Вернутся к фанфику
А я дрожь в его руках
30 декабря 2025, 07:40«Это здание недалеко от окраины города, но все ещё в «приличном» районе» — объяснил Ри, яростно жестикулируя. — «Большой особняк в готическом стиле, светлые стены, высокие окна. Внутри всегда горит камин. Мои ребята сообщили что твой бинтованный вместе с какой-то крупной шишкой из мафии сейчас внутри и не планируют уходить ещё долго. Это было… Минут за десять до того, как я нашёл тебя.»
Затем Чуя ушёл, слыша вслед пожелания удачи ото всех, кроме Ширасэ. Даже Дан вышел из своего ступора, будто отправляя Короля на верную смерть.
Чуя отогнал эти мысли.
Ему ничто не угрожает, ведь в его руках гравитация.
Эта же гравитация помогла ловко перемахнуть забор, приземляясь на лужайке перед большим и явно богатым домом, где обустроилась с подельником его жертва.
В Порту иногда можно было наблюдать странную забаву рабочих — иногда, от скуки или внезапных порывов, те складывали игральные карты в форме треугольника, называя это «домом» или «замком». Ни то, ни другое Чуя не видел в этом странном треугольнике, да и не особо представлял то, что все называли этими громкими словами. Разве дом — это ли не здание, окружённое стенами и накрытое крышей? Замок же всегда разный: в детских книгах, которые имелись в библиотеке приюта и которые Юан называла «сказками», пока Тэкэо ныл и жаловался на то, что они скучные и «для малышни вообще», он описывается как внушительная светлая постройка со множеством комнат, коридорами и прислугой, где живут король и королева; в бедных районах этого гнилого города шептались о том, что это всё выдумки и иностранные тщетные попытки расхвалить свои ветхие домишки, покрытые грязью. Все же знают, что дворец императора един и нет ему подобных.
Но сейчас, шагая по краю бетонной стены, что напоминал ему гладкую но побитую временем карту, лишь раз оказавшуюся в его руках, Чуя был готов поверить во что угодно. Необъятное по размерам здание казалось бесконечно длинным и вместительным и, если бы он верил в реальность детских сказок, то точно бы решил, что это замок, сошедший со страниц детских книжек. С его крыши открывается потрясающий вид на чистое, безоблачное небо и набитый красками горизонт. Рассвет, закат, ночное небо… Яркие картины будущего проносятся перед глазами, легко цепляя кожу невесомыми прикосновениями и тут же растворяются в болотно-бордовой воде реальности.
Даже если всё сложится как нельзя хорошо и в этом здании можно будет жить, предварительно сообщив другим членам банды о столь удачном месте, то их «пир» будет недолгим. Что происходит с овечками, которые отбились от стада и, побродив немного, нашли сочный яркий луг с небольшим ручейком и деревом, в тени которого можно спрятаться?
Правильно, через время их кости будут обгладывать волки, что владеют этой территорией.
Сейчас Овцам нельзя заходить на территории Портовой Мафии, хотя та и нарушила этот негласный договор первая.
Они не такие. Их банда не будет падать до уровня грязных жестоких мафиози за чертой закона, что могли бы и пытались жить как все нормальные люди.
Сжав крепче кулаки в карманах куртки, Чуя с удивлением обнаружил там скрепку. Откуда она в там? Если так подумать, в карманы косухи не так уж просто засунуть руки полностью, как Чуе всегда нравилось, поэтому чаще он носит не кожанную куртку, а просто толстовку - поэтому, вероятнее всего, скрепка осталась от предыдущего владельца, возможно, от Юдзу... Чуя поджимает губы и, оттолкнувшись от края, прыгает в центр крыши.
Присев на корточки, готовясь обрушить это здание, парень медленно отсчитывает последние секунды жизни этого замка-особняка, чувствуя непонятную тяжесть на сердце.
Один лёгкий прыжок тяжёлой лавиной обрушивает крышу внутрь, поднимая пыль. Через секунду стены начинают вваливаться внутрь, буквально смяв здание, как листок бумаги. Грохот же, в котором еле слышно раздался чей-то вскрик, были усладой для ушей.
Где-то в Порту также падает карточный домик, поднимая гул разочарованных и печальных прокуренных голосов рабочих, которым не терпится поскорее уйти домой.
Кинув последний взгляд на обломки здания, представляющего собой некогда просторный особняк, Чуя опустился на землю и сморщился. Неприятное чувство проламливало кости грудной клетки к сердцу, словно стараясь сожрать своего носителя изнутри.
Разумная часть его сознания кричала о том, что нужно продолжать слежку за домом на случай, если снайпер все же выжил, в то время как более чувствительная и эмоциональная хотела уйти из этого района подальше.
Туда, где его не увидят. Туда, где он может побыть наедине со своими мыслями. Туда, где его могут найти разве что Юан или Ширасэ. Самые родные для него люди, несмотря на всё.
Сделав шаг вперёд, Чуя…хмурится и разворачивается на носках. Сгорбившись, мальчишка ускоряет шаг, стараясь как можно быстрее и незаметнее сбежать уйти в другую часть города.
Ему до ужаса сильно хотелось прогуляться по знакомым улицам района Субарочи, только чтобы прийти к негласному, за пределами их трио, уголку спокойствия, собрав по пути все воспоминания.
Не хотелось думать, что это первое его убийство не в горячке боя — от этого несло чем-то глубоко неправильным, да и… Убить человека, даже не посмотрев в его глаза и не спросив, а какого хуя, было довольно безжалостно.
Быть безжалостным Чуя не хотел — он был готов признать себя плохим Лидером, плохим Королём, плохой Овцой, но не безжалостным человеком, способным отнять чужую жизнь… Почти просто так.
Во всяком случае, представляющий угрозу эспер со своими пулями, что останавливали действие спспособностей, вероятнее всего, был устранен — так что волноваться больше не о чем.
Разрушив особняк полностью, Чуя побрел в другую часть города.
Хотелось прогуляться.
Имел ли он на это право? Наверное, нет.
Хотел бы иметь? Очень!
Беззаботные прогулки, закаты, рассветы, дворец, замок, дом…всё это безумно хотелось почувствовать в своих руках и всего же этого у него не было.
Была только старая лачуга стариков, дружная но своенравная банда и уголок спокойствия. Но, может быть, этого и было вполне достаточно.
Чувство в груди склеивается в комок из неуверенности и тоски, когтями царапая гордость. Под ложечкой проходится лёгкая щекотка, а тело сковывает порыв броситься на этого серовласого придурка с объятиями, предварительно по-дружески ударив в плечо и натянув чужой капюшон до подбородка.
Вот улица, на которой младшие любят играть в догонялки. Вот магазинчик, в который заходит Томас и иногда покупает «беспризорникам» сладости, которые те делят между собой и Чуей. А вон тот самыц мусорный бак, из которого они доставали Дана, который, убегая от кого-то, в спешке поторопился и не смог перепрыгнуть крышу…
В объятиях задумчивости на пару с воспоминаниями, он дошёл до небольшого заброшенного домика, с лёгкой улыбкой на губах. Всё же, с Ширасэ они многое пережили вместе, так что, может быть, им двоим стоило бы помириться?
Но а пока стоит поторопиться к «уголку спокойствия».
Место, которое всегда оставалось неприкосновенным для других, встретило его дрожащей фигурой Юан, что всхлипывала и что-то шептала под нос.
Стоило только одному из них попасть в беду, или быть не в лучшем расположении духа, они просто приходили сюда. В этом небольшом домике они негласно не имели права ругаться. Но сейчас, подгоняемый в затылок яростью, Чуя собственными руками ломает на осколки хрупкую атмосферу спокойствия, ловко и быстро оталкиваясь от старых досок. Стараясь держать себя в руках, парень аккуратно касается чужого плеча, крепче сжимая зубы.
— Юан, все нормально? — аккуратно спрашивает Чуя. Если её кто-то обидел…
Девочка дернулась, а затем милое личико скривилось, она будто попыталась что-то проговорить, но у неё не получалось из-за слез.
Юан плачет навзрыд, громко и истерично. Что-то явно случилось…
Она размазывает по припухлым щечкам слезы, намокшую от них пыль и какую-то странную эмоцию — наверное, страх? Боль, непонимание, расстерянность?
Это плохо.
Если чистоплотная и до тошноты требовательная к внешнему виду Юан испачкалась по дороге сюда, значит, дело очень серьёзное.
.....
Про этот домишко, так вышло, знали только они с Ширасэ — он был убежищем их трио. Стоило только одному из них попасть в беду, или быть не в лучшем расположении духа, они просто приходили сюда. В этом месте они негласно не имели права ругатся и выяснять отношения, это был уголок комфорта и безусловной поддержки.
Чуя был уверен, что девочка ждала его, но вот зачем…
Возможно, она поговорила с Широй и теперь боялась, что один из поспоривших парней уйдёт от Овец, уйдёт от неё. А может, она ещё не знает об этом, и её беспокоит что-то…
Чуя подошёл ближе:
— Ну же, я здесь, все в порядке… — прошептал он, приобнимая подругу за плечи. — Не переживай.
Юан замотала головой:
— Чуя, они предали тебя! — заливаясь слезами прокричала Юан, будто боясь передумать. — Сдали Портовой мафии, как откуп!
Чуя замер. Он давно начал догадываться, что является всего лишь ценным оружием Овец — к этому было много предпосылок в разговорах, параноидальных попыток защищать; — знал, что его можно бросить или разменять, но…
Как же так?
Ширасэ, Юдзу, Сёго…
Тэкэо.
Дан.
Все это было неправдой?
— Снайпер мафии знает об этом убежище, Чуя! — продолжала, задыхаясь от истерики, Юан. Последнее верное ему создание… — Ты должен уходить, быстрее!!!
Глухой щелчок откуда-то сбоку прервал девушку. Её глаза расширились а потом она… покачнулась и упала.
Снайпер мафии их опередил.
По розовым волосам расползалось бордовое пятно, на щеки Чуи брызнули капли густой, тёплой крови. Крови его последнего друга.
— Не шевелись, — донесся спокойный голос откуда-то справа, откуда и пришла пуля. Снова щелчок, уже другой — перезарядка винтовки. — Все остальные Овцы убиты. Тебе больше незачем сражаться против мафии.
— Вы же обещали им безопасность!
Как же?..
Почему мертвы?! Зачем они тогда сдали его убежище?
Или Юан соврала?..
— Соврал, со мной бывает, — усмехнулся парень.
Это был тот самый снайпер — перебинтованный с ног до головы, в официозной одежде, но вместо обычного для мафии пиджака носивший пальто. Это был тот самый снайпер, ранивший Ширасэ, тот самый снайпер, сорвавший им ограбление самолета, тот самый снайпер…
— Что же теперь остановит меня от того, чтобы убить тебя?! — почти рычит Чуя в ярости.
Снайпер на этот выкрик лишь усмехнулся. Потом медленно положил винтовку, вынул из кармана плаща пистолет и… Приставил к собственному виску.
— То, что ты не хочешь моей смерти.
…тот самый снайпер, что целился в него тогда, на крыше, но так и не попал.
Снова щелчок. Это предохранитель пистолета.
Не думая, Чуя вытащил из кармана скрепку и кинул в пистолет за секунду до выстрела. Он вылетел из рук мафиози, выворачивая его пальцы, пуля продырявила стену хибары, выстрел громовым раскатом прокатился по всему району.
Снайпер снова ухмыльнулся. Ухмыльнулся как победитель.
— Вступай в мафию, Арахабаки. Больше тебя не держит улица.
Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!