Вернутся к фанфику
Глава 3. Ikranä maktoyu
25 августа 2024, 18:14Увидеть лес снова – все равно, что родиться заново. Тиреа'кип высовывается из двери вертолета, ионар прикрывает ей глаза, ее обтянутая кожей левая рука вытянута вперед, а пальцы растопырены, чтобы дотянуться до неба, чувствуя себя почти так, будто она снова едет на своем икране. Паук наклоняется вместе с ней, и они обмениваются улыбками. Улыбка Тиреи исчезает, когда она замечает, что Куоритч наблюдает за ними, выражение его лица подозрительное, но в то же время слегка удивленное. Она с отвращением фыркает и отводит взгляд. Если бы она могла выпрыгнуть за дверь, не убивая себя, она бы это сделала.
Полковник произносит то, что, по мнению Тиреи, должно быть «мотивационной речью» в его версии на языке на'ви об изучении местной культуры, когда они приземляются, о вертолете, возвращающемся на свою базу и о том, как лес поглощает брошенных uniltìrantokx и их пленников целиком. Она прячет смех за рукой, но веселье Паука гораздо очевиднее от представления, которое устроил им полковник.
— И это ты называешь языком На'ви? Ты говоришь как ребенок, — говорит Паук.
— Не говори так, это оскорбляет Тук, — добавляет Тиреа. Сновидцы смотрят на них с оскорбленными или раздраженными лицами, но Куоритч лишь бросает на них нехороший взгляд.
— Знаете что? Как насчет того, чтобы вы двое показали нам, где мы можем найти этих маленьких птичек, — говорит Куоритч. Уши Тиреа'кип смотрят вперед, а затем прижимаются к голове. Коса с бисером падает ей на лицо, щелкая по откинутой назад ионару.
— Думаю, они могут мне начать нравиться все больше.
— Вы никогда не станете ikranä maktoyu, — огрызается Тиреа, не в силах сдержать гнев. Она указывает на всех аватаров по очереди, словно пронзая их кинжалом. К сожалению, ее кинжал все еще заткнут за пояс Куоритча, как будто только для того, чтобы позлить ее.
— Никто из вас этого не сделает. Эйва никогда бы этого не позволила .
— Но не похоже, что Эйва здесь, чтобы остановить нас, а? – насмехается полковник, растягивая губы в жестокой ухмылке. Тиреа делает шаг вперед, уже готовясь обнажить клыки, но Паук хватает ее за запястье и тянет. Она останавливается, оглядываясь на него.
— Пусть попробуют, — предлагает ей Паук, в его глазах сверкает особая искра. Голова Тиреи слегка поворачивается в сторону, прежде чем она понимает. "Позволь им попробовать, потому что если они потерпят неудачу, они умрут." Она стряхивает с себя его руку и кивает головой, поворачиваясь, чтобы посмотреть на окружающих ее сновидцев.
— Nong oe, — говорит Тиреа'кип, затем поворачивается, не оглядываясь. Она не слышит звука шагов, следующих за ней, кроме Паука, стоящего всего на шаг позади, и решает, что это не ее проблема.
— Она сказала, следовать, — кричит Паук через плечо. Мгновение спустя от сновидцев доносится ворчание, и уши Тиреи поворачиваются, когда она слышит, как они начинают двигаться. Возможно, ей и Пауку повезет, и один из аватаров упадет с горы, когда им придется подняться на Ayram Alusìng, чтобы добраться до места, где обычно гнездятся икраны.
Пока они идут, Тиреа сосредотачивается на разговоре демонов позади нее. Они говорят по-английски, время от времени пробуют пару слов на на’ви и через некоторое время начинают, на удивление, звучать. . . нормально. Тиреа знает английский, по крайней мере, большую его часть – она переняла от Нейтири и Джейка в детстве – но есть некоторые фразы, которые они произносят, которые просто ускользают от ее понимания. Тем не менее, ей интересны их разговоры. Некоторые из них вульгарны, а некоторые посвящены обычным вещам, о которых она и ее сестра могли бы говорить, но есть один особенный демон, который склонен скорее слушать, чем говорить. Единственный раз, когда Полковник заговорил, это чтобы убедиться, что Тиреа и Паук ничего не задумали, или посмеяться над какой-то глупостью, сказанной его товарищами. Тиреа'кип думает о его произношении слов на на'ви, которые он произносил ранее. У него странный голос, акцент, которого нет у большинства небесных людей, и он едва знает На'ви. "Мне придется его научить."
При этой мысли она чуть не спотыкается о собственные ноги. На самом деле это возникло из ниоткуда, точно так же, как она думала: "Мне нужно приготовить ужин для Атанилы" или "Мне нужно присматривать за Тук для Нейтири". И все же ее это беспокоит. Она cпрыгивает с упавшего бревна, чтобы отвлечься, хватает лиану и раскачивается в сторону скалы, за которой они следовали. Тиреа протягивает руку Пауку, тот хватает ее и начинает ползти вверх по стене. . . как паук.
— Проклятие, — присвистывает полковник, оценивая высоту первой горы. Это действительно самая замысловатая гора: как только они преодолеют ее, там будут похожие на мосты лианы, и более удобные опоры для того, чтоб взобраться на огромные парящие горы.
— Мы взбираемся сюда, — кричит Тиреа'кип. Она указывает на ближайшего к ней аватара, лысого, не считая его tswin. — Fäkä. Поднимаемся.
Аватары смотрят на нее, на Паука, который идет далеко впереди нее, а затем стреляют взглядами в своего полковника. Куоритч качает головой, его губы изогнулись в недоверчивой улыбке, и он перекидывает пистолет через плечо, чтобы убрать его с дороги.
— Что вы на меня смотрите? Вы слышали эту леди, — глаза Куоритча встречаются с Тиреей, — Fäkä. — Тиреа отводит взгляд, чтобы скрыть улыбку, поскольку он произнес это слово совершенно неправильно.
К несчастью, эти uniltìrantokx — хорошо обученные солдаты, поэтому им удается более или менее не отставать. Тиреа'кип помнит, как Нейтири рассказывала ей, что Джейк когда-то был таким же солдатом, как и они – морским пехотинцем, что бы это ни значило – и поскольку Джейк не упал, когда взбирался в горы ради своей Икнимайи, есть высокая вероятность, что эти аватары тоже не упадут. Тиреа думает помолиться, чтобы Эйва послал Торука съесть демонов со скалы, но решает этого не делать. Подобная вещь расстроила бы Великую Мать, и ей нужны все союзники, которых она может найти прямо сейчас.
Паук и она следуют один за другим, показывая сновидцам, как не соскользнуть с мостов из виноградных лоз, когда они пересекают вершину утеса к Mons Veritatis, величайшей горе из всех. Тиреа время от времени оглядывается назад, проверяя, нет ли каких-либо проблем, и обычно лишь коротко смотрит в глаза полковнику, идущему прямо за ней.
— Это Awaya Ikran, — зовет его Тиреа'кип через плечо. — Это путь на небеса. Не каждый, кто идет по нему, выживает.
— Джейк Салли сделал это? — спрашивает Куоритч, перебираясь на лозу рядом с ней. Он прыгает с разбега, махая хвостом за спиной, и преодолевает небольшой проход между мостом, как будто пытается произвести на нее впечатление. Или запугать ее. Не оглядываясь назад, он протягивает руку Тирее, словно она не способна подняться сама.
— Джейк - Торук Макто, — упрекает она, отступая от него, чтобы избежать его руки. — Ты vrrtep. — Она спешит мимо него, прыгая, чтобы ухватиться за выступ скалы Mons Veritatis.
— Да, да, я понял, — отвечает полковник, хотя Тиреа сомневается, что он имеет хоть какое-то представление о том, как звучит "демон" на языке На’ви.
Остальные uniltìrantokx начинают карабкаться по склону последней, самой большой скалы. Тиреа спешит, пытаясь догнать Паука, что практически невозможно. В конце концов, он заслужил свое прозвище не просто так. Он смотрит на нее сверху вниз, машет рукой с улыбкой на лице, а затем продолжает подниматься вверх. Тиреа усмехается в ответ, решив подойти ближе. Обожженная кожа на ее правой ноге неприятно натягивается по мере ее движения, но она не позволяет этому замедлять себя.
— Надо идти быстрее, Кип! — кричит он ей. Она хватается за лозу, подтягивается и умудряется схватить его за лодыжку. Он смеется, отталкивает ее и продолжает подниматься вверх. — Поторопитесь! — На этот раз Паук обращался к аватарам, которые, как правило, останавливаются каждые несколько минут, чтобы посмотреть вниз и полюбоваться тем, как высоко они находятся.
В следующий раз, когда Тиреа бросает взгляд на полковника, он не обратит на нее никакого внимания, а вместо этого наблюдает, как Паук карабкается. На его лице снова почти улыбка. Она отводит взгляд, прежде чем успевает сделать какой-либо вывод об увиденной ситуации.
Самое большое гнездовье икранов находится на Mons Veritatis, что и привело сюда в первую очередь воинов Оматикайя. Икраны крупнее и свирепее, их лучше всего приручить. Именно в этом месте Тиреа'кип заявила права на своего икрана, Хуфве. Она надеется, что рана не слишком помешала ее бедной подруге. Но время от времени, пока они поднимались, она замечала, что за ними, кажется, преследует некий лавандово-пурпурный икран. Тиреа считает, что пока Хуфве держится на расстоянии, никаких проблем возникнуть не должно.
— Fìtsenge, — говорит Тиреа, когда они достигают вершины горы. Она и Паук присели возле скалистого выступа, изучая икранов, шипящих и визжащих на незваных гостей.
— Это то самое место — переводит Паук сновидцам.
Они ползут вперед, пригнувшись, с оружием наготове. Тиреа находится в нескольких дюймах от них, приподняв верхнюю губу в месте расположения пистолетов. Ее пальцы дергаются, желая почесать свои ожоги. Вдали от места гнездования она видит, как приземляется Хуфве. Стоя на коленях рядом с ними, лысый аватар передает длинное и тонкое ружье Куоритчу, который осматривает боеприпасы, прежде чем прицелиться. Тиреа подталкивает Паука, затем кивает в сторону оружия. Он смеется, привлекая внимание аватаров.
— Что? — раздраженно спрашивает Куоритч.
— Дети На’ви, младше меня, делают это голыми руками, — говорит Паук, пожимая плечами. — Тиреа'кип было всего тринадцать, когда она впервые оседлала Хуфве.
Тиреа хотела бы, чтобы Паук не упоминал о ней. Полковник в тотчас же смотрит на нее, наблюдая за ней так, что ей кажется, будто его глаза видят ее насквозь, прежде чем снова посмотреть на Паука.
— Джейк Салли выбрал трудный путь? — спрашивает он.
— А ты как думаешь?, — отвечает Паук.
Вздохнув, полковник возвращает оружие товарищу. Даже не колеблясь, он перепрыгивает через камни, за которыми они прячутся, и медленно приближается к ближайшему икрану, темно-синему существу с блестящими янтарными полосами вдоль тела. Он издает яростное шипение, на что Куоритч отвечает тем же жестом. Тиреа садится на вершину камня, рядом с тем местом, где сидит Паук. — "Это будет интересно," — думает она про себя. Этому vrrtep никогда не будет позволено создать тсахейлу.
Тиреа'кип вздрагивает, когда Куоритч бьет икрана прямо в морду после того, как тот пытался напасть на него, чего она никогда не видела, а затем наблюдает, как он прыгает ему на спину. Паук встает и прикрывает рот ладонями, хотя его маска мешает, пока Куоритч борется с икраном.
— Я уже говорил, что тебе нужно завязать пасть? - кричит мальчик. Тиреа шлепает его по лодыжке, заставляя его снова присесть рядом с ней. Неприятное чувство оседает внизу живота.
— Спасибо большое, малыш! — кричит в ответ полковник, и Тирее хватает здравого смысла понять, что он разговаривает не с ней.
Бой продолжается безжалостно, икран брыкается и кричит, полковник так же яростно сопротивляется. Икнимайя Тиреи не была чем-то подобным этому, и она уверена, что никогда не было другой Икнимайи, похожей на ту, что разворачивалась перед ней. Наконец икран расправляет крылья и ныряет со скалы, воздух наполняет слабый шум криков Куоритча. У Тиреа'кип перехватывает дыхание, когда она смотрит, как Паук бежит к краю.
— Mawey, — не раздумывая, говорит она, хватая Паука за плечо, когда он склоняется над обрывом. Остальные сновидцы следуют за ним, потрясенные и молчаливые. Тиреа чувствует то же самое. Она не думала, что все закончится так легко. — Za’u neto ftu tsatseng. — Мальчик колеблется, но в конце концов отходит от края.
Аватары начинают говорить, когда Тиреа навостряет уши, дергаясь к краю обрыва. Она поворачивается как раз в тот момент, когда сине-желтый икран взмывает вверх с торжествующим Куоритчем на спине. Она отступает назад в изумлении, не понимая ни одного слова, которое выкрикивают полковник или сновидцы. Они звучат невероятно взволнованно, как дети. Тиреа чувствует, что ей может быть стало плохо. Когда полковник победно поднимает кулак, их взгляды встречаются. Он кивает ей головой, на его лице появляется дерзкое выражение. Все, что она может сделать, это смотреть.
Тиреа никогда не станет Тсахик, она не Тсакарем, но ее научили пути Эйвы, и она знает голос Великой Матери. Она всегда говорила себе и говорила своей младшей сестре, что лучший способ общения с Великой Матерью — это наблюдать, как природа реагирует на людей и ситуации. Тиреа всегда считала, что лучше всего делать выводы после изучения окружающей ее природы. Теперь она не так уверена. Если она продолжит следовать этой теории, то Икнимайя полковника Куоритча станет знаком самой Эйвы. Тиреа'кип хотела бы поговорить с Мо'ат. Она поможет ей понять. Но здесь она одна. Она должна сама прийти к выводам и принять собственные решения. Она решает помолиться и посмотреть, как другие uniltìrantokx пытаются выполнить свою Икнимайю. Великая Мать, помоги мне понять. Дай мне знак.
Некоторое время спустя кажется, что ее знак прибыл. К ее ужасу, каждый из сновидцев приобрел своего икрана и получил лишь минимальные ранения. Тиреа тяжело сглатывает. Ей кажется, будто что-то говорит с ней где-то в глубине ее сознания. Она чувствует, что ей нужно принять решение. Она помнит свою koak’tsmuke, историю, которую в детстве почти каждый вечер рассказывала Тиреа’кип; история о небесного человеке, сноходца, ставшего Торук Макто. Она помнит, как Нейтири сказала: "Мне было поручено обучать его. Сначала я подумала, что это проклятие. Теперь я вижу, что у Великой Матери с самого начала был план. Это было благословение".
Хуфве приземляется рядом с ними, а аватары садятся на своих новых ездовых животных, медленно поднимаясь в небо один за другим. Полковник остается на скале последним, побуждая Паука сесть на своего нового икрана, которого, кажется, это совершенно не беспокоит. Тиреа оглядывается на Хуфве, приседает, протягивая руку и щебеча несколько раз. Ее верный икран приближается и трется мордой о руку Тиреи. Она изучает пулевое ранение и обнаруживает, что это всего лишь небольшая дыра, на которой кровь уже высохла. И все же ярость клокочет у нее в горле. Она заталкивает его обратно.
— Ты идешь, малышка? — Куоритч зовет ее. Она поворачивается к нему лицом, и Хуфве на мгновение кладет лицо ей на плечо.
— Мне казалось, ты сказал, что если я «еще раз проделаю такую херню», мне «так легко не отделаться», — отвечает Тирея, мышцы над ее глазами поднимаются.
— Ты это говорил, — подтверждает Паук.
— Ну, теперь я говорю, залезай на эту чертову птицу, соплячка, — говорит полковник. Тиреа почти показала ему язык – как по-детски – но вместо этого одним быстрым движением взобралась на Хуфве. Опустив ионар, она щебечет, и икран тут же взмывает в небо, паря над Куоритчем, его икраном и Пауком. Мгновение спустя они уже у нее на хвосте.
По ее телу пронесся невероятный прилив чувств, когда она приседает над спиной Хуфве, прижимая ноги к телу существа. Она снова в небе, паря над своим домом. Мгновение спустя полковник пролетает над ней и ухмыляется, прежде чем броситься вперед. Тиреа'кип цокает языком, и Хуфве догоняет другого икрана. Она слышит смех Паука. На лице Куоритча появляется частичная улыбка, едва заметная, но заметная только для тех, кто внимательно изучает его, как Тиреа.
Всего лишь на мгновение Тиреа'кип чувствует Великую Мать вокруг себя и думает, что она может понять.
Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!