Вернутся к фанфику

Часть 5 — История о докторе Энимо, который хотел превратить современный Вашингтон в доисторический (часть 2).

26 июня 2025, 16:40
      Оказавшись у входа в музей палеонтологии, Гвен и дедушка Макс невольно переглянулись. При всей своей импульсивности, Бен на этот раз оказался прав. Старое здание возвышалось в вечернем свете, его каменный фасад был украшен барельефами доисторических животных, а через массивные стеклянные двери пробивалось тусклое электрическое свечение.       Они вошли внутрь с осторожностью. В зале, среди экспонатов и нависающих над головами скелетов динозавров, стоял доктор Энимо. Он склонился над своим самодельным оборудованием. Услышав шаги, Энимо полуобернулся. В его взгляде вспыхнуло раздражение, губы скривились.       — Уж больно вы настойчивые… — протянул он холодно. — А я таких не люблю.       Бен шагнул вперед, уверенный и напряженный, глаза его горели решимостью.       — Нам все известно о вас и ваших опытах, доктор Энимо! Это конец!       На лице ученого промелькнула ухмылка, переходящая в гримасу презрения. Голос его стал громче, полон ярости и триумфа:       — О нет. Ты глубоко ошибаешься! Это только начало! Мне нужно всего несколько деталей, чтобы завершить переход ко второй фазе… к возрождению мертвых клеток! Вы станете свидетелями — не гипотезы, а прорыва. Сейчас вы увидите, как пробуждается мамонт, который долгие годы был всего лишь чучелом!       Он повернулся к прибору и резко щелкнул тумблер. Сверху, от антенн, сорвался узкий пульсирующий луч — насыщенно-красный. Луч ударил точно в сторону огромного экспоната в центре зала — чучела шерстистого мамонта. Глаза мамонта вспыхнули неестественным багровым светом. Несколько секунд он стоял недвижим, словно что-то внутри него приходило в движение. Затем раздался хриплый, натужный визг — словно перемешанные скрежет металла и протяжный рев. Гигантский зверь зашевелился, дернул головой, повел хоботом и с грохотом двинулся вперед. Его шаги отдавались по мраморному полу тяжелыми ударами, словно приближалась буря. Он навис над троицей Теннисонов, живой и яростный, пробудившийся из мертвого сна по воле сумасшедшего ученого.       — Вот оно! Торжество гениальности доктора Энимо! — воскликнул он, раскинув руки, будто встречал овации толпы.       Все трое Теннисонов замерли, пораженные до глубины души. Их рты были открыты от изумления — не каждый день увидишь, как чучело мамонта оживает прямо у тебя на глазах. Но оцепенение длилось недолго: напряжение мгновенно сменилось решимостью. Бен метнул взгляд на Омнитрикс, циферблат которого вспыхнул зеленым. Бен почувствовал как кости и мускулы начали расти, увеличиваясь в объемах, и под одеждой раздалось характерное потрескивание. Из спины прорвались две дополнительные руки, а лицо вытянулось и обзавелось еще двумя глазами. Мгновение спустя яркая зеленая вспышка осветила музейный зал, и на месте мальчика стоял исполинский гуманоид — мускулистый, как скала, с четырьмя мощными руками.       — Давай сразимся! — рявкнул он и со всей силой бросился вперед, пол в зале заходил под ногами.       Он ударился в мамонта грудью, но тут же схватил его за гигантские бивни, удерживая натиск. На долю секунды два чудовищных создания застыли в равновесии, прежде чем Четырехрукий издал гортанный крик и с хрустом вогнал мамонта в пол, раскидав вокруг осколки плитки и музейных стендов.       Тем временем в другом углу зала раздался резкий визг — гигантский попугай, один из мутантов Энимо, стремительно пикировал на Гвен и Макса. Крылья у чудовища были массивны, когти — как ножи, а в глазах светилось безумие. Гвен, не теряя ни секунды, схватила с подставки декоративное копье — часть музейной экспозиции — и, ловко уйдя в сторону, нанесла удар. Металл пронзил оперение, вызвав у мутанта крик боли. Она нанесла еще несколько выпадов, двигаясь с неожиданной для школьницы сноровкой. Попугай не выдержал натиска и, издав грубое карканье, отступил, уносясь вглубь зала.       Но торжество длилось недолго. Доктор Энимо, не теряя времени, переключил внимание на другой экспонат. Он поднял рычаг, и новая волна красного света ударила по массивному скелету — на этот раз это был тираннозавр. Кости затряслись, начали обрастать плотью, и вскоре перед ними возник жуткий гибрид — древний хищник, оживленный искусственной жизнью.       Четырехрукий же продолжал бой с мамонтом. Один из ударов зверя пришелся ему в грудь — Бен отлетел назад, ударившись спиной о каменную стену. Глухо застонал, но тут же вскочил, стиснув зубы. Он вновь прыгнул на мамонта, обхватил его за бивни, пытаясь прервать яростный натиск. Но монстр резко дернул шеей, и Бен перелетел через его спину, тяжело грохнувшись на пол.       Секунду он лежал, восстанавливая дыхание. Затем глаза Четырехрукого сузились. Он поднялся, издав низкий гул, и метнулся вперед, ловко проскользнув между бивнями. Рывком схватил мамонта за хобот, раскрутился, будто собираясь метнуть врага, и использовал собственный вес зверя, чтобы вышвырнуть его в сторону.       — Ой, кажется, у меня кружится голова… — Бен поморщился, но тут же помчался в сторону грохота.       Он увидел, как гигантский попугай, расправив крылья, подхватил Гвен и взмыл вверх. Бен не позволил себе ни секунды на размышления. Он рванул с места, под его ногами трескался пол, а мощные прыжки сотрясали музейный зал. Преодолевая расстояние за доли секунд, он вскоре догнал попугая, вцепившись всеми четырьмя руками в его густое оперение. Воздух свистел в ушах, тяжесть падения грозила сорвать его вниз, но он держался изо всех сил. Он протянул одну из рук к Гвен — едва не дотянулся — но попугай резко взмахнул крыльями, перевернулся в воздухе и сбросил Бена.       Тяжелое тело Четырехрукого сорвалось вниз. Земля стремительно приближалась. В следующий миг он с грохотом рухнул в асфальт перед музеем, оставив после себя потрескавшуюся воронку. Пыль и мелкие обломки поднялись в воздух. С красной вспышкой он снова превратился из огромного четырехрукого силача в десятилетнего мальчишку. Красная вспышка на Омнитриксе угасла, оставив только еле заметное тление на циферблате — часы перешли в режим перезарядки.       Бен резко поднял голову и посмотрел в небо. Сердце бешено колотилось. Он видел, как попугай уносил Гвен все дальше, превращаясь в точку над горизонтом.       — Гвен! — воскликнул он, голос его дрожал от тревоги.       В ту же секунду из-за угла с визгом шин вывернул знакомый фургон. Дедушка Макс, крепко вцепившись в руль, остановился рядом, распахнул дверь. Не теряя времени, Бен вскочил внутрь, и фургон сорвался с места, уносясь по дороге вслед за мутантом и похищенной девочкой.       Преследование не затянулось. Огромный попугай, разрезая небо широкими взмахами крыльев, опустился на вершину высокой белоснежной башни и положил Гвен на плоскую площадку у шпиля. После этого он начал кружить вокруг, словно неусыпный страж, не спускающий глаз со своей пленницы. Бену было все равно, как выглядел враг. Его волновало только одно — Гвен. Когда они с дедушкой подошли к башне, он активировал часы и начал превращение. Из зеленой вспышки появился огромный и вонючий жук, который тут же взмахнул крыльями и взмыл в небо с низким гулом.       Гвен сорвалась с башни и полетела вниз. Ее крики эхом разнеслись по округе. Но в следующий миг Бен поймал ее. Попугай бросился вдогонку. Гигантская тень метнулась за ними, как хищная туча. Погоня была напряженной — Бен в образе Жука лавировал между потоками воздуха, то ныряя, то взмывая выше, уклоняясь от когтей. Крылья били воздух с такой силой, что с крыш срывало флаги и вывески. Скользнув к земле, Бен опустил Гвен в руки Макса, и, не дожидаясь слов благодарности, тут же развернулся. Попугай остался на месте, а Бен уже взял новый курс — к доктору Энимо.       Когда он добрался до места, жук сразу же атаковал динозавра. Он пронесся рядом, и острый шип на конце его хвоста с силой врезался в морду динозавра. Из раны хлынула темная жидкость, и тиранозавр взревел, потрясая окрестности. Он взмахнул хвостом, стремясь сбить нападавшего, но Бен уже закружил вокруг, нанося точные, сдержанные удары по уязвимым местам, дезориентируя монстра.       Внезапно, изо рта жука вырвался поток вязкой, липкой жидкости — он накрыл и динозавра, и Энимо, облепив их густой массой. Энимо завопил от ярости, пытаясь прижать к груди заветную награду — стеклянный контейнер с пульсирующим органическим веществом, — но та выскользнула из рук и, ударившись об камень, с хрустом разбилась. Все, ради чего он шел, исчезло за одну секунду.       Ослепленный яростью, Энимо даже не почувствовал, как жук метким движением сорвал с его головы прибор. Мигающие огни погасли, антенны бессильно опустились. Энергетическая связь оборвалась — и тиранозавр застыл, захрипел и, издав последний предсмертный звук, распался на сухие, хрупкие кости. Попугай, оставшийся без ментального контроля, начал уменьшаться и вскоре вновь стал обычной птицей, испуганно хлопая крыльями.       Доктор Энимо, в изорванной одежде и измазанный липкой слизью, сидел на земле и, шатаясь, пытался подняться. Лицо его было искажено не только злостью — но и осознанием утраты.       Позже, сидя на заднем сиденье полицейской машины, сквозь решетку, он увидел приближающегося мальчишку. Бен подошел медленно, вглядевшись в него с выражением, в котором переплелись усталость, понимание и доля сочувствия. Он произнес негромко:       — Желание получить признание за свои усилия — это нормально. Все мы хотим быть замеченными… Но вы перешли ту черту, за которой исчезает человек и остается только одержимость. Вы могли бы стать гением. Вы им были. Построить устройство из мусора, способное оживлять мертвое — это… по-своему впечатляет.       Он замолчал, сделав шаг назад. Энимо отвел взгляд, губы его дрогнули, но он ничего не сказал. Машина медленно тронулась, унося преступника в неизвестность. Бен остался стоять на тротуаре, глядя в след. В его голове звучал голос дедушки Макса: настоящий герой не требует награды. Он сам знает, кто он есть. И на этот раз Бен не спорил хотя все еще и не был полностью согласен.

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!