Вернутся к фанфику

Часть 86 — ПИК Эхо-Эхо.

20 августа 2025, 10:23
      Бен прошел внутрь и без слов рухнул на диван, раскинув руки и ноги, будто пытался занять как можно больше пространства — и времени на то, чтобы переварить происходящее. Всем своим видом он показывал, что готов слушать, но был не прочь еще пару минут просто полежать в тишине.       История оказалась одновременно простой и... совсем нет. Эон — путешественник во времени и между вселенными, не просто злодей, а тот, кто мыслит эпохами и измерениями. А Вилгакс — все тот же, знакомый до дрожи, только злее и еще более целеустремленный. Вместе они решили создать армию из Бен-Тенов. И первым шагом стал контроль над одним из них — тем, кто жил в этом мире. Захватить, подчинить, использовать. Все как всегда.       — Понятно. Ситуация выглядит мрачно. — кивнул Бен, приподняв бровь.       — Мрачно? — Гвен резко дернулась на месте, вскинула руки. — Это ужасно!       — Но еще не все потеряно. — вмешался Парадокс, спокойно, почти тепло. — Если уничтожить устройство, которое контролирует вашего Бена, мы сможем освободить его.       — Проще сказать, чем сделать. — фыркнула Гвен. — И чем нам поможет четырнадцатилетний шкет? Уверена, он не сильнее нашего Бена.       — Эй! — Бен бросил на нее возмущенный взгляд. — Не говори того, чего не знаешь.       — Уверяю вас, этот юный Бен еще удивит вас. — сказал профессор с загадочной улыбкой и подмигнул.       — Именно. Это я умею. — усмехнулся Бен. — Хотя… чего-то слишком много Бенов в последнее время. Я уже встречал себя взрослого — Бена 10-Тысяч. И пятнадцатилетнего. А вот буквально недавно — версию-киборга. А теперь… дайте его фотку.       Кевин молча достал из кармана кошелек, порывшись в нем, вытащил фотографию и передал Бену. Тот взял ее, взглянул — и замер. Его лицо стало странно неподвижным, взгляд стал резким, почти подозрительным. Он медленно перевел его на Кевина, который вдруг стал как-то неловко мяться, будто пойман с поличным.       На фото — типичная кабина из торгового центра, фотобудка. Улыбки, вспышки, но поза... поза была не о том. Бен сидел у Кевина на коленях, откинувшись назад, перекинув руку за шею и как будто чуть пританцовывая бедром. Нога закинута на ногу, в позе почти театральной небрежности. Кевин наклонен к нему, обнимает за талию одной рукой, а вторая лежит чуть выше колена.       Но самое странное было не в позе. А в самом Бене.       Он выглядел как живой клип: андерграунд, пост-ирония, вечерний кофе на вынос и осознание бессмысленности бытия в одном флаконе. Каштановые волосы спадали прядями, но кончики — ядовито-зеленые. Длинная челка закрывала один глаз, вторая сторона лица открыта — и от нее веяло усталостью по-взрослому. Уши утыканы сережками, а глаза — подведены, словно он только что с концерта, где кричал текст песни, которую никто не понимал.       Черная майка с черепом, в глазницах которого — зеленые цифры «1» и «0», висела на нем, как на вешалке. Широкие рваные джинсы еле держались на бедрах. Один из штанин — в клетку. Все удерживалось массивным ремнем с золотой пряжкой, которая блестела почти вызывающе.       На руках — перчатки без пальцев, на костяшках — металлические пластины. На ногах — тяжелые кроссовки с зелено-белыми вставками, которые будто кричали: «Не подходи». А от шеи и до локтя — тату: языки пламени, внутри которых угадывался Человек-Огонь, как будто вырвавшийся наружу.       — Думаю, его можно назвать… Рок-Бен. — пробормотал наш герой, отгоняя от себя внезапно тревожную мысль. Очень тревожную.       — Рок-Бен? — Гвен подняла бровь. — У тебя с фантазией все так же плохо, как и с мозгами, вероятно.       — А мне нравится. — с неожиданной мягкостью сказал Кевин, аккуратно забирая фотографию. — Есть в этом что-то… цельное.       — Превосходно. Кличка для пса готова, — процедил Азимус. — А теперь, может быть, обратим внимание на слона в посудной лавке? Как нам разобраться с порабощенным Теннисоном и двумя психами?       Бен пожал плечами, расправил футболку на груди:       — Ну, я пойду и попытаюсь вырубить штуку, что контролирует Бена. А вы займитесь Эоном и Вилгаксом.       — Ты издеваешься?! — хором рявкнули Гвен и Азимус. Гвен почти сразу продолжила: — Мы с Кевином уже сражались с ними — и даже с нашим Беном нам не удалось победить!       — Ммда… это может быть проблематично. — нахмурился Бен, скребя затылок.       — Я могу отключить Ультиматрикс Теннисона. — вдруг сказал Азимус. Он достал маленький блестящий прибор. — Но потом активировать его снова будет невозможно.       — Как вариант. — кивнул Бен.       — Эй! — Кевин всполошился. — А что потом? Как он будет… ну, он?       — А по-твоему лучше оставить его куклой у этих двоих? — парировал Азимус.       — Не стоит волноваться. — усмехнулся Бен. — У меня есть что дать вашему Бену вместо его Ультиматрикса.       Все, кроме Парадокса, уставились на него. Но прежде чем кто-то успел спросить что именно, послышался громкий грохот — будто нечто ударило по зданию. Пол чуть дрогнул. Все подпрыгнули. Настороженные взгляды встретились.       — Похоже… — начал было Бен, но второй удар перекрыл слова.       Он уже стоял.       — Они уже здесь.       БАМ!       Крыша здания разлетелась в клочья — с грохотом, будто небеса провалились внутрь. Обломки бетона и арматуры рухнули вниз, сорвав части потолка и засыпав комнату пылью. Сквозь облако пыли показались две фигуры. Эон и Вилгакс стояли, как тени конца света. Они смотрели вниз, как хищники, которым нечего бояться. Как коты, загнавшие мышей в угол.       Эон — с руками, спокойно скрещенными за спиной, будто на приеме у маникюра. Самообладание и презрение на лице, будто все уже решено. Вилгакс — мрачный исполин с ухмылкой, и в его руке… Рок-Бен. Взъерошенный, изломанный, едва узнаваемый. Он болтался в кулаке, как игрушка, чья единственная ценность теперь — быть примером для других.       На снимке он выглядел живым и вызывающим. Сейчас — это была разбитая кукла. Волосы спутаны и липли к лицу, словно он не просто сражался, а пережил ураган и забыл где выход. Из уголков губ до самого подбородка тянулись запекшиеся кровавые дорожки. Половина его черной майки была разорвана в ленточки, оголяя грудь, на которой блестели два кольца в сосках — деталь, которую сложно было игнорировать, но еще сложнее как-то логично объяснить. Бунт? Эстетика? Безумие? Сложно сказать. Один ботинок исчез, носок был в крови и грязи. Все это выглядело… слишком по-человечески, слишком уязвимо.       — Еще один Теннисон? — Эон прищурился, заметив новичка, и осклабился. — Типично, Парадокс. Ты не изменился.       Вилгакс издал горловой смешок. Тяжелый, как гул турбины.       — Отлично. Значит, искать следующего нам не придется. — он посмотрел на свою добычу, как палач на меч. — Сделаем и с ним то же самое.       — Ну-ну. — фыркнул Бен, отступая на шаг. — как всегда, тонкий стиль. В моем измерении ты хотя бы знал, как одеваться. Что у тебя на лбу? Крышка от унитаза?       Улыбка Вилгакса на миг исказилась в гримасу. Он заскрипел зубами, словно стирал эту фразу из памяти через боль. Его пальцы сжались. Послышался сухой хруст. Он не смотрел на Рок-Бена — будто это не живое существо, а просто громкий предмет, который раздражает.       Но потом вдруг замер, сжал губы в ухмылке… и расслабил руку.       — Есть идея. — Его голос стал почти довольным. — Что может быть лучше, чем сражение с Беном Теннисоном? Только если его победит… Бен Теннисон.       Он швырнул Рок-Бена, как сломанную куклу. Тот рухнул с крыши, словно мешок с мясом, и с глухим шлепком ударился о груду камней. Сразу за этим раздался хруст, такой, от которого у всех внутри скрутилось. Даже Эон поморщился и бросил на Вилгакса взгляд с легким, почти оскорбленным неодобрением.       — Вставай. И атакуй альтернативного Теннисона. — скомандовал Вилгакс, как будто отдавал приказ псу.       Рок-Бен медленно зашевелился. Его движения были рваными, как у марионетки с порванными нитями. Он поднялся на ноги, но стоял неровно, пошатываясь. Бен сразу заметил — это не просто усталость.       Его нос был сломан — кровь стекала по губам. Один глаз заплыл от синяка, второй смотрел тускло, расфокусировано. Несколько пальцев на правой руке — без ногтей, вместо них сырые, болезненные подушечки мяса. Одна ступня явно была вывихнута, а может и сломана — она была вывернута под странным углом, но тот стоял на ней. По левому боку — зловещее синее пятно, пульсирующее и ползущее вверх. Кожа белая, как у трупа. Это была не жизнь. Это была команда: «иди».       У Гвен на глазах выступили слезы, которые она тут же смахнула, стиснув кулаки. Кевин отвел взгляд, но плечи его дрожали. Уголки глаз покраснели, и он сжал губы до белизны. Парадокс стоял с мрачным лицом, покачивая головой, а Азимус… просто наблюдал. Будто проверяя: а на что же еще способен человек, сломанный почти до конца.       Рок-Бен пошел. Неуклюже. Спотыкаясь. Он бежал, как может бежать человек, которому не приказали чувствовать боль.       Наш-Бен не сдвинулся с места. Только смотрел. В его взгляде была жалость, злость и растерянность — все сразу. Когда Рок-Бен наконец добежал, он резко развернулся в сторону и сжал кулак, целясь в грудь… но Бен просто отступил на шаг вбок и ловко ударил тому в солнечное сплетение, быстро схватил за руку и резко швырнул через бедро. Рок-Бен перелетел через воздух и с глухим стуком врезался в стену, после чего сполз вниз и остался лежать. Он не кричал. Не дышал тяжело. Не говорил. Ни звука. Ни намека на боль. В глазах — пустота.       — Идиот! Превращайся в ульти-героя и атакуй его! — взревел Вилгакс, с силой хлопнув по стене, которая не выдержала и дала трещину.       Рок-Бен молча активировал Ультиматрикс и с металлическим щелчком ударил по нему. Зеленая вспышка сожгла воздух — на его месте возник могучий Гумангозавр. Не теряя времени, он тут же ударил по диску у себя на груди — вторая вспышка залила помещение.       — Я Ульти-Гумангозавр! — взревел он… совершенно без энтузиазма, будто скучно озвучивал строку из сценария.       Бен невольно приподнял бровь и покосился на него.       — Почему он постоянно орет названия героев?       — Я добавил эту функцию ради смеха. — сухо прокомментировал Азимус, не отрываясь от настройки одного из приборов. Ни грамма раскаяния.       Мелькнула пауза. Все взгляды синхронно уставились на мелкого Галванца. Тот стоял абсолютно невозмутимо, будто его это даже развлекало.       Бен лишь обреченно вздохнул и активировал собственный, новенький Омнитрикс. Зеленый интерфейс зажегся, он выбрал нужную иконку и, без особого рвения, шлепнул по циферблату. Очередная вспышка — и из нее вышел компактный силиконовый инопланетянин с квадратным плеером на спине и чем-то вроде наушников на голове.       — Эхо-Эхо! — воскликнул он в тон Рок-Бену, словно из чистого троллинга.       — Ха-ха-ха! — Вилгакс громко рассмеялся. — Ты думаешь что мелкий Соноросианин сможет победить ультимативного Ваксасаурианина?       Эхо-Эхо ухмыльнулся.       — Я еще не закончил говорить… — последовала еще одна зеленая вспышка из которой показался совершенно новый силуэт. — Я Ульти-Эхо-Эхо!       Эхо-Эхо в ультимативной форме напоминал синего андроида с необычной округлой головой, похожей на бумбокс. Его большие зеленые глаза подсвечивались изнутри, а от них по бокам спускались две широкие черные полосы. Рот был узкой черной прорезью. На макушке и по бокам головы крепились светящиеся голубым звуковые диски.       Гибкая черная шея переходила в округлую грудную секцию, с двумя боковыми дисками и сияющим циферблатом Омнитрикса в центре. На спине была вставка, напоминающая кассетный блок, скрытая за прозрачным защитным металлом.       Плечи — массивные круглые соединительные узлы с черными линиями и голубыми дисками в центре. От них шли худые руки, которые к локтям расширялись, превращаясь в каплевидные усиленные модули, прорезанные толстыми черными линиями. По бокам кистей размещались звуковые диски, по одному внутри и снаружи. Каждый палец — тонкий, черный, гибкий, всего их было по четыре.       Торс был стройным, почти щуплым, с продольной черной полосой посередине. Ноги имели ту же структуру, что и руки: тонкие вверху, массивные ниже колен. На голенях — по два звуковых диска, спереди. По нижней части ног шли широкие черные линии, словно изоляция, проводящая силу звука.       Вилгакс и Эон изменились в лице. Их глаза широко распахнулись.       — Этот Теннисон тоже может превращаться в ульти-героев?! — воскликнул Эон.       — Как видишь, да. Ты не ошибся. — хмыкнул Ульти-Эхо-Эхо.       Он резко повернул голову к противникам. Динамики на его ладонях раскрылись, и в тот же миг он распахнул рот. Поток оглушительных звуковых волн вырвался из его тела — слаженно, хищно, как залп пушки. Воздух вздрогнул. Эон и Вилгакс не успели ничего сказать — их отбросило назад, вместе с частью потолка, который развалился от перегрузки и полетел вслед за ними.       Одновременно Ульти-Гумангозавр ринулся вперед, громыхая шагами по полу. Он замахнулся огромным кулаком, но Ульти-Эхо-Эхо ловко отпрыгнул вбок — движение было быстрой, как вспышка.       — Задержите Вилгакса и Эона. Я разберусь с ним. — произнес Ульти-Эхо-Эхо, кивнув в сторону пробоины в стене, куда исчезли двое врагов. Глаза его не отрывались от Рок-Бена.       — Будь с ним помягче… — сказал Кевин, озабоченно глядя на своего друга, который сейчас был лишь страдающей марионеткой в руках врага. Его кожа начала покрываться металлическим слоем, впитывая сталь из ближайших обломков.       — Не бойся. — Бен прищурился. — Пока он в таком состоянии, он мне не противник.       Ульти-Гумангозавр зарычал, но в этом рыке не чувствовалось уверенности. Он двигался слаженно, но… чересчур машинально.       Технология управления, созданная Эоном и Вилгаксом, была далека от идеала. Рок-Бен не мог строить тактики, не принимал решений сам. Все, что он делал — тупо исполнял приказы. И даже это — с запозданием. Его движения были точны, но лишены индивидуальности. Как будто все живое внутри него заменили протоколами. А еще…       Он был ранен. Искалечен Вилгаксом. И даже трансформация не смогла скрыть этого полностью. Бен это видел. И это злило его больше всего.       Ульти-Гумангозавр рванул на цель и с размаху ударил кулаком. Ульти-Эхо-Эхо скрестил руки в блоке — из динамиков на тыльной стороне ладоней вырвался мощный звуковой импульс, образуя барьер между ним и нападающим. Кулак врезался в барьер, но не смог пробить его. Эхо-Эхо толкнулся вперед, разорвав блок — звуковой барьер взорвался, и Ульти-Гумангозавра отшвырнуло, как пушечное ядро. Он проломил несколько стен и вылетел наружу, прочертив борозду в земле.       Бен не заставил себя ждать и вышел следом. Противник уже поднялся на ноги, пошатываясь, но все еще готовый к бою.       — Идиот! Используй в бою свои ракеты! — крикнул Эон, в этот момент скрещивая клинки с профессором Парадоксом.       — Ну-ну, не отвлекайся! Твой противник — я! — пафосно воскликнул профессор и с неожиданной ловкостью ударил тростью-клинком. Лезвие лишь чудом не достало до шеи Эона.       Ульти-Гумангозавр послушно выставил руки вперед — они сразу трансформировались в ракетные установки. Десяток органических ракет вырвались и понеслись в сторону Эхо-Эхо. Тот метнул из ладоней два звуковых диска. Диски зависли в воздухе и испустили сильную звуковую волну. Ракеты взорвались прямо между импульсами.       Затем диски синхронно развернулись и ударили по Ульти-Гумангозавру новой звуковой волной. Тот пошатнулся и замер.       Он вновь поднял руки, запуская новый залп. Ракеты летели прямо сквозь дрожащие волны, но тут два звуковых диска внезапно разделились и превратились в восемь. Волна усилилась, и ракеты вновь не выдержали — с глухим грохотом они взорвались в воздухе.       — Попробую сделать это максимально безболезненно. — сказал Бен, склонив голову.       Дюжина звуковых дисков окружила Ульти-Гумангозавра.       — Звуковая волна! — выкрикнул Ульти-Эхо-Эхо.       Все диски синхронно испустили импульс. Волны сошлись, заперев противника внутри ревущей сферы. Ульти-Гумангозавр взревел, схватившись за голову. Он шатался вглубь вибрирующего кокона, пока не рухнул на колени. Эон стиснул зубы от раздражения. Эксперимент провалился — придется искать других Бенов, готовых вступить в союз без глупых попыток сопротивления.       — Превратись в Амфибию и ударь разрядом! — процедил он.       Тут же ему пришлось отскочить — Парадокс ловко провел выпад, оставив на броне Эона глубокий разрез.       Рок-Бен тем временем подчинился приказу — зеленая вспышка, и на ее месте возник Амфибия. Это был голубой пришелец, отдаленно напоминающий медузу с шестью гибкими щупальцами. Его тело покрывали белые узоры, а глаза светились зеленым. Циферблат Ультиматрикса располагался на среднем сегменте тела — там, где у других была бы грудь.       Амфибия разрядил электрический импульс, направив его прямо в сторону звуковых дисков. Волна молнии мгновенно прошла по связи между дисками и ударила по самому Ульти-Эхо-Эхо.       — ААА! — закричал он.       Ульти-Эхо-Эхо рухнул на колени, опираясь руками о землю. Но как внезапно пришел удар, так же резко он и закончился. Амфибия обмяк и упал, вытянув одно из щупалец в сторону Ульти-Эхо-Эхо.       — Помоги…те…       Бен в изумлении уставился на Амфибию. Эон и Вилгакс тоже замерли. Их лица потемнели. Вилгакс, до этого сражавшийся против Гвен, Кевина и Азимуса, который держался на летающем дроне, облепленном оружием, сорвался с места и ринулся к Рок-Бену. Азимус метнулся за ним, нахмурился, достал крошечный прибор и, вздохнув, направил его на Ультиматрикс. Из устройства вырвался луч, и Амфибия трансформировался обратно в Рок-Бена — все еще лежащего, в разодранной одежде, покалеченного.       — Бесполезный мусор. — процедил Вилгакс.       Ульти-Эхо-Эхо поднялся, пошатнулся, но удержался и повернулся к приближающемуся Вилгаксу.       — Ты отвратительное существо, Вилгакс.       Он метнул звуковые диски — те размножились, зависли в воздухе и врезались в пространство перед Вилгаксом, разом испустив мощный звуковой импульс. Вилгакса подбросило в сторону и впечатало в землю.       Эон, увидев это, разорвал клинки с Парадоксом и отпрыгнул в сторону. Он оказался рядом с Вилгаксом.       — Эксперимент провалился. — холодно бросил он. — Мы уходим.       — Это еще не конец. — прорычал Вилгакс.       Он поднялся, взялся за руку Эона, и они исчезли во вспышке фиолетового света.       Повисла тишина. Остальные обменялись взглядами и с облегчением выдохнули. Затем они подошли к неподвижному Рок-Бену. Тот казался почти мертвым — лицо бледное, дыхание едва уловимо. Ультиматрикс по-прежнему лежал в стороне.       — И как его теперь лечить? — пробормотал Бен, вернувшийся в человеческий облик.       — У меня есть идея. — хмыкнул Парадокс.       Он взял Бена за руку, ткнул пальцем в интерфейс Омнитрикса, выбрал нужную иконку, нажал на системный блок… Зеленая вспышка — и на месте Бена оказался робот: массивный, золотистый, с черными вставками и прозрачным окошком на груди, сквозь которое виднелись механизмы. Лицо — «V»-образный сегмент из трех прямоугольников с зелеными линиями играющие роль глаз и рта. А на голове — заводной ключ, торчащий вверх.       — И что этот делает? — спросил Бен, слегка гудящим голосом.       — Ты — Часовой-механизм. Хроносапиенс. — ответил Парадокс с довольной ухмылкой.       — Я понял, к чему вы клоните.       Он закрутил ключ на голове, нагнулся так, чтобы стекло на груди смотрело на Рок-Бена, и из него вырвался зеленый луч. Тот окутал тело. Когда он погас, Рок-Бен лежал на земле целым и невредимым. Затем и Бен вернулся в человеческий облик.       — Гмх… — простонал Рок-Бен, поднимаясь на локти.       Незаметно для всех, небольшой прибор, вмонтированный в затылок, рассыпался в серую пыль. Одежда осталась грязной и порванной, Ультиматрикс все еще валялся в стороне. Он приоткрыл глаза и увидел, как над ним склонились Гвен, Кевин, Азимус, Парадокс и… он сам.       Рок-Бен слабо улыбнулся.       — БЕННИ!       Кевин кинулся к нему со слезами на глазах и сжал в крепких объятиях.       — Ну-ну, Кев, все нормально. — Рок-Бен обнял его и потрепал по затылку.       Кевин поднял глаза. Они взглянули друг на друга — и тут же слились в поцелуе. Бен, стоящий рядом, вздрогнул, как будто его ударили под дых. Он резко отвернулся, скривившись, и выдавил:       — Ох, нет… — пробормотал он. — Я знал. Я знал, что он гей. И, черт подери, с Кевином Левином?!       — Что-то смущает? — Рок-Бен оторвался от губ своего парня и с ленцой повернул голову, глядя на своего «двойника». Взгляд был откровенно дразнящий, почти игривый.       — Ты выглядишь как я. — буркнул Бен, скрестив руки на груди. — И мне физически больно наблюдать, как «я» и Левин целуются. Это… неправильно на всех уровнях.       — Может, ты просто завидуешь? Хочешь, чтобы я и тебя поцеловал? — склонив голову набок, Рок-Бен изогнул губы в издевательской ухмылке.       Бен немедленно отступил еще на шаг назад, будто от ядовитой змеи.       — НЕТ! Мне достаточно того, что я вижу пирсинг в твоих сосках! — он махнул рукой в сторону двойника. — Серьезно, зачем? Это же должно быть адски больно! И где у тебя еще этот металлолом? В пупке? На лобке?! На члене?!       Ухмылка Рок-Бена стала еще шире. Она буквально светилась многозначительностью. Кевин нервно хихикнул, отворачиваясь, будто старался не подавиться от смеха. Гвен застонала и закрыла лицо ладонью. Азимус, хмуро скосив глаза в сторону, присоединился к жесту синхронной фрустрации. Парадокс наблюдал за сценой с выражением, близким к философскому наслаждению.       — Я умываю руки! — объявил Бен, резко развернулся на пятках и пошел прочь, будто спасаясь от угрозы полного морального краха.       Но не успел он сделать и пяти шагов, как позади раздались торопливые шаги. В следующее мгновение его сцапали в крепкие, слишком крепкие объятия. Это было уже не объятие, а капкан. Горячее дыхание щекотнуло шею, язык, возмутительно нахальный и шершавый, прошелся по уху.       — Ну-ну… Куда? Чего ты такой стеснительный, детка? — мурлыкнул Рок-Бен у него над ухом.       — Омнитрикс, включись! — пролепетал Бен, лихорадочно хлопая по кнопке. Та только жалобно пискнула в ответ, сигнализируя о перезарядке.       — ПОМОГИТЕ! НАСИЛУЮТ! — завопил он, вырываясь из крепкой хватки.       Рок-Бен отступил и согнулся пополам от хохота, держась за живот. Он смеялся так, будто это был лучший день в его жизни.       — Не парься. — устало сказала Гвен, потирая переносицу. — Эта обратная кобель так приветствует всех парней на своем пути.       — Только тех, у кого явные проблемы с моими взглядами на жизнь. — уточнил Рок-Бен, весело подмигнув.       — Ты когда-нибудь думал обратиться к специалисту? — процедил Бен, все еще пытаясь стереть из памяти недавнее «теплое» приветствие.       — Я был у трех. — с усмешкой отозвался Рок-Бен, неспешно закинув руки за голову. — Один умер от сердечного приступа, второй сбежал в горы, третий влюбился в меня. А потом тоже сбежал в горы.       — Оно и видно. — вздохнул Бен, покачав головой.       — Ну что, ребят. — протянул Рок-Бен, щелкнув пальцами. — Пошли праздновать победу?       — Только если ты наденешь рубашку. — буркнул Бен, скользнув взглядом по его все еще обнаженному торсу с пирсингом и татуировкой. — И перестанешь облизывать мне уши, псих.       — Я думал тебе понравилось. — тот хищно оскалился. — Твоя шея покраснела.       — Она покраснела от ужаса, а не возбуждения! — рявкнул Бен. — Все, хватит! Давай о насущном. Ты потерял Ультиматрикс.       Рок-Бен бросил взгляд на свое запястье. Пустое. Мгновение грусти проскользнуло в его глазах — почти незаметное, но настоящее. Он тяжело выдохнул, пожал плечами и попытался смахнуть выражение сожаления дерзкой ухмылкой:       — Ну, ничего не поделаешь. Я хотя-бы жив остался.       — Ты в этом уверен? — Бен приподнял бровь и хитро склонил голову. — Или ты просто драматизируешь, чтобы надавить на жалость?       Рок-Бен склонил голову и усмехнулся, снова в привычном вызывающем настроении:       — Ну давай, детка. Не тяни кота за яйца.       — Не называй меня так! — вскинулся Бен, морщась, как от кислого лимона. — Ты же знаешь, как это звучит из моих же собственных губ! Ужасно! Противоестественно!       Он сунул руку в карман, что-то нащупал — и, на секунду задержав взгляд на другом себе, медленно вытянул из кармана небольшой куб. Куб трансформировался в знакомое инопланетное устройство: свежий, бело-черно-зеленый Омнитрикс, с чуть измененным дизайном — более резкий, строгий, словно менее наивная версия оригинала.       Рок-Бен замер. Потом шагнул вперед — осторожно, будто боялся, что устройство сейчас улетит прочь или окажется голограммой.       — Это что… мне? — он говорил тише обычного. Без бравады.       — А кому же еще? — Бен пожал плечами. — Ученый-Бен пытался прикрутить его к какой-то витрине в лаборатории. Типа «только смотреть, не трогать». Я его, ну… позаимствовал. Решил, что тебе нужнее.       Рок-Бен протянул руку. Омнитрикс мягко щелкнул, сцепляясь на его запястье с характерным «чпок», будто заполняя пустоту.       — Ох, черт, я уже успел соскучиться по тебе… — пробормотал он, не отводя взгляда от устройства. — Будто снова прирос к телу.       — Не стоит благодарностей. — сказал Бен и криво усмехнулся. — Хотя подарок с таким подтекстом лучше не целовать. Ни меня, ни его.       Он не успел отшатнуться, как Рок-Бен шагнул вперед и поцеловал его в щеку, опасно близко к губам.       — Спасибо, детка. Я тебе должен. Хочешь — выпишу себе счет за услуги. У меня, знаешь, очень много… умений. Особенно в спальне.       — Я подам в суд! — выпалил Бен, отскакивая и потирая щеку так, будто пытался стереть печать позора.       — Подай. — довольно хмыкнул Рок-Бен, по-кошачьи потянувшись. — Только учти, мой адвокат — тоже я. А я убедителен. Особенно под одеялом.       Кевин прыснул со смеху, даже не пытаясь скрыться. Парадокс вежливо кивнул, словно аплодировал представлению. Даже Гвен, уставшая и потертая, посмотрела на Бена с выражением «ну а ты чего ждал-то».       — За что мне все это… — простонал Бен и развел руками, словно пытаясь взлететь.       Рок-Бен, продолжая нагнетать абсурд, бросил взгляд на Кевина, ухмыльнулся, и одним движением сдернул с себя остатки майки. Спасибо что не штанов…       — А может ты просто в кризисе самоидентификации, малыш? У тебя что, ни девушки, ни парня? Почему ты так всего стесняешься? Я веду себя вполне нормально.       — Твое поведение вполне нормально для ебаных извращенцев! — синхронно закричали Гвен и Бен.       — Ну, строго говоря, оба пункта верны. — с усмешкой кивнул Рок-Бен, хлопнув себя по ягодице. — Я, как говорится, многосторонняя личность.       Кевин густо покраснел, отвернулся и что-то бормотал про «не готов к такому раскрытию покровов».       — Все. Я ухожу. — резко заявил Бен, подняв руки, как будто сдавался. — Еще немного — и я стану гомофобом по необходимости. Профессор Парадокс! Спасите меня от… меня!       — Ладно-ладно. — отозвался Парадокс, вытирая глаза платком. — Я тоже считаю, что пик комедии достигнут.       Он щелкнул пальцами, и за его спиной открылся портал — яркий, мерцающий.       — Вперед, юный Бен. Пока твой альтернативный двойник не предложил тебе совместное домашнее видео.       — ААА! — Бен с криком влетел в портал, не оборачиваясь. На прощание он все же успел заметить, как Рок-Бен слал ему воздушные поцелуи с вызывающей улыбкой.       Как только сияние рассеялось, Рок-Бен рухнул на землю и захохотал так, что у него заболел живот. Он смеялся до слез, без стеснения, лежа прямо на пыльной тропинке. Наконец отдышавшись, он сел, протер глаза и встал на ноги:       — Ладно, ребят. Пора домой. Надеюсь, Кевин еще не сжег кух—       Он замер. Шаг вперед. Моргнул. Потом еще раз. Дом стоял… ну, как сказать — раньше стоял. Сейчас он был грустной груда кирпичей, обугленного дерева и обломков мебели.       Рок-Бен медленно повернулся к друзьям. Кевин виновато отвел взгляд. Гвен смотрела с насмешкой. Азимус исчез.       — Мама меня убьет… — пробормотал он и снова опустился на землю, в моральной агонии.       На другой стороне:       Альбедо рухнул на колени, ударил кулаком по холодному бетону и зарычал — глухо, с яростью и бессилием. Его плечи дрожали, будто от внутреннего жара. Он едва не заскулил, но в следующий момент перед ним с тихим гулом вновь открылся портал. Из него вышел Бен — с таким странным, будто слегка постаревшим выражением лица, что Альбедо машинально выпрямился.       Он посмотрел на Бена с немым удивлением, затем встал, как будто секунду назад не был готов погрузиться в скорбь, и слегка склонил голову, вопросительно глядя на него. Бен вздохнул и покачал головой, будто только что выбрался из чего-то тяжелого.       — Альбедо, ты не поверишь, что со мной только что случилось… — начал он.       — Оу, ну так поведай мне. — Альбедо приподнял бровь, скрестив руки.       — Дома расскажу. — сказал Бен, уже разворачиваясь. — Но… есть парочка дел, которые нужно сделать прямо сейчас.       — Я весь во внимании. — хмыкнул Альбедо, ни на секунду не теряя настороженности.       — Во-первых… — Бен вдруг шагнул вперед, резко схватил Альбедо за плечи и вцепился взглядом, полным тревоги и решимости. — Пообещай. Обещай, что никогда не сделаешь — и не позволишь мне сделать       — пирсинг или татуировку. Никогда. Обещай!       — …Что? — Альбедо моргнул, сбитый с толку. — Почему?       — Просто. Пообещай. — в его глазах было такое искреннее отчаяние, что даже Альбедо, обычно восприимчивый к боли окружающих, как к шуму холодильника, неожиданно почувствовал странное сочувствие.       — Ладно… — он чуть смягчился. — Обещаю.       Бен облегченно выдохнул, его лицо расслабилось, а потом уголки губ поползли вверх, и выражение сменилось на довольную ухмылку.       — Отлично. Тогда у меня для тебя есть подарок.       Он вытащил что-то из-за спины — и в следующее мгновение в его руке оказалась знакомая форма: красная, металлическая, с четкими сегментами и светящейся центральной кнопкой. Альбедо застыл. Его глаза расширились, а все тело словно забыло, как двигаться. Он уставился на Ультиматрицу в руке Бена — и вопросов стало только больше.

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!