Вернутся к фанфику
04 Through Troubled Times
12 мая 2025, 05:32Спустя неделю.
Тридцать бойцов спецподразделения, облачённые в полное снаряжение, спустились в недра Чанхэншаня. — Наша задача — обнаружить ядро магнитного искажения, стабилизировать аномальные энергетические волны и остановить появление Вандереров. По предварительным данным, ядро находится в глубоком ущелье с северной стороны. Операция будет куда опаснее и сложнее всех предыдущих. Каждый обязан строго следовать инструкциям и неукоснительно соблюдать меры безопасности… Командир Джон говорил с жёсткой выверенностью. Пока он разворачивал карту, отвлёкшись на местность, Тооя, воспользовавшись моментом, наклонился к Зейну и шепнул заговорщицки: — Эй, ну ты завещание кому оставил? Его явно терзал вопрос: кто занимает место в сердце этого всегда невозмутимого, молчаливого товарища. Зейн не ответил, лишь спокойно отразил выпад встречным: — А вы, сенпай? Тооя хмыкнул, чуть приподнял уголок губ и с видом заговорщика бросил: — Представлю при возвращении. Он ещё не знал, насколько обманчивым бывает это простое слово — «возвращение». Насколько легко оно срывается с губ. И как трудно ему сбыться. Чем дальше отряд углублялся в горный массив, тем круче становился подъём, тем плотнее сгущалась чуждая, давящая энергия. Каждый шаг вперёд давался всё тяжелее — истощающие бои и потеря сил становились их повседневностью. Товарищи падали один за другим. Обложка блокнота Зейна покрывалась новыми царапинами — метками тех, кого он не сумел спасти. Его роль незаметно сместилась: из полевого медика он становился солдатом. Но кровь всё так же лилась. А смерть следовала за ними, будто неотступная тень. И чёрный жнец всё чаще приходил к Зейну во снах, впиваясь в него своим немым, ледяным взглядом. После особенно ожесточённой схватки капитан Джон принял горькое решение: усилий одного отряда недостаточно. Искажения магнитного поля становятся всё сильнее, а аномалии — неуправляемыми. Продолжение миссии грозит ещё большими жертвами. — Единственный шанс — уничтожить ядро. И как можно скорее. Когда Тооя вернулся в лагерь, Зейн как раз разворачивал повязку. Рана на правой руке снова открылась, кровь медленно просачивалась сквозь ткань. — Ты же врач, — укоризненно сказал Тооя, протягивая флакон с антисептиком. — Понимаешь, насколько важны твои руки? Защищать — не значит принимать каждый удар на себя, Зейн. — Я понимаю, — коротко отозвался тот. — Нет, не понимаешь, — вздохнул Тооя. — Ты всегда бросаешься вперёд, когда речь о чьей-то жизни. Я видел немало самоотверженных врачей, но таких, кто цепляется за это, будто и правда пытается что-то искупить… нет. У тебя внутри — осколок. Застрял глубоко. Я прав? — Там ничего нет, — отчеканил Зейн, не моргнув. — То есть точно есть. — …Нет, — голос стал тише. Зейн свернул бинт, расстегнул спальный мешок, ясно показывая, что разговор окончен. Но Тооя не двинулся с места — он ждал. Тишина повисла между ними, тяжёлая и настойчивая. В конце концов, Зейн сдался. — Когда-то… я чуть не потерял человека, который был мне очень дорог. Тооя застыл. — Что случилось? Зейн медленно сжал воздух в ладони, будто ощущая ту давнюю дрожь, и выдохнул: — Тогда я не справился. Моя способность… вышла из-под контроля.***
В ту ночь кровь стекала с его рук, вплетаясь в сны. То лето, когда ему было двенадцать, казалось бесконечным — яркое, тёплое, запоминающееся до мелочей: гортензия у стены, утренний свет, мороженое «Шари-Шари» в морозилке, скрип качелей в парке. Всё хранилось в памяти, будто это случилось вчера. А потом пришёл снег — и закрыл то лето навсегда. И тогда, впервые, во сне к нему явился чёрный жнец.Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!