Вернутся к фанфику
Часть 2
7 февраля 2026, 10:20На следующую ночь Мичикацу снова явился к Кайгаку. На этот раз он не проторчал весь день в вестибюле, пугая людей, чему доктор был отчасти благодарен. Кайгаку, к слову, не сразу его заметил.
-Доктор, я пришёл на перевязку.
Мичикацу выглядел немного уставшим и рассеянным. Сегодня был понедельник, наверное, Мичикацу пошёл на работу. Пиджак его висел на плечах, галстук слегка развязан, рука, ведущая к ранению, согнута в локтях. Дыхание Мичикацу было тяжёлым и медленным — очень уставшим, как и его голос, который тоже выдавал то, что Мичикацу срочно нужно отдохнуть нормально. На часах было 10 часов ночи, но он не спал, и судя по всему, он работал с утра пораньше, а вчера он просидел в холле больше 11 часов. Кайгаку, который пил чай с каким-то желтоволосым парнем, сразу отложил напиток — он сразу заметил явное уставшее состояние.
-Зеницу, иди домой, мне надо работать. Тебе завтра в универ и не смей сидеть до поздна. Иначе скажу твоему учителю, что ты не болеешь, а протираешь у меня штаны. Мичикацу, за мной.
Кайгаку махнул головой в свой кабинет, а желтоволосый паренёк, как понял из монолога доктора, что это Зеницу, не дали слова в опровержение, и он немного опечаленно ушёл из больницы. Мичикацу стало интересно, кто это. Казалось, Кайгаку близок с ним, но внешне они даже не похожи, и характером, судя по всему, тоже. Мичикацу послушно пошёл за доктором, проходя мимо уже знакомого ему коридора. От взгляда не укрылось, как парень по имени Зеницу испугался Мичикацу, скукожился и максимально быстро ушёл из вестибюля не желая перестараться взглядом.
-Ты умрёшь от переутомления.
Доктор сказал это, слегка развернувшись головой, и Мичикацу снова увидел эти прекрасные глаза. От них не было тепла — в таких бирюзовых глазах, что переливались как волны, трудно найти тёплые лучи. Освещение пространства всё вокруг было холодного оттенка, но именно эта деталь так манила Мичикацу, словно мотылька к свету уличного фонаря ночью. Для многих Кайгаку человек обычной внешности — в нём из необычного только цвет глаз, но и тот сейчас встречается часто. Для Мичикацу же Кайгаку обворожителен, словно русалка, которая манит моряка своей внешностью. Когда Мичикацу смотрел на Кайгаку, весь его стресс медленно угасал, и он расслаблялся. И подойдя немного ближе, сказал, смотря в его глаза:
-Нет, доктор, от такого я не умру.
Кайгаку открыл дверь в свой кабинет, пропуская внутрь Мичикацу. Уже знакомая клетка встретила его лёгким скрипом. Мичикацу опёрся затылком на стену сзади и одной рукой снял надоевший пиджак. А затем зацепил пальцем галстук и расслабился ненадолго в таком положении с прикрытыми глазами.
-Много кто так говорил, сейчас они отсыпаются в гробах. Будешь упрямиться — отправлю на больничный, будешь неделю тут отдыхать.
Мичикацу приободрился и сел на место — видимо, предложение остаться в больнице его обрадовало, но не надолго. Даже энергия прилипла в уставшее тело.
-А лечащим врачом поставлю мать двоих ангелочков, будешь на другом этаже сидеть под её надзором.
Мичикацу разочарованно обратно опёрся затылком к стене, согнутая рука расслабилась. Обезболивающее, которое он пил утром, закончило своё действие. Кайгаку на эту драму закатил глаза. Он сел на свой стул на колёсах и сел напротив Мичикацу, развязывая его галстук. Откладывая его в сторону, где уже лежал пиджак.
-Рану не чесал? Великий страдалец, что за театр ты устраиваешь? И знай, это не угроза, это обещание.
Мичикацу оторвал взгляд от потолка и посмотрел на Кайгаку. Он старался этого не делать, так как понимал, что слишком долго смотрит на доктора, но сейчас это было на втором плане.
-Не чесал, доктор. Я держался весь день, чтобы не тронуть порез. Но он очень зудит, боюсь, я больше не сдержусь и буду чесать.
Кайгаку со вздохом закатил невольно глаза, приступив к расстёгиванию рубашки. Он снимал её пуговицу за пуговицей, а Мичикацу наблюдал за доктором с нескрываемым любопытством.
-Я тебе сам почищу. Не смей трогать рану, если случай не критический. Кем ты работаешь? Ещё немного, и ты заболеешь от того, что ты безответственный. У тебя одна задача — слушаться меня. Возьми выходной и отоспись. Иначе мне придётся посадить тебя на капельницу с витаминами.
Мичикацу плохо слушал Кайгаку — он уловил лишь главную суть, а дальше он просто поддался свету фонаря и смотрел на Кайгаку. Уголки губ невольно дёрнулись вверх, а глаза прикрылись. Кайгаку был слишком сосредоточен тем, что снимал рубашку, чтобы смотреть на лицо Мичикацу. На этот раз Кайгаку сам снял весь лишний верх с Мичикацу.
-Я директор агентства недвижимости, у меня там завал на работе. Скорее всего, и вправду придётся сидеть на капельнице.
Кайгаку, который разматывал бинт с предплечья Мичикацу, замер на секунду. Эта информация его явно не радовала доктора. Мичикацу сразу подметил, как его брови сильнее свелись к переносице, а челюсть сжалась и разжалась, словно Кайгаку держался, чтобы не ударить Мичикацу. На последнем круге разматывания Кайгаку остановился, он продезинфицировал руки, чтобы случайно не сделать хуже, и начал очень аккуратно хлопать по ране, чтобы успокоить зуд. Мичикацу свободно выдохнул — наконец-то он избавился от надоедливого зуда. Это отвлекало весь день и не давало сосредоточиться и поспать хотя бы. Одним словом, заноза в заднице.
-Возьми больничный, а кого-то из своих прихвостней поставь как временную замену.
Мичикацу нравилось, что Кайгаку волновался о нём и искал способы, чтобы он отдохнул. Может, это было чтобы Мичикацу больше не пришёл. Ему всё равно — это внимание было важнее для него любого проекта.
-Я попробую не ослушаться вас, дорогой доктор.
Наконец, сделав последние лёгкие шлепки по бинту, зуд полностью спал. Кайгаку убрал бинт — на нём были остатки крови, что вполне обычно. Они были немного прилипшими к коже, поэтому в эти моменты Кайгаку капал лекарство, которое разделяло ткани, а затем дул сверху, чтобы не щипало. Врачебная привычка, которую Кайгаку выработал во время работы с детьми ещё давно, когда был студентом и был на практике. Эта небольшая, даже милая привычка не скрылась от глаз Мичикацу.
-Доктор, вы не против, если я буду задавать вопросы?
Кайгаку уже смирился с тем, что Мичикацу находит его очень интересным. Сейчас, пока ещё начало смены, и Кайгаку не успел испортить настроение, так что он кивнул Мичикацу.
-Парень с которым вы сидели, у него ещё жёлтые волосы, кто он?
Кайгаку убрал остатки крови и полез рукой на стоящую рядом тумбочку за тюбиком лекарства. Рука доктора быстро прошлась по поверхности и взяла нужный тюбик.
-Моя головная боль уже 16 лет. Если точнее, то мой младший брат. А что, не похожи?
Кайгаку усмехнулся и посмотрел на Мичикацу с прищуром, ожидая ответа, слегка наклонив голову в бок. На лице была улыбка — не добрая, а издевательская.
-Да. Вы очень разные внешне, родители разных наций?
Мичикацу говорил, внимательно рассматривая новое выражение лица, которое смог увидеть.
-Ну мы сводные братья. Ему 20 лет. Идиот решил, что он может отвисать у меня в больнице, когда вздумается.
Кайгаку фыркнул и закатил глаза с лёгким нескрываемым раздражением. Мичикацу подметил, как нос слегка сморщился при этом. Мичикацу, довольный ответом, кивнул ему и медленно, довольно, моргнул.
-Доктор, сколько вам лет? Выглядите очень молодо.
Кайгаку ненадолго отвлёкся от того, что наносил мазь на порез, но голову не поднял, а смотрел в район кадыка. Было видно, что доктор потихоньку расслабляется по мере диалога, что не могло не радовать Мичикацу.
-Мне 30, а вам? Вашу медицинскую книгу пока не открывал, этим делал богач Мито.
Мичикацу посмотрел в потолок, о чём-то размышляя, но недолго. Он снова вернул всё внимание на Кайгаку, который тщательно втирал мазь, стараясь не причинить лишний дискомфорт.
-Мне 36. Доктор, мне вот интересно, как вы коллегам клички даёте?
Кайгаку в это время уже приступил к перевязке раны, и тут его лицо показало снова улыбку — она не предвещала ничего хорошего. Его глаза по-злобному сузились в хитром выражении лица. Брови пошли ближе к переносице — было видно, что ему нравилось то, что он сейчас собирается сказать. А затем он закатил глаза и посмотрел на Мичикацу с явной досадой.
-Это между врачами. Могу только сказать, почему моя кличка «идеальный сын». Я сирота. Без папирос и без мамы рос.
Мичикацу знал, что Кайгаку приёмный, но не ожидал, что тот так открыто это расскажет. Он ожидал увидеть грусть в глазах врача. Но в это время Кайгаку сиял от злорадства — ему было абсолютно плевать, что он сирота, и он даже шутил, что Накиме похожа на его мать, то есть её нет, и Кайгаку просто издевался над ней. В шестерёнки в голове Мичикацу попала пыль под именем «юмор Кайгаку», и они остановились, от чего мозг начал закипать. Кайгаку понравилось, как выглядело шокированное лицо Мичикацу. Пока пациент переваривал информацию, доктор уже закончил его бинтовать и потихоньку помогал одеться обратно. Зато теперь Мичикацу понял, что Кайгаку любит издеваться над людьми, причём, судя по реакции доктора, это ещё малая часть его интересного и странного юмора.
-Интересный юмор...
Мичикацу не знал, какую эмоцию использовать в таких ситуациях, а Кайгаку решил его добить.
-Для сироты? Я просто в папу юмором пошёл.
Кайгаку довольно улыбнулся — ему нравилось замешательство Мичикацу. Он упивался этим моментом. В улыбке обнажая ряд зубов с небольшими клыками. Доктор незаметно быстро уже завязал галстук, пока тот в недоумении не знал, что сказать.
-Готово. Думаю, пиджак ты сам накинешь.
Кайгаку быстро сменил тон голоса и настроение — перевязка закончилась, как и издевательство над Мичикацу. Кайгаку готов целыми днями шить про своих родителей, но к сожалению, так нельзя. Мичикацу никогда не думал, что объект его непоколебимого интереса умеет шутить так. Эти шутки взбодрили усталого Мичикацу. Кайгаку отодвинулся от Мичикацу, давая пространство для того, чтобы он встал и накинул пиджак. Но кто сказал, что в эту ночь только одного человека выбьют из колеи? У Мичикацу есть и свои тараканы в голове, которые работают очень быстро, находя лучшие варианты.
-Проводите меня, доктор?
Что-то подозрительное было в этом спокойном тоне Мичикацу. Кайгаку это почувствовал, но не может же он отказать себе узнать, что же от него хотят. Поэтому доктор кивнул и пошёл вслед за своим пациентом. Кайгаку мог наблюдать сзади, как Мичикацу вызвал, скорее всего, своих охранников на машине, чтобы они подъехали. Когда они пересекли вестибюль, Кайгаку заметил отсутствие своего сводного брата — хорошо, что он ушёл без соплей. Похоже, Мичикацу его пугал, и Зеницу просто хотел избежать высокого, очень чёрствого и непонятного для него человека, что даже решил пойти домой и поспать, чтобы пойти на пару нелюбимого учителя. Это Кайгаку тоже отложил в голове — что можно избавиться от назойливого младшего брата простым прибытием пациента. Хотя обычно Зеницу ждал его до поздна, и его приходилось вышвыривать. В раздумьях Кайгаку не заметил, как они переступили двери больницы. Мичикацу остановился, а Кайгаку был в секунду от того, чтобы врезаться, но избежал участи. Машина Мичикацу уже стояла, охрана ждала его с открытыми дверьми. Мичикацу повернулся к Кайгаку с лёгкой насмешливой ухмылкой. Это насторожило доктора, и его лицо скривилось. Мичикацу протянул и взял руку доктора в свою и поцеловал.
-Скоро увидимся, Кайгаку.
Лицо Кайгаку скривилось ещё сильнее от тепла, а затем лёгкий шок и быстрая волна гнева, которая покрыла его с головой. Пока Мичикацу не досталось, он быстро сел в машину и уехал, оставив Кайгаку, который держал руки в кулаках. Будь там Мичикацу, Кайгаку точно его ударил бы. А руку, которую Мичикацу поцеловал, Кайгаку вытирал старательно об халат, чтобы убрать этот противный тёплый след его губ. Пока он так стоял, вышла главный врач Накиме — её лицо было удовлетворённым. Она явно довольна ситуацией.
-Не думала, что тебя кто-то полюбит. Тебя даже родители не полюбили.
Накиме повернулась к нему — в её руках был стаканчик кофе из автомата. Кайгаку резко, даже для себя, повернулся к ней лицом с явным недовольством.
-А тебя муж не любил.
Накиме усмехнулась, сделала глоток кофе, который слегка обжёг её язык, но это мелочи жизни. Она посмотрела в стакан, глаза довольно щурились.
-Главное, что не любил. Остальное — мелочи жизни.
Кайгаку расслабился — они всегда так друг друга щипали за ниточки, только для того, чтобы вывести на эмоции. Это были их любимым хобби и отвлекало от рутины.
-Я теперь из-за Мичикацу не усну. Я этому гаду завтра специально укол сделаю, чтобы ему пусто было.
Накиме вздохнула — кофе остыл, пока они стояли на улице. Она выбросила стакан в урну — такое пить больше нельзя. Накиме подошла к дверям, и они автоматически раздвинулись в сторону, пропуская женщину.
-Идём работать, маменькин сынок.
Кайгаку закатил глаза на эту фразу, отлепил свою тушу от перил, на которые он оперся в начале их разговора, и пошёл за ней в больницу. Тыльная сторона руки всё ещё отдавала тепло в месте, где его поцеловал Мичикацу. Теперь и он выбит из колеи, но уже совсем другим способом.
Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!