Вернутся к фанфику

육

9 октября 2025, 21:36
Утром Джинни проснулся от шума, странных звуков и голоса Минхо. Ещё можно было бы поспать, но этот иуда был таким громким, что захотелось его придушить, правда, он исправился, приготовив им завтрак. Всё то время, что Хван раскачивался, собирался, умывался и еле притащил себя к столу, Ли говорил со своим бойфрендом, уделяя время котам.  - Выглядишь очень вяло, - выдал Минхо. - Я спать хочу! – Джинни осмотрел себя и понял, что на нём аляпистый свитер. – Выдели мне какую-нибудь кофту или рубашку, а то это треш.  - Сейчас, - друг ушёл, оставив его одного накладывать себе вкусности. – Водолазка или рубашка? Обе мне маловаты в плечах, а тебе будет ок.  - Водолазка, - сказал с набитым ртом.  - Правильно, - Хо кивнул, - у тебя под кадыком очень красивый синяк зацвёл.  Пока завтракали, гость посмотрел три видео-сообщения, которые прислал муж. На первом троица перед ним извинялась за то, что бете пришлось ехать к другу спать. На втором они завтракали и благодарили за угощения, а на третьем махали из такси. Он переоделся, вручил вновь ключи от авто Хо, сев на пассажирское. Стоило только включить планшет, Хёнджин тут же стал разгребать свою почту. Они доехали до центра быстрее из-за того, что Ли срезал, миновав два долгих светофора. В фойе было не так много людей, но все кураторы, что были на работе, облепили Серина. Минхо тоже поспешил его поприветствовать и обнять. Джинни же дождался своей очереди, проникновенно посмотрел в глаза и спросил:  - Как ты?  - Всё нормально, - тот кивнул, улыбаясь. – Пью лекарства, сбалансировано ем и даже сплю положенные часы, - хохотнул. – Я потом к тебе зайду, отдам документы.  - Хорошо, - Хван кивнул.  Практиканты стали подтягиваться. Когда почти все собрались, Хёнджин поприветствовал группы, объявил расписание на неделю, которое было довольно насыщенным, учитывая два экскурсионных дня, и в конце упомянув, что результаты их теста появятся в табеле, поэтому не надо допытывать своих кураторов: они сами ничего не знают. Ответив на несколько вопросов, он всех отпустил, кроме своей группы.  - Итак, G7, настал тот день, - он улыбнулся и посмотрел на каждого омегу, - когда я вверяю вас в заботливые руки вашего истинного адвайзера: Чу Серин, - бета осмотрел всех и поклонился. – Он сговорчивее меня, поэтому, я уверен, что вы прекрасно поладите, - Джинни кивнул. – Но не забывайте, если вдруг у вас возникнут проблемы, вопросы или любые важные комментарии, вы всегда можете обратиться ко мне лично, - бета заметил, как Феликс почти что скис. – Желаю вам всем хорошего дня и продуктивного сотрудничества.  - Спасибо, господин Хван, - одновременно сказали несколько омег, но поклонились все без исключения.  Он поклонился в ответ и ушёл в свой кабинет. Теперь дни должны идти быстрее!  Кристофер отписался, что они приехали в Пусан, их поселили в отель и сразу же взяли в оборот, готовя к съёмкам в выходные. Они познакомились с другими участниками – пять команд. Все довольно дружелюбны. Только альфы и беты, омеги были лишь в строю персонала и оба ведущих, один из которых был постоянный, а второй - приглашённый гость. На этот раз был какой-то известный актёр, но его имени Чани назвать пока не может. Джинни пожелал удачи и попросил держать его в курсе. До обеда он работал над отчётом и был на аудиенции у директора. Тот попросил озвучить цифры по аттестации будущих врачей, а потом поручил Хвану с его отделом подготовить отчёт по выручке к середине года.  - В бухгалтерию, естественно, тебе доступ открыт полный, - сказал седовласый бета, которого они за глаза называли «Батя». – Если начнут ныть – пригрози.  - Конечно, - Джинни улыбнулся. – Если я уж доктора Чо постоянно заставляю делать свою работу, то бухгалтеры устоять передо мной не смогут.  Директор посмеялся.  - Хочу тебе квартальную премию выписать побольше, - он помахал стиком. – Ты молодец, молодец, - улыбка. – И посоветоваться. – Хван кивнул, готовый слушать. - Как думаешь, сможем в следующем потоке взять на одну группу больше?  Джинни задумался: он прикинул в голове количество человек, масштаб, а потом решил, говоря вслух, что проще будет группы просто расширить. Если какой-то пол будет доминировать, то им придётся нанимать ещё одного наставника.  - Расширять группы я бы не хотел. Сможешь заняться и этим? Собеседования провести, всё показать, обучить так, чтобы человек сразу вышел и был продуктивен? – директор что-то писал в планшете. – У нас есть финансы на дополнительного адвайзера. Я видел, как ты работал, когда Серин болел, а сейчас ещё и Лим уйдёт в отпуск, заменить его, кроме тебя, некем, а я бы хотел, чтобы ты административными вещами больше занимался, новый поток ведь на носу, только ты утверждаешь группы, - пауза. – Чтобы работал в привычном темпе и, - он посмотрел серьёзно на подчинённого, - не перегорел.  - Понял Вас, - Джинни кивнул.  - Как вообще у тебя дела? Как муж?  - Да всё хорошо, супруг со своими коллегами уехал в Пусан в онлайн-шоу сниматься, в выходные будут показывать. Всякие навыки демонстрировать.  - Напомни, он же у тебя певец? – старший нахмурился.  - Был, но сейчас продюсер. - А, точно-точно, - директор хохотнул. – У меня внук горит желанием айдолом стать.  - Вы, наверное, в ужасе? – Хван перехватил свой планшет, облокачиваясь на спинку кресла.  - Не то слово, а пацану только девять, он уже и драться начал, и влюбился по-настоящему в первый раз, - пауза, - с его слов, конечно. И у меня волосы дыбом встают, как подумаю, что он свяжет свою жизнь с индустрией, - покачал головой. – Ох, да, тяжёлая тема. Слушай, пока не забыл, - «Батя» нахмурился, - в марте будет выставка в Куала-Лумпуре, есть вероятность, что О Тхэгю не сможет присоединиться, но это пока неточно. Хотел спросить, смог бы ты его заменить, если что? Как у тебя по расписанию, планам?  - Смотря когда, потому что практиканты новые уже в середине марта, - Джинни щёлкнул пальцами, - я ещё не подтвердил группы и не запротоколировал гранты, но да, не хотелось бы уезжать в этот период.  - Там в начале.  - Если новый поток не наложится на командировку, то я да, я за, поеду.  - Отлично. Буду иметь в виду, - улыбка. - Ладно, иди, я тобой очень доволен.  - Благодарю, - Джинни встал и поклонился.  Он прикрыл дверь, разулыбался и пошёл на ланч. Премия ему явно не помешает, будет больше простора для выбора подарка Чану на тридцать лет. Такая дата! В столовой уже царил небольшой хаос, Джинни ушёл на раздачу, подмечая, что Серин с группой вовсю треплется, попеременно орудуя палочками, поддерживая оживлённую беседу. Хван сел на своё привычное место, к нему присоединились несколько коллег, но с ними было скучно. Он приметил, что Феликс то и дело оборачивался, ища кого-то глазами, а потом увидел супервайзера, легонько улыбнулся и продолжил есть. Через пять минут вновь обернулся, окинул взглядом стол, получил тычок от Сынмина, опять уткнулся в тарелку. Его поведение было странным, будто он хотел поговорить, но не решался подойти. Джинни спустился вниз, в кафе напротив их центра, купив себе ведро американо, и вернулся к отчёту. К концу рабочего дня в дверь кабинета постучали.  - Войдите, - сказал он, не отвлекаясь от экрана.  - Господин Хван, - в проёме показался Феликс, - найдётся минутка?  - Конечно, проходи, - бета кивнул, указывая на стул напротив. – Что-то случилось?  - Нет, всё в порядке, - он улыбнулся.  - Как тебе Серин?  - Он мягкий и разговорчивый, - смешок. – Я бы даже сказал, что очень болтливый, но приятный.  - Да, он наш лучик света, - кивок. – Ты что-то хотел?  - Две вещи, - омега сцепил руки в замок, будто волнуясь. – Хотел спросить того, кто сможет меня понять и не осудит, - он сглотнул. – Возможно, Вам покажется, что я забегаю вперёд или... - Феликс, - Джинни посмотрел на парня с кроткой улыбкой, - ближе к делу.  - Да, извините. Так вот, я хотел бы спросить, мог бы я стажироваться у вас в центре? Я знаю, что у вас есть программы по лабораторным исследованиям, есть отдел инновации и профпереподготовки и, - он остановил себя, вновь сглотнул. – По моему гранту я обязан отработать в больнице два года, будучи ординатором, чтобы получить диплом, но практиковать я не собираюсь дольше, чем нужно для получения корочки, - омега посмотрел на Хвана. – Возможно ли как-то через ваш центр устроиться?  - Можно, - Джинни отвлёкся. – Ты бы даже мог совмещать, если твой грант на обучение позволяет. Какой сферой интересуешься?  - Фармацевтическими разработками и исследованиями. Я много читал про вашу программу, мне очень понравилось, я хотел бы стажироваться здесь, в дальнейшем у меня есть амбиции сделать карьеру в этой сфере.  - Чтобы оценить шансы и сказать точно, мне нужно ознакомиться с твоим грантом, - бета устало потёр шею, - многие практиканты имеют различные условия по субсидированию обучения, так что, ваши договоры написаны не под копирку. Вышли мне документы, я прочту и тогда продолжим этот разговор, - он кивнул. – Почта моя есть в табеле в визитке.  - Да, хорошо, - кивнул блондин. – И вторая просьба, а точнее предложение.  Запахло жареным.  - Так?  - Вы как-то сказали, что могли бы продемонстрировать свои танцевальные навыки. - Я сказал не так, - смех.  - Ну хорошо, - Феликс улыбнулся. – В этот четверг я поеду в студию, я говорил, что занимаюсь. Всё забронировано. Не согласитесь составить компанию? Мне очень любопытно.  Хван открыл рот, чтобы отказаться, а потом подумал: какого чёрта?  - А, давай, - хитро. – Мне теперь тоже любопытно.  - Могли бы мы обменяться номерами телефонов для удобства? Я пришлю Вам адрес и объясню, как попасть в студию.  - Да, - Джинни подхватил свой мобильный и открыл приложение какао. Как только Феликс прислал стикер, дверь распахнулась, и ввалился Хо.  - Ты не поверишь, - начал друг, а потом осёкся.  Хван и бровью не повёл. Он кивнул Феликсу.  - Что-то ещё?  - Нет, господин Хван, это всё, спасибо! – омега встал. – Когда удобнее выслать Вам документы? Мне просто потребуется время на сбор и оцифровку некоторых, простите, не предупредил об этом.  - Как сделаешь, так и высылай, но прошу, - он сделал страдальческое лицо, - всё одним пакетом, ненавижу, когда присылают поштучно, оно потом всё вечно теряется.  - Понял, - он поклонился Хвану, потом однофамильцу и ушёл.  Минхо с подозрением посмотрел на парня, перевёл взгляд на друга.  - Пояснения?  - Хочет пройти стажировку у нас по гранту, если есть такая возможность. Не хочет практиковать.  - Ого, - Ли хмыкнул. – Он же самый стереотипный омеголог, которого я видел.  - Парень увлёкся фармацевтическими исследованиями. - Минхо присвистнул. – Что хотел-то?  - Они заставили парней покрасить волосы! – Ли сделал огромные глаза. – Ни за что не поверишь, как сейчас выглядит твой муж!  - Гад, он даже не написал, - Хван засуетился. – Фото есть?  Минхо показал видео, которое выслал Хани. На нём был он сам уже с тёмно-каштановыми волосами, которые к кончикам становились светлее, приобретая вишнёвый оттенок, и новой стрижкой. Ему шло. Чанбина на заднем фоне как раз красили. В середине видео появился Чан, вытирая мокрые волосы. Ему оставили длину, но сделали редкие пряди кипенно-белыми.  - Чёрт, - завопил Джинни, - во что они превратили моего мужчину?!  - Как я понял, это не конец.  - Слава создателю, - он взялся за сердце. – Какие у тебя планы на вечер?  - О, у меня одноклассник в Сеул приехал по делам, договорились в баре зависнуть. А ты? Будешь дома сидеть, плакать? – ехидно.  - Вот думаю, поехать в зал или картину дописать.  - К чему сердце лежит, - Минхо хлопнул его по плечу. – Я пойду, не засиживайся.  - До завтра.  Но Джинни слово не сдержал. Он вышел из центра, когда уже чуть глаза не слипались. Дома Чани действительно оставил ему кучу еды, даже лепёшки испёк. Поэтому быстро перекусив, приняв ванну, бета лёг спать.  Вторник прошёл молниеносно! Хван был в своём кабинете почти всё время, исключая походы в туалет, за кофе и на ланч. Он так углубился в чёртов отчёт и проверку грантов для следующих практикантов, что действительно забылся. Минхо выдрал его из лап удобного кресла, пиная в фойе, чтобы тот провёл пятиминутку, рассказав о завтрашней экскурсии.  - Итак, - Хван улыбнулся, убеждаясь, что его все слушают. – Завтра нам предстоит две поездки. В первой половине дня мы едем в центр репродукции. Прошу, нет, умоляю, - тон сменился на серьёзный, - если у вас скоро течка или гон, пропустите эту экскурсию и приезжайте сразу после обеда – подойдите ко мне позже за информацией. Для остальных: альфы и омеги, примите, пожалуйста, блокаторы. Беты – никаких духов с феромонами. Только на этих условиях нас пустят внутрь. Перед центром все без исключения пройдут досмотр и контроль запахов. Если работнику центра покажется, что вы приняли недостаточно мер по блокировке своих феромонов, вы останетесь за пределами центра. Надеюсь, это ясно? – все кивнули. – Ещё раз: в центр репродукции едем девственно непахнущими, как новорождённые беты.  - Вы будете с нами? – спросил какой-то практикант.  - Да, - Хван кивнул. – Я ваш старший координатор, поэтому я буду с вами весь день. Чуть что, отвечу на все вопросы, решу все проблемы, - улыбка. – Так, надеюсь, по поводу запаха все всё поняли. Если вас не пустят, то будете куковать снаружи. Насколько я знаю, там рядом есть хорошее кафе. – Некоторые похихикали. – Обедаем мы в гастромаркете, ехать до него недолго. У нас будет полтора часа, так что сможете не торопиться и чуть отдохнуть. После обеда мы отправимся в морг и крематориальный центр. Все, кто присоединится ко второй части, могут приехать в гастромаркет, пообедать всеми группами и поехать. Автобусы рассчитаны на всех, как и места на ланче.  - Забавно, - послышалось чуть сзади. – Утром узнаем про рождение, а днём про смерть.  - Жизненный цикл, - Джинни пожал плечами. – Разбиваемся по двум автобусам на три группы: альфы плюс одна группа бет и, соответственно, одна группа бет и три группы омег.  - Я чур с омегами, - выпалил Минхо. – Мне в тот раз не понравилось.  Пара кураторов взвыли. Кто-то начал смеяться. Обстановка разрядилась.  - Будут тебе омеги, - закатил глаза Джинни. – Главное, я на всякий случай скажу, а то у нас были прецеденты: в морге, - он сделал страшные глаза, - под страхом смерти, прошу, ничего, - пауза, - ни-че-го не трогайте без спроса. Если разрешили – лапайте всё, что увидите, но если вам запретили, то держите руки при себе.  Пошли хохотки. Хван назвал время, упомянул, что именно из личных вещей они могут взять, и отпустил всех. К нему подошли три омеги и четыре альфы, в их числе был Уён. Джинни обсудил с ними степень риска приёма блокаторов и проявление запахов. Он проинструктировал каждого, выслав локацию гастромаркета, заверив, что они семеро поедут в центр репродукции индивидуальной экскурсией. Те успокоились. Раз наставник пообещал, то сделает. Он поблагодарил их и попрощался.  - С кем ты поедешь? – спросил Хо, когда остались только наставники.  - С тобой, - вставил Лим раздражённо, - ты же допечёшь всех нас, если не прилепишься к его заду, - с сарказмом.  - И куда господин Бан смотрит? – поцокал Ли Джу.  - Видимо, в телевизионную камеру, - выдал Минхо, состроив идиотское лицо.  - О, а это правда, что ваши будут сниматься в «А сейчас и проверим»? – с восторгом спросил Югай.  - Ага, в эти выходные.  - Надо будет посмотреть, - кивнул рядом Пан Ю.  - Не забудь прислать донат, - ядовито проныл Минхо.  - Хён, усмири его, - попросил Бён, смотря на коллегу недовольно.  - Не послушает, - выдал Джинни апатично.  Ли полез к Кангу с шуточной дракой. Все заржали. Хван заставил их прекратить баловаться, проинструктировал и сказал о желании директора про финансовый отчёт. Как только они аттестуют этот поток, им нужно будет поработать. Никто не выказал недовольства. Джинни всех поблагодарил и отпустил, сам тоже собрался домой. Уже в квартире, разогрев себе стряпню мужа, он плюхнулся на диван, включив сериал. Через две серии его телефон оживился.  - О, Чани, ну наконец-то! – бета заулыбался. – Я уж было подумал, что ты там пропал.  - Почти, - мягкий смех. – Напряжённый график: то подготовка, то интервью, то собрания. Еле в туалет ходим, - пауза. – У тебя всё хорошо?  - Да, нормально. Ну расскажи, что там с вами?  - Не могу, малыш, если честно. Мы тут договоры подписали, поэтому всё узнаешь в выходные.  - О, господи, конспирологи чёртовы, - он выдохнул. – Тебя хоть нормально кормят? Кровать удобная?  - Да, всё более чем пристойно. У нас ещё тренировка сегодня, поэтому я ненадолго. Расскажи, как вы с Минхо провели время у папы Ли.  Они поговорили чуть больше пятнадцати минут, а потом Чан ушёл заниматься. Хван в восторге не был, ведь глубокий вечер на дворе. Он помыл за собой посуду, запустил небольшую стирку и вернулся к сериалу. Перед сном развесил сушиться чистые вещи, поставил заряжаться все гаджеты и, обняв подушку супруга, задрых.  Перед автобусами творился какой-то ад. Некоторые практиканты забыли свои бейджи, в срочном порядке супервайзер погнал ассистента за новыми. Один из водителей не совладал с панелью, пришлось ждать, пока отвиснет и выстроится маршрут. Наконец, когда все восемь групп рассыпались по автобусам, Джинни смог чуть расслабиться.  - Надеюсь, что никто никакие колбы не разобьёт и спермой всех не изляпает, - сказал Минхо.  - Ой, завали, Хо, - попросил Пан Ю, недовольно смотря на коллегу. – Ты лучше следи за своей группой, тот практикант был из твоих.  - Да я... – начал Ли.  Но Хван выставил руку, поворачиваясь к Пану.  - Джунг-хо, проведи время с пользой: разгреби почту, начни отчёт, послушай подкаст, а друга моего мне оставь, - кивнул. – Прошу как коллегу, по-человечески.  Тот кивнул, стрельнул глазами в Минхо и надел наушники. Другие наставники дремали.  - Говнюк, - недовольно.  - Ты сам хорош, подстрекатель!  - Эй, ты должен быть на моей стороне!  - То, что я твой друг, не даёт тебе права переобувать меня в свои ботинки. Дай мне десять минут, мне надо отправить пару запросов, вон, тоже, начни отчёт.  - Фу какой ты зануда!  В итоге Минхо задремал у него на плече. Джинни покрутил шеей так, чтобы не потревожить друга, подумав, что ему надо сходить на массаж: накопленное напряжение становится уже ощутимым. В относительном спокойствии они доехали до места. Контроль восьми подгрупп продлился сорок минут, но благо, прошли все, никого не отсеяли. Джинни выдохнул. Он не стал ходить за подопечными, а разместился в холле на диванчике, работая на планшете. Бета был в этом центре такое количество раз, что знал чуть ли не каждый закуток, ну и история с разбитой колбой и спермой на его штанах тоже влияла. Администратор гастромаркета отписался, что за ними зарезервирован зал и почти всё готово. Он спросил, сможет ли подписанную копию накладной отдать лично в руки для ускорения оплаты за ланч. Хван ответил, что да, он подойдёт к нему, как будет на месте. Первыми в холле появились альфы и группа Сина. Их сопровождающий врач-репродуктолог решил закончить экскурсию внизу. У них начался какой-то жаркий спор, но Хёнджину было так похер: если нужно будет вмешаться, его позовут. Через пять минут появились и омеги с бетами Минхо. Тот, как увидел друга, тут же сел рядом с ним. - Ну как?  - Никакой спермы, никаких инцидентов. Всё тихо-мирно.  Хван дал Ли пять.  В зале гастромаркета их уже поджидали отсутствующие омеги и альфы. Уён был хмур, но как только увидел свою группу, то замахал, указывая на большой стол. Джинни был с Серином и Минхо, сказав, что сейчас сожрёт что угодно, потому что нормально не завтракал, так как он доел все лепёшки мужа, а самому готовить вообще не вариант: или отравится, или спалит что-то, или просто продукты испортит. Те хмыкнули. Они тремя группами расселись, шумно болтая то сами с собой, что с подопечными.  - Как вам вчерашний эфир? – спросил Югай.  - Что? – Хо нахмурился так сильно, что его лоб стал похож на бугристый холм.  - Вы что, на собственных парней не смотрели? – он удивился. – Для подписчиков вчера были часовые эфиры всех команд.  - Нифига себе, - Джинни даже палочки отложил. – Я не знал. Это, наверное, для патронов? – посмотрел на коллегу. - Не бесплатно.  - Ну да, - тот кивнул. – Я люблю это шоу.  - И что они делали? – полюбопытствовал Серин.  - Ужинали, пели, кстати, твоя лучшая половина, - он указал на Минхо, - играл на гитаре. Словом, очень мило и по-домашнему. Мне понравилось. Я сделал донат в общий банк: пока нельзя голосовать за команды.  - Простите, а вы о чём? – спросил Чонин.  - В «А сейчас и проверим» в эти выходные будут участвовать партнёры господина Хвана и Ли.  - Ого, - Феликс резко повернулся к Хёнджину, - я знаю это шоу, оно прикольное, я тоже его патрон.  - Не думал, что оно такое известное, - пожал плечами супервайзер.  - Да, - Сынмин посмотрел на Минхо. – Почему Вы не сказали, что ваши пары – знаменитости?  - Потому что они не, - выдал Хо с каменным лицом.  - Нам всем надо будет посмотреть, - вставил омега из группы Югайя.  - Они в этот раз ввели интерактив, и за большие донаты команды в прямом эфире будут отвечать на вопросы или что-то делать, что захотят зрители.  - Главное, что не дрочить, - вновь со сталью в голосе сказал Ли, выгибая бровь.  Хван поперхнулся, а потом ошарашенно посмотрел на друга.  - Фу, я не хотел бы знать, что мой муж дрочит на камеру, чтобы что… удовлетворить любопытство какого-то зрителя?  - А за деньги? – спросил со смехом Серин.  - Смотря какие, - Джинни расхохотался. – Лучше пусть Бини это делает, он среди них холост, как раз может и пару таким способом найдёт.  - Я бы посмотрел, как твой муж дрочит на камеру, уж прости, - сказал спокойно Югай. – Он у тебя секси, и стесняться, думаю, там нечего.  - Плюсую, - какого-то хера согласился Ли.  - Эй, - Джинни чуть не ёбнул Хо по уху, - мне бы совесть не позволила смотреть на то, как Хани дрочит, если бы даже подвернулся такой случай.  - Возможно, ты ещё не до конца открыл в себе все тёмные стороны, - он пожал плечами, даже не взглянув на друга. – П-ф-ф, если бы ты даже застукал нас, тебя бы никто не гнал – смотри на здоровье, может, научишься чему.  За столом почти все заржали.  - Если бы я тебя так сильно не любил, я бы сейчас засадил тебе палочки в ноздри и ударил бы башкой об стол, - людоедский взгляд. И плевать, что такие вольности они себе позволяют в кругу практикантов. Они люди.  - Похороны за твой счёт и обеспечение Сони до конца его дней, - тот, нахал, облизал свои палочки и протянул их другу совершенно невозмутимо.  Хван смотрел недобро, выдержал взгляд и вернулся к своей тарелке.  - Потом поговорим!  - О, пахнет семейным скандалом, - Серин хихикал.  - Вам надо было расписаться, а-ха-ха, - Югай прикрывал рот, смотря на них. – Вы реально как парочка, и с годами становитесь только хуже.  - Я бетами не интересуюсь, - Хван был спокоен.  - Господи, как кровоточит моё сердечко, - Ли смахнул невидимые слёзы. – После этой фразы со времён университета я чуть импотентом не стал.  Джинни натурально застонал, посмотрев в потолок. За столом опять заржали.  - Не, серьёзно, Хо, если не скрываешь, признавайся, когда увидел Хёнджина в универе, ты же потёк? – спросил Югай, а все омеги и беты на столом затаили дыхание.  - Я не успел растечься лужей, этот гадёныш уже с омегой встречаться начал, - ответил с улыбкой. Послышался шепоток. – Мало того, что сам, сволочь, красивый, так ещё и омегу себе такого сладенького-добренького заграбастал.  - Я жадный, - Джинни выгнул бровь, причмокнув губами. – Может, не стоит обсуждать мою личную жизнь в присутствии практикантов?  - Ну уж нет, господин Хван, нам теперь слишком интересно, и с вашей, и стороны господина Ли будет жестоко не закончить эту историю, - вредно выдал Сынмин. – Господин Ли, ну Вы и вправду думали про отношения с господином Хваном?  - Было дело, - невозмутимо, - но он очень хорошо умеет выстраивать границы. Сказал же, что с бетами ни-ни. А ещё он верный, непрошибаемый, несклоняемый. Знаете сколько за ним бегало? О, табунами, оравами, под окнами стонали и слюни пускали, но нет, этот сухарь был только с одним партнёром, на других смотрел, но ладошки при себе держал. А когда мы подружились, - Минхо стал жевать и говорить, - это произошло довольно быстро.  - Месяца через три мы уже как приклеенные ходили, - кивнул Хван.  - Да, словом, там никакого желания не было, только светлые бро-порывы. Дружба приоритетнее задницы, - он хмыкнул. – Хотя нет-нет, но до жопы его я дорываюсь.  Опять смех.  - Надо пояснить, - Джинни зыркнул недобро, - что ты готов любую задницу мацать.  - Неправда, только близких, и то, - он посмотрел на Югайя, - его вот в жизни не трону. - Югай показал коллеге средний палец. – На счёт Серина, - он оценочно посмотрел на Чу, - даже не знаю. Серин, хочешь, чтобы я тебя по попе погладил? – заискивающе.  - Хо, - тот улыбнулся, - твоего парня в городе нет сколько? Пару дней? А у тебя уже спермотоксикоз?  - Вот видишь, - светски сказал Минхо, повернувшись к другу, - эти мещане ничего не понимают.  Хван покачал головой. Он почему-то взглянул на Феликса. Тот очень солнечно улыбался. Многих практикантов эта ситуация веселила. Разговор за столом плавно перешёл на более безопасные темы. Когда они закончили, почти все разбрелись, так как у них было свободное время. Хван ушёл к администратору, забрав бумаги, а потом вышел на улицу, увидев сообщение от друга. Минхо курил.  - Дай, - попросил тот, отбирая сигарету и затягиваясь, - м-м-м, сейчас бы ещё стакан кофе – и жизнь удалась.  - Так купи.  - Ты чего такой скисший?  - Чего-то про универ вспомнил. Подумал, прикинь, если бы я тогда не протупил, ответил бы ты мне согласием? - Мы знаем ответ, - недовольно.  - Ну какой же ты противный, - Ли закатил глаза, - мог бы мне польстить, ну?  - Иди нахер, - со смехом. – Ну правда.  - Отдай сигарету! – и отобрал злобно, делая затяжку.  - Бука, - надул щёки Хван. – Тебе кофе купить?  Друг лишь кивнул.  Когда они приехали в морг, Джинни уже ходил с группами, но из вредности сопровождал альф. Минхо оскорбился. Зато бете составили компанию Сан и Уён. Они не болтали, особенно второй, слушали, лишь комментировали изредка. Джинни подметил, что оба очень эрудированы.  - Господин Хван, - обратился к нему Уён, как только экскурсия закончилась. – Когда мы с другими ребятами сможем посетить центр репродукции? Я немного беспокоюсь из-за расписания и своего скорого гона.  - Не волнуйся, - бета похлопал его по плечу, - мы поедем туда с вами прямо перед аттестацией, может быть, за день до этого. Я буду вас лично сопровождать, как независимую группу. Это абсолютно нормальная для нас практика. Против природы не попрёшь, - он улыбнулся, - а в центре репродукции не просто так девяносто процентов работников – это беты.  - Понял, - он кивнул. – Вы дадите нам знать?  - Да, вся информация будет в табеле, ну и на пятиминутках обязательно озвучу.  - Благодарю, - он поклонился и ушёл.  Когда вернулись омеги, то у парочки были нашатырные зажимы на носах. Хёнджин еле сдержался, чтобы не застонать.  - В обморок кто-то падал?  - Нет, мутило только, - сказал Пан Ю. – Если бы были обмороки, мы бы тут же тебе набрали.  - Ок, в крематориальный центр пойду с вами.  Тем не менее, он подошёл к каждому, у кого был зажим, и спросил, всё ли хорошо, нужно ли время на отдых или они могут идти. Все омеги улыбнулись, поклонились, заверив, что они готовы продолжать. Джинни убедился, что все в сборе, группы дождались своих сопровождающих и пошли в крематорий. Экскурсия была недолгой, но интересной. Хван поглядывал с опаской на омег, но всё шло нормально.  - Что бы Вы предпочли, - рядом материализовался Феликс, когда они разместились в зале, - сделать со своим прахом? – он улыбался, смотря на сопровождающего. – Завещали бы развеять, захоронить или что-то экзотичнее?  Эта часть экскурсии была посвящена «использованию» праха.  - Определённо бриллиант, - Хёнджин закивал. – Если умру раньше мужа, то завещаю, чтобы он отдал остатки меня для создания камня.  - А потом?  - Продал бы. Мне льстит мысль, что мой прах станет чем-то красивым, и часть меня будет у какого-нибудь омеги на пальце. Есть ещё вариант, - он склонил голову, - я люблю рисовать, и, если бы с вопросом о бриллианте что-то пошло не так, я бы завещал часть своего праха на грифельное производство.  - Вы хотели бы, - Феликс вылупился на наставника, - стать карандашом? – и еле сдержал смех.  - Не одним, несколько сотен можно сделать. И да, что тебя веселит? – бета серьезно посмотрел на омегу. – Мной бы рисовали – приносил бы пользу.  - Что ж, - блондин продолжал улыбаться, но не ржал, - приемлемо.  - А ты?  - Или дерево, или фейерверк, а может, и всё вместе.  Хван с удивлением посмотрел на собеседника.  - Ого! Неожиданно.  - Польза – кислород в первом варианте. Ну а во втором – просто радость для других. Чего плакать, правда? – омега посмотрел очень добро и улыбчиво на Хвана. – Я надеюсь, что у меня будут дети, и после моей смерти они на какой-нибудь праздник запустят фейерверк с моим прахом. Будут радоваться – и я вместе с ними.  - Это даже похвально, - Джинни хлопнул его по плечу, а потом показал на сопровождающего, - слушаем!  Омега вернулся к группе. Когда они закончили, то почти все выглядели очень уставшими. Возможно, на них так повлияла тема экскурсий.  - Сонное царство, - Минхо сам зевнул. – Хочу домой в постель.  - Твоё желание скоро осуществится, - буркнул рядом Ли Джу, тоже зевая.  - Ты чего от своих альф отстал? – спросил Хо. – Достали тебя?  - У меня самая токсичная группа альф, с которой я когда-либо имел дело, - бета нахмурился. – Все как на подбор.  - Хён-у, ты преувеличиваешь, - Джинни и бровью не повёл.  - Давай махнёмся на один день, и ты поймёшь, каково это быть на шаг от самовыпила, - он стал ещё мрачнее. – Они постоянно умничают, вставляют свои комментарии, поправляют врачей, выпендриваются, - он сделал гигантские глаза. – Я их контролирую, конечно, но устал смертельно.  - Посмотри на Лима, - Хо кивнул, - он выглядит хуже тебя.  - А знаешь почему? – Ли Джу сделал такое же каменное лицо, как и коллега. – Он домой приходит, ложится и плачет, а я после работы забираю сына из сада, еду с ним на баскетбол или лепку, занимаясь при этом сам, получая удовольствие и от занятий, и от времени с сыном. Отвожу душу, а не мариную своё раздражение на этих альф внутри себя, - последнее он шепнул.  - Кстати, как ваш развод? – Минхо нахмурился. – Вы же уже долго в процессе?  - Да, застряли на вопросе опеки, - он вздохнул. – Бывший уже носит второго от своего альфы, и я готов был бы стать отцом-одиночкой, но он не хочет отдавать мне Хуна на полное попечение, потому что сын-омега. Сами понимаете, - сделал недовольное лицо. – Мы разнополые, шансы не совсем в мою пользу. Пока боремся за полную опеку, но боюсь, максимум, на что я могу рассчитывать, это пятьдесят на пятьдесят.  - Отстой, - Джинни вздохнул.  - Да, парни, хорошо, что у вас нет мужей-омег, особенно тех, кто не встретил истинного. Клянусь, если я заведу отношения с омегой, то только с вдовцом или уже запечатлённым, - он кивнул и ушёл.  - Даже не знаю, что сказать, - Ли потёр глаза. – Если бы ты остался с Каем, то вот это было бы твоё будущее, - он хмыкнул.  - Спасибо, меня устраивает моё настоящее, - чопорно.  Вернувшись в центр, Джинни собрал всех, поблагодарил и упомянул, что в пятницу у них тоже выездной день, но об этом завтра. Он задержал всех наставников, обсудив с ними пару административных вопросов, а потом отпустил. В кабинете всё ещё пахло цветами. Тот букет, что подарил Сан, был явно не дешёвым, раз имел такую стойкость. Джинни сделал несколько фотографий букета и сел за отчёт. Он очнулся, когда его мобильный готов был упасть со стола от вибрации.  - Привет, родной, - поздоровался, сразу врубая видео.  - Ты на работе? – супруг нахмурился. – Время видел?  - Честно? Нет. Зачем бежать домой, если меня там никто не ждёт? - он присмотрелся, изучая экран. – Чани, ты такой красивый, - поражённо. – Боже, волосы просто идеальные!  - Нравится? – немного застенчиво. – У нас сегодня было интервью и промо-съёмка.  - Накрашен ты бесподобно. У них классная команда, макияж очень гармоничный, одобряю. Ты переоделся уже?  - Да, у нас ещё тренировка, а глаза смою, когда закончим, сразу в душе. Как дела?  - Скучаю, - бета подпёр подбородок кулаком. – Работа-дом, ничего интересного. Ты как? Как чувствуешь себя?  - Многое меня тут смущает, - альфа потёр шею, улыбаясь. – Я, конечно, к такому не привык, но это и прикольно – новый опыт.  - Сможешь посетить свою сессию в воскресенье? Съёмки не помешают?  - Я договорился, мы махнулись очерёдностью с другой командой, поэтому у нас будет свободное время. Основные съёмки в прямом эфире пройдут в субботу и в воскресенье с пяти вечера.  - Мы обязательно с Хо посмотрим.  - Тебе, правда, нравится? – он потрепал свои волосы. – Я как-то не знаю, эти пряди... - Камера не передаёт полностью оттенок, но я понимаю, что они иссиня-пепельные, да? – бета прищурился. – Чани, ты очень хорошо выглядишь, тебе идёт!  - Да, - кивок. – Я переживал, потому что нас как-то резко заставили красить волосы, брови выравнивать, лицо чистить. Кошмар! О, мне тут на губы нанесли какой-то, м-м-м, - он задумался, - не знаю, что это, но у меня губы стали матовые. И мне парни сказали, что на экране это очень хорошо смотрелось.  - Тинт, наверное, - Джинни кивнул. – Помнишь, пару лет назад я ими грешил?  - Да, я как раз то время вспомнил, - он улыбнулся. – Не знаю, как ты, а у меня после этого почему-то губы стали такими сухими!  - Это с непривычки, используй гигиеническую помаду на ночь, и всё будет ок, - Хван погладил экран большим пальцем – не удержался. – Мне очень нравится, правда.  - Отлично, - Бан Чан вздохнул. – Прости, малыш, мне пора. Я завтра позвоню.  - Пока! Не напрягай сильно свою сиську! – с напускной строгостью.  Раздался смех и звонок прервался. Джинни посмотрел на время и понял, что голоден. Надо дуть домой. Он быстро собрался, взял второй халат, совершенно забыв, что надо бы его постирать. На ресепшне охранник-альфа удивился, когда Джинни вышел из лифта, приложив палец к сенсору турникета.  - Вы сегодня поздно, господин Хван, уже даже все вечерники ушли.  - Отчёты, - он потянул уголок губ. – Ничего, как-нибудь в будний день возьму отгул.  - Неплохой бартер, - альфа кивнул, пожелав хорошего вечера.  Джинни заставил себя пройти один квартал, поесть горячего супа и только после этого уехал домой. Сил хватило на быстрый душ. Всё-таки и правда, когда есть, к кому возвращаться, на работе и не задерживаешься. У Минхо без Сони хотя бы коты.  На следующий день Джинни шлёпнул себя по лбу, как только оказался в центре, так как забыл халат.  - Хо, - он заскочил в кабинет, где в открытом пространстве работали все наставники.  - М-м-м? – тот только поставил рюкзак на стул. - Выдели халат, я все свои забыл и не постирал.  - Вот так, муж уехал и всё по хую пошло, - покачал головой. - Блин, - он нахмурился, - у меня сменного сегодня нет.  - У меня есть, - Серин поднялся. – Могу одолжить.  - Будет хорошо, - Хван кивнул. – Через пятнадцать минут жду всех на пятиминутку.  Кто кивнул, кто поднял палец вверх: все согласились. Взяв халат и поблагодарив Серина, Джинни вышел, мчась к себе. Сегодня он хотел небольшим штурмом взять бухгалтерию, так сказать, совершить пробный прыжок, а без вкусняшек к ним нельзя соваться. Подумав, что лучше купить, бета взял планшет и ушёл вниз. В фойе он проверил табель, сверившись с расписанием.  - Доброе утро, - бета улыбнулся, когда прошла перекличка, - итак, завтра мы уезжаем на целый день в музей медицины. Пожалуй, это самая приятная экскурсия, которая стоит у нас в программе. Будут два блока, между ними обед. Наденьте удобную обувь, в остальном – можете не придерживаться дресс-кода, хоть в ростовом костюме тунца приходите, - он улыбнулся. Практиканты засмеялись. – Единственное, нам будут нужны бейджики. Во второй части нас ожидает интерактив, квиз и даже раздача подарков, - Джинни кивнул. – Следующая неделя, уже четвёртая по счёту, будет тяжеловата, потому что вам предстоит сдать предаттестационный тест. У кого будет меньше шестидесяти процентов, м-м-м, - он сжал губы, - что ж, поговорим об этом потом, но мой вам совет – не доводите до такого; поэтому в выходные вам нужно хорошо отдохнуть. Не пытайтесь зубрить, лучше проветрите голову, - вновь улыбка. – Вопросы?  Пару человек подняли руки и спросили в основном про организацию. Как только они закончили, Хван поблагодарил их и отпустил. Сам ушёл в кафе, купил себе кофе, а отделу бухгалтерии упаковку пирожных. Собравшись с мыслями, он пошёл их очаровывать. Не сказать, что это получилось сделать в лучшем виде, но, по крайней мере, омежки обтекли и готовы были ему помочь, но пока рано было делать шаг. Хван улыбнулся и смылся, не надоедая, но и эффектно дал о себе знать. До обеда он составил список качеств для нового наставника, поговорив с отделом рекрутинга. У тех были несколько анкет, но по описанию никто из этих бет не подходил под параметры. Джинни не хотел брать бету младше двадцати пяти, так как ему предстоит работать с будущими врачами, и он должен быть хоть чуть-чуть старше, чтобы соблюдалась возрастная субординация. Никто не будет слушать наставника-сопляка. Сделав несколько пометок, Джинни спустился на ланч. За некоторыми столами шла оживлённая беседа. Как только Минхо увидел друга, то указал на свободное место рядом с собой. Один бета-практикант отсутствовал.  - Вот рассудите нас, господин Хван, - сказал тот, как только Джинни присел. – Мы спорим про то, что беты с родовыми полосами могут быть омегологами, так как в состоянии выносить ребёнка и родить, или всё-таки не могут?  - Нет, я против, - Хван посмотрел на практикантов. – Я знаю про эту делёжку, несколько лет назад в Америке, кажется, даже протесты были.  - И почему Вы против? – спросил практикант.  - Дело в наших организмах, мы не похожи. Это то же самое, если вы скажете, что любой бета может стать альфологом, потому что у него есть пенис, мошонка и фертильная сперма. Нет, не может. Мы все фертильны и можем оплодотворить, но у нас нет узла, мы различаемся. У небольшой части бет есть родовые полосы, - пауза, - полосы, не матка. Это не одно и то же. По сути, у омеги внутри сосуд, а у нас лишь лоскуты. Да, и тех и других могут оплодотворить, только роды в случае омег осуществимы на огромное количество процентов, а вот у бет, - он пожал плечами. – Вы были на вскрытиях же? – все кивнули. – Ну и что? Вы же понимаете, что внутри нас разные строения детородных органов. Да, есть оговорка. Я, - он пощёлкал пальцами, - читал от силы о нескольких случаях за последние десятилетия, чтобы бета с родовыми полосами был фертилен полностью, то есть, мог и оплодотворить.  - О, это аномалия же, - закивал рядом парень. – За последние тридцать лет во всём мире таких бет было всего семь.  - Я уверен, они прожили не очень долго, - угрюмо сказал Минхо. – Ну, если только не стали «лабораторными крысами».  - Их слишком мало, чтобы квалифицировать, не говоря уже про изучение их организмов.  - Я знаю про двух близнецов из Центральной Африки, которые смогли и родить, и оплодотворить, - сказал парень напротив Минхо.  - Я тоже про это читал, - кивнул Джинни. – Только один умер при родах, а второй не выдержал тех тестов, которым его подвергли. Это всё печально. И, насколько я помню, там выжил только один ребёнок.  - Но те дети, что появились от их спермы, до сих пор живы.  - Никому не пожелаешь такую жизнь – в лаборатории, - буркнул другой практикант.  - В любом случае, таких аномалий слишком мало, и до сих пор непонятно, что влияет на их появление. Там, я знаю, и родителей обследовали, даже вроде три поколения – без толку, - Хван задумался, жуя. – Если они – очередной виток эволюции, то страшно представить, что будет дальше.  - Дурдом, - апатично сказал Минхо.  Некоторые практиканты продолжили спорить, но супервайзер уже не встревал. Он поел, поблагодарил за компанию и ушёл, засев в кабинете.  Раздался стук в дверь.  - Войдите, - сказал Джинни, не поднимая глаз.  - Господин Хван, - неуверенно. Это был Феликс. – Вы заняты.  - Всё нормально, проходи, - он поманил его ладонью. – Ты что-то хотел?  - Спросить про сегодня. Вы приедете?  - О, - Хван тут же посмотрел на практиканта. – Я забыл совсем.  - Ничего страшного, - мягкая улыбка. – Может, в другой раз?  - А когда у тебя тренировка?  - Бронь студии с шести тридцати.  Бета посмотрел на время.  - Запас есть. Вышли адрес, я быстро съезжу домой, возьму сумку и приеду.  - Вы уверены? Если это затруднительно...  - Вовсе нет, - старший улыбнулся. – Мне нужно закончить, это недолго, и я стартану.  - Хорошо, - блондин был так доволен, что чуть не пузырился. – Тогда, я вышлю инструкцию. До встречи! – поспешил уйти.  Хёнджин дал себе минутку спокойствия, сохранил все наработки и стал собираться. Он ничего не предвкушал, даже не думал. Дома быстро перекусив остатками домашней еды, достал кроссовки, взял штаны, майку и свитшот. По дороге в студию заскочил в магазин, купив воды. Феликс написал все подробности, поэтому найти здание и войти не составило труда. Быстро переодевшись в раздевалке, бета побродил по коридору, пока не нашёл нужную дверь. Феликс разминался под динамичную музыку. Его волосы были заплетены в косички, спортивные кроссовки, широченные штаны и кроптоп. Боже, брюнет чуть не поперхнулся.  - Добрый вечер, - младший остановился, увидев наставника.  - Продолжай, сейчас присоединюсь, - Хван пошёл вдоль стены, заметив колонку и вещи омеги. Он поставил бутылку воды и положил телефон, подходя к подопечному, начиная растяжку и небольшую разминку. Омега-группа пела про первое впечатление, а Джинни смотрел в зеркало на себя и партнёра и думал, как же давно он не танцевал!  - Ну, - они остановились, отдышавшись. – Покажи, что умеешь.  - Нет, мы так не договаривались, - Феликс сложил руки на груди.  - Согласен, но я должен понимать, с чем имею дело, - и указал на всего омегу.  Тот вздохнул, взял свой телефон, подобрал трек и продемонстрировал умения. Танцевал он хорошо. Не профессионально, но очень умело и с чувством. Наверное, раньше сам Хёнджин так танцевал, главное, чтобы у парня не прошёл этот запал.  - Теперь Вы, - самодовольно.  Хван покачал головой, но решил, что это справедливо. Он протянул ладонь, прося телефон. Феликс открыл плейлист для танцев, где все композиции подразумевали танцевальное сопровождение, ни одной баллады. Джинни наткнулся на «Wrong Number» DBSK и понял, что хочет танцевать под неё. Он неплохо помнил танец, пусть и не все элементы. Включив трек, бета встал напротив зеркала, отдаваясь музыке. На втором куплете к нему присоединился Феликс. Он тоже знал танец, что было удивительно, так как эта композиция была так стара, что... страшно вспоминать. Тем не менее, они на пару закончили его.  - Вау, - блондин похлопал в ладоши. – Я в восторге.  Хван снял свой свитшот, оставшись в майке. Подопечный закрыл рот, смотря на бету каким-то странным взглядом. Джинни не придал этому значения. Он попил, посматривая на Феликса с любопытством.  - Ты умеешь удивлять, - облизнулся. – Сможешь осилить танец для альфа-группы?  - Да, - с вызовом. Тот взял свой телефон и врубил трек. – Мне продемонстрировать? - немного дерзко.  - Если не стесняешься, - Джинни улыбнулся. Ему понравилось подстрекать.  Композицию Хван не знал, но она была что надо. Видимо, какая-то новая группа, играющая из каждого шланга. Он привалился к зеркалу и смотрел. Блондин действительно танцевал агрессивно, как того и требовала экспрессия танца. Не смягчал движения, не старался гасить пыл. Работал как надо.  - Теперь, - он остановился, дыша уже чуть загнанно, - Вы должны продемонстрировать.  - А что ты хочешь, чтобы я станцевал?  - «Predator» от начала и до конца.  - Хорошо, - бета поправил волосы, которые уже чуть увлажнились.  Феликс сел на пол, врубил трек и пил мелкими глотками, буквально пожирая взглядом наставника. Хван старался. Ему почему-то было важно выложиться, чтобы блондин остался... под впечатлением? Очарован? Изумлён? Джинни подумал, что он просто играет со своим эго, не иначе. Как только трек завершился, старший стоял в последней стойке, улыбался в зеркало. На омегу смотреть не хотелось.  - Это потрясающе, господин Хван, - и практикант захлопал в ладоши.  - Сам попробуешь? – Хёнджин подхватил свой свитшот и вытер лоб, так как совсем забыл взять полотенце или салфетки.  Феликс кивнул. Бета смотрел на него очень внимательно, придирчиво, но не останавливал, когда тот делал ошибки. Младший хорошо знал танец, но не так хорошо, как наставник.  - Смотри, - Джинни подошёл, сунув в карман телефон омеги, - это танец для беты. Ты прекрасно чувствуешь энергию омеги и альфы, так как понимаешь экспрессию, а это другое – что-то посередине. У тебя великолепный контроль тела, но есть та мягкость, которой у бет почти нет, - он улыбнулся, взял парня за плечи и повёл. – Волна должна быть чуть резче, чтобы успеть к следующему движению, но не слишком быстрой и агрессивной, как у альф.  Феликс кивнул, сглотнув, смотрел в зеркало. Хван чуть сжал его плечи, управляя, взял предплечье и потянул, а потом достал телефон, включив музыку, и показал те самые движения. И ещё, и ещё. Омега из кожи вон лез, это было видно, и он не прерывался, не просил паузы или выпить воды. До какой-то тупой упертости всё повторял и повторял волну, взмах кистями, потом движение рук.  - Держи голову, - попросил Джинни, - никто её не запрокидывает.  Феликс сжал губы. Он вновь ошибся, встряхнувшись.  - Заново, - упорно.  - Давай сделаем брейк в пять минут, нужно попить воды.  Они так и поступили, рухнув у зеркала. Оба жадно глотали, шумно дыша.  - У тебя рука болит? – спросил наставник и без спроса взял чужую кисть. Он отставил бутылку и пощупал небольшую ладонь.  - Нет, не рука.  - А что? – но продолжил лапать, пока не нажал на область между указательным и большим пальцами. Феликс застонал. От этого звука по телу прошли мурашки.  - Ох, блять, - и тут же, - извините, - повинно. – У меня есть кое-какие проблемы со спиной. Ничего серьёзного уже, я просто грохнулся, ударился сильно и некоторые движения отдают болью, - а потом вновь застонал. Его стенания перешли в шипение, так как Джинни разминал центр ладони. – Возможно, - вымученно, - я немного напряжён.  - Не немного, - Хван взял его вторую кисть и проделал то же самое. По студии разнёсся чуть болезненный, но такой сладкий стон. У беты чуть волосы дыбом не встали. – Во сколько нам надо освободиться?  - К восьми.  - Что ж, мы успеем повторить самое начало. Ты как?  - Готов.  Они поднялись, наставник перематывал часть трека, менял скорость, чтобы сперва станцевать всё медленно, а потом постепенно ускориться.  - Отлично, - он улыбался. – Можно продолжить.  Но зазвонил будильник.  - Не в этот раз, господин Хван, - Феликс тяжело дышал, смотря довольно.  Собрав свои вещи, блондин отсканировал свой палец, давая понять, что время аренды завершилось. Они пошли в раздевалки и душ. Джинни думал, что эта встряска была лучше, чем спортзал, он отлично пропотел и почти не устал. Феликса пришлось ждать в коридоре недолго.  - Ой, простите, я волосы сушил, - омега улыбнулся мягко, уже одетый в большую толстовку и джинсы. – Господин Хван, Вы голодны?  - Если честно, то да.  - Я хотел бы пригласить Вас на ужин. И в качестве благодарности, и потому, что задолжал Вам обед, - он посмотрел на свои кроссовки. – Помните, тот день, в больнице. Как Вам идея?  - Отличная, но я хочу чего-то европейского.  - Пицца? – с надеждой.  Джинни плюхнулся на диванчик и захохотал, потому что Феликс чуть не стукнулся коленом об стол, споткнувшись о ступеньку, как и он сам. Омега тоже засмеялся, валясь на свой диванчик.  - Это тебя так ноги не держат? – хихикал бета, открывая меню.  - Надо быть внимательнее, - взяв планшет, блондин тыкнул в пару позиций и уставился на наставника. – Я взял большую сырную пиццу, если Вы хотите что-то ещё, берите, я с Вами поделюсь, - сказал довольно.  - Как благородно, - собеседник подумал, что страшно хочет пасты, но такой, как ему нравилась, тут не было. Он взял несколько видов закусок и снеков, разумно решив, что раз Феликс платит, то они это разделят поровну. – Ты на меня так смотришь, будто впервые видишь.  - Как-то непривычно наблюдать Вас такого простого, - он посмотрел на свитер с леденцами, на волосы, которые были чуть влажные, и абсолютно чистое лицо. – На работе Вы держите спину, не расслабляетесь будто, хотя, наверное, с господином Ли можете отпустить себя, ведь вы часто дурачитесь. А сейчас Вы как будто домашний, обычный.  - Это плохо?  - Нет, мне очень нравится. Я рад, что Вы показали мне и эту свою сторону.  Им принесли напитки. Джинни закинул ногу на ногу, задумавшись.  - Как долго ты танцуешь?  - Ну, - будто капризно, - я хотел спросить то же самое, - омега посмотрел на собеседника хитро. – Давайте блиц? Вопрос – два ответа?  - Согласен. Ты первый.  - Я начал ещё в школе, у нас были потрясающие учителя танцев и музыки. Они вдвоём были парой, поэтому, наверное, всё было так гармонично. Меня подрядили на участие в небольшой сценке, и там нужно было сделать колесо, а я мог. После этого учитель спросил, не хочу ли я заняться танцами. Я сомневался, спросил у пап, можно ли. Сами понимаете, это не бесплатно. Родители разрешили. Учителя вели свои кружки и один общий, туда я и пошёл. Ну а потом закрутилось. До более высокого уровня я не дошёл, предпочёл образование, но занимаюсь для души, так сказать. Вы?  - Тоже в школе. Я танцевал везде, где мог. Дышал этим. Прослушивания проходил, оттачивал мастерство. В университете продолжил, встретил Минхо, он ещё более классный танцор, чем я, - Феликс рот открыл. – Мы с ним, как пельмешки, слиплись. А потом, - он вздохнул, - произошли обстоятельства в его и моей семьях, мы бросили и универ, и танцы. Я не танцевал, вообще, ничего не делал, и просто поставил на этом крест. Сейчас, - он прервался, так как им принесли палочки и хлебные чипсы, - танцую, чтобы размяться, пропотеть, как занятие спортом, но очень редко. Не для души вовсе. Без иллюзий, без каких-либо стремлений.  - Звучит как-то грустно, - блондин взял одну чипсу. – Ваш самый счастливый день? Свадьба?  - Ты знаешь, я задумывался над этим, и да, день свадьбы для меня очень важен, но, пожалуй, - он причмокнул губами, - я выберу день, когда муж, наконец, сказал мне, что он красивый. Сам, просто так, признал это.  - Тут нужен контекст.  - Он у меня в терапии.  - Проблемы с самооценкой?  - Да, и я клянусь, он самый лучший из людей, просто до ужаса разносторонний, талантливый, светлый человек. Очень добрый, отзывчивый, заботливый, понимающий. Экстраверт и альтруист. Всегда кидается на помощь, даже если не просят, всегда готов поддержать, потому что это не какой-то комплекс, чтобы быть нужным, это от души, от чистого сердца, не может остаться в стороне. И при этом, он постоянно говорил, что недостаточно хорош. В один момент, ещё до свадьбы, но когда мы уже жили вместе, ему было очень плохо, и он спросил, как я могу любить его. За что? Потом выяснилось, что у него сидит внутри гадкая и ядовитая ненависть к себе. И когда после долгих лет терапии он сам сказал, что да, вообще-то он красивый, я тогда ощутил себя самым счастливым.  - А он говорил, что любит себя?  - Пока нет, - Джинни сомневался, стоит ли вообще открываться Феликсу, стоит ли говорить с подопечным о таких вещах, так как они, по факту, чужие люди, но смотря на блондина, думалось, что ему можно верить. Он не разболтает. – Я жду этого. Он говорил, что уважает себя, что он молодец, что очень многого добился. Но любовь к себе пока не обрёл, хотя, - бета склонил голову, - если она и есть, то он вслух об этом пока сказать не может.  - Это нормально, мне потребовалось восемь лет, чтобы примириться с самим собой, - спокойно сказал тот.  Брюнет немного опешил.  - В смысле? У тебя были схожие проблемы?  - Я же говорил Вам, что принимал антидепрессанты, и да, мне установили тревожное расстройство, но это не всё.  - Расскажешь? – с надеждой.  - Я этого не стесняюсь, - он пожал плечами. Им принесли большую пиццу и ещё две закуски. Феликс улыбнулся, взял два куска пиццы, сложил их, как бутерброд, и откусил. Хван так охерел, что, наверное, рот открыл в ужасе. - Что? – с набитым ртом.  - У меня так муж делает. Ровно вот так же ест пиццу, как чёртов сэндвич, начинка к начинке. Вы там в Австралии все такие?  - Я никого из своего окружения не знаю, кто бы так делал, - хмуро.  - Ладно, бог с вами, - он улыбнулся. – Нас прервали, ты говорил про своё лечение.  - А, ну, в детстве я себе не нравился, считал уродом, - тут Хван чуть не поперхнулся. – Веснушки эти уродливые, нос, глазки маленькие – в Сиднее всё-таки родился, где подавляющее большинство граждан имеют европейскую внешность; ещё и волосы постоянно в беспорядке. Дохлый, щуплый, некрасивый. Мой запах стал раскрываться после пятнадцати, до этого я прям ненавидел себя, не любил, не понимал, зачем вообще живу. Суицидальных мыслей не было, но я дошёл до селфхарма. Один раз навредил себе, испугался – крови было многовато, сказал папам, те тут же забили тревогу, отдали в терапию, - он попил. – Диагнозы, транки, все дела. Со временем я примирился с самим собой, я стал замечать разные вещи, моё тело начало меняться, я экспериментировал с волосами. Веснушки уже не казались мерзкими. Когда ввёл в жизнь спорт и хобби, дурь почти вся ушла. Мне стало нравиться моё тело, потом лицо. Когда я понял, что тот человек, что смотрит на меня из зеркала, красивый, то выдохнул. Осознание пришло неожиданно. Конечно, на меня действовали и окружающие, и партнёры: кто подстёгивал самооценку, кто наоборот. История с Кристофером меня чуть откатила, измена всё-таки сильно по мне проехалась. Я усомнился в себе, сидел дома, сил даже помыться не было, чай себе заварить. А потом ничего, отошёл. Переезд в Корею ещё повлиял. У меня остались кое-какие внутренние конфликты, но это мелочи, - махнул рукой, делая себе второй «бутерброд».  - Хочешь откровение? – Джинни склонил голову.  - Да.  - Я когда тебя увидел, подумал, что ты красивый. Взглядом зацепился за веснушки – они мне нравятся. На твоём лице они очень гармонично смотрятся.  - Благодарю, - он улыбнулся, - они мне тоже нравятся. Это моя изюминка.  - Да. Так, твоя очередь: твой самый счастливый день?  - М-м-м, вообще их два. Это разные виды счастья. Первый, когда я выиграл соревнование по тейквондо и, соответственно, пояс, - тут бета вновь охренел, но промолчал. – А второй, когда узнал, что получил полный грант на учёбу.  - Тейквондо, впечатляет, - наставник закивал. – Теперь понятно, откуда у тебя такой контроль тела. Ок, следующий вопрос: кем ты хотел стать в детстве?  - Вы будете смеяться, что при моих внутренних конфликтах и самооценке, я хотел бы стать айдолом.  - Ого, - Джинни и правда хохотнул. – Ну, ты мог бы.  - Ага, я даже прослушивание проходил в Сиднее, но не судьба, и слава богу, кстати, - он захихикал. – Вы?  - Я всегда хотел быть врачом, но и дизайнером интерьеров. Мне нравится это делать, я сам спроектировал в нашей квартире все комнаты, тщательно подбирал элементы мебели, цвета. Я помог некоторым друзьям с этим делом.  - Господину Ли тоже?  - О, они с партнёром могут хоть в пещере жить, Минхо порой так плевать, где он, главное, с кем, но да, кухня у них по моему проекту.  - Впечатляет, - блондин поставил локти на стол. – Самый грустный день в жизни?  Хван задержал дыхание. Он посмотрел на пиццу, раздумывая, стоит ли вообще говорить или лучше пропустить этот вопрос.  - Если Вам некомфортно, то не надо, - мягко и спокойно.  - Да нет, - Хёнджин решил, что от начала и до конца никому не рассказывал эту историю полностью. – Наверное, пришло время взглянуть на себя со стороны, на ситуацию. Мои близкие все знают об этом, но, наверное, только кусочками, не видя всю картину. Даже я. Возможно, это хороший шанс собрать этот ворох и здраво оценить и события, и мои действия. История долгая.  - Я никуда не тороплюсь, - закивал Феликс. – Мне нравится Вас слушать.  - У меня был старший брат-альфа. Его звали Минни. Мы с ним нагулянные. Папа просто родил нас и всё, ни с кем из партнёров не жил особо. Мы отцов своих не знали. Минни, он, - Джинни прикрыл глаза, вспоминая брата, - он был красивый, самый смешной из всех, кого я знал. Шутил без остановки, в стендапе участвовал. Душа компании. Рубаха-парень. Хохмач, каких поискать. Он взрослел и хорошел. Я понимал прекрасно, что мой брат просто бомба. За ним таскались как беты, так и омеги, может, даже и парочка альф затесалась. Словом, он пользовался большим успехом. Мы с ним занимались танцами. Он любил стрелять из лука и привил мне любовь к рисованию. Говорил: «Хёни, ты просто выйди во двор и посмотри вокруг. Найдётся так много того, что ты мог бы нарисовать». Он не пошёл в университет, а решил стать строителем. Сильный, красивый, смешной. Просто идеал, - Хван упёр подбородок в кулак. – Всегда защищал меня, оберегал, ухажёров отгонял, если чувствовал от них хоть чуть-чуть агрессию или: «Хёни, он плохо пахнет, не связывайся» или «Хёни, с ним ничего не получится, я этот взгляд знаю, и, если он тебе причинит боль, я ему ноги сломаю». Когда у нас были проблемы с деньгами, брат позволял мне съесть больше, делясь, говоря, что не голоден. Я маленький был, глупый. Он рано начал подрабатывать, чтобы мы могли нормально жить. У него были любовники, много, разные. Не могу сказать, что Минни был гулякой, просто он знал себе цену и пользовался этим. Да, само собой, и отношения заводил, но недолгие. Я не понимал, а он говорил: «Они все не те, Хёни. Мне нужен мой человек, истинный, с ним я буду счастлив». Искал его, хотя, опять же, не могу сказать, что Минни был таким уж романтиком. Когда я решил поступать в медицинский, он поддержал меня, заверив, что поможет материально, на папу особо рассчитывать не приходилось. Я сам уже взрослый был, у меня отношения с омегой, друзья, университет, лекции. Бурная жизнь, - он сделал паузу, попив.  - И что случилось? – спросил Феликс шёпотом, будто боясь спугнуть собеседника.  - Минни встретил истинного. Он поранился на стройке, не сильно, не смертельно, но был перелом. В больнице, в приёмном покое они столкнулись. Всё было, почти как в кино. Увидели друг друга, потянуло, одно прикосновение рук, одно объятие, и они почти позволили запечатление, пока омега не оттолкнул.  - Он был занят? – с ужасом.  - Хуже, - Джинни поджал губы. – Он был болен. ХОБЛ. Ничего нельзя было сделать, проходимость воздушного потока в лёгкие составляла чуть больше двадцати процентов.  - Он умирал, - поражённо.  - Да, - Хван взял палочку, надкусив, вздохнув печально. – Как ты можешь догадаться, омега отверг Минни из-за своей болезни. Врачи давали год, ну может немного дольше. А Минни, - очередной вздох, - ему было плевать, он хотел получить хотя бы это время. Семья омеги, его звали Сокки, приняла нейтральную сторону. Они оставались пассивны, инертны, и я их понял потом, но вначале агрился. Минни был в агонии, потом бесился, он не мог понять, почему его избранник так жесток. Но Сокки не поддался, - Хван грустно улыбнулся, отложив палочку, - он даже не позволил вновь коснуться, не говоря уже про объятия и поцелуи. Сокки прервал все контакты, заставил увезти себя куда-то на юг страны, к родственникам, чтобы не быть обузой.  - Боже!  - А Минни, - Хёнджин прикрыл глаза, вновь тяжко вздохнув, - он не смирился поначалу. Да, запечатления не было, но их встреча произошла, понимание, что ты встретил пару и так быстро потерял, ранило его очень сильно. Я не понимал. Я бета, мне это не дано. Он как-то попытался мне объяснить, рассказал про абсолютное чувство, ту любовь, которая есть в его душе. Для меня это было только в теории, ну и дико, само собой: как можно любить того, кого ты даже не знаешь? Вот просто безоговорочно, слепо. Это был всего миг, всего одно касание, которое навсегда изменило жизнь.  - Думаю, - Феликс добро посмотрел на наставника, - это что-то близкое про любовь к своему ребёнку. Он не родился, а ты уже представить жизнь без него не можешь. Он только булькает и даже не говорит, а любовь к нему уже такая сильная, что тебе плевать, какая он личность и что у него за предпочтения, - собеседник пожал плечами.  - Полагаю, ты прав, это что-то на уровне инстинктов.  - И что было дальше?  - Минни бился, попытался отпустить, но эти усилия не привели к результату. Тогда он стал меняться, замкнулся в себе, стал похож на зомби. Работал и всё, не жил толком, а существовал. Так как я учился в университете, я не мог видеть эти изменения в динамике. В тот период, - бета закусил губу, но решил сказать, так как это было важно, - наш папа стал сильно пить. Он и так бухал, но как-то дозированно, а тут будто с цепи сорвался. Отчасти потому, что Минни плохо, отчасти из-за собственных проблем. В какой-то момент всё усугубилось. Я обнаружил себя между закрытой дверью в спальню брата и спальню папы. Один. Как будто стал никому из них не нужен, а они, как побитые собаки, зализывали раны, только поводы у них были разные. Я не бесился и никого не обвинял, но обиду точил. В какой-то момент Минни позволил мне приблизиться. Он говорил странные вещи, глубокие, философские, хотел просто провести время вместе: мы ездили на озёра, просто гуляли, ходили по магазинам, в кафе. Я, идиот, подумал, что ему становится лучше. Он выглядел нормально, ну, почти, как раньше, только не шутил, а так. Хотя бы улыбался. У меня были экзамены, - бета сглотнул, вспоминая тот день, - я сдал последний и написал папе и Минни, что всё, закончил второй курс и скоро приеду в гости, а на следующий день мне позвонил сосед, заикаясь, и сказал, чтобы я срочно ехал домой, - Феликс смотрел во все глаза, предвкушая продолжение. Хван попил, а потом сцепил руки в замок. – Дома я нашёл вдрызг пьяного папу, почти невменяемого, а в морге при больнице тело брата.  - Несчастный случай?  - Нет, - Джинни покачал головой. – Он покончил с собой.  Повисла пауза.  - Господи, - блондин прикрыл рот рукой.  - Я не знаю, откуда у меня взялись тогда силы. Я организовал всё, тянул на себе, пока папа находил утешение в алкоголе. В тот момент я не дал себе и шанса задуматься над своим состоянием.  - И это тот день? Когда Вы узнали?  - Нет, - вновь покачал головой. – Похороны. Единственный раз, когда папа смог сказать что-то путное до церемонии, это то, что я обязан сообщить Сокки.  - Он ещё был жив? – удивлённо. – Я почему-то подумал, что ваш брат... - Да, он был жив. Я смог связаться с его семьёй, они приехали. Минни оставил предсмертную записку, всё объяснив, но я не позволил никому её прочитать. На церемонии понял, что Сокки и так знал, почему он это сделал, почему ушёл. Они не общались почти год, не виделись, а такое чувство, будто он знал его всю жизнь, будто вот до дня смерти разговаривал с ним всю ночь. Чёрт, это пугающе и мило одновременно. Я тогда его ненавидел. Он сидел в инвалидном кресле, с трубками и баллоном, еле дышал, но всё, сука, понимал, - Джинни начал злиться, но заставил себя уняться. – У могилы Сокки сказал лишь, что готов вот прямо сейчас упасть туда, но ему не позволят, и это пустяки – он и так последует за своим альфой уже скоро. Я тогда готов был ему морду набить, клянусь, еле держал себя. Меня так колотило и трясло, что я остался один: папа пил, теряя себя, а других родственников нет. Перед их отъездом Сокки попросил оставить нас вдвоём. Он не трогал меня, не пытался как-то утешить, даже нормально в глаза не смотрел. Сказал, что Минни ушёл, потому что не мог терпеть, потому что это разъедает, и, если бы у омеги были силы, он бы тоже ушёл сам. Невыносимо жить, зная, что ты сам оттолкнул того, кто предназначен, отказался от своего счастья, но он действовал из лучших побуждений, так как у Минни вся жизнь была впереди, а у него какая-то жалкая пара лет. Он, правда, думал, что, если обрубит всё, Минни найдёт в себе силы восстановиться, обретёт другого партнёра, не истинного, да, но хорошего, семью создаст. А мой брат, - Джинни посмотрел в потолок, - я не знаю, он, может, и пытался, но это вот, альфье-омежье, оказалось сильнее. Сокки напоследок взял меня за руку, попросил прощения и сказал, чтобы я не злился, не носил на сердце этот груз, ему очень мало осталось. Попросил меня отпустить это, как буду готов, и обрести счастье. Через два месяца он умер. На похороны меня звали, я не поехал. Я тогда много глупостей наделал. Папа пил постоянно, и я просто не справлялся.  - А что было? – блондин сглотнул. – Если Вам тяжело, то можете не отвечать, конечно.  - Я бросил универ, уехал к Минхо, только он смог меня принять, расстался с парнем, хорошим омегой, который любил меня, семью со мной хотел. А я, как бы сказать, - он покрутил своё кольцо, - я не любил его уже, остыл, понял это, когда Минни был ещё жив, ну а после суицида брата меня в дрожь бросило от мысли, что я свяжу свою жизнь с незапечатлённым омегой. Там просто всё сошлось. На папу я был страшно зол, потому что он трезвым ни дня не был. Тогда я закрыл дверь и больше домой не возвращался.  - А ваш муж, - Феликс нахмурился, - он был с Вами тогда?  - Нет, мы познакомились позднее.  - Извините, - омега сглотнул, - а он был запечатлён?  - Нет, - Джинни пытливо посмотрел в карие глаза. – И это мой самый огромный страх. Вот тебе ответ на потенциальный вопрос. Я до смерти боюсь момента, если мой муж встретит своего омегу. Я, - он сглотнул и вновь сцепил пальцы, - я эгоист, я очень плохой человек, если честно, и в другой ситуации я бы дрался за супруга, костьми лёг и зубами вцепился, но, если он встретит истинного, да, это разобьёт мне сердце, но я ни за что не встану между ними, потому что знаю, к чему эта разлука может привести. Он любит меня, и, наверное, захочет предпринять всё возможное, чтобы как-то сгладить... - Вы не дадите ему шанса? – хмуро. – Просто готовы сбежать? Этим Вы разобьёте его сердце.  - О, - Хван хохотнул, - в этой гипотетической ситуации правда не на моей стороне. Он будет с тем, кто даст ему всё, - бета замолчал, решая, что сказал достаточно, решив закругляться. – Я думал на этим, и я точно знаю, как поведу себя, если это случится. Да, будет тяжело, но он будет в порядке... со временем и с другим.  - А Вы? – Феликс чуть по столу не стукнул.  - Боюсь, я больше никогда не встречу такого, как он, - сказал грустно. – Никто другой не дотянет до его уровня, - цокнул. - Что будет, то будет. Сейчас мы счастливы, нам комфортно друг с другом, и пока на горизонте нет омеги, который мог бы быть ему предназначен.  - Можно вопрос? – Феликс осмотрел стол, а потом посмотрел на наставника. – Что было в той записке?  - Что Минни любит нас, он не хотел бы причинять боль своим решением, но то, что он чувствует, не даёт ему дышать, как болезнь не даёт дышать его омеге, - Джинни вновь попил и заказал себе новый стакан. – Эта боль, глубокое чувство потери и безысходность загнали его в тупик. Он не хочет ждать, когда его омега уйдёт, и не хочет больше выносить те страдания, что мучают его. Брат упомянул, что скопил кое-какие деньги и оставляет их мне, что ему очень жаль, что он не будет свидетелем моего счастья, но на небесах, если они существуют, он будет за мной приглядывать, и надеется, что своё счастье обретёт или там, или в другой жизни. И всё.  Глаза Феликса увлажнились. Он надул губы и смотрел так растеряно.  - Извините, это очень... – взял салфетку и вытер глаза. – Господи, не дай бог!  Джинни выдохнул, взял кусок пиццы и без удовольствия стал жевать.  - Я скучаю, часто, и зла уже не держу. Да, не понимаю, как можно уйти из жизни из-за любви, из-за человека, которого не знаешь, который просто сказал «нет», когда у него были на это причины. Я долго думал, что было бы, согласись Сокки на эти отведённые им годы. Минни был бы жив после его кончины? Он нашёл бы в себе силы, скажем так, овдовев, жить дальше? Или всё-таки нет?  - Сложно сказать, что было бы, - блондин взял чипсу и стал её крошить.  - А ты?  - Ну, у меня никто не умирал, но, трагедия в семье тоже была. У меня есть ещё два брата, у нас не слишком большая разница в возрасте. Папа вновь забеременел, но был выкидыш на позднем сроке. Мы все хотели этого ребёнка. Должен был родиться альфа: мы в семье все омеги. Я очень хотел брата-альфу, очень, но не судьба, - пожал плечами.  - А страх? Чего ты боишься, Феликс? Не встретить истинного?  - Нет, наверное, я примирился с этой мыслью. Откуда мне знать, где он, что с ним и встретимся ли мы? Ну, может, не судьба, но жизнь долгая, верно? – он улыбнулся. – Я боюсь не познать любви. Боюсь, что не встречу хоть кого-нибудь, истинного, не истинного, альфу, бету... просто человека, кто увидит меня, кто примет таким, какой я есть, и полюбит. Без всяких -не-. Я хочу любить и чувствовать любовь в ответ. Если это будет истинный, что ж, я счастливый победитель лотереи. Если нет – ничего страшного. Просто мужчина, заботливый, ласковый, для кого я не буду омегой, кто должен убирать, стирать и просто прислуживать, ноги раздвигая. Равный ему, хоть и слабее. Хочу уважения, гармонии, нормальных отношений. И детей, - добавил, причмокнув губами, став похож на утку. – А ещё не завалить практику.  Джинни умилился, доев пиццу.  - Понимаю тебя.  - Спасибо, - блондин легонько коснулся кисти наставника, - что рассказали.  - Спасибо, что выслушал, - Хван выдохнул. – Извини, я отойду.  В этот момент ему принесли стакан с напитком. Джинни ушёл в туалет, умыв лицо и заставляя себя ни о чём не жалеть. Вернувшись, застал блондина с очень сложным лицом.  - Что-то не так? – сел вновь напротив. - Я хотел бы переварить вашу историю и подумать. Я же, - сглотнул, - я стал свидетелем истории Сана и Йени. И мне казалось, что ну, ничего такого, если жизнь и обстоятельства людей разлучают, а сейчас, после рассказа о вашем брате, я думаю, слава всем богам, что Йени дал заднюю. Вряд ли Сан решился бы на кардинальные поступки, но мы не знаем, что там у человека в душе. Мне сейчас стало куда спокойнее.  - Я тоже рад, что они рационально подошли к решению своих проблем. Так, давай отвлечёмся. Моя очередь: почему ты уехал в Корею?  - О, это короткая история. Я по факту сбежал. В Корее дешевле жить, чем в Австралии, и когда я принял решение поступить в медицинский, то мои родители согласились спонсировать меня, но в Сиднее очень дорого не работать и просто учиться. Стали думать, и вот. Они купили мне небольшую квартиру, я им безмерно благодарен. Подал на грант, выиграл и уехал сюда в целях экономии – банально. М-м-м, - он взял последние два куска пиццы, вновь сложив их, - Вы никуда не переезжали, а... о, ваш муж! Почему он переехал в Корею?  - Это лучше его спроси, - хохотнул Джинни. – Задай другой вопрос.  - М-м-м, назовите ваше хобби.  - А если у меня их штук двадцать?  - Назовите все двадцать, - непосредственно.  - Танцы, плавание, рисование, лепка, проектирование интерьеров, фотография и ещё до кучи всего, Феликс, не заставляй перечислять, - и захохотал.  Тот довольно улыбался.  - У меня нет хобби, которые были бы прям интересные. Было время, я считал себя профи в битбоксе, - и засмеялся, - а потом всё кануло в лету.  - И всё-таки, что ты любишь делать, помимо танцев?  - Слушать музыку, получаю от этого колоссальное удовольствие. Шоппинг, очень мне голову проветривает. В последнее время – просто лежать и скролить, - и вновь хохотнул. – Соцсети – ужаснейший таймкиллер.  Джинни сжевал ещё одну палочку. Его мобильный завибрировал.  - Ох, мне муж звонит, прости, я отойду. – И, не дожидаясь ни реакции, ни ответа собеседника, пошёл к двери. - Привет!  - Привет, ты занят? – спросил Крис.  - Ну, у меня вроде как поздний ужин пиццей.  - О, вкусно, наверное, - он сам куда-то шёл. – Я быстро. Должен предупредить, что я дал твой номер в качестве экстренного контакта, но у меня такое подозрение, что устроители шоу могут придумать какую-то пакость и позвонить тебе. Меня спросили, готов ли я скрыть свой статус для рейтингов и снять кольцо – я категорически отказался.  - А что они предлагали?  - Оставить интригу. Ни нет, ни да. Мол, уходить от вопросов о паре, увиливать, а зрители сами свои выводы сделают.  - Ну, в этом есть смысл, - хмыкнул Джинни, - но раз ты им отказал, то мне это льстит.  - Я не буду врать о тебе, - железобетонно. – Где-то что-то приукрасить? Ок. Скрыть пару фактов своей биографии? Нет проблем! Но не это! Хани тоже охренел и тоже отказался.  - Ок, я тебя понял. Спасибо, что предупредил.  - Я побегу! Люблю! – и сбросил звонок.  Хван посмотрел на время: они засиделись. Он вернулся за стол и попил.  - Я уже оплатил счёт, - Феликс улыбнулся. – Спасибо Вам за ужин и компанию!  - Ох, надо было пополам, - покачал головой бета.  - Нет-нет, я Вас позвал, поэтому и плачу, - младший выглядел довольным. – Надо бы расходиться, - и указал на настенные часы.  - Ты на машине?  - Нет.  - Давай я тебя до станции подкину.  - Не откажусь.  Им принесли пакет на вынос, то, что они не съели, и Феликс хотел что-то отдать старшему, но Хван даже слушать не стал.  - Знаешь, что забыл у тебя спросить, - они дошли до машины, закинув туда свои спортивные сумки, - ты, получается, живёшь за счёт гранта и помощи родителей?  - В целом, да. Учёба занимала всё время, было не до работы. Сейчас, на практике, я чуть-чуть подрабатываю, но это так, слёзы.  - А что делаешь?  - Я люблю социальные сети, мне действительно нравится быть в курсе событий, трендов, поэтому я иногда помогаю некоторым маленьким блогерам с их образами. Я упоминал, что шоппинг – это прямо моё, вот и применил на практике.  - То есть, ты подрабатываешь стилистом?  - Я бы так не сказал, - омега мотнул головой. – Чаще всего я работаю с подражателями, и в мою задачу входит поиск им наряда, похожего на тот, что был у звезды или кумира, чтобы можно было снять качественное видео и залететь в тренды.  - Понятно, - Джинни притормозил на светофоре. – Много за это платят?  Феликс очень красноречиво посмотрел на бету. Хван захохотал. Он припарковался у магазина рядом со станцией.  - Спасибо Вам, до завтра? – Феликс улыбнулся солнечно, вышел, открыл заднюю дверь, взял сумку и остановился, махнув рукой. Стоял, пока Джинни не слился с потоком.

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!