4. Не уходи…

Больно не было. Только странное нарастающее тепло где-то в животе. И пульс, монотонно бьющий в висках. Чон ещё несколько секунд держал её. Потом грубо оторвал от себя и швырнул на пол. Она вскрикнула. Попыталась встать, но сразу упала. — Я должна спасти его. Я должна уйти, — бормотала Ссоль. Перед глазами всё плыло. Непонятная дрожь охватила тело. — В этот раз ты не уйдёшь. Поняла? — он грубо поднял её и посадил к стене. В её глазах только ужас и непонимание. Сейчас он — незнакомец. Грубый и жестокий. Не тот, чьи прикосновения она любила. — Больно… — её голос задрожал. Всё тело покрылось холодным липким потом. Он молчал. Ссоль знала: если он против неё — помощи не будет. — Скажешь, что ничего не знаешь? Зато я знаю, — он присел на корточки и посмотрел ей прямо в глаза. — Гук‐и, остановись… — слова тонули в прерывистом дыхании, Он молчал. Смотрел, как кровь впитывается в ткань. Она смотрела на него и понимала: любовь была ложью. — Я… Я боялась за тебя, — она закрыла глаза. Смотреть на него было ещё больнее. Живот жгло. Ссоль попыталась снять куртку. Сильная боль. Крик. Она упала на грязный пол и свернулась калачиком, пытаясь хоть как-то унять боль. Только сейчас, в полумраке, она отчётливо увидела на своих руках кровь. Чонгук стоял возле стены, смотря в телефон. Она до боли сжала зубами куртку. Ползла к двери. Каждый рывок сопровождался сдавленным стоном. Боль становилась невыносимей. Паника тоже нарастала. Но она пыталась. Пыталась спастись. Чон убрал телефон. Присел рядом, и одним рывком усадил её обратно. — За что? Почему так больно? — реальность и темнота смешались. — Не нужно так кричать, – он снова зажал ей рот и надавил на рану. Её тело выгнулось, дыхание сбилось. Она дёрнулась и замерла. Дальше было жжение. Глухой стон и слёзы, льющиеся в его ладонь. Он даже не дрогнул. — Вот теперь я понимаю, что больно, — Чон надавил ещё сильнее. На мгновение Ссоль перестала дышать. Осталась только дикая боль. Она вцепилась в его руку. Он усмехнулся. Перехватил её запястья, не давая сопротивляться. — Я всего лишь делаю то, что должен, — он отпустил её. Ссоль безвольно обмякла, сползая по стене. Он вытер руку о свою куртку, не отводя взгляда от её судорожно дрожащего тела. Ссоль больше не кричала. Только прерывистое дыхание и тихие стоны. Он сел рядом. Взял её руку в свою, проверяя пульс. Её глаза распахнулись. Он поморщился и отдёрнул руку. — Ты обманывал… Ты не любил… — шептала она. — Заткнись уже, — Чон достал из кармана платок и грубо прижал его к ране. Боль снова пронзила всё тело. — Гук-и… я ни в чём не виновата… Гук-и… не уходи… — пальцы цеплялись за его рукав, — не уходи… мне больно… страшно… не уходи… – Даже сейчас не признаешься? — он сдавил её щеки. Поднял лицо, пытаясь заставить смотреть, — Я не оставлю тебя в живых. Смотри мне в глаза, — он сильнее сжал пальцы на её лице. — Мне страшно… — прошептала Ссоль, задыхаясь. Чонгук вздрогнул. Выдернул руку из её слабеющей хватки и брезгливо вытер ладонь о свою куртку. Холод проникал в каждую клеточку её тела, отнимая силы. В голове всё смешалось. Перед глазами отчетливо одно: лицо человека, которого она любила, которому доверяла — Чонгук. Его добрая улыбка, нежные прикосновения, мягкий голос. Только теперь это было в прошлом. Ссоль открыла глаза. Она лежала на руках Чимина. Сознание снова ускользало. Где-то рядом его успокаивающий голос. Его мягкие прикосновения. — Чимин, — едва слышно прошептала она, — Я умру, да? — Не думай об этом, ладно? — он провёл рукой по её холодной щеке, — Ничего не бойся. Я рядом. — он отвернулся, вытирая слёзы, — Скажи мне, что ты хочешь? Я сделаю для тебя, что угодно. Она молчала. Послышался звук сирен скорой помощи. Чимин, как мог, старался удерживать Ссоль в сознании, но она была совсем слаба. Из её кармана выпала небольшая коробочка. Чимин тут же сжал её в руке. Ужас сковал тело от догадки, что в ней. — Чонгук! — он сорвался на крик, — Скажи хоть что-нибудь! — в его глазах было отчаяние. Чон медленно подошёл к Ссоль. Она выглядела измученной. В уголках губ застыла кровь. — Я жалею об одном, Ссоль… — он запнулся, видя её слёзы, — Что не сделал этого раньше. Ты убийца, Ссоль. В комнату вбежали люди в форме. Крики, шум, чьи-то голоса. Ссоль видела лишь размытые силуэты, склонившиеся над ней. Кто-то пытался остановить кровь, кто-то кричал в рацию. Врачи суетились вокруг неё. — Болевой шок. Острая кровопотеря. До больницы не довезём, — Ссоль слышала тихий голос склонившегося над собой человека, — Я сделаю тебе обезболивающее, — он что-то вколол. Успокаивающе гладил по волосам. Взгляд затуманился. Дышать становилось тяжелее. Свет стал меркнуть. Её тело перестало дрожать. Холод больше не обжигал кожу. — Гук-и… — прошептала она. Ссоль попыталась ещё что-то сказать, но горло сдавил кашель. Изо рта тонкой струйной потекла кровь. Она дёрнулась и закрыла глаза.