Глава 8. Раскрытие тайн

Наконец, когда длинный вечер подходил к концу, Мисс Элеонора показала всем, где они будут спать. Дом был большим, старым, но уютным, несмотря на царившую в нём скорбь. — Для вас, девочки, — сказала Мисс Элеонора, обращаясь к Нэнси и Робин, — у нас есть комната с двумя кроватями на втором этаже. — Она показала на светлую комнату с окном, выходящим в сад. — Пожалуйста, чувствуйте себя как дома. Нэнси и Робин, уставшие, но довольные, поблагодарили её и направились в свою комнату. Робин, не удержавшись, шепнула Нэнси: "Наконец-то сможем выспаться, а не драться с монстрами!" Нэнси усмехнулась. Затем Мисс Элеонора показала детям их спальни. Дастин, Майк, Лукас, Уилл и Макс были расселены в одну большую комнату, которая когда-то, возможно, была общей спальней для нескольких мальчиков. Там стояли несколько старых, но чистых кроватей, заправленных тёплыми одеялами. Дети, хотя и были возбуждены от необычного приключения, чувствовали общую атмосферу грусти в Доме и вели себя тише обычного. — Одиннадцать, — сказала Мисс Элеонора, мягко улыбаясь. — У тебя будет своя комната, рядом с Миа. Она не так давно переехала туда, так что ты будешь чувствовать себя там комфортно. Оди кивнула, ценя возможность иметь своё пространство. Она посмотрела на Майка, который улыбнулся ей. В её глазах читалось лёгкое любопытство к новым "странным" детям. Последними остались Стив и Эдди. Мисс Элеонора провела их в комнату на первом этаже, которая раньше была кабинетом. — Для вас двоих, — сказала она, указывая на большую, уютную кровать. — Надеюсь, вам будет удобно. Комната была небольшой, но в ней было большое окно, выходящее на задний двор. Пахло старой бумагой и чем-то травяным. Это была простая, но тёплая комната. Стив и Эдди поблагодарили Мисс Элеонору. Когда все разошлись по комнатам, Дом погрузился в тишину, но не ту, что была в Петле. Это была тишина скорби, смешанная с лёгким, едва уловимым ощущением присутствия. Каждый уголок дома напоминал о Лили, о её смехе, о её маленьких шагах. Новая тишина была наполнена ожиданием, печалью и какой-то древней тайной. Стив и Эдди легли в кровать. Стив выключил свет. Комната погрузилась в полумрак. Эдди лежал, глядя в потолок, его мысли метались. Он чувствовал усталость, но его разум отказывался успокоиться. Рука Стива нашла его руку и нежно сжала её, давая понять, что он рядом. Эдди пытался заснуть, но сон не шёл. Он чувствовал, как нити мира, его собственные нити, вибрируют от тревоги, предчувствуя что-то неладное. И вдруг, незаметно для себя, он провалился в беспокойный сон. Он снова оказался там. В трейлере. Мрак, шепот, звук ломающихся костей. Крисси. Её тело, изгибающееся в воздухе, словно сломанная кукла. Её глаза, полные ужаса и отчаяния, смотрящие прямо на него. Он слышал её крик, который застыл у неё в горле, когда Векна убивал её. Он чувствовал её боль, её страх, её одиночество. Он снова был беспомощен, он снова не мог её спасти. Образы были такими яркими, такими реальными, словно всё происходило прямо сейчас. Векна. Его голос, звенящий в голове: "Ты ничего не можешь. Ты бесполезен. Ты ничего не смог сделать для нее. И ты ничего не сможешь сделать для Лили". Эдди вскрикнул и резко сел в кровати, его глаза широко распахнулись в темноте, полные ужаса. Сердце колотилось как сумасшедшее, отбивая бешеный ритм. Дыхание было прерывистым и частым, он хватал ртом воздух. Он дрожал, весь в холодном поту. Кошмар. Снова Крисси. Он закрыл лицо руками, пытаясь отогнать ужасные образы, которые продолжали стоять перед глазами. В ту же секунду Стив проснулся. Он почувствовал, как Эдди резко дёрнулся и начал тяжело дышать. Стив тут же включил прикроватную лампу. Мягкий, тёплый свет залил комнату. — Эдди? — тихо спросил он, его голос был сонным, но тут же стал встревоженным, когда он увидел состояние своего парня. Он присел рядом с ним на кровати. — Что случилось? Кошмар? Эдди не мог ответить. Он просто тяжело дышал, пытаясь справиться с нахлынувшей паникой и ужасом. Его тело тряслось так сильно, что кровать скрипела. Стив мгновенно обнял его, притягивая к себе. Он не спрашивал, что именно Эдди видел. Он просто крепко обнял его, давая почувствовать своё присутствие. — Эй, эй, всё хорошо. Это просто сон, Мансон. Ты здесь, со мной. Ты в безопасности, — он крепко обнял Эдди, поглаживая его по спине, чувствуя его дрожь. — Она… она… — прошептал Эдди, голос его был надломленным, полным боли. — Я снова видел её, Стив. Крисси. Я ничего не мог сделать. Я не спас её. И Лили… теперь Лили. Я не могу их защитить. — Тише, тише. Ты ничего не мог сделать, милый. Это не твоя вина, — Стив мягко поглаживал его по волосам, шепча успокаивающие слова. Он чувствовал, как Эдди вцепился в него. — Это был Векна. Не ты. Ты не виноват. Ты сделал всё, что мог. Ты пытался её спасти. А Лили… мы ещё не знаем. Мы здесь, чтобы разобраться. Эдди медленно начал успокаиваться в объятиях Стива. Тепло его тела, его мягкий голос, его крепкие руки — всё это помогало ему вернуться из кошмара в реальность. Он уткнулся лицом в плечо Стива, чувствуя себя маленьким и уязвимым, как ребёнок. — Я так устал от этого, Стив, — пробормотал он, его голос был полон отчаяния. — От этих кошмаров. От вины. Я просто хочу, чтобы это прекратилось. — Я знаю, — сказал Стив. — Но ты не один. Я здесь. Я рядом. И я никуда не уйду. Я всегда буду рядом. Он продолжал обнимать Эдди, пока его дыхание не выровнялось, а дрожь не утихла. Стив оставался рядом, оберегая его от теней кошмара, от призраков прошлого. В этот момент, в тишине старого Дома, Стив был для Эдди якорем, который держал его на плаву, не давая ему утонуть в пучине собственных страхов и боли. И Эдди чувствовал, как нити их связи становятся ещё крепче, вытесняя нити страха. Наконец, он снова уснул, прижимаясь к Стиву, чувствуя себя немного более защищённым. На следующее утро, после беспокойной ночи, все собрались на кухне за большим деревянным столом. Запах свежеиспечённого хлеба и травяного чая наполнял комнату, но скорбь по Лили всё ещё витала в воздухе. Эдди выглядел усталым, с тенями под глазами, но старался держаться. Стив держал его за руку под столом, и это давало им обоим силы. Мисс Элеонора, с её добрыми, но очень усталыми глазами, села во главе стола. Когда дети из сиротского дома ушли в сад вместе с Эдди, она решила рассказать о всех «странностях» их дома. Она видела как ее старший ребенок мучается, потому что сам не мог об этом сказать. Поэтому она взяла все на себя. — Я вижу, что у вас есть вопросы, — начала она мягко, обводя взглядом их лица. — и постараюсь на них ответить. Она сделала паузу, прежде чем продолжить. — У наших детей есть нечто, что большинство назвали бы суперсилами. Но мы называем это странности. Это не что-то страшное или плохое, это просто часть того, кем они являются. Каждый из них обладает уникальным даром. Она встала из-за стала, подошла к большому окну и указала на огненно-рыжую Мию, которая резвилась с Джейкобом. — Вот Миа. Её странность — это способность управлять теплом и прохладой. Она может согреть вас в самый лютый мороз или, наоборот, принести прохладу в жаркий день. Она словно маленькое солнышко или свежий ветерок, — Мисс Элеонора улыбнулась. Миа как будто услышала, что воспитательница договорила и сделала так, что Джейкоб начал треснись от холода и что-то ей кричать, видимо чтобы она прекратила. — А вот Томас, — продолжила Мисс Элеонора, кивая на маленького мальчика, который что-то читал и показывал это Эдди, а тот увлеченно слушал. — Его дар очень необычен. Он может прикоснуться к любой вещи и увидеть её прошлое. Он видит историю предмета, кто его держал, что с ним происходило. Поэтому он такой задумчивый, — Мисс Элеонора посмотрела на Томаса с нежностью. — Он видит слишком много. — И Джейкоб, — Мисс Элеонора улыбнулась, глядя на шутливого мальчика, который уговорил подругу перестать на нем экспериментировать и они начали играть в догонялки.— Его странность — создавать лёгкие, весёлые иллюзии. Ничего опасного, только красивые вещи: бабочки, мерцающие огоньки, тени, танцующие на стенах. Он помогает нам не забывать о радости, даже в самые трудные моменты.—Джейкоб, словно по команде, заставил маленький блестящий шарик появиться и исчезнуть прямо перед носом Томаса, на что тот закатил глаза, а рядом сидящий Эдди засмеялся. — И, конечно, была наша малышка Лили, — голос Мисс Элеоноры дрогнул, и её глаза наполнились слезами. — Она была самой младшей, эмпатом. Её доброта и нежность могли лечить сердца. Она чувствовала чужую боль и могла её уменьшить, принося покой. Она была нашим маленьким ангелом, и мы все очень по ней скорбим. Пустота забрала её… — Она не стала вдаваться в подробности, понимая, что это слишком тяжело, но её голос был полон невыразимой печали. Одиннадцать, которая сама обладала невероятными способностями, слушала очень внимательно. Она чувствовала энергию этих детей, и хотя их дары были другими, она понимала, что такое быть "странной". Она почувствовала связь, невидимую нить, которая связывала их всех. Мисс Элеонора посмотрела на Эдди. — И наконец, мой милый Эдди. Он ведьма—сказала воспитательница с улыбкой— Он может управляет энергетическими нитями, чувствуя различные связи в мире. Дастин, Майк, Лукас, Макс и Уилл уставились на Эдди. "Ведьма"? Как из D&D? Но ведь это было реально. —Раньше—продолжила Мисс Элеанор— он колдовал, только вместе с Крисси. Они всегда были вместе, с самого первого дня. —Подождите!— воскликнула Робин — с Крисси Каннингем?— переспросила она — Да, именно она Все были в ступоре. До того момента, пока, Мисс Элеанор не сказала: —Пойдемте в сад, сейчас сами все увидите. Они все спустились и начали наблюдать из укромного места, за старым кустом роз. Эдди присел на старую деревянную скамейку. Лёгкий ветер играл его волосами, принося запахи свежей земли и распустившихся цветов. Он чувствовал, как нити мира, пронизывающие сад, вибрируют вокруг него, обволакивая его, словно живые сущности. Он знал, что в Хоукинсе эти нити были более тусклыми, их сложнее было различить из-за суеты и суматохи. Но здесь, в застывшем времени, они были яркими и чёткими. Миа подошла к нему и осторожно прикоснулась к его руке. Её кожа была прохладной, словно свежий ветерок. — Твои нити света… они такие живые, — восхищённо сказала она, глядя на что-то, что только они могли видеть. Для Мии нити Эдди были не просто ощущением, они были видимы как тончайшие, светящиеся волокна, переливающиеся разными цветами в зависимости от эмоций и "магии". — Они словно часть нас и тебя. Я и забыла про это. Мы так давно не виделись. Эдди кивнул. Он помнил, как Миа всегда удивлялась его "нитям", когда он был маленьким. Для него это было так естественно, что он иногда забывал, что другие этого не видят. Он чувствовал, как нити Мии, нити тепла, переплетаются с его собственными, создавая ощущение гармонии. И тут на пару, пока Эдди создавал маленькую иллюзию, чтобы насмешить детей, ее смогли увидеть все. Мансон замер. Его глаза защипало . Это был дух Крисси, как обычно пытающийся подшутить над ним. Сиротки этого не заметили, но Мисс Элеанор и ребята из Хоукинса увидели это. Первым не выдержал Дастин. Выбежав из укрытия, он побежал к Эдди и начал спрашивать всё, что его интересует. За ним подтянулись все остальные. Майк был ошеломлён. Он, как и все, знал Эдди как простого парня, а теперь оказалось, что он обладает настоящей магией, как персонаж из книги. — Это… это просто невероятно, Эдди, — прошептала Макс, её обычно скептическое выражение лица сменилось на удивление. Она всегда чувствовала себя немного "другой", и теперь понимала, что Эдди чувствовал то же самое, только на другом уровне. Её собственная связь с Изнанкой давала ей понимание того, что есть невидимые силы, но "нити" Эдди звучали иначе, более… естественно. Лукас был немного напуган, но его доверие к Эдди было сильнее страха. Уилл, который сам пережил многое, связанное с Изнанкой, смотрел на Эдди с пониманием. Он чувствовал, что Эдди такой же, как и он, просто с другим видом "странности", и в этом не было ничего плохого. Одиннадцать подошла к Эдди и осторожно прикоснулась к его руке. Она закрыла глаза и на мгновение почувствовала то, что чувствовал Эдди — сложную, но прекрасную сеть невидимых нитей, переплетающихся вокруг них, сияющих разными цветами. — Я… я тоже чувствую, — тихо сказала она. — Они… они везде. — В её голосе было удивление и немного облегчения, ведь она не единственная "странная" в этом мире. Стив подошёл к Эдди и обнял его сбоку, прижимая к себе. Он знал, что Эдди что-то скрывал, но не догадывался, насколько глубоко это было. Он почувствовал гордость за Эдди, за его мужество и за то, что он наконец-то открылся. — Ну, Мансон, — сказал Стив, его голос был тёплым и мягким. — А я-то думал, что я самый необычный парень в Хоукинсе. А ты, оказывается, наш личный чародей. Вот это да. Эдди посмотрел на своих друзей из Хоукинса, на их лицах не было ни осуждения, ни страха, только удивление и принятие. На его глазах выступили слёзы. — Мне… мне так жаль, — начал он, его голос дрожал. — Я должен был сказать вам раньше. Я просто… я так боялся. Я боялся, что вы подумаете, что я сумасшедший. Что вы отвернётесь от меня. После всего, что произошло с Крисси, когда весь город обвинил меня, я не мог рисковать. Я всегда был "фриком". Если бы я ещё рассказал про… про это… — он махнул рукой в воздухе, словно указывая на свои невидимые нити. — Я думал, вы меня закроете в психушке. Робин подошла к нему и хлопнула по плечу. — О, Эдди, милый, — сказала она, улыбаясь. — Мы знаем, что ты сумасшедший. Но мы тебя и таким любим! Ты ненормальный, но в хорошем смысле. И это даже круто! У тебя суперсила, как у Оди! Просто не говори об этом никому другому, — она подмигнула. Нэнси кивнула, её взгляд был серьёзен. — Эдди, мы через такое прошли вместе. Мы уже знаем, что мир намного сложнее, чем кажется. Твоя "странность" делает тебя тем, кто ты есть. И мы принимаем тебя полностью. Мы семья. Слова Робин и Нэнси были бальзамом для души Эдди. Он почувствовал, как огромный груз спадает с его плеч. Он наконец-то был собой, со всеми своими секретами, и его приняли. Он был не просто "фриком" или "подозреваемым", он был ведьмой, которая чувствует нити мира, и он был любим. Это было исцеление, которое он так долго ждал. Он был не одинок.