Вернутся к фанфику
Часть 8 — В гостях у тети Веры.
26 июня 2025, 16:40 После победы над Джоном Мелвиллом и спасения Кракена прошло несколько дней. Браконьеры, пойманные с поличным, были арестованы и теперь коротали дни за решеткой, где им вряд ли светило что-то экзотичнее овсянки на завтрак. Тем временем трое Теннисонов продолжили путешествие на своем доме на колесах, двигавшемся по извилистым шоссе, вьющимся через небольшие города. Каждая остановка становилась поводом пополнить запасы еды, воды и терпения, особенно когда речь шла о Гвен и Бене.
Дорога становилась все пустыннее. По мере того как фургон катился дальше, пейзаж менялся — деревья становились реже, трава желтела, а небо с каждым днем становилось более палящим. Воздух был сухим, а асфальт раскалялся настолько, что казался хрупким под шинами. В какой-то момент, увидев вывеску с надписью «Продукты», Макс решил остановиться у маленького магазина, стоявшего одиноко у обочины, будто забытый всеми постовой.
Макс направился к банкомату, установленному в стене, чтобы снять немного наличных. В это время Бен и Гвен, спасаясь от жары, вошли внутрь магазина. Холодный воздух охладил лица, и оба невольно вздохнули с облегчением. Мороженое, выставленное в холодильной витрине, выглядело как настоящее сокровище в глазах ставших от жары детей. Бен подался вперед, рассматривая варианты с концентрацией ювелира: фисташковое, клубничное, с шоколадной крошкой и даже кактусовое. Он только протянул руку, как снаружи раздался глухой, хриплый грохот, заставивший стены задребезжать.
Он резко повернулся и увидел через витрину, как двое крепких мужиков с лицами, будто вылепленными из бетонного блока, выдирают банкомат из стены с хрустом и скрежетом.
— Мне, похоже, нужно отлучиться. Гвен, выбери мне самое вкусное и холодное мороженое. — бросил Бен, и прежде чем та успела возразить, он уже выбежал из магазина, на ходу поднимая руку с Омнитриксом.
С яркой вспышкой зеленого света фигура изменилась: кожа стала синей, он стал выше, его ноги изогнулись, напоминая зигзаг. На ступнях появились черные сферические образования, которые выполняли функцию колес. Из копчика вырос длинный хвост, а на голове возник черный шлем.
Преступники не успели опомниться — один уже почувствовал, как его голова встретилась с головой напарника. Удар был быстрым и точным, почти комичным по исполнению. Пока те пытались понять, в каком измерении они находятся, Молния использовал их же металлическую цепь с крюком и ловко связал обоих, оставив их неподвижными и бессильно ругающимися.
— Извините, но вы пришли не в тот день. — усмехнулся он, глядя на них свысока.
Через мгновение подошел Макс, и, увидев связку из преступников и банкомата, удивленно приподнял брови.
— Молодец, Бен. — коротко сказал он, сдерживая легкую ухмылку.
— Всегда готов на подвиги! Что будем делать дальше? — с гордостью спросил Бен, поглядывая на мороженое, которое теперь казалось особенно заслуженным.
— На выходные мы поедем в гости к вашей тете Вере. — буднично сообщил Макс, словно озвучил приговор.
Молния на мгновение застыл, затем театрально схватился за голову. Его плечи поникли, а лицо исказилось в гримасе безнадежности.
— Я не хочу к этой скучной тете Вере! Нет! — простонал он, будто услышал о конце летних каникул.
Гвен, услышав это, только закатила глаза, однако в душе не могла не согласиться с Беном. Протянув ему рожок с мороженым сухо заметила:
— Потерпи, герой. Я выбирала тебе мороженое не для того, чтобы оно растаяло до того, как ты его съешь.
Бен взглянул на нее, взял мороженое с легкой ухмылкой, в которой читалась благодарность, перемешанная с привычной насмешкой:
— Однако, ты бываешь на удивление добрым человеком, Гвен.
— Я всегда такая, ты просто слишком глуп чтобы это заметить. — сказала она, начав есть свое мороженное.
Бен лишь безразлично кивнул, поглощенный мороженым. Он с наслаждением облизнул его, наслаждаясь сладким вкусом и прохладой. Его рот был занят, и он замолчал. Это был редкий момент, когда десерт оказался важнее подколов. Вскоре автобус, в котором ехали трое Теннисонов, тронулся с места и отправился в путь. Он направлялся в захолустный городок, населенный одними стариками.
Однако мороженое вскоре было съедено, оставив после себя быстро тающую прохладу во рту. Путь же, напротив, совсем не собирался заканчиваться. За окном фургона бесконечной лентой тянулись выжженные солнцем поля, электрические столбы и покосившиеся дорожные указатели, ставшие свидетелями сотен таких же утомительных поездок. Прошло уже больше двух часов однообразного и скучного пейзажа. Бен уткнулся лбом в окно, оставив на стекле мутный отпечаток, и скучающе смотрел вдаль, мысленно сетуя на все на свете. Жара ощущалась особенно удушливо — с каждой минутой казалось, что солнце опускается всё ниже, преследуя их автобус.
— Когда тетя Вера говорила что хочет далеко уехать она не шутила… — сказала Гвен, снова плеснув на себя воду из умывальника и потерев руки.
— Боже, вместо того чтобы повеселиться в этих выходные нам придется торчать в доме нашей тетки. — раздраженно вздохнул Бен, откинувшись на спинку сиденья.
— А я люблю тетю веру. — сдержанно сказала Гвен, повернувшись к нему.
— Да, потому что ты ведешь себя как старая тетка. — парировал Бен, не упустив возможности уколоть.
— Ну знаешь… — нахмурилась Гвен, сжав губы, но решив не продолжать спор.
— Ладно-ладно, дети. Мы всего лишь на пару дней туда едем. — прервал перепалку дедушка Макс, не отрываясь от руля, но с привычной теплотой в голосе. — Она просто хочет нас повидать. Это важно.
— Какое облегчение. — с нескрываемым сарказмом отозвался Бен, закатив глаза и вновь повернувшись к окну, где все так же медленно плыли скучные пейзажи.
Через полчаса автобус въехал в крошечный городок, затерянный где-то между временем и пылью. На улицах не было ни одного подростка, ни одного ребенка — только согбенные фигуры в панамах, неторопливо бредущие вдоль обочин или сидящие на лавках у домов. Все, кого Бен мог заметить, по его прикидкам были не моложе ста восьмидесяти лет, и то, если округлять в меньшую сторону. Он шумно вздохнул, откинувшись на спинку сиденья, как будто это помогало облегчить участь.
— Да мы же умрем здесь со скуки. Самое большое для них развлечение — это смотреть как растет их трава.
Бен смотрел в окно, любуясь унылой картиной. Внезапно его глаза расширились от удивления, когда он увидел, как один из стариков совершил невероятный акробатический трюк. Старик сделал сальто с крыши и приземлился на ноги с такой легкостью, будто это было для него привычным делом.
— Ого, вы видели?! — вскрикнул Бен, ткнув пальцем в окно.
Гвен оторвалась от ноутбука и с ленцой посмотрела туда, куда указывал Бен. Все, что она увидела, — несколько стариков, неторопливо сидящих на лавке и ковыряющихся в газетах.
— Знаешь, видно твои мозги совсем расплавились от жары. — сказала она, не отрываясь от экрана.
Бен нахмурился, но не стал спорить. На секунду он задумался: может, ему и правда показалось. Или тот старик был не таким уж и старым? Однако мысль вскоре испарилась, как только их внимание привлекла новая странность.
Автобус остановился возле аккуратного, но явно старого дома. Окна были украшены кружевными занавесками, а над дверью висела табличка с надписью «Дом милой Веры». Едва выйдя из фургона, Бен бросил взгляд на соседний дом. За мутным стеклом он увидел мужчину с седыми волосами и морщинистым лицом. Тот широко — неестественно широко — раскрыл рот, затем с отчетливым хрустом провернул шею, словно бы специально для зрителя. Уголок глаза Бена дернулся. Он прищурился, но старик уже закрыл занавески дома.
— Мда уж, радушная встреча. Ничего не скажешь…
— Учти, тетя любит потрепать за щеки. — с невинной улыбкой предупредил Макс, глянув на внуков, будто знал, что их ждет.
— О, Макс! — раздался звонкий голос от дома.
— Вера! — радостно откликнулся дедушка и поспешил навстречу женщине в розовом платье и ожерельем на шее.
Они обнялись с теплотой, как старая пара, которая не виделась лет сто. Бен и Гвен подошли следом, понимая, что выхода у них нет. Как только они приблизились, руки тети Веры — удивительно сильные, несмотря на возраст — схватили их за щеки и начали яростно щипать, растягивая их лица до предела человеческой анатомии.
— Ах, какие славные детки! — умиленно воскликнула Вера. — Почти не изменились!
Когда, наконец, отпустила, у Бена лицо побелело от боли, а у Гвен дрогнул один глаз.
Войдя в дом, они сразу ощутили тот самый запах — смесь лавандового освежителя воздуха, старого дерева и чего-то вареного, что, казалось, томилось в кастрюле с прошлого вторника. Бен поморщился и тихо прошептал:
— Почему у всех стариков в доме пахнет одинаково?
Обед тети Веры ждал их на столе. Еда представляла собой кулинарную загадку, достойную музея. В центре красовалось странное блюдо, которое, по словам Веры, было ее коронным рецептом: оранжевое желе, в котором плавали куски свинины и вареной цветной капусты. Бен с недоверием посмотрел на содержимое своей тарелки, в который раз пожалев, что тетя не любила заказывать пиццу.
— Я, похоже, понял, откуда у дедушки Макса такие вкусы… Это семейное проклятие. — прошептал он Гвен на ухо.
Гвен оторвалась от еды и с легким интересом принялась разглядывать коллекцию чучел птиц, аккуратно выставленных в бутылках на пыльной полке. Каждая бутылка хранила в себе не только окаменевшее перо, но и дух одного очень странного хобби. Бен закатил глаза — слишком театрально, чтобы это было случайно. Но, воспользовавшись моментом, он бесшумно пододвинул к Гвен свою тарелку с порцией гастрономического кошмара.
Убедившись, что операция прошла успешно, Бен встал из-за стола и направился в туалет, прикрыв за собой дверь с обреченным вздохом. Там, подальше от всех этих щепков за щеки, запахов и подозрительных ужинов, он прислонился к стене, выдохнул и пробормотал:
— Достала меня эта тетка… Я сваливаю отсюда.
Он щелкнул кнопку на Омнитриксе, циферблат ярко вспыхнул, раздался короткий писк, и через несколько секунд Бен перестал переворачивать циферблат, фиксируя выбранную форму. Бен нажал на циферблат, и его окутала вспышка ядовито-зеленого света. Его тело поддалось трансформации: череп перевернулся вниз глазницами и вверх челюстью и деформировался, оставив только один глаз. Ребра изменили форму, сделав грудную клетку более широкой и платной, а ноги исчезли, уступив место хвосту. Также в следующий момент его укрыл еще один слой, который скрывал настоящую форму пришельца.
В следующий момент на месте мальчика появилось существо, напоминающее классического призрака. Он был окутан серой тканью, имеющей также налет бледно-зеленого цвета. Его длинные руки заканчивались четырьмя когтистыми пальцами, локти заканчивались острыми шипами. Символ часов был расположен на левой стороне груди, глаз светился фиолетовым цветом.
— Я Гостфрик! Замечательно!
Он беззвучно прошел сквозь стену и очутился в коридоре. Его взгляд упал на сцену, достойную абсурда: тетя Вера с предельной серьезностью давала Гвен послушать… шум раковины. Без шуток. Бен, незримый, подлетел к ней и зловеще прошептал прямо в ухо:
— Глупышка… глупышка… — донеся до ушей Гвен замогильный голос. — Хе-хе-хе-хе!
— Бен? — Гвен дернулась и резко огляделась по сторонам. Никого.
— Пока, я ухожу! — заявил Бен, уже вылетая сквозь стену наружу, как будто она не существовала вовсе.
Снаружи он ненадолго замер в воздухе, осматриваясь. Рядом, чуть в стороне от дома, стояла старая машинка для гольфа — вероятно, гордость местного пенсионера. Гостфрик прошмыгнул внутрь, взялся за руль, и спустя минуту прохожие могли наблюдать, как по улице неспешно катится гольф-кар… без водителя. Или, по крайней мере, им так казалось.
Внутри Бен в образе призрака весело крутил руль, наслаждаясь хаосом своего побега, когда вдруг в воздухе повис вкусный, густой запах — яблочный пирог. Он замер, завис в воздухе и поплыл к источнику. Пирог стоял на подоконнике, ароматный, золотистый, пышный… но как только он потянулся к нему, перед его глазом развернулась сцена, от которой он невольно застыл.
Старушка, стоявшая рядом, сначала просто ловко отмахивалась от мухи, затем резко прыгнула — и, вопреки всем законам физиологии, оказалась на потолке, где съела ее. Единственный глаз Гостфрика расширился:
— Ого, пожилые черепашки-ниндзя.
Он медленно отлетел назад, решив не рисковать. Кто знает, вдруг этот пирог с начинкой из мух? Тут его внимание привлекла знакомая машина — ту самую гольф-кар увозил сосед по имени Марти, волоча за собой огромный, подозрительно свернутый красный ковер. Еще до того, как Бен успел удивиться, разбрызгиватели на газоне внезапно сработали, и струя воды ударила по пути машины. Марти, визжа, как кот под душем, резко свернул в сторону, едва не опрокинув транспорт.
— Интересно, что же задумал наш дружелюбный сосед? — пробормотал Бен, прищурив фиолетовый глаз и устремляясь за ним.
Бен полетел за ним. Вскоре они прибыли к мусорному комплексу. Марти положил себе на плечо подозрительно свернутый красный коврик и, небрежно растянув ноги, перешагнул через ворота без малейшего усилия, оставив Бена в полном недоумении.
— Это место становиться в более интересным. — пробормотал Гостфрик залетая внутрь.
Бен наблюдал, как Марти собирается спуститься вниз, однако зрачок часов предательски начал мигать красным цветом и со вспышкой превратил Бена обратно в человека. Лицо Марти буквально сползло ему на затылок, а затем все его тело неестественно перевернулось. Он издал громкий визг, заставив Бена вздрогнуть, даже после всех событий с вытянутыми ногами он не смог сдержать крик. Бен развернулся и начал бежать, он перелез через ограждение и сел за гольф-кар. Однако на максимальной скоростью гольф-кар был медленнее Марти.
— Я не видел, как ваше лицо оказалось у вас на затылке! Я буду молчать! — воскликнул Бен, обернувшись. — Какие же витамины принимают эти сумасшедшие старики?..
В следующий Марти вытянул руки вперед, схватился за переднюю часть машины, в которой я находилась, и начал тащить ее назад. Бен схватил клюшку и обрубил руки старика, однако оторваться от него получилось ненадолго. Послышался грохот с крыши машины. Вскоре Бен потерял управление и врезался в дерево. Быстро выбравшись из-под машины, Бен, к несчастью, обнаружил, что Марти оказался куда более живучим. Он, словно резиновый человек, навис над Беном и собирался атаковать. Однако, внезапно появились разбрызгиватели для газона. Марти завещал и убежал прочь под недоуменным взглядом Бена.
— И… что это вообще было?.. — произнес он, глядя на воду, стекавшую по дорожке. — Я точно никогда больше не жалуюсь на обычных стариков.
Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!