ЧАСТЬ ПЕРВАЯ: ГЕРБЕРТ ХЕРБЕРТ. Глава первая.

О, Мелани! Свет моей жизни, моя страсть, мое наваждение. Желание мое, моя душа. Ме-ла-ни - губы смыкаются будто в воздушном поцелуе, посланном мне моей девочкой, а потом кончик языка совершает путь в два шажка вниз по небу, чтобы на третьем мягко распластаться у входа в гортань. Ме. Ла. Ни. Я увидел её во дворе дома её бабки, недавно купленного ей сыном, отцом Мелани, Герром Ларским, писателем, тоже омегой. Все в этом доме и в этой местности было в новинку девочке пятнадцати лет, прожившей всю жизнь в большом и старинном европейском городе, путешествующей по Европе и выезжающей летом на море с родителями. О, это очарование немецкой деревни! Тишина и свежесть воздуха, шелест садов за заборчиками, красота и уют домиков. Прекрасная Мел, Мелли, Мелани и, как грубо называли ее в семье - Меланья, она была наделена поэтическим складом характера и тянущимся ко всему с любопытством умом. Лирическая, но в то же время дерзкая девочка. Поэтому в то лето я видел ее то среди крон яблонь в их саду, сидящей как птица на ветках, то лежащей на уже жухлой траве с книгой и жующей какой-то пирожок, - ее бабка готовила все время, как пекарня и постоянно угощала соседей своими хлебобулочными изделиями, - то идущей по дороге и напевающей, как мультяшная Белоснежка, песенку, то несущейся на велосипеде вместе с братьями и другими детьми, ее сверстниками, проживающими в нашей деревне. Вроде все она делала, как все остальные дети ее возраста - смотрела на мир и в себя, не замечая никого вокруг. Но в любом ее действии, а особенно - в бездействии, было столько грации, изящества, непосредственности, переходящей даже в вычурность поз, поворотов головы и взглядах из-за плеча, плавных движений рук!.. Сплошное легкое дыхание и аромат ранней юности!.. было столько чего-то неземного, волшебного, что сердце не только старого учителя делало каждый раз кульбит, когда глаза видели Мелани, но и все вокруг любовались моей крошкой - а уж я-то эти посторонние взгляды замечал особенно! Ее черные, всегда распущенные волосы, не превращались, как у других девочек в мочалку за весь день игр и беготни, а оставались гладкими и блестящими, как будто она только что их помыла и хорошенько причесала - ровная челочка спереди, вся копна на спине и по плечам. Синие глаза в сочетании с белой, немного румянящейся на щеках кожей, делали ее похожей на старинную фарфоровую куколку, тем более, что брови и ресницы - длинные и прямые - тоже были неестественно черными. Будто какой-то неведомый мастер решил использовать одну краску для всех волос на ее голове. Тоненькая и длинная фигурка, угловатая, еще не наделенная всеми теми выпуклостями и округлостями девушки, но уже готовая к ним, манила меня, говоря, что скоро, очень скоро девочка станет взрослой и я… потеряю к ней интерес. Мне следовало поторопиться. Уважаемые присяжные заседатели обоего пола и всех видов! Перед вами Экспонат, наделенный страстью, за которую проклинают в любом цивилизованном обществе, осуждают и наказывают, и которая была совершенно естественна в мире наших великих предков. Страстью, которая стала только в недавнее время считаться патологией и преступлением, но которая, как я думаю, немало поразмыслив и понаблюдав за другими существами нашего мира, присутствует в природе каждого мужчины, будь он бетой, альфой или даже омегой. Страстью, которая гораздо сильнее меня, хотя я и бета, а значит, должен был бы не иметь инстинктов. Нет! У разумного человека, которым являюсь я, нет инстинктов, но есть всепоглощающие страсти, как и у всех, просто у кого-то они имеют более законные формы. Полюбуйтесь на этот клубок терний, на то, из чего состою я! Были ли у нее предшественницы, у моей Мелани? Как же, были! Более того скажу - если бы не они, изначальные, исходные девочки, то и никакой бы Мелани в моей жизни не случилось бы! Все предшественницы моей принцессы - а их за тридцать пять лет моей службы школьным учителем старших классов по литературе было семь - были бетами. Не то чтобы я не питал любопытства и тяги к сказочным существам, коими являются все омеги, нет, отнюдь. Я мог часами наблюдать стайку юных омег, бегающих по рыночной площади в каком-нибудь городе в дни рождественских каникул или купающихся в крытом бассейне, отличающихся от всех остальных особей и эмоционально, и внешне. И это зрелище всегда меня завораживало. Тонкие, хрупкие, гибкие, все невысокие по сравнению с вечно трущимися рядом с ними альфами, юные омеги в нашем мире людей-бет и то ли нелюдей, то ли животных - альф, они, эти омеги похожи на эльфов. Почему же я не покусился ни разу до Мелани на омегу? Почему моими пассиями всегда были ее ровесницы беты? Из опасения быть пойманным. И пойманным не полицией или разъяренными родственниками моих избранниц, уж и тех, и других я настолько хорошо изучил, что у них против меня не было никаких шансов! Меня смущали слухи и статьи в интернете, в коих всегда рассказывалось о сверхчувствительности омег, об их врожденной осторожности, наблюдательности, высоком интеллекте и интуиции. Природа их создала управлять самыми опасными существами на этой планете - альфами, и наделила огромным набором инструментов для этого. И вполне возможно, что находясь в некой связи с альфами, омеги имели и особую защиту с их стороны. Но все-таки, самым главным, что меня останавливало, так это всеобщее мнение о том, что омеги умеют считывать чужие мысли и чувства. Я несколько раз проверял это на практике, позволяя себе в классе, где я проводил урок и в котором была одна или две омеги - их количество в мире настолько мало, что я без шуток удивлен тому, что их еще не держат в специальных заповедниках, а разрешают жить и развиваться среди людей и нелюдей - так вот, дав задание всему классу, я позволял себе расслабиться и отдавался своим воспоминаниям о том, чем занимался со своими возлюбленными или фантазировал о будущих приключениях. И что бы вы думали? Омеги всегда прекращали свои дела, откладывали пишущие ручки, долго смущались - их неопытность и невинность меня особо всегда привлекали - а потом либо в упор, с осуждением смотрели в меня своим взором, либо наоборот, просились выйти всегда задыхающимся голосом. Они чувствовали мои желания, мои мысли, мои фантазии, мое измененное под их воздействием состояние. Достать себе такую чуткую к чужим желаниям и в то же время - робкую и нежную партнершу, это было верхом моих мечтаний!