Таков, блять, сезон

Мара проснулась от того, что Эндрю стаскивал Кевина с кровати. Она приоткрыла глаза как раз в тот момент, когда Кевин перевалился через край и с грохотом рухнул на пол, утащив за собой простыни и выругавшись. — Блять! Эндрю глянул на Мару без капли сочувствия: — Доброе утро. Мара пробормотала в ответ что-то едкое и недовольное. Села, потирая глаза. — Который час? — Пора, блять, вставать, — сказал он, адресуя это в основном Кевину. — Мы едем за едой. Пошли. — Я тебя ненавижу, — буркнул Кевин. — Встань в очередь, — отозвался Эндрю. — Особые пожелания, Вест? Мара закатила глаза: — Фрукты. — Скукотища, — протянул Эндрю. — Ты вообще вставать собираешься, Кевин? Кевин с трудом поднялся с пола: — Можно я сначала в душ? — Нет, просто оденься, — отрезал Эндрю. Кевин обречённо застонал, поплёлся к комоду, достал свежую одежду и вышел в коридор переодеваться в ванной. Эндрю двинулся за ним, попутно отсалютовав Маре перед тем как закрыть дверь. Мара вздохнула и встала с кровати. Сдёрнула с волос резинку, болезненно расчёсывая пальцами спутанные пряди. Услышав, как снаружи завёлся двигатель, она выбрала одежду и пошла в ванную. Размотала повязку на руке, порезы больше не кровоточили, но по-прежнему ныло, что бесило. Она не спешила, стоя под горячей водой, смывая с себя запах ночного клуба и липкий налёт пота. Помыла голову, вытерлась и наскоро отжала волосы полотенцем, оставив остальное досыхать естественным образом. Вернувшись в комнату Кевина за своими ботинками (к слову, Ники оказался прав — они и правда были на удивление удобные, но она ему об этом никогда не скажет), Мара едва не столкнулась с Аароном в коридоре. — Чёрт, — пробормотал он хриплым от сна голосом. Мара с усилием проигнорировала то, как странно приятно это прозвучало. — Прости. — Ничего, — пробурчала она. Он бросил взгляд вниз, потом тут же отвёл глаза, и уши у него порозовели: — Господи, ты вообще в шортах? Мара вскинула бровь и приподняла подол кевиновской футболки, обнажая шорты: — Хватит пялиться, Миньярд. Аарон скривился: — Как рука? Мара не знала, действительно ли он переживает или просто хочет сменить тему. Может, и то и другое. Она подняла руку, оглядела: — Нормально. — Мазь наложила? Мара сощурилась: — Нет, я, блять, не мазала её мазью. Аарон вздохнул: — Пошли. — Это не так уж важно, — буркнула Мара. — Пошли, — повторил он твёрдо и скрылся в ванной, вернувшись с аптечкой, которая явно уже немало повидала. Он указал на гостиную, Мара закатила глаза, но пошла. Пока Аарон обрабатывал рану и заново перебинтовывал ей руку, он сказал: — Ты в курсе, что теперь тебе не обязательно терпеть всё молча? — Я не улыбаюсь, — буркнула Мара. Аарон закатил глаза: — Это идиома. Ты вообще знаешь, что такое идиома? — Отъебись, конечно знаю, — пробормотала она, хотя на самом деле не была уверена, что помнит это из уроков английского. Когда Аарон закончил, из коридора донёсся сдавленный рвотный звук. Мара скривилась. Молча они встали и пошли посмотреть, что происходит. Ники сидел на краю кровати, в то время как Нил пытался встать, цепляясь за изголовье и тумбочку. — Он очнулся? — спросил Аарон. Нил схватил будильник и метнул в него. Мара отразила его ударом руки прежде, чем тот попал Аарону в лицо. — Прекрати, дебил, — рявкнула она. — Себе же хуже делаешь. — Пошла ты, — выдохнул Нил. Мара почти впечатлилась, что он всё ещё способен ругаться по-французски в таком состоянии. А потом его опять стошнило, и впечатление улетучилось. — Где Эндрю? — спросил Ники, поднимаясь с кровати и подходя к Нилу. — Повёз Кевина за едой, — ответила Мара. — Нилу вряд ли стоит что-то есть. — Пусть смотрит, — сказал Аарон. Ники положил руку Нилу на плечо: — Пойдём, я дам тебе воды. Нил его оттолкнул, но сам держаться на ногах не мог, не то что идти. Ники дал ему попытаться встать дважды, а потом всё-таки обнял за талию и поддержал. — Полегче. Я просто помогу тебе дойти до кухни, ладно? Никаких фокусов, обещаю. — Будто я тебе доверяю, — прорычал Нил. — Будто у тебя есть выбор, — отпарировал Аарон. — Надо было оставаться в Аризоне, ублюдок, — буркнула Мара. Они с Аароном пошли вперёд, а Ники, придерживая Нила, помог ему дойти до кухни. Там он усадил его за стол и поставил перед ним стакан воды. Нил пить отказался, ограничившись тем, что злобно уставился на Ники. Тот взглянул на Мару в поисках поддержки, но, поняв, что от неё помощи не дождаться, перевёл взгляд на Аарона, который только хладнокровно смотрел на него из-за кружки. Ники вздохнул и снова повернулся к Нилу: — Я могу посмотреть твою голову, или ты меня укусишь? — Что я тебе говорил прошлой ночью? — хрипло спросил Нил. — Ничего, кроме весьма изобретательной угрозы смерти, — отозвался Ники. Уголки его губ начали подниматься, но он сдержал улыбку. — Не знаю, как у вас с Эндрю прошёл разговор, но закончился он плохо. По слухам, ты дал сотку официанту, чтобы тот вырубил тебя. Отличный способ испортить нам вечер. — Он пожал плечами. — Пей. Сегодня тебе нужно как можно больше воды. Крекеры высушат тебя к чертям. В ответ Нил вылил стакан на пол. — По-взрослому, — прокомментировал Аарон. Нил метнул в него пустой стакан. Аарон сбил его в сторону, и тот с грохотом разбился о пол. Ники снова вздохнул: — Я вас предупреждал. Ладно, иди в душ первым, окей? К тому времени, как выйдешь, Эндрю уже вернётся, и сможешь задать ему все вопросы.

***

Нил не остался на допрос с пристрастием, и Мара ничуть не удивилась. Более того, она даже почувствовала облегчение — заднее сиденье в машине было не такое тесное по дороге назад. Ваймак позвонил через пару часов после того, как Эндрю с его командой вернулись в башню, с новостью: Нил добрался до его квартиры автостопом и пешком, потому что, видимо, годы бегства не привили ему базовых понятий о здравом смысле и самосохранении. Когда Эндрю вернулся вместе с ним, вся команда уже ждала их в коридоре. Как только они подошли ближе, Дэн схватила Нила за плечи и осмотрела на предмет повреждений: — Ты в порядке? — В порядке, — ответил Нил. — Эндрю? — спросил Кевин. Эндрю остановился в дверях своей комнаты, бросил на Кевина взгляд и сказал: — Я умываю руки. Теперь он твоя проблема. И ушёл в комнату. Аарон и Ники переглянулись и последовали за ним. Кевин задержался на секунду, посмотрел на Нила, будто что-то ища, и только потом пошёл следом. Мара осталась последней, зная, что Нил заговорит. — Это станет проблемой? — спросил он по-французски, тихо, так, чтобы старшекурсники не услышали. Мара смотрела на него ещё секунду: — Мой брат мёртв, — сказала она. — Ты для меня ничто. Она громко захлопнула за собой дверь, вернувшись в комнату Эндрю.

***

— Что значит ты больше не будешь ходить на ночные тренировки?! — возмущённо воскликнул Кевин, голос его почти фальцетом. Мара пожала плечами: — Ты пытаешься обучить Нила приёмам нападающего. Зачем мне там быть? — Чтобы нам было с кем играть, — сказал Кевин, будто это само собой разумеется, и Мара просто издевается над ним. Она закатила глаза: — Нил не смог бы забить мне даже с завязанными руками. Вот когда он освоит приёмы — зови. А пока я не собираюсь тратить свои ночи на то, чтобы скучать, глядя, как он проваливается. Удачи. Кевин был этим не в восторге, но Мара могла быть невыносимо упрямой, когда хотела, а сейчас она старалась свести взаимодействие с Нилом Джостеном к минимуму. Она была готова терпеть его на поле во время обычных тренировок, но ни на что большее она идти не собиралась. Сказанное ею было правдой — её брат умер для неё ещё тогда, когда отец сказал, что он и Мэри мертвы. Она уже оплакала Натаниэля. Нил для неё — никто. Вместо того чтобы таскаться за Кевином и Эндрю, Мара заполняла своё новообретённое свободное время чем угодно, лишь бы не экси. В этот вечер она оказалась в общежитии парней, срисовывая узор с ковра на лист бумаги, пока Ники и Аарон играли в какую-то видеоигру с кучей недостоверных способов умереть. Мара старалась не думать о том, что никогда прежде не проводила время с ребятами без Кевина, или о том, что отказалась от киноночи с соседками по комнате, чтобы прийти сюда. Она говорила себе, что просто хотела тишины и покоя, что Ники с Аароном и их игры гораздо расслабляюще действуют, чем очередной ванильный фильмец. Она делала вид, что это никак не связано с её мыслями об интересе Аарона и уж точно ни с какими собственными чувствами. (Лгать другим она, может, и не умела, а вот себе — запросто.) Неудивительно, впрочем, для тех, кто её знал: у Мары никогда не было отношений. В Гнезде на это не было времени. Да и какой может быть роман между школьницей из ближнего круга Рико и любым из Воронов? Она не была настолько скромной, чтобы притворяться, будто никто ею не интересовался, но всем им было слишком страшно приближаться. Рико был собственником. И не только вещей. Мара и сама влюблялась, но по-детски, мимолётно. Когда ей было тринадцать, ей нравился Жан, и теперь они оба над этим смеялись. Он был высоким и с акцентом — ну конечно, он ей нравился. Кевину тоже. Мара почти уверена, что и половине Воронов он тоже. Были и другие. Первокурсники, которых ещё не сломал хозяин. Защитники, с кем она иногда тренировалась, если Рико позволял. Но из этого ничего не выходило. У неё не было на это ни времени, ни сил. А теперь вдруг было. И это пугало. Разумеется, она не была настолько наивна, чтобы считать себя свободной. Как только Рико узнает, куда она сбежала, он найдёт способ вернуть её — грязно, исподтишка. До тех пор, пока он жив, у неё не будет нормальных, здоровых отношений. Он — как тень, всегда за спиной. Но, может быть, ей и не нужны «нормальные, здоровые отношения». Может, она просто хочет знать, каково это — быть с кем-то потому, что она сама этого хочет. И, может, Аарон Миньярд, не спешащий сближаться ни с кем, кроме родни, — как раз тот самый человек. А может, она просто себе всё это придумала. — Да чтоб тебя! — взвыл Ники, когда его персонажа в игре в пятый раз подряд отправили в виртуальную могилу. — Перестань жульничать! — То, что ты дно, не значит, что я жульничаю, — самодовольно отозвался Аарон. Ники обиженно посмотрел на Мару: — Мара, поиграй со мной! Моё эго срочно требует спасения. — Пошёл ты, — буркнула Мара, искренне оскорблённая. — Ты вообще хоть раз в жизни играла в видеоигры? — спросил Аарон, почти дразня. Мара не поднимала взгляда от скетчбука: — Давай, угадай, блять. — Ну давай, мы тебя научим! — воскликнул Ники. — Будет весело! Поближе познакомимся! Мара фыркнула: — Ты наказываешь меня за что-то? — Ну да-а-авай! — Бить Ники уже скучно, — добавил Аарон. — А, то есть жульничать стало скучно? — огрызнулся Ники. — Мне не нужно жульничать, чтобы тебя обыграть, — сказал Аарон. — И всё равно ты это делаешь. Мара закатила глаза: — Если я сыграю — вы заткнётесь? — Нет, — весело ответил Ники. Мара обречённо вздохнула, отложила скетчбук и взяла контроллер, который ей протянул Аарон: — Я всё равно не понимаю, что в этом интересного, — пробормотала она, пока Ники выбирал режим и запускал новую игру. — Это весело, — сказал Ники. — Веселиться — это нормально, знаешь ли. Ещё пару месяцев назад Мара бы отшатнулась от этих слов. А теперь она позволила им научить её веселиться и впервые не боялась, что за этим последует наказание.