Вернутся к фанфику

Глава 4. Часть 2. Фолиант времени

5 июля 2025, 03:44
      Настойчивый стук повторился, сотрясая дверь и ветхие стены. Кевин, схватив со стола нож, подошёл к порогу и настороженно спросил:       — Кто там?       Вместо ответа его дверь выбили силой, в дом ворвались три стражника. Они оттолкнули геолога в сторону и без спроса начали обыскивать его комнату.       Кевин, опешив от их наглости, возмутился:       — Подождите!       Стражники не обратили на него внимания, они сдёрнули покрывало с кровати, разорвали подушку, вытряхнули всё из шкафа, забрали вещи со стола и положили кварц в мешочек, будто улику. Их беспредел шокировал Кевина, хоть это был и не совсем его дом.       На кожаных доспехах виднелись религиозные знаки — геолог предположил, что эти люди служили инквизиции. Судя по всему, они подозревали его в ереси, и за это беспощадно разгромили дом. Стражники действовали быстро и слаженно, не давая ему никаких объяснений.       — Что происходит? Я не делал ничего плохого!       Кевин не пытался им помешать, осознавая, что сопротивление лишь усугубит ситуацию. Он растерянно смотрел, как стражники наводили беспорядок, пока один из них вдруг не шагнул к нему.       Попятившись назад, Кевин врезался спиной в стену, а в следующий миг на его запястьях защёлкнули холодные наручники. Стражники закончили обыск и повели геолога на допрос.       Трёхэтажное широкое здание занимало большую площадь, будто поместье, а у ворот дежурили строгие смотрители, они кивнули стражникам и пропустили их с Кевином вперёд. Кабинет инквизитора располагался на третьем этаже, подчёркивая его власть. Стражники грубо затолкали Кевина внутрь и вошли вместе с ним.       Возле окна находилась статная мужская фигура, окутанная мягким солнечным светом. Не поворачиваясь, Асманд холодно бросил:       — Свободны.       Подчинённые поклонились и молча вышли из кабинета, оставив Кевина с этим мужчиной наедине. Геолог не решался заговорить первым.       Заложив руки за спину, Асманд отошёл от окна и сказал:       — Садись.       В его низком голосе сквозила опасность. Кевин несмело опустился на стул и положил скованные наручниками руки на колени. Чувствуя, что назревает тяжёлый разговор, геолог отчётливо сказал:       — Вы взяли меня по ошибке. Я не виноват.       На самом деле он не мог быть в этом уверен, поскольку не знал, чем занимался владелец тела до его переселения, но брать чужие грехи на себя он не собирался. Если бы геолог признал, что нарушил закон, то его могли казнить или сжечь. Преуспев в науке, Кевин не очень хорошо разбирался в эпохе средневековья, но примерно он представлял, чем занимались инквизиторы и как они наказывали еретиков.       Инквизитор, присев на край стола, заметил:       — Я тебя ещё не обвинял.       — Тогда зачем вы меня схватили?       Выдержав секунду, Асманд тихо спросил:       — Твои камни могут исцелять?       Кевин, ничего не знающий о жизни в этом мире, промолчал. Такой наводящий вопрос тоже мог привести к его казни. Иногда лучше ничего не говорить, чем глупо попасться из-за того, что сболтнул лишнего.       Асманд заметил его нежелание сотрудничать и уточнил:       — Я спрашиваю не как инквизитор. Отвечай.       В его голосе послышалось нетерпеливость. Кевин не мог использовать камни для лечения и не разбирался в магии. Если в этом мире они в самом деле обладали волшебными целительскими свойствами, то он не умел их использовать.       Поразмыслив, Кевин ответил с научной точки зрения:       — Некоторые минералы, например, кальцит, сфалерит или колеманит и правда используются в фармакологии, но они не могут излечить все болезни. Я не верю в литотерапию, если вы спрашиваете о ней.       На незнакомые слова Асманд нахмурился, а потом, скрестив руки на груди, с угрозой заметил:       — Думаешь, я не знаю, что ты мастер артефактов?       — Каких артефактов?..       Асманд взял со стола льняной мешочек и бросил его к ногам геолога. Хрупкий узел развязался, и на пол высыпались драгоценные камни.       — Это нашли в твоей тайной мастерской.       Кевин замолчал, вжавшись в стул. Он узнал несколько камней на полу, их цена окупила бы двадцать таких домов, где он недавно очнулся. Редкие минералы и даже небольшой бриллиант.       Инквизитор продолжил:       — Мой младший брат болен. Кашель разрывает его лёгкие изнутри. Целитель не смог его вылечить. Церковь твердит, что в него вселился бес, но это не так.       Последние слова зацепили Кевина, и он спросил:       — Вы не верите церковному учению?       Инквизитор, тихо усмехнувшись, лишь покачал головой, но не пояснил вслух — за дверью могли стоять стражники.       Кевин поднял на него взгляд:       — Вы хотите, чтобы я вылечил вашего брата?       — В деревне все знают, какие у тебя умелые руки, только поэтому не доносят, — спокойно сказал Асманд. — Помоги мне. Взамен я обещаю, тебя никогда не будут преследовать. Ты будешь под моей защитой.       — А если я не смогу?       — Сгоришь заживо, — тем же равнодушным тоном заключил инквизитор. — Или твоя голова полетит с плеч.       В воздухе повисла угроза, и Кевин не смог ничего возразить. Он не знал, что случится, если его настигнет смерть в этом времени.       Асманд принял это за согласие:       — Завтра вечером я приду к тебе. Жди меня. Если узнаю, что ты сбежал, деревня сгорит дотла. Жизни людей будут на твоей совести.       Поставленный ультиматум ошеломил Кевина, и он с неверием уставился на инквизитора, размышляя, способен ли тот на подобное. Недавно увиденный пожар подтверждал возможность такого исхода. Сопоставляя разные факты, умом Кевин склонялся к тому, что мог, но сердце подсказывало, что нет. На бледном лице судьи читалась сильная измождённость и искренняя тревога за близкого человека. Голос звучал твёрдо и непоколебимо, словно сталь, но в глазах плескалось беспокойство.       Инквизитор обратился к мастеру магических артефактов за помощью — это показывало, насколько он в отчаянии, раз рисковал всем ради брата. Изощрённый хладнокровный убийца не стал бы заботиться о других.       Предупреждение поставило точку в разговоре, и Кевин поднялся со стула, уже направившись к выходу, как вдруг услышал:       — Стой.       Геолог послушно застыл на месте, через плечо оглянувшись на инквизитора. Асманд наклонился, подобрав мешочек с камнями, и легко бросил его геологу — тот едва поймал драгоценности, испытав сложность из-за наручников. Покрасневшую кожу на запястьях больно засаднило, но, прикусив губу, Кевин стерпел.       — Забери. Вдруг пригодятся.       С мешочком в руках Кевин вышел из кабинета. Стражники у двери сняли с геолога наручники, а потом отпустили домой, где царил беспорядок.       Кевин наконец понял, что произошло: если он не создаст артефакт, то все его конфискованные вещи станут неоспоримыми доказательствами ереси. Верховный инквизитор управлял всем так, как хотел.       Лишившись инструментов и книги, Кевин потерял надежду что-то сделать. Он не верил в магию, ничего о ней не знал и не хотел к ней прибегать, даже если она и существовала — это рушило его научное мировоззрение.       В разговоре Асманд упомянул тайную мастерскую. Потенциально там могли быть подсказки, но Кевин понятия не имел, где она и как её найти. Кроме того, он вдруг ощутил ужасный голод и сильную жажду — перемещение в прошлое ничем не отличалось от путешествий между разными мирами.       Снаружи он нашёл ограждённый загон, прилегающий к дому. Большой петух ходил по траве с гордым видом, а в другой части разбрелись пять цветных кур. Они закудахтали, когда увидели хозяина.       Кевину стало их жалко, он любил жареную курицу, но сам бы никогда не смог свернуть ей шею. Похоже, до конца временного путешествия придётся посидеть на диете без мяса.       Обойдя небольшой дом со всех сторон, Кевин осознал, что та тесная комнатка — всего лишь пристройка. Возможно, там держали провинившихся в наказание. Но с южной части помещение тоже было относительно небольшим: печь, сундук, пара полок и несколько шкафчиков. Всё пребывало в страшном хаосе, пол усеяли вещи и разбитые тарелки — выходит, те стражники сначала обыскали эту часть дома, а потом уже вломились к нему. Это произошло настолько стремительно, что у Кевина не было возможности всё рассмотреть.       Больше неожиданных перемещений не происходило. Он провёл здесь полный день, а вечером к нему нагрянул инквизитор, как и обещал. Кевин волновался перед его приходом — геолог так и не разобрался, что представляли собой магические артефакты. В его понимании это были вещи, найденные во время раскопок. У него не нашлось быстрого способа исцеления, но он обнаружил у реки корень солодки — одно из известных ему средств от кашля. Кевин очень плохо ориентировался в народной медицине, и всё же это было лучше, чем ничего. Он не собирался позорно сбегать.       Раздался тихий стук — всего два удара. Кевин, вздрогнув, подскочил со стула и открыл дверь для инквизитора.       Лунный свет мягким мерцанием опутал силуэт мужчины, протянувшего руку, облачённую в перчатку.       — Артефакт.       Кевин сжал лямку кожаной сумки, а потом спросил:       — Можно я сначала осмотрю вашего брата?       Инквизитор чуть наклонил голову, ожидая другого ответа, и опустил руку. На его лице возникло сложное выражение. Он думал ровно десять секунд, прежде чем неохотно шагнул назад и сказал:       — Можно.       Под серебряным лунным светом они вместе направились в дом инквизитора. Кевин выдерживал расстояние в три шага, ступая позади. Когда они прибыли на место, то геолог услышал громкий кашель — болезнь запустили.       На кровати лежал измождённый мальчик лет восьми, на его бледном, как мел, лице горели алые щёки, он сильно лихорадил.       — Вам лучше выйти, — Кевин неуверенно обратился к инквизитору. — Вы можете заразиться от него.       — Нет.       Геолог не стал настаивать и достал из сумки найденные в лесу травы. Асманд с замешательством следил за каждым его действием, а потом заметил:       — Это бесполезно.       — Магия тем более не поможет, — фыркнул Кевин, направившись на кухню, чтобы промыть травы и сделать отвар.       Его доброту и искренность не оценили.       Асманд схватил геолога за шею, сомкнув пальцы, и прижал к стене.       — Шутить со мной удумал?       Кевин, ударившись затылком, сдавленно пояснил:       — Я не верю в магию. Травы надёжнее.       Асманд слегка ослабил хватку на его шее. Кевин отрывисто задышал, пытаясь успокоиться. От удушения в глазах замелькали чёрные точки, горло разболелось. Когда геолог сглотнул, его кадык потёрся о крепкую ладонь мужчины, который над ним возвышался подобно скале.       — Ты же мастер, — сквозь зубы процедил инквизитор, не отпуская его. — Как ты можешь в неё не верить?       — Что именно вам сказал лекарь?       Насколько Кевин знал из лекций в университете, в средневековье с медициной не ладили. Они обычно действовали по стандартной инструкции, веря, что во всём виноват излишек крови, или же уповали на молитвы.       Опасения подтвердились.       — Он хотел ему пустить кровь, но я не позволил, — Асманд разжал пальцы и убрал руку от геолога. — Церковь хотела провести обряд очищения…       — Его организм ослаблен! Нельзя делать кровопускание. Он же совсем ребёнок, как можно… — Кевин осёкся, вспомнив, с кем разговаривал, а потом добавил: — Хороший уход может помочь его вылечить. Не стоит слепо полагаться на магию.       После его долгих убеждений инквизитор наконец уступил. Кевин использовал всё, что знал. В детстве он очень часто болел, но в бедном сиротском приюте о нём не особо заботились, только няня иногда приходила его проведать. Такие вещи, как частое питьё, гигиена и тому подобное, уже могли улучшить ситуацию.        В итоге Кевин ежедневно начал посещать дом инквизитора, чтобы проверить ребёнка. Его состояние то ухудшалось, то шло на поправку. Каждый раз, когда у мальчика вырывался страшный кашель, у Кевина душа раскалывалась на части. Этот мальчик очень сильно страдал, но под заботой постепенно болезнь отступала.       Немного задержавшись из-за готовки, Кевин опоздал к Нилу. Мальчик стоял на пороге с покрасневшими глазами, будто долгое время ожидая целителя.       — Дядя, почему вы так поздно?       Сколько бы Кевин не просил называть его по имени, мальчик упорно называл его дядей. Сначала это напрягало, но вскоре он привык к этому обращению.       — Прости, — Кевин улыбнулся и потрепал мальчика по густым тёмным волосам, таким же прекрасным, как и у старшего брата.       Стоило его вспомнить, как Асманд вышел в коридор не в священном одеянии, а в свободных брюках и чёрной тунике, украшенной шнуровкой, сквозь отверстия которой прослеживались контуры мышц. Даже в этом простом образе он выглядел не как средневековый житель, а как богатый переодетый дворянин.       — Он всё твердил о тебе, — недовольно заметил Асманд, прислонившись к стене. — Я уже думал пойти за тобой.       Кевин неловко улыбнулся. Прошло две недели с тех пор, как он стал посещать их дом, заботясь о Ниле. Асманд с подозрением относился к каждому его действию и постоянно всё спрашивал, но за всё время Кевин ни разу не предпринял попытки навредить и не выказал такого намерения. Он поступал по совести и очень старался помочь, один раз он так засиделся с Нилом, когда у него подскочила температура, что заснул у его кровати.       Благодаря частым визитам Кевин сблизился с Асмандом, но когда тот хотел ему заплатить за лечение, то геолог наотрез отказался принимать деньги. Тогда инквизитор, разозлившись на его глупость, пригрозил ему костром — мешочек тут же оказался в руках Кевина, не решившего рисковать.       Когда Нил выздоровел, необходимость приходить отпала. Кевин в последний день признался, что не помнит, где находится тайное убежище, потому что повредил голову. Инквизитор, хоть и усомнился в правдивости, за помощь вызвался его сопроводить.

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!