Вернутся к фанфику

Часть 1

10 марта 2026, 00:00
      Габриэль в третий раз за минуту посмотрел на часы. Они в третий раз показали ровно половину первого пополудни.       Архангел вздохнул, сделал последнюю глубокую затяжку и бросил окурок с моста. Никаких сигналов от команды уже полчаса, самое время начать сходить с ума.       Он оттолкнулся от перил с намерением сесть за руль и дать по газам в сторону точки B, когда на общей частоте раздался голос. — Это Мираж, — сквозь помехи не разобрать, просто устала или ранена, но жива. — Прибыли, задача выполнена.       Габриэль выдохнул, чувствуя, как отпускает задеревеневшую спину и плечи. — Все целы? — уточнил он в наушник. — Да, — ответил нестройный хор голосов членов команды. — Все, всё ок. — Хорошо, — архангел полез в карман за очередной сигаретой, но нащупал лишь пустую пачку. — Черт… Встречаемся на точке согласно таймингу.       Оглядываясь, Габриэль быстрым шагом добрался до своего авто, но не стал сразу заводиться. Дал себе пару минут прийти в себя и осмыслить происходящее.       Минус еще один архангел, который теперь черт знает когда переродится, если Астарот вообще решит выпустить его душу. — Блядь! — Габриэль изо всех сил треснул по рулю, словно тот был в чем-то виноват. — Мы творим дичь, такую дичь…       Архангел дернул рычаг и втопил педаль газа в пол. Понтиак сорвался с места, вильнул, завизжав покрышками, но, покорный, быстро выровнялся. — Вошел он, как с полотен, как будто не из плоти, как будто не из крови, — одними губами подпевал Габриэль незамысловатой песенке, сам того не замечая. — Обнимай же и вкуси, о, несвятая дама священных смузи, amen…       Погоню он ощутил задолго до того, как увидел ее. Однако, заметив, свернул в противоположную от явочной квартиры сторону. Отправить команду одних на устранение было эффективным решением, но о собственной безопасности архангел как-то не подумал. Позволить убить себя сразу или растянуть «удовольствие» — это был последний оставшийся вопрос. На него, впрочем, в следующее мгновение ответил гранатомет.       Автомобиль отправился в полет кувырком через мост, а самого архангела выбросило на трассу через переднее стекло.       В следующее мгновение он осознал себя лежащим на дороге. Габриэль попытался приподняться, вслушиваясь в играющую из чужой машины музыку, — очень знакомую, и последнюю для него в этом воплощении. Не смог и вновь прильнул к асфальту. I like you best When your head's between my legs Wrap your fingers around my neck Try to catch, catch your breath Send kisses down my chest Make the walls turn a bright red I can't tell if it's a threat That's when I like you best…       Пятна крови расплывались перед глазами. Почему-то они капали откуда-то сверху, неужели начался апокалипсис и пролился кровавый дождь?       Острая боль над правым глазом, треск и писк в ушах не давали сосредоточиться ни на одной мысли. Чужие шаги приближались, отсчитывая последние секунды воплощения.             Щелкнул затвор, и наступила темнота.       Снились ангелы и демоны. Они ходили вокруг дивана, на котором лежал Габриэль. А потом его душу рывком забросило обратно в тело, архангел открыл глаза и понял — это не приснилось, над ним действительно стоит демон. — Доброе утро, — поздоровался тот. — Поздравляю, ты жив.       Слабо соображая, что происходит, Габриэль на автомате потянулся к источнику тупой боли в районе виска и нащупал пальцами повязку. — Где я? — спросил. — В плену, полагаю, — пожал плечами демон. — Хотя мы еще не уверены.       В поле плывущего зрения появилась вторая демонка. Габриэль хотел осмотреться, чтобы попытаться определить свое местоположение, но от идеи повертеть ушибленной головой быстро отказался. — Мои люди… — Сдались в полном составе, — понял его вопрос демон. — Сидят на кухне, чаи гоняют. — Я могу с ними поговорить? — уточнил Габриэль. — Серафим велел не давать им тебя тискать и расспрашивать, — ответила демонка. — Ради твоего же здоровья. — Ролен? — удивился архангел.       Час от часу не легче. — Ролен, — подтвердил демон, усмехнувшись. — Знаешь его?       Габриэль вместо ответа обессиленно прикрыл глаза. Мало кто не знал или хотя бы никогда не слышал имя этого ангела, но среди знакомых Габриэля еще меньше было тех, кто хотел бы водить с ним дружбу. — Давай-ка я сразу тебе скажу, — не дал ему снова уплыть голос демона. — Фим станет тебе сочувствовать, твоя команда — жалеть. — Ты сухарь, — вздохнула демонка. — Но, наверное, так правда лучше. — Тебя подорвал архангел с позывным Цури, — продолжил демон. — Его имя Сарих Цураэль. Он мертв, его убил я.       Услышав имя лучшего друга, Габриэль открыл глаза и уставился в потолок. Проследил путь одинокой мухи, ползущей по светильнику, и скосил глаза на столик у дивана, на который что-то положил демон.       Там оказался пистолет Цури, его нательный крест и часы. — Меня зовут Сертран Лё Мере, — представился демон. — Можешь запомнить, если это для тебя важно.       Габриэль ничего не ответил, он лишь с усилием успел перевернуться на бок за мгновение до того, как его жестоко вырвало. — Что ж, — поджал губы Ситри, чьи ноги архангел только что обблевал. — Не осуждаю. — Я вытру, — засуетилась демонка. — Ничего страшного, при сотрясении такое бывает.       На шум из кухни выбежали Мираж и Викинг. — Посидите с ним, — приказала демонка, и вдвоем с Лё Мере направилась в ванную комнату. — Не давайте… ничего ему не давайте делать.       Дожидаясь окончания приступа тошноты, Габриэль так и лежал на боку, закрыв глаза, чтобы не упираться взглядом в часы и ствол Цури. — Ты уже знаешь, да? — светловолосая Мираж присела рядом с ним, взяла за руку. — Нам так жаль.       Ангелка погладила Габриэля по голове, скорбно опустив голову. — Что произошло? — решился уточнить архангел.       Викинг подвинул к дивану один из стульев и тоже сел рядом. Выглядел ангел неважно: подбитый глаз, рука на перевязи, и еще более мрачное, чем обычно, лицо. — Викинг, — позвал товарища Габриэль. — Ты весь… бледно-бежевый. Что-то еще стряслось? — Арена погибла, — ответил ангел, его подбородок дрогнул, но Викинг сумел быстро взять себя в руки. — Долго ещё мы будем терять людей? — Я… не знаю, — честно ответил Габриэль, чувствуя, как в груди разверзается еще одна черная дыра. — Если бы я мог остановить это, я бы остановил.       Вернулась демонка и, поставив наполненное ведро на пол, отдала одну из тряпок Мираж, вместе они принялись оттирать пол.       Габриэль хотел отвернуться, чтобы перестать сгорать от неловкости, но сил совсем не осталось. — Я хочу поговорить с Роленом, — прошептал архангел. — Где он? — Вот вернется, — девушка повернулась и одарила Габриэля полуулыбкой. — Спросишь сам, хочет ли он говорить с тобой. Кстати, мое имя Оливия.       Архангел не смог сдержать смех, его затрясло. Все тело отозвалось болью, но он не мог остановиться. — Эй, ты в порядке? — забеспокоился Викинг. — Да, — коротко ответил Габриэль. Будь они наедине, архангел бы в красках описал, что думает об этом зарвавшемся непо-детке, который возомнил себя вершителем судеб. Но пока что он решил общаться с его бандой по минимуму.       Ролен явился к вечеру. К тому моменту Габриэль понял, что находится на одной из их явочных квартир. Выпустят ли его живым, и, что важнее — позволят ли его команде уйти, если он откажется сотрудничать? Радовало хотя бы то, что после нескольких часов здорового сна под капельницей и благодаря усиленной регенерации архангел стал чувствовать себя немного лучше. Теперь он точно сможет вывезти длинный разговор.       Хозяин квартиры, однако, завязывать беседу не спешил. Вошел тихо, повесил куртку, переобулся. Лё Мере встретил ангела поцелуем в губы, от чего Габриэля передернуло. Только выпив кофе и переговорив с его командой, Ролен почтил архангела разговором. Габриэля к тому моменту уже потряхивало от злости на собственное бессилие и гонор этого зазнайки. Все знали, что у этого ангела нет никакого уважения к старшим по рангу, и теперь у Габриэля появилась возможность в этом убедиться на себе. — Добрый вечер, — спокойно поздоровался Ролен, подтягивая табурет и садясь рядом. — Как самочувствие? — Сносно, — ответил Габриэль, пытаясь сесть. Со второй попытки это получилось. — Что ты потребуешь за мое спасение? — Прямо вот так сразу? — нахмурился ангел. — Для начала простого спасибо хватит.       Габриэль ощутил, как горячая краска стыда против воли заливает уши и лицо. — Спасибо, — стараясь вложить в слова как можно больше искренности, выдавил Габриэль. Не то чтобы он не был благодарен, конечно же был, но на фоне творившегося на душе раздрая уже едва мог различать собственные чувства. — Я обязан тебе. — Тебя спас Ситри, — продолжил ангел. — Мы с Оливией лишь вас немного подлатали. — Ты можешь объяснить, что произошло? — Он принял более или менее удобную позу и застыл в ней, надеясь, что боль и тошнота не вернутся еще какое-то время.       Ангел кивнул, прямо глядя на него своими ярко-голубыми глазами. Даже следы усталости и круги под глазами не портили красоту его породистого лица, а светлые кудряшки делали ее и вовсе по-женски кукольной. Не удивительно, что многие раз за разом обманывались этой беззащитной внешностью.       А Ролен усмехнулся чему-то, словно прочел его мысли, и Габриэль, очнувшись, тут же перестал на него пялиться. — Я соболезную твоей утрате, — произнес ангел. — Хотел бы тебя ободрить, но предательство, свидетелем которому мы стали, было недвусмысленным и очевидным. Мы преследовали Сариха с целью получения информации, а попали в погоню за тобой. Твои люди спешили тебе на помощь, в итоге общих сил хватило, чтобы отбиться. Хоть и не без потерь. — Позорище, — покачал головой Габриэль. — И мы еще называем себя архангелами… И все же, что ты потребуешь взамен? — Я не требую, — поправил его Ролен. — Я прошу, выделить нам своих людей для поисковой вылазки. — Что вы намерены найти? — Я не могу сказать, — покачал головой ангел. — Ты ведь понимаешь, о доверии речи пока не идет. Мы перехватили тебя после успешно выполненного задания Астарота. — Я не выполнял его заданий, — процедил сквозь зубы Габриэль. — Я архангел, Ролен, у меня лишь один господин, и это не Астарот. — Тогда зачем вы убили Ульриха? — спросил ангел. — Он был одним из заговорщиков, — Габриэль стиснул зубы, чувствуя, как руки холодеют от гнева. — Я думал, что был. — Тебя обманул Сарих, — не вопрос, а утверждение. — Большую цену за твою ошибку заплатил кто-то другой. Такую же заплатил и мой отец. — Я не убивал твоего отца, — огрызнулся Габриэль. — Скажи, ты из-за мести ввязался и возглавил эту крысиную возню на стороне Сатаны?       Ролен взглянул на него серьезно, и на сей раз во взгляде читалась угроза. Бинго. — Я не стану оправдываться за свой выбор, — ответил ангел спокойно спустя несколько мгновений. — Не перед тобой. Скажи, ты дашь своих людей? — Что сделаешь, если я откажусь? — спросил Габриэль. — Сначала откажись, — не повелся Ролен. — Тогда и будем думать. — Я многих потерял, — архангел не терял надежды, что этот грешник сможет его понять. — Только что погибла Арена, ее звали Ярослава. Красивая была девочка, храбрая. Ярость и слава, она такой и была. Ты просишь, чтобы я отдал последних, кто у меня остался, в распоряжение ангела с сомнительной репутацией. — Понимаю, — кивнул Ролен, поднимаясь с табурета. — Что ж, тогда нам не о чем больше разговаривать. Поправляйся. — Я сам пойду с тобой, — решил Габриэль. — Не трогай моих людей. — За кого же ты меня принял? — удивился ангел, кажется, вполне искренне. — Они целы и невредимы, пьют чай. Оливия приготовила им пирог. А ты на ногах не стоишь. Уж извини, но сейчас ты скорее обуза. — Я — архангел, — повторил Габриэль с нажимом. — И принимаю тебя за того, кого описывает твоя репутация. Ты бы и сам давно стал архангелом, если бы не спал с демонами и не нарушал правила. И тогда бы знал, насколько мы сильны и как быстро регенерируем. Я помогу тебе, и разойдемся, будто и не встречались.       В доказательство своих слов и намерений архангел встал, вцепившись сначала в подлокотник, а затем в спинку дивана. Он оказался на полготовы выше Ролена, но того это, казалось, вовсе не впечатлило.       Ангел покачал головой и молча ушел на кухню, откуда тут же подорвался Викинг. — Ты чего творишь?! — разозлился он, подхватывая Габриэля под локоть.       Очень вовремя, перед глазами поплыло, и архангел едва удержался от того, чтобы свалиться в обморок. — Ничего, — пробормотал он, наконец. — Помоги до уборной дойти.       Спустя несколько дней, когда Габриэль под страхом всех возможных наказаний отослал остатки своей команды куда подальше, они встретились с Лё Мере посреди заброшенного кладбища автомобилей, раскинувшегося на обширной площадке за городом.       Щелкнув зажигалкой, Габриэль собрался закурить, прислонившись к борту старого автобуса с ободранной краской, — их условного места, когда под чужими ботинками чавкнула земля и захрустел гравий. Архангел повернулся в сторону звука, но, если демон Сертран позволил себя обнаружить, то остальных собравшихся Габриэль не услышал и не увидел, лишь почувствовал их присутствие. — От кого вы здесь шифруетесь? — негромко поинтересовался он у подошедшего демона. — Подковерные игры требуют кулуарности, — усмехнулся Сертран, голос его был серьезен. — Часть нашей команды не желает себя выдавать.       Габриэль заметил, что по узким проходам между рядами старых седанов и грузовиков с провалившимися крышами к ним пробираются четверо. — А вот и основной костяк сегодняшней команды, — демон указал на своих товарищей. — Хоуп, Вертюр и Ксеркс. Оливию ты знаешь. Габриэль кивнув в знак приветствия присоединившимся ангелам и демонам. — Это имена или позывные? — решил уточнить архангел. — Когда как, — ответила за всех русоволосая ангелка Хоуп. — Ситри, мы можем начинать? — Где Ролен? — спросил Габриэль раньше, чем демон успел ответить. — В другом месте, — ответил Сертран. — Выполняет свою часть плана. Начнем. — Что ж, — архангел выдохнул горячий дым с привкусом ментола. — Командуйте. Что от меня требуется? — Открыть портал в лимб, — выдал тот, кого назвали Вертюром, невысокий худой ангел с бледным уставшим лицом. — Я поведу группу.       Габриэль не сумел скрыть удивления и уставился на демона Сертрана, как он надеялся, достаточно выразительно, чтобы передать все свое недоумение. Но тот даже бровью не повел. — Одного архангела для этого мало, — пояснил Габриэль, затушив и выбросив окурок в автобус через разбитое окно. — Вас здесь пятеро — объяснил демон. — Мы можем начинать. — Вот оно что, — кивнул архангел и принялся закатывать рукава. — Ясно. Господа, не изволившие явить свои лица! Если вы готовы, насчет три. Раз, два…       В следующий момент воздух с треском разорвался. Пространство исказилось, словно зеркало, и чернильная тьма, перемешанная с пульсирующими фиолетовыми всполохами, закружилась, образуя разверзающийся портал. Из него повеяло холодом, но не тем, что бывает в земной зиме, а иным, высасывающим душу. Это был разрыв реальности, ведущий в Лимб — место, где не было ни света, ни тьмы, лишь вечное, безмолвное ожидание посреди бури. — Прошу, — Габриэль отступил на шаг, приглашая Вертюра войти первым.       Тот вздохнул и безропотно шагнул внутрь, за ним последовали ангелка и остальные. Сертран указал архангелу на портал, а сам пошел замыкающим.       Габриэль перестал ощущать присутствие душ своих собратьев сразу же, как только они помогли открыть портал. Покачав головой и удивляясь собственному безрассудству, архангел шагнул в неизвестность следом за остальными.       Не то, чтобы он не видел Лимб раньше, просто ни ему, ни кому-либо из его знакомых в голову не приходило туда заходить, как, например, здоровому человеку не приходило на ум засовывать собственную голову в работающую стиральную машинку.             Вопреки распространенному мнению Лимб не был статичной серой прокладкой между адом и раем, напротив — здесь собирались вихри последствий исторических событий, взрывная смесь чувств и грехов — все вместе составляло бурлящую и опасную смесь, способную растерзать слабую душу и выплюнуть ее на другом конце вселенной. — Никогда не думал, что окажусь в этом потустороннем месте, — произнес Вертюр. Не оборачиваясь, но явно обращаясь к Хоуп. — Хоть в одном из воплощений. — Смотрите в оба, — одернул болтающих товарищей Сертран. — Здесь опасно.       Демон был чертовски прав — Лимб опаснее любой физической пытки, потому что, согласно описаниям, его угрозы направлены не на плоть, а на душу, на самосознание. Здесь нет клинков, пронзающих тело, но существуют и подвергаются фильтрации отголоски боли, которые способны разорвать на части само «Я». — Ловушки иллюзий и хищные воспоминания, — подтвердил Габриэль. — Здесь они обретают вес, форму и, что самое страшное, волю. Надеюсь, вы уверены в том, зачем пришли, иначе это один из самых безумных способов рискнуть жизнью. — Уверены, — ответил Сертран ему в спину. — Довольно разговоров, всем держать себя в руках и смотреть по сторонам.       Молча и сосредоточенно они смогли миновать несколько медианных врат, не вызвав волнений в окружающем встревоженном ничто. — У пятых врат нам необходимо спуститься на уровень ниже, — нарушил напряженное молчание Вертюр. — Тогда мы окажемся ровно под скрещенными шпилями. — Я потеряла связь с Бэгги, — сообщила демонка по имени Оливия. — Они вошли в зону выполнения задания. Пока что следуем таймингу. — Отлично, — успел произнести демон, но затем схватил Габриэля за плечо. — Всем стоять. — Это не местные, — прислушиваясь к собственным ощущениям, сообщил архангел. — Но передвигаются быстро, они на уровень выше. Скажите, черт возьми, что мы ищем на случай, если придется разделиться. — Шкатулку, сейф или любое другое скрытое хранилище, — ответил Сертран. — Постарайся не сбежать до финальной точки маршрута.       Габриэль пренебрежительно фыркнул, предпочтя не удостаивать колкость ответом. — Нас окружают, — сообщила Оливия. — Приготовиться.       Ангелы и демоны материализовали клинки, но Габриэль лишь продолжил всматриваться в окружавшие их серые и густые, словно кисель, потоки. Он успел определить, что их атакуют слева и выставил щит прежде, чем первый удар одного из чистильщиков обрушился ему на голову.       Похожие на сверхдемонов, но с бледно-лиловой кожей с напоминавшими татуировки черными полосами и более короткими рогами, эти стражи золотого источника атаковали столь яростно, словно небольшой поисковый отряд представлял опасность для мироздания.       Битва обещала быть жаркой, и в очередном прыжке Габриэль смог сбросить свой плащ, однако дальше события приняли неожиданный оборот: прямо посреди боя чистильщики переключились друг на друга, выкрикивая слова на непонятном языке.       Отскочив от чужого удара, Габриэль столкнулся спиной с Оливией. — Они что, уже делят нас как добычу? — выкрикнула она. — Кажется, ругаются. — Похоже на то, — согласился архангел.       Продолжить беседу они не успели. Убив несколько товарищей, пара самых матерых чистильщиков теперь обрушила свою атаку на отбившихся от группы Вертюра и Хоуп. Габриэль вместе с демонкой поспешили на помощь, но не успели — замертво упал добравшийся до них первым Ксеркс, сраженный пепельным клинком. Душа его покинула тело и устремилась вверх, но была подхвачена бурными потоками Лимба и растворилась в сером мареве.       Габриэль рассудил, что если так пойдет дальше, то ни сам, ни даже с помощью весьма сильного демона Сертрана, сейчас защищавшего своих в бою один к трем, он не сможет спасти ситуацию. А потому занес светоносный клинок над головой и, захватив своих спутников в золотой охранный купол, прорезал слой Лимба под ногами, и тот с треском начал разверзаться, будто порванная ткань.       Чистильщики, то и дело отвлекаемые борьбой друг с другом, не успели сориентироваться и начали проваливаться в дыру. Разгневанный же раной в собственном чреве Лимб начал подхватывать потерявших опору под ногами и уносить подобно смерчу в разные стороны, то роняя вниз, то выбрасывая за пределы видимости.       Однако устоявшие на ногах чистильщики встрепенулись и, взбешенные, начали разбивать охранный купол пепельным пламенем.       Габриэль принялся плавно опускать своих спутников сквозь прорезь на нижний уровень, с трудом удерживая их равновесие внутри бури. Но времени не хватило, купол пошел трещинами и со звоном раскололся. Кто-то полетел вниз, кто-то зацепился за оборванную живую материю.      Габриэль, стоявший на обломке купола, увидел, как зависла на обрывке ткани Лимба Оливия, и как нацелился на нее один из чистильщиков. Архангел занес наполненную золотым сиянием руку, чтобы поразить нападавшего, но остаток купола треснул под ногами. Габриэль успел лишь увидеть, как один из чистильщиков бросился второму наперерез, закрыв собой демонку, а затем вихрь подхватил архангела и утянул следом за остальными вниз.       Очнулся Габриэль, ощущая себя завернутым в десяток душных одеял. Жадно вдохнул, изо всех сил упираясь ладонями в окружающую реальность, чтобы вынырнуть из хватки кисельного тела Лимба. Освободившись, с минуту просто сидел и дышал, не пытаясь понять, где находится. Вспомнил, как падал, как разлетались в разные стороны его спутники. Огляделся по сторонам и, к собственному удивлению, обнаружил некоторых из них.       Сертран чуть поодаль уже стоял на ногах, разыскивая своих, вытаскивая спасшихся на поверхность. Кого-то Лимб выплюнул на поверхность сам и принялся успокаиваться, превращая волнующийся под ногами пол в ровную поверхность. Габриэль заметил, что извергнутые из недр были, в основном, мертвы. Разбросанные вокруг тела чистильщиков распластались в неестественных позах, неподвижные и застывшие, будто статуи. Только под одним из тел расползалась лужа крови. — Твой купол сработал, — тяжело дыша, констатировал Сертран, когда Габриэль подошел ближе. — Все, кроме Ксеркса, живы. Спасибо. — Да не за что, — все еще осоловело глядя по сторонам, ответил, не задумываясь, архангел. — Самому приятно, что спаслись. Давненько такого месива не видел… — Пиздец, — прокомментировала Оливия, помогая Хоуп встать. — Я думала — все, упала с концами с этого аттракциона.       Сделав шаг назад, демонка запнулась о ногу лежавшего на земле чистильщика и, потеряв равновесие, присела на корточки, вляпавшись рукой в лужу его крови. А тот, кого Габриэль поначалу счел мертвым, застонал и пошевелился. — Твою мать! — вскрикнула Оливия и, вскочив, схватилась за кинжал. Габриэль едва успел перехватить руку демонки. — Погоди, — произнес он. — Я понимаю, ты не ангел, но разве так платят за спасение? — Спасение? — Оливия недоуменно уставилась на архангела. — Этот чистильщик спас тебя, когда ты падала. — Этот… енот? — переспросила Оливия, опуская кинжал и с интересом всматриваясь в покрытое черными полосами лицо поверженного противника. — Я не видела, все смешалось в один сплошной серый ком. — Он не заслуживает сострадания, — жестко отрезал подошедший Вертюр. — Эти твари набросились на нас исподтишка, как гиены. — Они убили Ксеркса, — напомнила Хоуп. — Они убили Ашмедая, — прошептала Оливия.       Стоявший рядом Сертран молча положил руку демонке на плечо. В этот момент чистильщик достаточно пришел в себя, чтобы открыть ярко-желтые глаза. — Kernar Ham'nor, — прохрипел он. — Smram.       Сказав это, раненый закрыл глаза, словно ожидая чего-то. — На каком языке он разговаривает? — недоуменно скривилась Хоуп. — Это один из языков древних, — задумчиво произнес Сертран. — Не демонский, но и у ангелов я такого не слышал.       Кривясь от боли, обнажая крупные острые клыки, чистильщик вновь обвел присутствующих мутным взглядом. — Мило…сердие, — прошептал раненый. — Один удар. — Ага, — фыркнул Вертюр. — Разбежался, это нам решать. Давайте, я его прикончу. С меня от праведного возмездия не убудет.       С этими словами ангел материализовал светоносный клинок. Оливия обернулась к стоявшему за ее плечом демону, в ее взгляде читалась просьба о поддержке, но Сертран лишь покачал головой. — За Ашмедая я бы убил каждого из них, — тихо произнес он. — Но право долга я уважаю, и решать только тебе. Что бы ты ни выбрала, я приму. — Тогда я представлю, что здесь Серафим, — выдохнула Оливия. — Он бы пощадил. — Это верно. Наш собрат мягок словно облако, — Хоуп убрала клинок и, присев рядом с чистильщиком, взяла его за подбородок и повернула лицом к себе, заставляя взглянуть в глаза. Полыхнуло золотом и раненый зажмурился, силясь отвернуться. — Тебе повезло. — Мы потащим его с собой? — спросил Вертюр. — Не знаю, — Оливия сбросила поясную сумку и принялась копаться в ней, присев на корточки. — Сперва нужно посмотреть, что с ним.       Габриэль продолжил с интересом наблюдать, время от времени оглядываясь в поисках опасности, но их окружало мертвое безмолвие пустоты.       Раненого освободили от верхней части доспеха, и взгляду открылись его повреждения: ожог на боку от пепельного огня — такой, что ткань рубашки вплавилась в кожу, и глубокая рваная рана на ноге, словно кто-то вцепился в плоть клыками и проехался вниз. Возможно, один из собратьев этого чистильщика таким образом пытался удержаться на краю пропасти и спастись. — Оливия, — ткнула себя в грудь демонка, заметив, что раненый смотрит на нее, и следом указала на него самого. — Ты? — Арго, — тихо ответил тот. — Хорошо, Арго, — спокойным и уверенным тоном ответила Оливия. В ее голосе слышались успокаивающие нотки, и ни следа сомнения и неуверенности, в демонке словно переключили тумблер. — Я постараюсь тебе помочь. Оливия расстелила свой шейный платок и вывалила на него содержимое небольшой аптечки: бинты, шприц-пистолеты, один из которых она тут же воткнула в бедро раненого, и небольшие прозрачные баночки, содержимое которых Габриэль не смог распознать. Одну из таких Оливия полностью вылила на ожог.       Раненый громко застонал от боли и попытался отодвинуться, убраться из-под рук демонки. — Эй! Куда пополз? — возмутилась Оливия, а затем посмотрела на Габриэля. — Что ты стоишь, как истукан? Помоги лучше.       Оторопев от такой наглости, архангел буквально автоматически послушался и присел рядом. — А то еще треснет меня случайно, — закончила свою мысль Оливия. — Ползучий енот, держи его здесь и здесь. — Ты стала совсем как Серафим, — вдруг произнес демон Сертран, нежно проведя ладонью по растрепанным волосам демонки. — Вертюр, Хоуп, за мной, искать выход.       Спустя пару минут, когда обезболивающее начало действовать, чистильщик «поплыл», и Габриэлю пришлось изрядно отхлестать его по щекам, чтобы привести в чувство.      Серый от потери крови, с закрывающимися глазами, раненый с трудом вновь сфокусировал взгляд. — Один из твоих собратьев, — тихо произнесла Оливия, обращаясь совсем не к Габриэлю. — Убил моего друга, моего любимого брата.       Демонка вдруг заплакала, слезы буквально брызнули из ее глаз, и она поспешно вытерла их тыльной стороной ладони. — Я бы хотела убить тебя, — продолжила она. — Вырвать тебе сердце, но ты не виноват. Это был не ты.       Чистильщик пошевелил рукой, потянулся к лицу демонки, словно желая утереть ее слезы. Или Габриэлю просто так показалось. — Простите, — Оливия шмыгнула носом. — Накатило. — Ты много знаешь о чистильщиках? — спросил Габриэль, чтобы занять себя хотя бы разговором. — Немного, — ответила Оливия, проверяя повязку на ноге раненого. — Они стоят у истоков золотого озера, куда приходят перерождаться души, и очищают их память. Вот и все, что еще о них нужно знать? — Например, что они никому не служат, — задумчиво пробормотал архангел. — Не должны, во всяком случае. У них есть кодекс, кредо. Интересно, почему они напали на вас тогда… и для кого хотели убить вас здесь? — И где они обитают, — задумчиво продолжила демонка. — Если никто и никогда их не видит. — В чистилище, — пожал плечами Габриэль. — Очевидно.       У Оливии на миг сделалось такое потрясенное лицо, словно весь этот мир стал ей абсолютно понятен. — Действительно очевидно, — усмехнулась она. — Я об этом не подумала. — Мы нашли врата! — раздался голос Вертюра, и Оливия обернулась. — Они совсем близко, нам повезло, — подтвердил Сертран. — Пойдем втроем, мы с Оливией и ты, Габриэль. — Хорошо, — архангел поднялся на ноги, отряхиваясь. — Давайте покончим с этим. — А мы? — удивилась Хоуп. — А вы останетесь сторожить его, — демон указал на раненого чистильщика, и Хоуп скривилась в презрительной гримасе. — Это была твоя идея, Оливия, — принялась спорить ангелка. — Ты и сиди с этим… — Слушай сюда, — Сертран взял девушку за плечо и развернул лицом к себе. — Не знаю, как ваши капризы терпит Серафим, но в моем отряде ты просто выполняешь приказы. Я ясно выразился? Отвечай. — Я… ясно, — поджав губы, пробормотала Хоуп. — Хорошо.       Оливия соорудила из своей куртки некое подобие подушки для раненого и накрыла его найденным неподалеку куском ткани из плащевки. — Это был мой плащ, — усмехнулся Габриэль. — Какая удивительная судьба тебя ждала, мой брендовый друг. — А что нам делать, если он очнется и захочет нанести нам вред? — уточнил Вертюр.       Оливия перевела взгляд на ангела и с секунду помолчала, словно подбирая выражения. — Скажи ему лечь обратно, — нашлась она, наконец. — Я готова, идем.       На этот раз первым шел Сертран. Он сбросил тяжелую укрепленную куртку и наручи и перевесил ремни с оружием на грудь. В условиях непредсказуемого Лимба, где ловкость, скорость и подвижность могли сыграть ключевую роль, а то и спасти жизнь, это показалось архангелу верным решением, и потому Габриэль последовал его примеру, заранее сконцентрировав золотой свет на кончиках пальцев, готовый закрыть отряд от нового шторма. Вот только к тому, что их ждало, архангел оказался не готов.       Перед самыми вратами их встретил беспокойный ветер, вырывавший фрагменты серой земли с такой легкостью, словно это была сахарная вата. Дыры затягивались, но комья материи продолжали летать вокруг, ускоряясь. — Смотрите, — Оливия указала куда-то вперед и вниз. — Ветер закручивается за вратами вокруг одного и того же места. — Я думаю, это не просто ветер, — заключил Габриэль. — Идем туда, — твердо произнес Сертран и уверенно зашагал вперед. — Не отставайте.       К удивлению архангела, они без приключений миновали врата и свернули чуть в сторону, направляясь к центру притяжения ветра.                         Дождавшись, пока он слегка утихнет, увернувшись от нескольких летающих валунов, демон вошел в очерченный природой Лимба круг и опустился на одно колено. Потянулся к присыпанной пепельным песком старой шкатулке, что торчала углом из земли, словно клад… или приманка. Вместо шкатулки Сертран прикоснулся к чужому ботинку — перед ним материализовался второй демон. С длинными взлохмаченными волосами и не обещавшей ничего хорошего кривой усмешкой на красивом лице, он протянул когтистую руку к лицу Сетрана. — Да чего ты встал-то? — в сердцах крикнул Габриэль, материализовав клинок. — Ашмедай, — пробормотала Оливия, застыв на месте как вкопанная. — Откуда ты здесь? — Ты должен был погибнуть вместо меня, — с этими словами призрак схватил Сертрана за горло и вздернул на ноги. — Как насчет сейчас?       Зарычав от негодования, Габриэль набрал побольше золотой энергии и пошел в атаку на незванного гостя. Остановился за мгновение до того, как вместо лохматого демона перед ним предстал Цури. Не отпуская Сертрана, он взглянул в глаза архангела, и, словно загипнотизированный, Габриэль опустил клинок. — Ты заслуживал смерти, — произнес призрак голосом его мертвого лучшего друга. — Совершил столько грехов…       Габриэль попытался отвести взгляд, но не смог, захваченный гипнозом. Только, к счастью, призрак сам все испортил, потянувшись к горлу архангела: Габриэль увидел на его запястье часы. Те самые, которые сейчас лежали у него в кармане. — Да пошел ты нахуй, — произнес он, вновь поднимая меч. — Цури, чертов предатель!       Архангел вложил в удар весь разом поднявшийся из недр души гнев, и призрак с воплем распался на миллион мельчайших частиц, смешиваясь с ветром.       Демон Сертран, освобожденный, упал на колени, надрывно кашляя. К нему тут же бросилась Оливия. — Ситри! Ты как? — Какого хера это было? — оглядываясь, спросил у ветра Габриэль.       Ветер не ответил, и архангел принялся помогать демону встать. Вид у того был хмурый и растерянный. Растирая горло, он молчал. — Вашего лучшего друга звали Ашмедай? — уточнил очевидное архангел. — Соболезную.       Оливия лишь кивнула. — Спасибо, — прохрипел Сетран. — Уходим отсюда.       Он наклонился и, подобрав шкатулку, сунул ее в поясную сумку. — Ты уверен, что это оно? — спросила демонка. — Не знаю, — покачал головой Сертран. — Но теперь не чувствую уверенности, что смогу защитить тебя здесь. Пора уходить, если что — зайдем другим составом еще раз. — Я сама могу себя защитить, — Оливия положила руку на плечо демона и крепко сжала. — Но ты прав, пора, мы уже выбились из тайминга.       Втроем они пошли обратно за врата, надеясь, что найдут дорогу в постоянно изменяющемся пространстве. К счастью, путь назад обошелся без приключений. — Мы слышали шум! — вскочил им навстречу Вертюр. — Уже думали бежать искать вас, что стряслось? — Хорошо, что не побежали, — в голос Сертрана быстро вернулась стальная уверенность. — Приказ был сторожить чистильщика. — Он жив? — уточнил Габриэль, подходя к накрытому курткой неподвижному телу. — Да вроде бы, — пожала плечами сидевшая рядом Хоуп. — Пару раз даже просыпался. И что теперь с ним делать? — Возьмем с собой, — ответил Сертран. — Наверху разберемся.       Габриэль критически оглядел тщедушного Вертюра и хрупкую Хоуп, покачал головой. — Если наши руки будут заняты, — сказал он демону. — Эти хлюпики не смогут нас защитить.       Хоуп возмущенно запыхтела, но в этот раз удержала рот закрытым. Габриэль материализовал свой клинок и вручил его Оливии. Демонка, хоть и взглянула удивленно, но возражать не стала. И, к счастью, Габриэль не ошибся и в еще одном своем предположении — в девчонке потенциала души хватило, чтобы архангельский клинок не пригвоздил ее неподъемной тяжестью к земле.       Дальше принялись поднимать чистильщика. Стоило Габриэлю прикоснуться к его плечу, как желтые глаза открылись, и раненый обеспокоенно принялся оглядывать и архангела и подошедшего демона, словно это они были при смерти и требовали помощи. Наклонившись ближе, чтобы поднять чистильщика под спину, Габриэль понял, что тот буквально обнюхивает их обоих. — Arden velles, — произнес он. — Der n'hae lor. — Не старайся, — ответила ему Оливия. — Мы твой енотий язык не понимаем. — Может, все же оставим его здесь? — предложила Хоуп. — Смотрите, он же в сознании, разговаривает, глядишь и выберется сам.       Габриэль и сам успел задуматься, не права ли ангелка и не оказывают ли они сами себе медвежью услугу, беря с собой опасного потустороннего типа. Но сомнения улетучились, когда они с Сертраном подняли раненого на ноги, а тот взвыл от боли и едва не лишился чувств снова. На ногу он наступать не мог, вдобавок приходилось держать чистильщика за руки, которые они с Сертраном закинули себе на плечи, встав с обеих сторон. — Не выберется, — констатировал архангел. — Вперед, показывайте выход. — Neh haer, — задыхаясь, простонал чистильщик. — Der n'hae lor! — Да помолчи уже, — прикрикнул на него Габриэль. — Не можешь идти, не мешай хотя бы…       Но раненый уперся в землю здоровой ногой, противясь движению группы налево, туда, где нашли выход. — Мне кажется, — Оливия подошла ближе. — Он нас предупредить пытается.       Чистильщик кивнул в ответ на ее слова с явным облегчением. — А-а, — протянула демонка. — Ты даже что-то понимаешь, но сам на нашем не говоришь. Ну, допустим. И куда нам идти? — Да ты вконец офигела, подруга! — не выдержала Хоуп. — Он приведет нас к своим, прямо в ловушку, я за ним не пойду! — Она права, — поддержал ангелку Вертюр. — Это опасно. — На этот раз соглашусь, — решил Габриэль. — Идем туда, где сами разведали.       Сертран кивнул, Оливия кивнула в ответ и, держа меч наготове, выдвинулась сразу за парой ангелов. В том, что они ошиблись, убедиться пришлось за следующим же поворотом. Очередной призрак явился не один, но привел с собой товарищей. Стоило отряду выйти на относительно открытую площадку, как они оказались окружены летающими тварями, которые, ко всему прочему, беспокоили своим движением недра Лимба, заставляя землю под ногами вновь превращаться в кисель. Загипнотизированные, Вертюр и Хоуп сразу же потеряли способность защищаться, поглощенные собственной ожившей памятью. К счастью, наученная горьким опытом и не смотрящая в глаза призраков Оливия сходу разделала архангельским клинком парочку призраков. Но на место этих пришли другие.       В свободной руке Габриэль за это время успел набрать достаточно энергии, чтобы соорудить новый защитный купол, и он почти успел сделать это, когда с другой стороны буквально завибрировало тело чистильщика. Архангел повернул голову и увидел, что вместо лица у того появилась буквально одна черная дыра, и этот вид заставил Габриэля оторопеть.       Зловещую тишину разорвал приглушенный гул, исходящий из недр этого черного провала. Призраки встрепенулись, а в следующую секунду бросились врассыпную, но было уже поздно. Их словно магнитом потянуло внутрь — со звуком турбины, в которую залетела стая птиц, чрево чистильщика начало перемалывать воплощенные воспоминания душ.       Когда все закончилось и чистильщик буквально сожрал всех их противников, его лицо вернулось на место, желтые глаза закатились и раненый безвольно обвис в руках демона и архангела. — Еб твою мать, — прокомментировал Габриэль, укладывая того на успокаивающуюся землю. — Поддерживаю, — прокомментировал Сертран. — Вот, значит, как они чистят… — Я думал, ты раньше видел их в деле, — удивился Габриэль, нащупывая у чистильщика пульс. — Кажется, еще жив. — Мы видели, — подтвердила подбежавшая Оливия, как только растрясла Вертюра и Хоуп. — Но тогда они собирали души для Астарота, не поглощая их. — Что? — изумился Габриэль. — Он…действительно крал неупокоенные души? Это ведь всего лишь слухи. — Нет, — отрезал Сертран. — Слишком многие это видели и смогут тебе подтвердить. И не только он использует их ради собственного усиления. — Ты играешь на стороне не меньшего мудака, чем мы, — пожала плечами Оливия. — Уж прости.       Демонка присела рядом с чистильщиком и, достав фляжку с водой, вылила немного себе в ладонь, а затем принялась стирать пот и грязь с лица раненого и осматривать наложенные ранее повязки. Стало очевидным, что физически чистильщик не пострадал, но израсходовал все внутренние силы. — Не будем дожидаться нового призрачного десанта, — произнес Сертран, присел рядом с раненым и принялся его поднимать. Взглянул на Габриэля. — Помогай.       Очнувшись от раздумий, архангел присоединился к приведению чистильщика в вертикальное положение. Это оказалось сложнее, чем в первый раз — бесчувственное и потому отяжелевшее тело выскальзывало из рук. — Три! — Сертран вместе с архангелом рывком встали на ноги, поднимая раненого. — Лив, что Бэгги? — Ждет нас на намеченной точке выхода, — Оливия проверила входящие сообщения. — Серафим продолжил следовать плану. — Ваши стеснительные архангелы тоже там? — решил убедиться Габриэль. — Сильно на это рассчитываю. — Будем надеяться, — Ситри кивнул в сторону выхода. — Что все идет по плану. Вперед.       К глубокому облегчению Габриэля, план удалось довести до финала без дополнительных приключений. Они вышли на ступенчатое плато и дождались сигнала из внешнего мира для открытия портала. — Больше никогда, — выдохнул он, свалив бессознательного чистильщика на руки демону по имени Бегемоф. — Никогда даже не звоните мне. Если я захочу умереть максимально идиотским способом, то дам знать. — И вам добрый вечер, — хохотнул Бэгги. — А это что за тряпочка? Тащить в дом всякую беспризорную нечисть становится вашим хобби, господа. — Это чистильщик, — отряхиваясь от налипших фрагментов ткани Лимба, ответила Оливия. — Помнишь таких? — Еще бы не помнить, — хмуро ответил Бегемоф, с помощью Сертрана загружая раненого в черный бронированный фургон. — Подавил бы гадов, как тараканов. А это, выходит, пленник? — Нет, — ответил вместо демонки Сертран. — Он спас жизнь Оливии, мы решили не оставлять его там. Своим он, кажется, не нужен.       Разобравшись с чистильщиком, Сертран подошел к Габриэлю. Первые лучи рассветного солнца, ещё робкие и холодные, пробивались сквозь дымку, окутывая заброшенную стройплощадку, на которой они оказались, и играли бликами в длинных черных волосах демона. — Если хочешь, ты можешь уйти сейчас, — предложил он архангелу. — Твой долг полностью оплачен, и я передам это Серафиму. — Не уж нет, — произнеся это, Габриэль и сам немало себе удивился. — Мне нужно поговорить с Роленом. — Как знаешь, — пожал плечами Сертран. — Тогда полезай в машину, нам пора.       Бегемоф сел за руль, ангелы и демоны загрузились в фургон, и архангел влез за ними следом.      Поначалу ехали в потрясенном молчании. Краски за стеклом постепенно становились ярче, а небо приобретало оттенки розового, оранжевого и золотого. От раздумий обо всех формах предательства, повстречавшихся архангелу всего за несколько последних дней, Габриэля отвлек тихий стон — это приходил в себя лежавший на длинной банкетке чистильщик. Он заворочался, но ремни безопасности не дали раненому упасть. — Хорошо оборудованный транспорт, — похвалил архангел. — Удобный для перевозки раненых, если что-то идет не так, верно? Вы давно сформировали коалицию внутри команды Люцифера? — С какой целью интересуешься? — нахмурился Сертран. — Праздное любопытство, — честно ответил Габриэль. — И из соображений безопасности, не хочу дальше иметь с вашими внутренними разборками ничего общего. Хотя, признаться, ваша слаженная команда… впечатляет.       Демон довольно усмехнулся, очевидно, и сам это понимал и гордился. — Ker natare, shiron, — пробормотал чистильщик, морщась от боли при попытках пошевелиться. — Hen daroh… — Это что за язык такой? — оглянулся Бегемоф. — Енотий, — вздохнула Оливия, вкатывая раненому очередную дозу обезболивающего. — Мы так и не поняли. — На, попробуй мой переводчик, — Бегемоф бросил Оливии свой смартфон через плечо. — Третья вкладка, там выбери редкие языки. — Занимаешься самообразованием? — улыбнулся Сертран. — Не замечал в тебе раньше тяги к языкам, Бэг. — Да с вами поведешься, — хохотнул демон. — Столько разной херни встретишь, что явно же пригодится, вот как сейчас. — Нашла, — Оливия тронула чистильщика за плечо, и тот открыл глаза. — Скажи что-нибудь. — Astern, — прошептал тот, больше ничего не добавив.       «Вы выбрали древний язык Раннтен. Предупреждение, перевод может быть неточным и включать артефакты». — Да поняла я, — раздраженно прошипела Оливия. Переводи давай, астерн.       «Вода». — А, это есть, — демонка выудила из-под сидения рюкзак и, достав бутылку воды, дала раненому напиться. — И что я сама не сообразила… — И что мы намерены делать с этим вашим енотом? — поинтересовался Бэгги. — Вылечим и выпустим на волю?       «Karnae vellerh asnet te rihon? Karner ve ser…» — Бля! — Оливия судорожно затыкала в экран. — Как выключить обратный перевод?       Раненый тем временем тихо засмеялся, придерживая больной бок. — Hen rihon, — ответил он, сдерживая смех. — Serrih kat se vel karin…       «Врожденный рисунок есть, раса отличать». — Ладно, — щеки Оливии порозовели. — Отвечай тогда, зачем спас меня.       Программа покорно перевела, но чистильщик не спешил отвечать. Поджал губы и отвернулся к перегородке. Когда демонка вздохнула и уже собралась отдать смартфон обратно, раненый ответил.       «Предатели. Нарушить кредо. Нет убивать невиновные. Идти против, проиграть». — Ты не проиграл, раз все еще жив. Однако, стоило бы учредить единый день предательства, — усмехнулся Габриэль. — Все кидают всех, и это перестает удивлять.       Раненый в ответ на перевод слов архангела также безрадостно усмехнулся.       Раздался звуковой сигнал, и Бегемоф нажал на одну из кнопок на приборной панели. — Серафим на связи, — обьявил он. — Есть контакт.       Оливия поспешно выключила переводчик. — На базе, — раздался из динамиков голос ангела. — Все в порядке и почти по плану, все живы. Как вы?       Сертран, услышав голос Ролена, облегченно выдохнул, откинувшись на спинку кресла. — Мы целы, — ответил он. — Если честно, я даже не проверял, что мы нашли. Надеюсь, то, что искали. Везем тебе подарок… на лечение. — Кого вы умудрились подобрать в Лимбе? — удивился ангел. — Ты просто охереешь, — засмеялся Сертран. — Это я гарантирую.       Они остановились на парковке, но на этот раз не потащили чистильщика на себе — их встречал Серафим с медицинским чемоданчиком в руках. Сертран первым делом крепко обнял ангела, и лишь затем пропустил его на свое место внутрь фургона. — Ты был прав, — потрясенно произнес Ролен, разглядывая чистильщика. — Я охерел, где вы вообще его нашли? И где Ксеркс? — А это самая грустная часть, — тяжело вздохнул Сертран. — Ксеркса мы потеряли. Его убила свора выследивших нас чистильщиков. Конкретно этот… — Арго, — подсказала Оливия. Услышав свое имя, раненый открыл глаза и посмотрел на ангела. — Конкретно этот, — продолжил демон. — Спас Оливию по какому-то своему разумению, и здесь нам очень повезло. — И ты решила спасти его, — закончил его мысль Серафим. — Это достойный поступок, Лив. Скажи, ты что-то делала с его ранами? — Перевязала, — пожала плечами демонка. — Залила ожог санфиксом, как ты учил. А, и еще он под такой дозировкой обезболивающего, что, должно быть, уже крайне обдолбан. Но… мне его как-то жалко стало. — Ты все правильно сделала, — улыбнулся Ролен, осматривая раны чистильщика. — Но, боюсь, я здесь ничем не смогу помочь. Для лечения такого обширного ожога нужна операция, стационар. — Что, везем енота к Фергюсу в клинику? — спросил с водительского места Бегемоф. — Может, он как-то самоисцелится? — предположил Габриэль. — Если только встроит полиэстер в парадигму своего существования, — почесал в затылке Серафим. — С вплавленной тканью оно не заживет само. — Может, его спросим? — предложила Оливия. — Бэг, включи переводчик. — Готово. — Хорошо, — демонка подумала несколько секунд перед тем как задать вопрос. — Арго, ты тяжело ранен, мы думаем, тебе нужно в больницу. Скажи, ты умеешь вообще исцеляться?       Чистильщик приподнял голову и критически осмотрел свой бок, скривился и уронил голову обратно. Ответ последовал спустя несколько секунд.       «Лечить, но не такое. Не больница, опасно. Далеко от портал, спасение, уже достаточно. Оставлять снаружи, собратья найти». — Те собратья, которые тебя поджарили? — удивился Сертран.       «Предательство грустно, но не все есть предатель. Вы помогли, много предателей смерть. Есть еще кто друг, кто жив. Заберут». — Дружба чистильщиков, — прошептала Хоуп. — Уму непостижимо. — Ладно. Хоуп, Вертюр — на выход. — Сертран похлопал ладонью по кузову, призывая поторопиться, и ангелы закопошились. — Бэг, иди ко мне, будем его вытаскивать. — Ты подстрахуешь их? — спросил Габриэля Ролен. — Хорошо, — архангел хлопнул себя по бедрам, поднимаясь. — Сгорел сарай, гори и хата. И, знаешь… я многое обдумал и, кажется, был слишком скор на осуждение. Постараюсь тоже переспать с демоном на этой неделе.       Голубые глаза ангела, только что собиравшегося сказать спасибо, расширились от удивления, и фразу он потерял. А демон Сертран захохотал так громко, что даже полумертвый чистильшик вскинулся посмотреть, что произошло.       Оливия, хихикая, протиснулась мимо архангела к выходу из фургона.       Они вытащили раненого из фургона и понесли к одинокой лавочке на краю заброшенного сквера через дорогу от дома, где располагалось их временное обиталище.       Чистильщик пытался сам переставлять ноги, но зрелище это было жалкое, так что большую часть пути два демона просто протащили раненого на себе.       Габриэль смотрел по сторонам, вглядываясь в рассветный густой туман, но опасности будто бы не чувствовал. За чертой, отделившей новый день от предыдущего словно осталась вся прошлая жизнь, как если бы минуло не двадцать четыре часа, а несколько лет. Природа этого ощущения была архангелу не ясна, и он сделал мысленную пометку — обдумать это позже.       Когда они усадили чистильщика на лавку, тот тяжело дышал, едва не теряя сознание. — Предлагаю постоять в сторонке, — предложил Бегемоф, критически осматривая раненого. — Кажется, вероятность того, что его доедят вороны существенно выше, чем то, что друзья заберут. — Здравая мысль, — согласился Сертран. — Постоим за углом, подождем. — Можешь включить переводчик? — обратился Габриэль к Бегемофу и, когда тот достал смартфон, повернулся к чистильщику. — Если ты в команде, у тебя есть позывной. Какой? — Тебе зачем? — удивился Бегемоф. — Это довольно интересное знакомство, — пожал плечами архангел. — Знаешь, в жизни всякое бывает…       Чистильщик произнес одно слово на своем языке.       «Легион». — Легион? — удивленно переспросил Габриэль. Раненый кивнул. — У меня такой же. — Его сородичи не подойдут, пока мы здесь, — поторопил их Сертран. — Идем.       Они отошли за угол и начали наблюдать, как обессилевший чистильщик сползает на бок, ложась на лавку. Тем не менее, когда они уже были готовы вернуться обратно, прямо напротив раненого открылся портал, и совсем не похожий на переход, ведущий куда-либо из тех мест, где Габриэль раньше бывал.       Три появившихся из портала чистильщика тут же бросились к лежавшему на лавке сородичу. Кто-то принялся делиться с ним силами, кто-то обнимать, а один и вовсе скинул с себя куртку и принялся заворачивать в нее чистильщики, словно ребенка.             Немного посовещавшись, они пропустили вперед того, который был покрупнее, чтобы он бережно поднял раненого сородича на руки и понес в портал. Следом за ними пошли и остальные.       На следующий день после обеда, когда все остальные разошлись по своим делам, Габриэль застал Ролена за проверкой каких-то документов за обеденным столом на кухне. — Отвлеку? — спросил архангел, присаживаясь напротив.       Серафим поднял голову и, дружелюбно улыбнувшись, кивнул. — Я отправляюсь обратно к своим людям и не намерен вмешиваться в дальнейшие глобальные противостояния, — начал Габриэль. — Да и прошлые свои вмешательства мне предстоит… переоценить. И все же, если судьба нас снова сведет, я не стану делать вид, что мы не знакомы. Я благодарен, Ролен. Не только за спасение, но пока не готов сформулировать, за что еще. — Ты оказал нам неоценимую помощь в ответ, — ангел отпил чай из своей наполовину уже опустевшей кружки. — Хоть для нас она пришлась как нельзя ко времени, мне жаль, что для этого пришлось случиться предательству. Можешь быть спокоен, о твоей помощи никто не узнает, если сам не расскажешь. — Ты пойдешь далеко и, пожалуй, теперь мне ясно, почему мнения о тебе настолько полярны друг другу, — Габриэль поднялся со своего места и протянул ангелу ладонь для рукопожатия. — Возможно, еще увидимся. — Возможно, — Ролен встал и пожал протянутую ладонь, глядя на архангела спокойно и уверенно. — Мы всегда рады гостям, если они приходят без меча. Ситуация, как ты успел заметить, сложная, и вклад любого из нас важен.       Их разговор прервал раздавшийся из прихожей звук открывшейся входной двери и звонкий женский голос. — Если бы оно было опасное, то уже взорвалось бы! — горячо доказывала что-то Оливия. — Ты твердо намерена проверить? — смеющийся голос Бегемофа.       Следом за ангелом Габриэль вышел с кухни и увидел, как Оливия садится на диван с объемной коробкой в руках. Вошедший последним демон Сертран закрыл за собой дверь. — Бэг, ты просто отойди, — смеялся он. — Это любопытство не перебьешь. — Фим, смотри! — позвала ангела Оливия. — Мне пришла посылка, консьерж передал. Вроде не бомба. — Как ты это выяснила? — смеясь, уточнил Ролен. — И как проверить, что там не споры сибирской язвы?       Габриэль остановился и на всякий случай сделал шаг назад. — Что, боишься? — довольно ухмыльнулась демонка, обращаясь к архангелу. — Кто не рискует… — Тот не взрывается на собственной явочной квартире? — с сомнением уточнил Габриэль. — Фу на вас, — Оливия принялась распаковывать коробку. — Зануды.       Несмотря на то, что Габриэль не ощущал ни на одном из уровней опасности, он все равно с опаской прищурился, когда демонка, наконец, открыла посылку.       Заглянув внутрь, Оливия сначала изумленно распахнула глаза, а следом звонко рассмеялась. — Енот! — возвестила она и извлекла из коробки объемную мягкую игрушку.       Демонка передала потешного зверя Бегемофу и снова залезла рукой в коробку. — Тут записка, — сообщила она и выудила бумажку. — Чего… за хрень здесь написана?       Бегемоф следом за игрушкой забрал и записку, присмотрелся. — Это енотий, дорогуша, — заключил он. Достал смартфон и отсканировал написанное. — Здесь написано «О, ривия…» Тьфу, епт, Оливия, должно быть. «Оливия. Свет чистой души закрыть собой тьму предательства. Ни разу не видеть настоящий свет до того, как встреча. Тяжелые веки, но смерть не забрать лишь для того, чтобы быть благодарность. Возможность в этой или другой жизнь видеть свет снова — ключ на этом здесь. Возьми. PS. Я не енот, эта мягкое есть енот. Арго Верайзон, третий старший ручей жизни».       Бегемоф покрутил в руках игрушечного енота и обнаружил на нем небольшую подвеску. — Вот мы и нашли, куда пристроить нашу Оливку. — Протянул демон. — В зоопарк! Даже ключ есть. — Что за ключ? — Оливия посмотрела на Габриэля так, словно тот знал ответ. Архангел присмотрелся к артефакту в руках Бегемофа — небольшой перечеркнутый крест из черного металла на подвеске. Он вибрировал энергией, о происхождении которой можно было лишь догадываться. — Так обычно выглядят отпирающие элементы, — пожал плечами Габриэль. — Похоже, твой новый ухажер подарил тебе ключи от своей квартиры. — От чистилища?! — Оливия потянулась к подарку и приняла его из рук демона. — Рассказать бы Ашу, он бы охренел… — Да, охренеешь тут, — вздохнул Габриэль. — Мне пора.       Архангел обвел взглядом комнату: демон Сертран целовал своего ангела, привалившись к кухонной арке, Оливия крутила в руках игрушку с потусторонним артефактом, Бегемоф пошел заваривать кофе, и в небольшую квартиру продолжали подтягиваться остальные члены сопротивления Люциферу. — Удачи, — пожелал он и, подхватив любезно одолженный Роленом рюкзак, направился к двери. — Она вам понадобится. — У нас она есть, дорогой, — хохотнул ему вслед Бегемоф. — Ты заходи, если что.       Сертран обернулся и кивнул архангелу на прощание, Ролен же поднял в прощальном жесте ладонь.       Габриэль вышел на улицу и, напевая себе под нос хмурую и меланхоличную мелодию, понял, что ему не больно оттого, что это больше не любимая песня его лучшего друга. I like you best When your head's between my legs Wrap your fingers around my neck Try to catch, catch your breath Send kisses down my chest Make the walls turn a bright red I can't tell if it's a threat That's when I like you best…
100

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!