Вернутся к фанфику
Часть 3. Ценный груз
14 июня 2025, 08:21Я прокляла всё на свете, когда пыталась натянуть футболку. Каждая мышца в теле ныла, как будто по мне проехался грузовик, сдал назад и повторил. Болело все. Даже то, о чём я до сегодняшнего дня не подозревала.
Я знала, что будет тяжело. Знала, что Марлоу устроит не просто пробежку по лесочку, а целую персональную версию ада с препятствиями, стрельбой, выматывающим темпом и этим его взглядом — каменным, выжидающим. Но знание и практика — это, как оказалось, два разных пиздеца.
Когда я прихромала в столовку, там уже были почти все, кроме Дэгса и Марлоу. За столом — знакомые рожи, запах кофе и чего-то мучного.
— О, вот и наша звезда, — Рэнди лениво помахал рукой, пододвигая мне поднос с едой.
Блины. Слава тебе, армейская богиня углеводов!
— Садись, sunshine. Только не падай, пол бетонный.
Я села и сразу схватилась за кружку. Кофе горький, как раз как надо. И на секунду я даже забыла, как сильно болит всё, что ниже рёбер.
— Ты молодец, Хесс, — сказал Бишоп спокойно. От него это звучало почти как вручение медали.
— Да. — Мэйсон кивнул, все еще избегая смотреть мне в глаза. — Мы все видели. Ты не сдалась. Это было круто.
— Я вообще думал, что ты бросишь тот манекен и пошлёшь Марлоу на хуй — заметил Трой. — Было бы, кстати, эпично.
— Я собиралась, — честно призналась я. — Но побоялась, что он мне еще пару километров навернет.
Смех прокатился по столу.
От выдачи подошел Дэгс с двумя подносами. Поставил один перед Троем, сел рядом с ним, легко коснулся плеча. Трой ему улыбнулся и быстро чмокнул в висок. Так буднично, так естественно, что я на секунду зависла.
— Они вместе? — спросила одними губами у Рэнди.
Он коротко кивнул.
Я хмыкнула про себя. Не ожидала. Не в отряде Марлоу. Почему-то казалось, что он способен терпеть только нормативных гетеро-мужиков, чем ближе к приматам, тем лучше. Это было… чертовски мило.
Кстати о лейтенанте…
— А Марлоу где? — спросила я, осматривая зал.
— А он не жрёт, — пожал плечами Бишоп. — По крайней мере, не с нами.
— Да он долбаный робот, отвечаю, — вставил Трой. — На ночь на зарядку встает и потом весь день всех ебёт.
— Не переживай, sunshine, — подмигнул мне Рэнди. — Он увидел, оценил. Просто не тот человек, который словами скажет.
— Он всегда такой очаровательный? Или это только меня персонально ненавидит?
— Лейтенант всех так «любит», — хмыкнул Мэйсон. — Просто ты новенькая.
— Рид сложный, — сказал Бишоп. Я чуть не рассмеялась такой аккуратной характеристике Марлоу. — Он просто по-другому не умеет. У него внутри постоянная тревога, боевой режим, понимаешь. Типа расслабишься — и тебя сожрут.
— Или подведешь кого-то, — добавил Мэйсон.
Я задумалась. Пожевала свои блинчики немного. А потом аккуратно, как будто между прочим, спросила:
— А правда, что его разжаловали?
Парни переглянулись.
— Мы не знаем точно, — ответил Дэгс. — Только слухи.
— Какая-то неудачная операция, кажется, — добавил Рэнди. — Говорят, его отряд погиб. А сам он чудом только выжил. После этого и стал… таким. Ни к кому близко. Типа боится снова кого-то потерять.
Я молча кивнула и уткнулась в свою кружку. Горечь кофе уже не перебивала вкус мыслей, которые начали вертеться в голове, как комар в спальне — мерзко, навязчиво и не давая покоя.
Хесс, ты долбаная идиотка.
Все эти «он просто не умеет по-другому», «боится потерять», «боевой режим» — и ты уже вся намокла от этого непонятого миром страдающего ублюдка. Иногда мудак — это просто мудак. Без толстого слоя брони, который ты можешь заботливо с него соскрести, чтобы достать мягкое пульсирующее нутро. Когда ты это поймешь?
Ты приехала за «Берсерком», а не за анализом психики военного командования, блядь.
Но что я могла сделать, если меня все сильнее тянуло к лейтенанту Марлоу. К этой загадке с каменным лицом и отвратительным характером. Я хотела знать, что произошло в той операции. Хотела знать, что он чувствовал тогда и что чувствует сейчас. Хотела слышать его голос без этого ебаного сарказма, без приказов, а нормальный, настоящий.
Потому что, кажется, я втюрилась.
Не так, как в кино, с бабочками и романтикой. А по-своему — когда хочется расковырять, раскусить, дойти до сути. Когда на каждое «ты не справишься» хочется доказать, что справлюсь. Когда чужая боль кажется почему-то своей. И ты не понимаешь, как так получилось.
Я вздохнула, поставила кружку обратно на поднос. В голове крутилась только одна мысль:
Интересно, сколько слоёв нужно содрать, чтобы добраться до нормального мужика под всем этим пиздецом.
***
После завтрака мы отправились на брифинг предстоящей операции. Комната для совещаний оказалась размером с кладовку. Марлоу уже ждал нас, стоя у стола. Рэнди заглянул первым и тут же завис в дверях, оценивая плацдарм. Сидячих мест всего два — и те сомнительной прочности. — Можешь сесть ко мне на колени, sunshine, — сказал он с привычной ухмылкой. — Сэкономим пространство. Я удобный. Мягкий как пуфик. — Этот стул такого точно не выдержит, — буркнула я и с трудом протиснулась между ним и косяком. Так близко, что мое плечо скользнуло по его груди, а нос уловил запах его геля для душа — что-то древесное. Думаю, что место я честно заслужила — по праву самой пострадавшей жертвы вчерашнего ада. Я плюхнулась на хлипкую сидушку и вытянула ноги вперед под стол. Рэнди занял позицию за моей спиной и небрежно опёрся ладонями на спинку. Я почувствовала его пальцы — большие, тёплые — через тонкую ткань футболки. Не то чтобы интимно, но… присутствие ощущалось. На второй стул сразу же рухнул Трой, с довольной физиономией. За ним тенью встал Дэгс, уложив огромную ладонь на плечо. Бишоп и Мэйсон распределились вдоль стен, каждый выбрав себе по вертикальному клочку пространства. Место в комнате на этом торжественном моменте официально закончилось. Остался только плотно упакованный комплект мускулов, перегревшегося воздуха и легкого раздражения. Марлоу недовольно наблюдал за всей этой операцией «впихнуть невпихуемое», скрестив на груди руки. Он снова был в этой своей тугой чёрной футболке, которую, как я всё больше убеждалась, нужно запретить на законодательном уровне. Не ради морали — ради нервной системы окружающих. Мой взгляд сам собой скользнул к его плечу — к татуировке змеи. Я сразу вспомнила свой ночной кошмар. Как она ожила — медленно поползла вверх по его руке, шурша, извиваясь, потом поднялась к шее и обвилась, затягивая кольца, как удав. Я моргнула, пытаясь выкинуть это из головы, и сосредоточилась на теплых пальцах Рэнди. Слишком тесно. Слишком жарко. Слишком… много чёртова лейтенанта в моих мыслях. — Если вы закончили устраиваться, — сказал Марлоу, — может, начнём работать? На экране появился спутниковый снимок земного рая — побережье, роскошные здания, пальмы, частный пляж с идеально расставленными лежаками. Синяя вода мерцала так вызывающе, что у меня мгновенно пересохло во рту. Трой присвистнул и задрал голову, чтобы посмотреть на Дэгса. — Вот бы туда махнуть прямо сейчас, а? — Туда и отправитесь, — мрачно сообщил Марлоу, даже не поворачиваясь. — Только не расслабляться, а работать. Юго-западное побережье Гарнии. Частный элитный курорт Orchidea Blue. На поверхности — оздоровительный центр, спа, нейротерапия, биохакинг для избранных. В подвале — лаборатория группы «Прометеус» под прикрытием. Подтверждено участие в разработке вещества «Бетта-9», кодовое название — «Берсерк». Цель операции — получить образцы. В идеале — формулу. — Что за вещество-то? — спросил Трой. — Вырастет третий глаз? Или хвост? Марлоу не ответил сразу. Просто перевёл взгляд на меня — и кивнул. Видимо, моя очередь блистать. Я моргнула. Раз. Потом другой. Приятно, черт возьми, что хоть тут он признает, что я в чем-то разбираюсь. Принято. Режим специалиста включен. — «Берсерк» — это не просто стимулятор, — начала я, выпрямившись на стуле. — Его формула основана на модифицированных β-адреномиметиках с добавлением неизвестного синтетического компонента. Он усиливает выброс дофамина и норадреналина, одновременно подавляя кортизол. — На человеческом, пожалуйста, — буркнул Рэнди. — Перевожу, — кивнула я. — Он повышает агрессию, ускоряет реакции, почти полностью убирает чувство страха и боли. Но при этом рубит тормоза в башке. То есть человек под «Берсерком» превращается в боевую машину — быструю, сильную, беспощадную… и практически неуправляемую. — Как зомби? — спросил Мейсон. Я покачала головой. — Не совсем. Субъект сохраняет базовые навыки, координацию и — в идеале — понимание ситуации. То есть на своих бросаться не должен. Это тот же человек, но в режиме «убивать», не чувствующий боли и не знающий страха. И если у него есть военная подготовка… ну, вы поняли. — Типа психованный терминатор, — уточнил Рэнди с ухмылкой. — Примерно так, — кивнула я. — Убить-то его можно? — отозвался Дэгс. — Как и обычного человека. Выстрел в голову отправит на радугу. Но! Учитывайте, что под «Берсерком» болевой порог зашкаливает. Даже с простреленным коленом такой субъект может продолжать бежать и драться. Его нужно остановить, а не просто ранить. — Стрелять на поражение, — подвел итог Марлоу. Я вздохнула. — Вообще-то есть еще вариант, — сказала неуверенно. — Под действием Берсерка снижается чувствительность к большинству препаратов, но возрастает — к нейролептикам. Особенно к седативным. Так что левомепромазин внутримышечно должен помочь. — В чем подвох этого Берсерка? — подал голос Бишоп. Он молчал до этого, но теперь его взгляд был настороженным. — Звучит слишком хорошо. Я поморщилась. — Все, что я сейчас описала — это желаемый эффект. На практике его практически не удается добиться. Там побочки уровня «добро пожаловать в ад». На крысах зафиксированы эпилептические припадки, разрыв сосудов, у людей — острая агрессия, галлюцинации, потеря контроля, в некоторых случаях — полный психоз с летальным исходом. На секунду повисла тишина. Даже Рэнди перестал ерзать за моей спиной. — Клёво, — пробормотал Трой, почесав затылок. — И это, значит, кто-то в здравом уме пытается впарить как ноу-хау? — Кто-то пытается это доработать и поставить на поток, — ответила я. — Если найдут стабильную формулу — последствия могут быть… серьёзными. — Есть данные об успешном применении таких берсерков в операциях Прометеуса, — хмуро сказал Марлоу. — Поэтому нам и нужны эти образцы. На этом весёлый экскурс в ад завершился, лейтенант переключил слайд и продолжил рассказывать. — Рэнди, Бишоп, Мэйсон — заселитесь в отель под видом гостей. Легенда — деловые клиенты, медосмотр, курс омоложения, чё-нибудь такое… — Удаление морщин, чистка ауры и шлифовка жопы, — тут же вставил Трой. — Именно, — сухо подтвердил Марлоу, не моргнув. — Пока кайфуете — собираете данные. Схемы, графики, списки персонала, внутренние сети. Всё, что найдёте. — Звучит как отпуск, — ухмыльнулся Рэнди. — Лежим в халатах, пьём коктейли, приглядываемся к медсестричкам. Нелёгкая работа. — Отпуск отменяется, sunshine, — отрезал лейтенант. — На объекте до тридцати охранников под прикрытием, плюс технический персонал. Структура подземной части неизвестна, нужны данные. Рэнди чуть поник, но кивнул: — Понял. — Дэгс, Трой — наружная группа. Контроль периметра, транспорт, обеспечение отхода. Работаете по обстановке. — Принято, — кивнул Дэгс. — Без геройства, Трой, — добавил лейтенант, бросив на него взгляд. — Внутрь не лезть. — Ну блин, — протянул рыжий. — Теперь даже не весело. Марлоу переключил слайд — на экране появился логотип медтех-компании Nuroline Systems. — Основной заход — я и Хесс, — продолжил он. — Легенда — внеплановое техобслуживание медицинской аппаратуры от подрядчика. Цель — доступ к закрытым лабораториям. Задача — обнаружить и изъять образцы. Если повезёт — формулы, схемы синтеза. Я выпрямилась. Мой выход. Наконец-то. Но радость сдулась за пять секунд. — Хесс, — сказал Марлоу, повернувшись ко мне. — Ты — груз. Я замерла. — Прости, что? — Ты. Груз, — повторил он всё тем же ровным голосом. — Ценный, но уязвимый. Держишься рядом, делаешь, что говорят. Без самодеятельности. Твоя задача — не сдохнуть и не испортить операцию. Я почувствовала, как закипает внутри. — А может, я… — Нет. — Он не дал мне договорить. — Ты не солдат. Ты мозг. Твоя очередь — позже, когда доберёмся до образцов. До этого — подчиняешься. Всё ясно? Я шумно выдохнула и сжала кулаки. Нет, конечно, блядский Марлоу был абсолютно прав. Я и не собиралась геройствовать, какой смысл, я жить хочу. Но тон, которым он прибил меня к плинтусу, просто выбесил так, что захотелось спорить. А я, дура, надеялась, что после адской тренировки он хоть немного ко мне проникся, но нет — бесполезная баба осталась бесполезной бабой. — Кристально ясно, сэр, — процедила я сквозь зубы. Марлоу кивнул. — Повторяю: найти лабораторию, взять образцы, уйти. По возможности — без шума. Без тел. Без драмы, — подвел он итог и закрыл планшет. — Вылет гражданским рейсом, форма одежды — свободная, внимание не привлекать. Погрузка в восемь. — Есть, сэр, — отозвался отряд почти хором. Я вышла следом за Рэнди, кипя от злости и обиды. — Не принимай на свой счет, sunshine, — сказал он тихо. — Он просто хочет, чтобы все прошло без потерь. Я кивнула, не глядя на него. Груз, значит? Ну и ладно. Пусть, блядь, тогда будет осторожнее с этим грузом. Не кантовать. Не ронять. Хрупкое, мать его.Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!