Вернутся к фанфику

21.

16 ноября 2026, 18:36
Урок физкультуры начался с того, что тренер выстроил всех у шведской стенки и объявил, что сегодня они будут отрабатывать подъём и спуск с закреплёнными тросами. Кейси застонала про себя — после всех тренировок с Анной и Карлом в лесу её тело всё ещё ныло, а теперь предстояло ещё и карабкаться по стене. — Аффлек, в пару с Мартин! — скомандовал тренер. Кейси и Лидия переглянулись. Они обе быстро поднялись и спустились — Лидия с удивительной для её образа грацией, Кейси с привычной сноровкой. Тренер кивнул, что-то отметив в планшете. Следующей парой были Скотт и Эллисон. Как только закрепили тросы, они полезли наверх. Кейси стояла внизу, скрестив руки, и смотрела, как они что-то обсуждают — слишком тихо, чтобы она могла разобрать слова. Эллисон что-то говорила, наклонившись к Скотту, и тот кивал, но выглядел напряжённым. Когда они были почти у цели, Эллисон наступила Скотту на ногу, и он сорвался, полетев вниз на маты. Стайлз и Кейси переглянулись и одновременно усмехнулись. — МакКолл, — тренер покачал головой, но в его голосе не было злости — скорее усталое веселье. — Не знаю почему, но то, как тебе больно, доставляет мне удовольствие. — Он поднялся и осмотрел класс. — Так, следующая пара. Стилински! Рейес! Эрика, стоявшая в стороне, с опаской посмотрела на стену. Её лицо побледнело, и Кейси заметила, как она сжала кулаки. Но всё же шагнула вперёд и полезла наверх. Стайлз уже слез — быстро и неуклюже, как всегда, — а Эрика продолжила ползти. Она добралась до середины, потом остановилась, посмотрела вниз и застонала. — Пожалуйста... — прошептала она, и её голос дрогнул. — Эрика, у тебя закружилась голова? — тренер подошёл ближе к стене, запрокинув голову. — Головокружение? Кейси скрестила руки на груди, хмуро наблюдая. Ничем хорошим этот урок не закончится, она была уверена. — Головокружение происходит от нарушения вестибулярной системы во внутреннем ухе, — сказала Лидия, даже не оборачиваясь, и в её голосе звучала та самая уверенность, которую Кейси так любила. — А ей просто страшно. Кейси улыбнулась. Она любила такую Лидию, которая посылает к чёрту образ красивой и глупой девушки. Которая позволяет себе быть собой. — Эрика, — позвал тренер. — Я в порядке, — выдавила она, но голос её сорвался. Кейси шагнула вперёд, поравнявшись с тренером. — Тренер, ей срочно нужно помочь, пока не стало хуже. Она страдает эпилепсией. Тренер уставился на неё с широко раскрытыми глазами. — Что?! — он запнулся, потом посмотрел на Эрику, потом снова на Кейси. — Почему мне никто не сказал?! — Я думала, вы знаете, что делаете! — Эрика, просто оттолкнись от стены! — крикнул он наверх, и его голос прозвучал почти панически. — И ты приземлишься на маты! Эрика потихоньку оттолкнулась и приземлилась на пол — неуклюже, но целая. Кейси сразу подошла к ней и обняла за плечи, успокаивающе поглаживая по спине. — Всё хорошо, — тихо сказала она. — Ты справилась. Но где-то сзади раздался смех. Кейси обернулась и увидела парня из параллельного класса. Он смеялся, глядя на Эрику, и что-то шептал соседу. Эрика отстранилась от Кейси, и её глаза наполнились слезами. Она быстро пошла к выходу из зала, не оглядываясь. Кейси хотела броситься за ней, но тренер уже объявил конец урока, и все направились в раздевалку. Она проводила Эрику взглядом и поклялась себе, что поговорит с ней. После. Когда все уйдут. В раздевалке было шумно — девочки переодевались, болтали, смеялись. Но Кейси не участвовала в общем веселье. Она быстро сняла спортивную форму, натянула джинсы и свитер и выскользнула в коридор. Она нашла Эрику в конце коридора, у окна. Та сидела на подоконнике, обхватив колени руками, и смотрела в окно. — Эрика, — Кейси подошла и присела рядом. — Ты как? — Нормально, — соврала Эрика, не поворачиваясь. — Тот парень... как его зовут? — Неважно. — Важно. Эрика помолчала, потом вздохнула. — Бою. Боб Уитни. Он дружит с Лили. И со всеми, кто меня... — она замолчала, не договорив. Кейси кивнула. — Я поговорю с ним. — Не надо. Ты только сделаешь хуже. — Я не собираюсь драться, — Кейси улыбнулась. — Просто поговорю. Иногда этого достаточно. Эрика посмотрела на неё — долгим, изучающим взглядом. Потом слабо улыбнулась. — Ты странная, Кейси. — Знаю, — Кейси пожала плечами. — Но это лучше, чем быть скучной. Эрика засмеялась — тихо, но искренне. И Кейси почувствовала, что сделала что-то правильное. Кейси шла по коридору школы, уткнувшись в телефон. Большой палец раз за разом нажимал на кнопку отправки, но сообщения уходили в пустоту. Айзек не отвечал. Сначала она думала, что он просто не слышит — может, телефон остался в куртке, может, он в душе после тренировки. Но проходили часы, а экран оставался мёртвым. Она перечитывала свои собственные сообщения — короткие, встревоженные, потом длинные, сбивчивые — и чувствовала, как внутри нарастает холод. «Айзек, ты в порядке?» «Позвони мне, пожалуйста». Кейси свернула за угол и остановилась. Впереди, у ряда шкафчиков, она увидела Джексона. Он прижимал Лидию к стене — не грубо, но настойчиво, — и говорил что-то быстро, наклонившись к самому её лицу. Лидия выглядела растерянной. Её руки были прижаты к груди, а в глазах застыло что-то среднее между страхом и недоумением. Кейси не стала раздумывать. Она пересекла коридор быстрым шагом, схватила Джексона за плечо и оттащила от подруги. — Какого чёрта ты делаешь? — выпалила она. Лидия посмотрела на неё с благодарностью, а потом, не сказав ни слова, развернулась и ушла — быстрым, почти бегущим шагом. Джексон дёрнулся было за ней, но Кейси схватила его за рукав и потащила в противоположную сторону. Она втолкнула его в пустой класс, закрыла дверь и толкнула к партам. — Ты что на неё набросился? Джексон не выглядел виноватым. Наоборот — в его глазах горел какой-то лихорадочный огонь. — Ты не понимаешь! У неё иммунитет на укус. — С чего ты взял? — Кейси скрестила руки на груди. — Она ничего не помнит. Ни что с ней случилось, ни где она была. — Ты правда ничего не поняла?! — Джексон шагнул к ней, и его голос сорвался на шёпот. — Когда было полнолуние, она не обратилась. Лидия. Не обратилась. А из-за того, что я... спал с ней... мне передался её иммунитет на укус. Кейси устало потёрла глаза и вздохнула. — А как ещё ты это объяснишь? — Джексон выжидающе смотрел на неё. — Ладно, допустим. Иммунитет не передаётся через постель, — сказала Кейси, и в её голосе прозвучал сарказм. — Это звучит как бред. Но даже если и так — это не даёт тебе права прижимать её к стене и пугать. — Я не пугал... — Пугал, — перебила она. — Я видела её лицо. Ты её напугал. Джексон открыл рот, чтобы возразить, но Кейси шагнула к нему и ткнула пальцем в грудь. — И ещё раз, — сказала она тихо, но с такой угрозой, что Джексон невольно отступил. — Если я увижу что-то подобное ещё раз, я разорву тебя на куски. За своих подруг я могу и не такое. Понял? Джексон молчал. Его челюсть дёрнулась, но он кивнул — коротко, неохотно. — А теперь найди её и извинись. По-настоящему. И если она не захочет с тобой говорить — это её право. Кейси развернулась и вышла из класса, оставив Джексона стоять посреди пустой комнаты. Она чувствовала, как внутри всё кипит — от злости, от усталости, от тревоги за Айзека. Но она сделала то, что должна была. Защитила подругу. Поставила на место того, кто вёл себя как идиот. Она достала телефон и снова набрала номер Айзека. Гудки. Потом голосовая почта. Вечером Кейси стояла у плиты, помешивая в кастрюле густой томатный соус. Мать задержалась на очередном «совещании» — она в последнее время часто задерживалась, и Кейси подозревала, что эти совещания были связаны вовсе не с работой, а с Арджентами и тем, что происходило в городе. Карл ушёл на свидание с новой пассией, имя которой он упорно скрывал, и Кейси осталась одна в доме, наслаждаясь тишиной и привычным ритмом готовки. Она как раз добавляла специи, когда наверху что-то глухо упало. Кейси замерла. Ложка в её руке застыла над кастрюлей. Она прислушалась — тишина. Потом ещё один звук, похожий на скрип половиц. Кто-то был наверху. В её комнате. Кейси выключила плиту и взяла со стола кухонный нож — большой, тяжёлый, с деревянной ручкой. Она не собиралась им пользоваться, но с ним было спокойнее. Она поднималась по ступенькам медленно, стараясь ступать на те половицы, которые не скрипели. Сердце колотилось где-то в горле. У двери в её комнату она остановилась. Услышала шорох — тихий, осторожный. Кейси толкнула дверь и включила свет. — Лейхи! Чёрт возьми! Айзек стоял посреди комнаты, потирая ушибленное плечо. Он выглядел виноватым, как кот, которого застали за разбитой вазой. — Извини, — пробормотал он. — Я не хотел тебя пугать. Зачем тебе нож? — Я испугалась! — Кейси опустила нож, чувствуя, как адреналин медленно отступает. — Нормальные люди через дверь заходят. Стучатся. Звонят. Не знаю, подают какие-то знаки! — Я не хотел, чтобы твоя мама или Карл увидели меня здесь. Полиция может следить за домом. — Где твой мобильный? — Кейси шагнула к нему, и её голос стал жёстче. — Я кучу сообщений тебе оставила! Кучу пропущенных! Я думала, что с тобой что-то случилось! — Я немного был занят... — Айзек виновато опустил взгляд. — Дерек запер меня в подвале на ночь. Для моей же безопасности. Сказал, что я могу быть опасен в первые дни после обращения. И телефон забрал. — Он тебя запер? — Кейси нахмурилась. — Это было не так уж плохо, — Айзек пожал плечами. Кейси смотрела на него секунду, потом оставила нож на комоде и бросилась к нему, обнимая так крепко, что он охнул. Айзек обнял её в ответ, зарываясь носом в её волосы. Она пахла домом — чем-то сладким, тёплым, знакомым. Он закрыл глаза и позволил себе просто дышать. — Как ты себя чувствуешь? После полнолуния? — спросила Кейси, не отпуская его. — Голова немного болела, — ответил он. — Сейчас уже намного лучше. Дерек сказал, что нужно тренироваться. Учиться контролировать. — Нужно, — Кейси отстранилась и посмотрела на него. — Пока мы Скотта не научили, он тоже трудно переносил полнолуния. Было... страшно. Но он справился. И ты справишься. — Я не знаю, — Айзек покачал головой. — Я не такой, как Скотт. Я не... не сильный. — Сильный, — твёрдо сказала Кейси. — Ты сильнее, чем думаешь. Ты выжил в этом доме. Ты выжил с этим отцом. Ты справишься и с этим. Айзек смотрел на неё долгим взглядом. Потом слабо улыбнулся. — Идём на кухню, — Кейси взяла его за руку. — Я как раз готовила ужин. Ты голоден? — Очень, — признался он. — Тогда пошли. И на этот раз — через дверь. Как нормальные люди. — Хорошо, — Айзек сжал её пальцы, и они вместе спустились на кухню. Кейси вернулась к плите, включила огонь и снова взялась за соус. Айзек сел за стол, наблюдая за ней. В его глазах было что-то новое — спокойствие, которого она раньше не видела. Может быть, это было временное. Может быть, завтра всё снова рухнет. Но сейчас, на этой кухне, пахнущей томатами и специями, им было хорошо. — Знаешь, — сказала Кейси, помешивая соус, — я думала, что сегодняшний вечер будет ужасным. Мама на работе, Карл на свидании, я одна. А теперь ты здесь. — Я здесь, — подтвердил Айзек. — И никуда не уйду. По крайней мере, до утра. — До утра — это уже что-то, — Кейси улыбнулась. Она поставила перед ним тарелку с пастой, и Айзек взял вилку. Первый кусок он проглотил почти сразу, и на его лице отразилось такое искреннее удовольствие, что Кейси засмеялась. — Спасибо, очень вкусно. Кейси тепло улыбнулась. После ужина они переместились в гостиную. Кейси включила телевизор, нашла какой-то старый фильм — комедию из тех, что показывают по выходным, — и они устроились на диване, укрывшись одним пледом. Айзек сидел, привалившись к спинке, а Кейси устроилась рядом, положив голову ему на плечо. Его рука лежала на её плече, и это было так просто, так правильно, что она не хотела шевелиться. Фильм был глупым, но смешным. Айзек смеялся — тихо, сдержанно, будто всё ещё не привык к тому, что может смеяться. Кейси чувствовала, как его плечо вздрагивает, и улыбалась. — Ты знаешь, что это первый раз, когда мы смотрим кино вместе? — сказала она, не поднимая головы. — Правда? — Айзек посмотрел на неё сверху вниз. — Ага. Обычно мы гуляем, или сидим в парке, или... — она запнулась, вспомнив их первый поцелуй в музыкальном классе. — Ну, ты понял. — Я помню, — тихо сказал он, и его рука на её плече чуть сжалась. Они замолчали, глядя в экран. На кухне тикали часы, за окном шелестел ветер, и в этом было столько уюта, что Кейси захотелось остановить время. Просто остаться здесь. С ним. Навсегда. Когда фильм закончился, Айзек потянулся к пульту и выключил телевизор. В комнате стало тихо. — Что теперь? — спросил он. — Не знаю, — Кейси пожала плечами. — Можем поиграть во что-нибудь. У Карла есть приставка. Или в карты. Или... — В карты? — Айзек оживился. — Я умею в карты. — Тогда доставай. В комоде, в верхнем ящике. Они сели на полу, скрестив ноги, и Айзек раздал карты. Игра была простой — «дурак» на скорость, кто быстрее избавится от карт. Но уже через пять минут они оба хохотали, потому что Айзек постоянно путался в правилах, а Кейси жульничала, подкладывая ему карты, которые ему были не нужны. — Ты жульничаешь! — возмущался Айзек, глядя на свои карты. — Я не жульничаю. Я стратегически помогаю. — Это одно и то же! Он бросил в неё подушку, и Кейси, смеясь, отбилась и запустила в ответ другую. Началась настоящая подушечная битва — они катались по полу, пытаясь отобрать друг у друга подушки, и Кейси хохотала так, что у неё заболел живот. — Сдаюсь! — выдохнул Айзек, падая на спину и раскинув руки. — Ты победила. — Я всегда побеждаю, — Кейси упала рядом, тяжело дыша. Они лежали на полу, глядя в потолок. Подушки валялись вокруг, карты были разбросаны, и в комнате царил уютный беспорядок. — Знаешь, — сказал Айзек тихо, — я никогда не думал, что у меня может быть такое. Обычный вечер. Дома. С кем-то, кто... кто меня не боится. — Я тебя не боюсь, — Кейси повернула голову, чтобы посмотреть на него. — И никогда не буду бояться. — Если бы я не смог остановиться? Если бы я напал на кого-то из вас? — спросил он, и в его голосе прозвучала та самая уязвимость, которую она так хорошо знала. — Тогда мы бы тебя остановили, — твёрдо сказала Кейси. — Вместе. И потом помогли бы тебе справиться. Ты не один, Айзек. И не будешь один. Никогда. Он смотрел на неё долгим взглядом. Потом улыбнулся — той самой улыбкой, которую она полюбила. — Ты невероятная, Кейси Аффлек. — Знаю, — она усмехнулась. — Повторяй это почаще. Они лежали на полу, и Кейси чувствовала, как усталость от сегодняшнего дня медленно наваливается на неё. Глаза слипались. Айзек рядом тоже затих, его дыхание стало ровным и глубоким. — Айзек? — прошептала она. — М? — его голос был сонным. — Останься пожалуйста. Он не ответил. Но его рука нашла её руку, и их пальцы переплелись. Кейси закрыла глаза, чувствуя тепло его ладони, и позволила себе провалиться в сон. Утром их разбудил звук открывающейся входной двери. Кейси открыла глаза и обнаружила, что они всё ещё лежат на полу в гостиной, укрытые одним пледом, который кто-то — наверное, Айзек — натянул на них ночью. Её голова покоилась на его груди, а его рука обнимала её за плечи. В дверях стояла Анна. Она смотрела на них с выражением, которое Кейси не могла разгадать — смесь удивления, понимания и чего-то похожего на улыбку. — Доброе утро, — сказала Анна. Кейси медленно села, чувствуя, как горит лицо. Айзек за её спиной тоже зашевелился и сел, смущённо отводя взгляд. — Мам, это не то, что ты думаешь, — начала Кейси. — Я ничего не думаю, — Анна подняла руки. — Я просто... рада, что у вас всё хорошо. Но в следующий раз, пожалуйста, спите в комнате. На полу холодно. Она прошла на кухню, и Кейси услышала, как она ставит чайник. Айзек рядом выдохнул. — Это было... неловко, — прошептал он. — Ага, — согласилась Кейси. — Но она не злится. Это главное. Она посмотрела на него — растрёпанного, сонного, с отпечатком пледа на щеке — и улыбнулась. — Пойдём завтракать. Айзек кивнул и взял её за руку. Карл спустился вниз позже всех — взъерошенный, в мятой футболке, с отпечатком подушки на щеке. Он остановился на последней ступеньке, уставился на кухню и замер. Айзек сидел за столом, напротив Кейси, с чашкой чая в руках. На нём была футболка, которую ему одолжила Кейси. Его футболку. С выцветшим принтом какой-то рок-группы. Кейси, в свою очередь, была в домашних шортах и растянутой футболке, с растрёпанными после сна волосами, и уплетала яичницу с таким видом, будто ничего особенного не происходит. Анна стояла у плиты, поджаривая тосты, и на её лице играла лёгкая улыбка. Карл не двинулся с места. Он медленно переводил взгляд с Айзека на Кейси, с Кейси на Айзека, потом на мать — и обратно. — Доброе утро, Карл, — сказала Анна, не оборачиваясь. — Садись завтракать. Карл спустился с последней ступеньки, но не сел. Он подошёл к столу и встал, скрестив руки на груди, глядя на Айзека с той самой ухмылкой, которую Кейси знала слишком хорошо — та самая ухмылка, которая означала «я всё видел, и я собираюсь вас помучить». — Доброе утро, Айзек, — сказал он, растягивая слова. — Доброе утро, — ответил Айзек, и его уши порозовели. — Хорошо спалось? На полу? — Карл приподнял бровь. Кейси закатила глаза. — Карл. — Что? Я просто спрашиваю. Пол, он знаешь, жёсткий. Спина может болеть. Айзек, у тебя спина не болит? Айзек открыл рот, но не нашёл, что сказать. Кейси запустила в брата ложкой — и та попала ему точно в лоб. — Ай! — Карл схватился за ушибленное место. — Ты чего дерёшься?! — Не приставай к нему, — Кейси взяла новую ложку. — Он мой гость. — Гость, — Карл хмыкнул, потирая лоб. — Гость, который ночует на полу в гостиной. Очень по-гостевому. — Карл, — вмешалась Анна, ставя на стол тарелку с тостами. — Оставь их в покое. Ешь. Карл сел, но ухмылка не исчезла. Он взял тост, откусил и, прожевав, сказал: — Знаешь, Айзек, я рад, что ты здесь. Правда. Но если ты ещё раз останешься на ночь, я постелю тебе в своей комнате. На полу, конечно. Но там хотя бы ковёр. — Карл! — Кейси и Анна сказали это одновременно. Айзек тихо рассмеялся, и Кейси почувствовала, как напряжение отпускает. Карл не злился. Он просто дразнился — так, как умел только он. И в этом было что-то успокаивающее. — Спасибо, — сказал Айзек, глядя на Карла. — За то, что не выгнал меня. Карл пожал плечами. — Ты не сделал ничего плохого. — Он взял ещё один тост. — Но если она тебя обидит, ты говори мне сразу, я с ней разберусь. Знаешь, ты ещё не знаешь какая она противная, иногда.. — Карл, — предупреждающе сказала Анна. — Я просто говорю, — Карл поднял руки. — Я старший брат. Это моя работа. Кейси посмотрела на него — на его растрёпанные волосы, на ухмылку, на то, как он украдкой подкладывает Айзеку лучший кусок бекона, — и почувствовала, как внутри разливается тепло. Он был ворчливым, он был невыносимым, он лез не в свои дела. Но он был её братом. И он был здесь. И этого было достаточно. — Ладно, — сказала она, беря вилку. — Хватит болтать. Ешьте. Нам ещё в школу идти. Анна села за стол напротив них, и на её лице была та самая улыбка, которую Кейси так любила — спокойная, тёплая, немного усталая, но счастливая. Кейси шла к столовой, надеясь застать там парней и перехватить их до следующего урока. В коридоре было шумно — обычная школьная суета, — и она почти не смотрела по сторонам. Но когда из столовой вышла навстречу Эрика, Кейси остановилась как вкопанная. Она смотрела на неё с отвисшей челюстью. На Эрике была кожаная мини-юбка, белая майка, короткая кожанка и леопардовые туфли на высоком каблуке. Волосы были уложены в идеальные локоны, а глаза подведены так, что казались больше и ярче. Она выглядела... как Лидия. Или как кто-то, кто очень старался быть похожей на Лидию. — Привет, Кей, — сказала Эрика, и её голос звучал уверенно, почти вызывающе. Кейси открыла рот, потом закрыла, потом снова открыла. Она не могла найти слов. — Как дела? — Эрика улыбнулась. — Нормально... — выдавила Кейси. — Что с тобой? Ты... он это сделал с тобой? — О чём ты? — Эрика усмехнулась — той самой усмешкой, которую Кейси привыкла видеть на лице Лидии. — Всё отлично. И она пошла дальше — такой уверенной, размашистой походкой, что Кейси показалось, будто она смотрит на Лидию в исполнении Эрики. Или наоборот. Парни выскочили следом за ней из столовой. — Ты видела? — вскрикнул Стайлз, хватая Кейси за руку и таща её к выходу. На улице, у тротуара, Эрика уже садилась в машину Дерека. Хейл стоял рядом, придерживая дверцу, и на его лице играла улыбка — настоящая, тёплая, какой Кейси у него никогда не видела. Он кивнул им, сел за руль и уехал. — Охренеть, — выдохнула Кейси. Скотт и Стайлз уставились на неё с изумлением. — Что? — Кейси пожала плечами. — Питер серьёзно все мозги вышиб моему дорогому кузену. — Кузену? — Скотт взглянул на неё, потом на Стайлза, он же смотрел на подругу. — Кейси? — Кажется, самое время, Кей, — сказал Стайлз, хлопнув её по плечу. — Самое время для чего? — Скотт нахмурился, явно озадачившись. — Я оставлю вас, — Стайлз подмигнул и отошёл в сторону, оставив их вдвоём. Кейси поджала губы. Ей не хотелось говорить об этом здесь, на улице, но выбора не было. — Ну? — Скотт смотрел на неё выжидающе. — Это насчёт Питера, — начала Кейси, и голос её дрогнул. — Питер — мой отец. А Дерек — мой кузен. — Что? — Скотт вытаращил глаза. — Питер Хейл — наш с Карлом отец. Я узнала об этом неделю назад. — Почему ты не сказала?! — Я не знаю! — Кейси всплеснула руками. — Время было неподходящее. Я боялась. Я не знала, как ты отреагируешь. Стайлз узнал совершенно случайно. И он заставил меня рассказать тебе. Я думала, раз Питер мёртв, значит, я могу не говорить. Что это больше не важно. — Это очень важно, Кейс, — Скотт взял её за плечи, и его голос был серьёзным. — Мы ведь друзья. Между нами не должно быть тайн. — Прости, — прошептала Кейси, и её глаза наполнились слезами. Скотт смотрел на неё секунду, а потом обнял — крепко, по-дружески, так, как умел только он. — Ничего, Кейс, — сказал он тихо. — Но это было неожиданно. И это объясняет, почему он не трогал тебя и Карла. Ты была его дочерью. Он не мог причинить тебе вред. Даже в своём безумии. Кейси кивнула, уткнувшись ему в плечо. — Я знаю, — прошептала она. — И именно это пугает меня больше всего.

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!