл — наш с Карлом отец. Я узнала об этом неделю назад.
— Почему ты не сказала?!
— Я не знаю! — Кейси всплеснула руками. — Время было неподходящее. Я боялась. Я не знала, как ты отреагируешь. Стайлз узнал совершенно случайно. И он заставил меня рассказать тебе. Я думала, раз Питер мёртв, значит, я могу не говорить. Что это больше не важно.
— Это очень важно, Кейс, — Скотт взял её за плечи, и его голос был серьёзным. — Мы ведь друзья. Между нами не должно быть тайн.
— Прости, — прошептала Кейси, и её глаза наполнились слезами.
Скотт смотрел на неё секунду, а потом обнял — крепко, по-дружески, так, как умел только он.
— Ничего, Кейс, — сказал он тихо. — Но это было неожиданно. И это объясняет, почему он не трогал тебя и Карла. Ты была его дочерью. Он не мог причинить тебе вред. Даже в своём безумии.
Кейси кивнула, уткнувшись ему в плечо.
— Я знаю, — прошептала она. — И именно это пугает меня больше всего.
Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!