Вернутся к фанфику

Часть 29 — Приключение пошло не по плану…

6 июля 2025, 10:00
      Однако вскоре выяснилось неприятное: они спасли вовсе не Азимуса. К большому раздражению Тетракса и Бена, спасенная представительница расы Химера Суи Генерис оказалась всего лишь одной из ассистентов Азимуса, одной из помощниц по имени Майакс. Тетракс хотел уже выбросить ее обратно в тюрьму, однако Майакс вытащила свой козырь — она знала, где живет Азимус.       — Планета Зенон… — Тетракс удрученно вздохнул. — Мда, сложная дорога.       — А что не так с этой планетой? — спросил Бен, удивленно приподняв брови.       Майакс, будто заранее ожидая этот вопрос, откинулась на спинку кресла и, скрестив руки, начала:       — Раньше это действительно была планета. Но тысячи лет назад она столкнулась с кометой. Удар был катастрофическим. Планета была полностью разрушена. Остался лишь крупный фрагмент — ядро, окруженное поясом астероидов. Азимус сделал этот кусок своим убежищем. Вокруг него создано поле искусственной гравитации, которое удерживает и сам фрагмент, и окружающий его пояс. Но есть одна проблема — все это скрыто в абсолютной темноте. Над остатками Зенона установлено поле, которое полностью поглощает свет.       — Я ничего не понял… — пробормотал Бен, почесывая затылок.       Майакс терпеливо кивнула, разъясняя проще:       — Представь, что в глубинах космоса есть тень, в которой спрятан целый мир. Его можно найти только по старым координатам. Но даже если мы доберемся туда — скорее всего, разобьемся. Орбита усеяна нестабильными астероидами, гравитационными ловушками, и все это — в кромешной тьме.       — И что нам делать?! — воскликнул Бен, растерянно глядя то на нее, то на Тетракса.       — Не паникуй. Нам поможет Омнитрикс.       С этими словами Майакс поднялась с кресла и направилась к большому экрану, на котором отображалось звёздное пространство. Она встала перед монитором, опёршись руками на бёдра.       — Но сначала мы должны добраться до старых координат Зенона.       Глуто — молчаливый, но внимательный — издал привычный звук согласия и начал набирать команды на голографической панели. Корабль плавно изменил курс и устремился в неизведанные глубины космоса, разгоняясь по направлению к далекой точке.       Пока Тетракс обсуждал что-то с Глуто, Бен, тем временем, решил снять напряжение — и побежал в симуляционный зал, где среди искусственных облаков мог свободно летать на ховерборде. Майакс тем временем направилась в ванную. В тюрьме, похоже, о гигиене вспоминали нечасто, и это было первое, что она собиралась наверстать. Все шло относительно спокойно.       И тут…       По всему кораблю раздался резкий, пронзительный сигнал тревоги. Ярко-красные лампы вспыхнули, заливая коридоры тревожным светом. Пол дрогнул. Сирены ревели. Бен с ховерборда грохнулся на пол, перекатился и, не теряя ни секунды, побежал в главный отсек. Там уже собрались все — тревожные, сосредоточенные.       — Что происходит?! — воскликнул он, оглядываясь.       — Мы попали в поле притяжения червоточины. — ответила Майакс, и ее голос потемнел.       — Что это значит?! — голос Бена подскочил на октаву.       — Это значит. — вступил Тетракс. — что мы оказались в пределах гравитационного поля пространственной червоточины. Или, если тебе так проще, в гигантском портале между двумя точками во Вселенной. Это почти как чёрная дыра… Только в отличие от нее, нас не разорвет на атомы. Мы пройдем сквозь нее и окажемся неизвестно где.       — Это будет захватывающее путешествие. — с явным энтузиазмом добавила Майакс. — Я никогда прежде не пересекала галактику подобным способом. Говорят, это почти как сновидение… хотя в реальности. И хоть само прохождение может занять месяцы — оно того стоит.       — МЕСЯЦ ИЛИ БОЛЬШЕ?! — Бен вытаращил глаза и чуть не подпрыгнул на месте. — Это же все лето пройдет! А как же дедушка?! ААА!!!       — Успокойся. — спокойно произнес Тетракс. — Радуйся, что благодаря искажению времени, которое происходит внутри червоточины, для нас все пройдет за долю секунды. Всего один миг. А вот во внешнем мире — да, может пройти месяц. К тому же, по всем известным данным и наблюдениям, искажение времени никогда не превышает полгода по земному исчислению.       Бен только тяжело выдохнул. Он выглядел так, будто на него рухнул весь космос.       — Приготовьтесь, сейчас будет странно. — предупредила Майакс, делая шаг вперед. — Глуто, пожалуйста увеличь просматриваемую область на экране.       Глуто молча кивнул, издал характерный булькающий звук и быстро коснулся нескольких клавиш. Голографический экран в центральной части отсека тут же расширился, вытянулся вверх и в стороны, практически заполнив все переднее пространство главного отсека корабля.       Бен поднял взгляд — и дыхание застряло в горле.       Перед ним раскинулась потрясающая картина: длинное, серебристо-золотистое облако межзвездной пыли, прорезанное тонкими нитями света далеких звезд. Но в самом его центре, словно чернильное пятно на глянцевом стекле, росла темная точка, искажая пространство вокруг. Поначалу ее можно было принять за простой дефект изображения, но чем ближе они приближались, тем более реальной она становилась.       Казалось, сам космос терял глубину — становился плоским, будто они смотрели на 3D-картину, висящую на бесконечной стене. А черная точка посередине раздувалась, словно выпуклая линза, изогнутая и непостижимая. Внутри нее уже угадывались звезды с другой стороны — другой кусок вселенной.       Но не только зрение подсказывало, что реальность изменилась. У Бена защемило внутри, будто его внутренности завязались узлом. Он почувствовал, как давление искажается, как будто над ним пронёсся ураган — но ведь это было невозможно. Никаких ветров в герметичной кабине быть не могло. Но что-то происходило. Пространство вокруг словно дышало.       — Начались колебания гравитации и времени. — сказала Майакс. Ее голос звучал так, будто проходил через десятки фильтров: то ускоряясь, то замедляясь, то становясь басовито-глубоким, то почти писклявым.       В следующий миг корабль вошел в червоточину. И все пошло наперекосяк.       Бену показалось, что он теряет рассудок. Пространство стало искажаться в невозможных формах. Цвета — яркие, незнакомые, немыслимые — вращались в танце хаоса, сливаясь и разлетаясь вспышками. Вокруг его тела начали появляться ореолы — флуоресцентные, фантасмагорические. Он начал видеть то, что раньше было за пределами человеческого восприятия — ультрафиолет, инфракрасный, возможно, даже нечто, не имеющее названия.       Он поднял голову — и его охватил шок: он видел самого себя. Точнее — тени, остаточные образы себя, застывшие в воздухе, словно временные фантомы. Он отскочил — и оставил за собой еще несколько таких же.       — Временно-пространственные колебания. — Майакс говорила спокойно, будто объясняла, как включить кофеварку. — Сейчас ты видишь, где был секунду назад. Только не вздумай ударить себя — это может быть… не очень приятно для тебя в прошлом.       Ее губы двигались с задержкой, движения размазывались, а звуки речи опережали или запаздывали. Каждый ее слог вызывал вспышки цвета в глазах Бена — розовый, лазурный, янтарный, зеленовато-белый. Все смешивалось.       — Что за ужас тут творится! — закричал Бен, сжав голову руками.       Мир вокруг расползался. Контуры предметов дрожали, будто все в отсеке оказалось под водой. Линии перспективы ломались, как сухие ветки. Его собственное тело казалось вытянутым в пространстве. Казалось, что все — невообразимо, нелогично. Это было выше любого человеческого понимания. Он чувствовал, что балансирует на грани потери сознания.       И тут…       Слепящая вспышка — белая и зеленая, ослепительно чистая, как если бы взорвались сами границы реальности. Она ударила в сознание, будто гром среди пустоты. Бен рухнул на пол, задыхаясь. Мир перестал крутиться. Все стихло. Ощущение облегчения захлестнуло его. Все тело стало легким, будто исчез вес. Даже боль отступила.       — Мы… на другой стороне… — прошептал Тетракс. Его голос звучал почти благоговейно. И в нем было то, чего Бен никогда прежде не слышал: благоговение… и страх.       — «На другой стороне» — это где?! — в голосе Бена звучало одновременно недоумение, тревога и раздражение.       Тетракс молча повернулся к Глуто. Тот посмотрел на него в ответ, булькнул — и, пожав плечами, развел руками, словно говоря: «Без понятия». Тетракс устало выдохнул, его массивные плечи чуть опустились, а взгляд потускнел.       — Значит, мы в неизвестном краю вселенной… — произнес он. — Неизвестно, как далеко мы от известных звездных карт, и неизвестно, кто или что обитает в этой части космоса.       Бен тяжело вздохнул, почесав голову:       — Класс…       — Подумай об этом с позитивной стороны. — предложила Майакс. — Бен, ты первый человек, который преодолел червоточину.       — Это меня очень вдохновляет. — с сарказмом ответил Бен. — Дома обязательно похвастаюсь, если доберусь.       — Глуто. — спокойно, но уверенно сказал Тетракс. — Найди ближайшую галактику и ближайшую планету, подходящую для высадки. Мы должны проверить состояние корабля… и попытаться понять, насколько далеко мы от дома.       Глуто кивнул и с характерным звуком начал набирать команды на своей голографической панели. На экране появились карты окружающего космоса — но эти звезды были чужими. Неизвестными. Ни одной знакомой метки, ни одной привычной конфигурации.       Спустя короткое время корабль изменил курс, и звездолет начал двигаться в сторону ближайшего скопления света — массивной галактики, медленно вращающейся в бескрайнем мраке.       Ее спиральные рукава сверкали множеством звезд: от холодно-голубых до ярко-красных гигантов. Между звездами переливались клубы космической пыли, затянутые в вечное вращение. Все это было прекрасно и внушающие одновременно — величие чужого мира, в котором они теперь оказались.       В центре галактики мерцал золотистый свет, будто сердце этого светового вихря билось в унисон с пульсацией всей звёздной массы.       — В ядре этой галактики… небольшая черная дыра. — пробормотал Тетракс, читая информацию, которую предоставил Глуто. — Почти как в Млечном Пути. Но эта галактика… больше.       Бен напрягся и спросил, почти с надеждой:       — Но это же может быть наш дом? Может, это и есть Млечный Путь, просто с другого угла?       Тетракс покачал головой:       — Нет, определенно нет. Млечный Путь — меньше. И вдобавок… рядом нет спутника — второй галактики, которую вы зовете «Андромедой».       Эти слова прозвучали, как приговор.       — Значит… — начал Бен, но не закончил. Мысль была очевидна.       Они оказались в галактике, которая не числится ни в одном известном звездном атласе. Возможно, никто из тех, кто знал о Земле, никогда даже не слышал о существовании этого места.       Спустя несколько минут корабль вошел в один из спиральных рукавов. Все вокруг стало напоминать бурю света — гигантские звезды проносились мимо, словно рассыпанное по небу золото и алмазы, окутанные мерцающим туманом.       Внезапно на главном экране замерцало изображение, и перед всеми возник образ новой планеты. Она моментально притянула к себе взгляды — величественная, странная, завораживающая.       Планета имела массивные кольца, растянувшиеся во все стороны, почти как у Сатурна. Но в отличие от газового гиганта, эта планета была твердой. Было отчетливо видно: поверхность покрыта океанами, материками, густыми зелеными массивами. Атмосфера окутывала ее голубоватой вуалью, мягко преломляя свет ее звезды. На темной стороне, скрытой от солнца, виднелись крошечные всполохи света — словно от городов. Тусклые, рассеянные, но ощутимо техногенные.       — Как Земля… — прошептал Бен, невольно прижавшись к стеклу иллюминатора.       У планеты был и спутник — большой, светлый, с кратерами, отдаленно напоминающий Луну.       Однако все это теряло обманчивое спокойствие при одном взгляде на ужасающее «но». Вдоль экватора планеты тянулся гигантский шрам — черная, зияющая борозда, будто планету когда-то разрубили пополам и снова сшили. Этот след будто бы рассекал саму суть мира, хранившего на себе след колоссальной катастрофы.       — Как странно… — с затаенным изумлением пробормотала Майакс. — Такая трещина… и все еще цела. При такой деформации кора уже давно должна была бы дать трещину, планета — распасться, а кольца рухнуть на поверхность. Но их орбита стабильна… слишком стабильна.       — Возможно… — медленно проговорил Тетракс, всматриваясь в поток данных. — Возможно, здесь есть разумная цивилизация. Та, что научилась управлять гравитационными потоками или стабилизировала ядро планеты. Глуто, подведи нас ближе. Попробуем совершить посадку.       Глуто, хлюпнув в ответ, нехотя начал набирать координаты.       Корабль вздрогнул, и в иллюминаторе планета начала медленно расти, приближаясь. Атмосфера вокруг казалась спокойной, почти ласковой. Но в каждом мелькнувшем облаке, в каждом изгибе кольца чувствовалась какая-то тревожная неестественность.       Тетракс хмуро взглянул на новые данные:       — На этой планете есть кислород. Давление стабильно. Но вот гравитация… В четыре раза выше земной.       Бен моргнул:       — В четыре раза — это насколько ужасно?       — Без специального скафандра ты не сможешь даже приподняться с поверхности. — сухо объяснил Тетракс. — Твоя грудная клетка рухнет, позвоночник сожмется, а внутренние органы сдавит. Тебя буквально придавит к земле.       Бен побледнел, приоткрыл рот… и сглотнул. Вид у него был такой, будто он только что услышал прогноз собственного конца.       — М-может… может, найдем другую планету? Ну, ту, где воздух… гравитация… и все остальное не убивает?       — Не переживай. — Майакс улыбнулась уголками губ. — У нас есть адаптивные гравитационные скафандры. Они выдерживают даже гравитацию в пять-шесть раз выше земной. В нашей вселенной таких миров хватает. Просто большинство из них необитаемы — но иногда встречаются исключения.       Бен сжался в кресле и зарычал себе под нос:       — Кажется, у меня скоро появится астрофобия… и клаустрофобия… и вообще всевозможные фобии.       Тетракс продолжал сосредоточенно изучать информацию:       — Год на этой планете длится полтора земных. Сутки — двадцать семь часов. Климат колеблется от умеренного до тропического, но есть признаки высокотехнологичных структур в северном полушарии. Мы должны проверить, что это.       Бен вскочил с места и, вскинув руки вверх, заметался по отсеку, словно пытаясь остановить само решение высадки одним только отчаянным жестикулированием.       — Ребят, вы что, фильмов не смотрели?! А вдруг нас там съедят?! — его голос дрожал, как натянутая струна.       Тетракс, не сводя взгляда с панели, спокойно вытащил бластер, который с угрожающим щелчком зарядился у него в руке.       — Не съедят. — коротко ответил он, не поднимая брови. — К тому же корабль — это не просто транспорт. У него охранная система и вооружение на случай любой агрессии. Даже планетарного масштаба.       Бен открыл рот, чтобы что-то возразить… но ничего не пришло в голову. Он просто остался стоять, все еще держась за волосы, и уставился в главный экран.       Пейзажи планеты пролетали мимо с завораживающей скоростью. Огромные континенты, блестящие полосы рек, клочья облаков и мерцание океанов под светом местной звезды. В этот момент корабль уже пролетал над кольцами планеты — изнутри они выглядели как сверкающее белое полотно, сотканное из миллионов обломков и ледяных осколков.       Вдруг судно содрогнулось. На долю секунды все внутри накренилось — свет мигнул, и приборы заискрились. Корабль зашатался, и казалось, он вот-вот потеряет управление.       — Аааа! — заорал Бен, вцепившись в поручень.       Но уже через несколько секунд корабль выровнялся. Глуто ловко щелкал по панелям, сдувая с себя каплю пота — если такое вообще возможно для его биологии.       — Искусственное изменение гравитационного поля. — спокойно и даже с восхищением произнесла Майакс. — Кто-то перехватил наш спуск, чтобы стабилизировать заход на орбиту.       Бен посмотрел на нее как на безумную.       — А ты говоришь это так, будто это хорошо!       Они пересекли последний участок колец и оказались над конструкцией, которую не ожидал увидеть никто. Голографический экран расширился, и всем открылось впечатляющее зрелище.       Посреди кольца, среди льда и камня, стояла колоссальная башня. Темная, из металла и камня, она уходила вверх на сотни метров. Ее окружали несколько меньших башен, каждая соединялась с центральной длинными мостами, перекинутыми через пропасти и расщелины кольца. Все выглядело монументально, почти величественно — как забытая крепость титанов в мертвом вакууме космоса.       Башни не просто стояли — на их вершинах мигали огни, а по поверхностям скользили странные световые линии. Электрические импульсы или энергетические сигналы — точно было не понять.       — Вот это да… — выдохнул Бен.       — На этой планете точно есть жизнь. — тихо сказала Майакс, пристально вглядываясь в пульсирующие огни. — И, судя по всему, она высокоразвитая. Настолько, что может стабилизировать орбиты, управлять гравитацией и строить базы прямо на кольцах планеты.       Тетракс что-то тихо пробурчал, проверяя оружие.       — Будем надеяться, что они также развиты в вопросах… гостеприимства.       Бен сглотнул и снова посмотрел на башни. Сердце билось чаще. Он чувствовал — их ждет что-то по-настоящему необычное.

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!