Глава 2. Воспоминания

— И кому в голову пришло поставить эти дурацкие замки?! — Мими злилась, пытаясь открыть зловещий замок, но он был определённо против неё. — Биометрический намного надёжнее, чем нарезной, — безразлично прохожу мимо девушки и слегка отталкиваю её, прикладывая большой палец к экрану. Тот сканирует отпечаток и загорается зелёным цветом, от чего дверь автоматически открывается. — Тем более вы любите терять ключи. — И поэтому ты установила везде только свои отпечатки? А если тебя не будет рядом, а нам нужно будет попасть на базу? — Мими фыркает, складывая руки на груди. — Таскаться за тобой, как собаки? — Именно, — прохожу внутрь и нажимаю на выключатель. Помещение сразу освещается и друзья входят следом за мной. — Будете послушными, и, может, я добавлю ваши отпечатки тоже. Всё участники Гексагона закатывают глаза, и проходят в сторону основного помещения, неся в руках большие ящики. Только Дино усмехается. Он знает, как я люблю всё контролировать, и давно свыкся с тем, какой невыносимой я могу быть. Для главаря — я ещё очень даже снисходительна, так что пусть не жалуются. — Ты в своём репертуаре, — Дино закрывает за собой дверь, поворачивается в мою сторону и подходит ближе. Смотрит на меня пару минут, словно пытается что-то выяснить для себя. — Ты какая-то странная, что-то случилось на задании? Из головы всё не выходила эта ситуация в Саламанке. А в особенности девушка. Я всё пыталась понять, что я могла упустить, раз меня так ловко надули. Дело было даже не в том, что я могла быть невнимательной, а в том, что пышечка явно всё спланировала, и мне оставалось только гадать, что может ожидать меня и моего отца дальше. А ведь что-то случиться, я это чувствую. И очень скоро. — Какая-то хрень происходит, — я задумчиво смотрю в стену, но все же решаю умолчать об произошедшем, потому что хочу сначала разобраться со всем сама. — Но мы поговорим об этом позже. Дино понимающе кивает, но было трудно не заметить его недовольство. Он понимал, что я не договариваю, но перечить не стал. Парень легонько касается моего плеча, и проходит мимо, направляясь в сторону ребят, которые уже во всю разбирали привезённые им, ящики. В этот раз Дино действительно постарался и набрал много всего интересного. Начиная от простых ножей и заканчивая пулемётами. — Обновочки, — Сэми берёт в руки снайперскую винтовку. — Выглядит как привычная М24. — Это М2010, — Дино садиться на диван, закидывая руки под голову. — Скажем так, это более глубокая модернизация М24. Тут другие патроны, и поэтому стреляет она на 50% дальше. — Складной приклад. Американцы действительно тут постарались, — Сэми переводит свой взгляд с винтовки на входящую в комнату меня, и ухмыляется. Я лишь закатываю глаза на его слова и прохожу мимо, замечая на столе разложенные ножи. Беру один из них в руку и внимательно рассматриваю. Небольшой, острый, такой красивый. Устрашающе. У меня была слабость к холодному оружию. В предпочтениях было именно оно, и я слегка улыбнулась Дино, который удовлетворённо смотрел на меня. Знает, что угодил, так ещё и так нагло показывает это своим выражением лица. — Будешь так смотреть, — я кручу нож в руке и резко направляю его в сторону Дино. — Я что-нибудь тебе отрежу. — Охотно верю, — Дино поднимает руки в знак капитуляции и улыбается. Я хмыкаю и бросаю сталь в сторону парня, который еле успевает пригнуться перед тем, как нож вонзается в дартс, висящий на стене. Тонкий звук соприкосновения металла и дерева разрывает тишину, и я улыбаюсь во все 32 зуба, чувствуя удовлетворение от точной меткости. — Пожалуй, стоит подумать, прежде чем бросать вызов настоящему профессионалу, — Дино поджимает губы, а я лишь в очередной раз убеждаюсь, что наследственно переданное от отца умение всегда достигать цели — работает отлично. Дино тяжело вздохнул и тихо произнёс: — Больная. Улыбаюсь. Для меня это слово — не оскорбление, а комплимент. Моя больная голова и делала меня такой эффективной. Только те, кто знают, как добиваться своей цели, могли бы понять, насколько ценно слышать подобное в свой адрес.

***

Время проходит незаметно. Оружие уже было развешано на стендах, а ящики идеально ровно стояли возле ворот амбара. Устало выдохнув, ребята плюхаются на диван рядом с Дино. Сэми моментально утопает в объятиях Ади, который тут же чмокает его в нос, от чего темноволосый слегка морщиться и расплывается в улыбке, которую он дарит только де Рибаси. Мими кладёт свою голову на плечо Дино и поджимает под себя ноги, удобно устраиваясь рядом с парнем. Тот кладёт свою голову на её в ответ. Как сладко выглядела эта сцена. Настолько, что хотелось выблевать всю эту ваниль на чёртов стол, на котором я сидела и курила очередную сигарету, наблюдая за Гексагоном со стороны. Я смирилась с отношениями между Ади и Сэми, смирилась с противным характером Мими и её периодической любовью ко всему живому, смирилась с ненормальной добротой Дино. Но знаете, с чем мне смириться не удалось? С самой собой. В голове много раз мелькали мысли о том, каково это быть кому-то важной. Каково это, когда тебя искренне любят. Каково это, когда искренне любишь и дорожишь человеком ты? Однажды я познала это на себе, но потеря этого чувства дала мне понять, что мне не суждено вновь ощутить это. Да и я совсем забыла, каково это «это». Благодаря ему. Воспоминания о Мальбонте с ностальгией и колкой теплотой в сердце сразу накрывают меня с головой. Мальбонте был не просто другом, а человеком, с которым я могла быть самой собой. Наша дружба началась ещё в старшей школе. Это было случайное столкновение в коридоре, и я тогда едва не упала, слыша, как мои книги разлетаются по полу. Тогда мои эмоции были просто взрывными, и я чувствовала злость на незнакомца, который, по моему мнению, напрочь испортил и так неудавшийся тогда день. — Ты что, совсем потерял способность видеть? — злобно восклицаю, собирая свои книги с пола. — Смотри куда идёшь, придурок! — поднимаю на него свой взгляд, полон злости. — Надо по сторонам смотреть, — высокий парень с чёрными волосами и такими же чёрными глазами, смотрел на меня оценивающим взглядом. — Ты стояла на моём пути, а я решил тебя сместить, — язвительный смешок только больше распылял меня, но почему-то вся эта ситуация заставила меня улыбнуться. — Придурок, — повторяю, и наблюдаю за появившейся улыбкой на лице парня. — Виктория Сан-Мартин. — Боже, как официально. — парень закатывает глаза, но отвечает, — Мальбонте Фасио. Это столкновение стало началом всего, что последовало в моей жизни. Мы вместе проживали последние годы школы, вместе напились на выпускном, вместе начали курить, вместе впервые убили. Вместе. Мы делали вместе абсолютно всё. — Маль, это действительно лучшее место, чтобы спрятать тело, правда? — с улыбкой говорю, стоя рядом с ним на заброшенной фабрике. — Ты всегда находишь самые уютные места, Вики, — ответил Маль с иронией в голосе. Наши разговоры были полны чёрного юмора и уникального, только нам понятного, стиля. И именно с Мальбонте у меня зародилась идея создать Гексагон. Мы сидели в нашем месте, которое было старым заброшенным ангаром. Обсуждали задания, которые уже успели выполнить и просто общались обо всём на свете. — Это всё хорошо, конечно. Но нужно мыслить глобальнее, друг мой. — беру новую пачку сигарет в руки. — Не говори загадками. — Мальбонте натачивает ножи, фокусируя своё внимание на этом процессе. — А что, если мы создадим собственную группировку? — вскрываю упаковку, и сорвав защитную бумагу, подношу пачку прямо к носу, вдыхая полной грудью аромат табака. — Мы оба знаем, что у нас есть навыки и огромный потенциал. Почему бы не объединиться официально? — идеальная сигарета мерцает под светом луны в в моих руках. — Тебе разве самому не надоело, что мы хватаемся за самые отстойные дела? Это можно приравнивать к объедкам, — зажимаю никотиновое удовольствие губами и прикуриваю, исподлобья поглядывая на Мальбонте. — Допустим. Но «группировка» — это не только я и ты, — парень наконец отвлёкся от своего занятия, полностью даря мне своё внимание. — Я это понимаю, поэтому и предлагаю, — выражение лица Маля сразу меняется. Мне нравилось видеть его таким. Нахмуренным, раздражённым. — И не подумай, что мне надоело проводить время с тобой и быть только вдвоём. Просто нужно развиваться, — я касаюсь ладонью его плеча, от чего прежнее недовольное лицо — сразу теплеет. Мальбонте молча смотрел на меня. Он точно размышлял над моими словами, и видел мой взгляд, который не допускал вариант отказа. Эти секунды казались вечностью, но он всё так же молчал. Я ждала его решения, внутри меня было невероятное напряжение от его будущего ответа. Честно, старалась сохранить свою уверенность, но все равно сомнения были. — Аl infierno contigo, Вики, — Маль улыбнулся и вовлёк меня в свои родные объятия, — Это не такая уж плохая идея, которую ты когда-либо предлагала. — А до этого я озвучивала плохие идеи? — вопросительно выгибаю бровь и пинаю парня в бок. — Ты просто со стороны себя не видишь, — парень сладко хохочет, ещё сильнее прижимая меня к своей большой и тёплой груди. Я хихикаю в ответ, и внутренне ликую, потому что снова добилась желаемого. Наш диалог был коротким, но мы оба чувствовали, что это правильный шаг. Создание «Гексагона» стало новым этапом в наших приключениях и дружбе, и я вспоминаю этот момент как начало чего-то большего. Того, что есть у меня сейчас. Того, что напоминает мне о Мале каждый божий день. Но среди всех приятных воспоминаний, всегда есть плохие. Тот день, когда Мальбонте исчез из моей жизни, навсегда остался шрамом в памяти. Мы встретились последний раз в клубе «Лабиринт». Мальбонте был странно молчалив и задумчив. — Что с тобой, Маль? Ты ведь обещал провести вечер весело, — немного нервно говорю я, ёрзая на стуле. — Вики, ты знаешь, что ты всегда была важным человеком в моей жизни, — я очень знатно напряглась после этих слов, — И будешь. Но сейчас у меня появились дела поважнее, которые требуют моего внимания и присутствия. Мне нужно уйти, — Мальбонте это говорил с серьёзностью в голосе, но не смотрел мне в глаза. Впервые не смотрел. — О чём ты? Что случилось? — Просто попытайся меня понять, — парень берёт в руки салфетку и рвёт на множество кусочков. Примерно такое же происходило внутри меня. — Будет лучше, если именно сейчас я уйду. Так будет лучше и для тебя и для меня. Больно. — Я совершенно отказываюсь это понимать, Мальбонте, — начинаю нервно смеяться, сжимая руками ткань платья. — Ты вот так просто хочешь бросить меня после всего, что мы вместе пережили, даже не объяснив ничего? — Да. Да. Да. Да… Сука. Его «да» звучало как молния, разрывающая небо внутри моей души. Мой мир рухнул в один момент, как замок из карт, в которые мы очень любили играть с Малем, прогуливая уроки в школе. Резко стало так пусто и холодно. Пламя, что горело в моём сердце — было мгновенно погашено. Все воспоминания, моменты счастья и поддержки, казались теперь бессмысленными. Горькие слёзы пытались прорваться, но я сдерживала их, не желая показывать свою слабость. Слабость, которую могла показать только перед ним, но теперь нет. — Не ставь меня в положение, когда мне придётся показать насколько холодным может быть моё сердце, Фасио, — и только сейчас он смотрит мне в глаза. Он ненавидел, когда к нему обращаются по фамилии, и я прекрасно знала это, поэтому и воспользовалась. — Я не знаю, что у тебя происходит, но надеюсь это стоит того, чтобы потерять меня. Мальбонте молча встал и уверенными шагами пошёл к выходу, так ничего и не ответив. Даже не посмотрел на меня в последний раз. Он просто ушёл. Исчез, оставив меня с напрочь отбитым желанием открыться кому-то снова. Это воспоминание всегда оставалось болезненным, и я, несмотря на своё хладнокровие, всегда чувствовала утрату своего лучшего друга. Я помню, как смотрела в его уходящую фигуру и сдерживала слёзы. И может, я бы смогла всё исправить в тот день, но я не сделала абсолютное «ничего». Я не бросилась за ним вдогонку, не попыталась остановить. Наверное созревает вопрос «почему?», но я сама не могу дать на него ответ. В тот момент мне показалось, что я поступаю правильно. Возвращаюсь к настоящему, когда почувствовала, что вместо сигареты держу между пальцев уже потухший бычок. Ментоловые мальборо были любимыми сигаретами Маля, а при общении с ним, я ненавидела их больше всего на свете. Но после его ухода, они стали моим спасением. Потому что только так, я могла хоть немного представлять его образ рядом, ощущая табачный запах, с нотками ментола. Я знала, что никогда не смогу забыть его и ту болезненную пустоту, которую он оставил, и которая все ещё остаётся в моём сердце. Понятия не имею, почему вспомнила о Мале именно сейчас. Прошло 3 года с момента его ухода, но все мои попытки забыть его были бесполезными. Блядь, да я даже из этого ангара сделала базу Гексагона. Да, именно в нём, где сейчас мы с ребятами находились, несколько лет назад мы с Малем приняли решение, что заброшенный ангар — станет нашим местом. Хоть я и изменила тут абсолютно всё, но его стены были пропитаны воспоминаниями все равно. И так будет всегда. — Гексагон вызывает Вики, — несколько раз моргаю и поворачиваю голову в сторону Мими. — Босс, что с тобой? — А что со мной? — откидываю бычок в сторону и провожу рукой по волосам, приглаживая торчащие пряди. — Ты какая-то….расстроенная что-ли, — Мими встаёт с дивана и подходит ко мне. Её серые глаза наполнены грустью, которую она явно смогла уловить во мне. Но я быстро натягиваю маску безразличия, скрывая за ней свои эмоции. — Большего бреда я не слышала никогда, — спрыгиваю со стола и иду в сторону выхода. Мне срочно необходимо побыть одной. — Ты куда? — Есть дела, — касаюсь массивных ворот амбара и напоследок оборачиваюсь к ребятам. — Сегодня отдохните, приведите себя в человеческий вид. Завтра ожидайте моего звонка. — после этих слов выхожу на улицу, оставляя Гексагон с непонимающими лицами наблюдать за медленно закрывающимися воротами.

***

Lose control — Teddy Swims

Ночная прохлада приятно окутывает тело, вызывая лёгкие мурашки на коже. Я медленно извлекаю из пачки сигарету, и прижимаю её к губам, искренне нуждаясь в этом мгновении никотиновой облегчённости. Рука дрожит немного, но я нахожу зажигалку в кармане и аккуратно прикуриваю сигарету. Огонь на мгновение освещает лицо, выделяя те тёмные черты и глубокие глаза, в которых, наверняка, сейчас мелькают множество эмоций. После первой затяжки, медленно выпускаю тонкую струйку дыма, которая окутывает лицо, словно вуаль, скрывая часть моих мыслей и чувств. Этот момент становится для меня бегством, возможностью отдохнуть хотя бы на несколько мгновений от бурных событий и воспоминаний. Сигарета — это не просто никотиновая зависимость, это способ отстраниться и найти покой. — На сегодня хватит с тебя, Маль. Предамся воспоминаниям в другой день, — хмыкаю своему разговору самой с собой и подхожу к машине. Найдя ключ, нажимаю на кнопку и с приятным пиканием, снимается блокировка. Двери распахиваются, и я сажусь за руль. Всё ещё держа сигарету в зубах, роюсь в кармане и нахожу телефон. Нажав пару клавиш, ввожу номер отца и нажимаю на кнопку вызова и жду, пока трубку поднимут. Задумчиво вглядываюсь в ночное небо, докуривая, и потушив сигарету об плотную ткань брюк, выкидываю бычок вон из машины. — Алло? — хриплый голос отца заставляет вновь обратить внимание к гаджету. — Пап, ты дома? — спокойно спрашиваю, заводя машину. — Вики, mi querido, я дома. Что случилось? — слышу отдалённые нотки беспокойства. — Я… — вовремя прикрываю рот, чтобы не сказать ему об произошедшем сегодня. — Я хочу забрать Диего. — Ах, да, конечно. Он с нами, приезжай скорее. Мы тебя ждём. Отвечаю тихим «угу» и сбрасываю, трогаясь с места.

***

Альваро

Не нравиться мне Вики. Что-то произошло, и я это сразу понял по её голосу. Моя малышка всегда выдавала себя с потрохами, когда начинала запинаться во время разговора. Дверь в кабинет открывается, и в проходе виднеется белокурая макушка Ребекки. Женщина входит внутрь, закрывая за собой дверь и, оборачиваясь, направляет свои лазурные глаза в мою сторону. — Ты вошла без стука. Я просил тебя стучаться, разве это так сложно? — Прекрати, Альваро. Думаю, что единоразово ты позволишь мне такую выходку, — любимая жена подходит ко мне ближе и присаживается на моё колено, обхватывая шею своими нежными руками. — Так уж и быть, — ухмыляюсь, размещая ладони на бёдрах Ребекки, ближе притягивая её к себе. Чувствую реакцию её тела на мои прикосновения. — Вроде и женаты 25 лет, а твоё тело всё так же откликается на меня, как и в наш первый раз. Помнишь, любимая? Ребекка тихо смеётся и щёлкает пальцами по моему носу. — Ты такой невыносимый порой. И как я живу с тобой столько лет? — Задаюсь тем же вопросом. Так чего ты пришла? — убирая одну руку с её бёдер, тянусь к пачке с сигарами. — Вики не объявлялась? — Ребекка хмурится, не ощущая прежних полноценных касаний. — Она скоро должна приехать, — вскрыв упаковку, достаю одну сигару, — Хочет забрать Диего. Ребекка грустно улыбается и выхватывает из моих рук сигару. Крутит её между пальцев и внимательно наблюдает за своими движениями, иногда тяжело вздыхая. — Она так отстранилась от нас, — произносит она с нотками горечи в словах. — Грустно, что мы не можем, как раньше, собраться всей семьёй и провести время вместе. И правда, наша дочь очень отдалилась. Стала намного реже появляться дома, приходит она только поздно ночью или под утро. Когда она дома, то постоянно сидит в своей комнате и старается с нами не пересекаться. Только Диего видит её постоянно. И складывалось такое впечатление, что этот пёс заменил ей свою родную семью. Но я старался отгонять эти мысли, ссылая такое поведение Вики на усталость от работы. — Ей 24 года, Ребекка. Она не сможет всегда вести себя так, как она вела себя в детстве. Иногда приходиться отпускать своих детей, как бы больно от этого не было, — крепче обнимаю свою жену и носом вдыхаю аромат её волос. — Но я думаю, что скоро всё изменится. — О чём ты, Альваро? — Мне звонил Самаэль. Завтра он со своей семьёй прилетает в Испанию, — немного отстраняюсь от жены и беру со стола спичечный коробок. — Нужно будет встретить их в аэропорту. Ребекка на секунду хмурит брови, но потом спокойно кивает. — Это так внезапно. Нам нужно подготовиться к их приезду. — Нужно купить клубнику, — я ухмыляюсь краешком губ, вспоминая слова своего друга. — Самаэль говорил, что его сын её любит.