Глава 7

Первое наступление они оказало на всех большое давление. Если вчера все заглушили тревогу выпивкой и решили просто отпраздновать победу, хотя радоваться было слишком рано, то на утро, вместе с головной болью, пришло и осознание всей ситуации. В прохладном утреннем воздухе чувствовалась тягость. Уверенно можно сказать, что “мелкое” нашествие, о котором поначалу думали с пренебрежением, оказалось вовсе не лёгким, и если бы рядом не было кицунэ, всех бы ждала верная погибель под деревьями у окраины леса. Теперь же ситуацию восприняли в полной мере. На лицах всех, не считая кицунэ, было замешательство вперемешку с сосредоточенностью. На зелёной траве блестели капельки росы, переливаясь, медленно скатываясь вниз по травинке, собирая более мелкие росинки и срываясь вниз. Ещё час — и знойное летнее солнце испарит их без остатка. На утреннем небосводе не было и намёка даже на маленькое облачко, а это значит, сегодня выдастся жаркий день. Рацио сидел с чашей воды, буравя взглядом камни, что окружали угасший костёр, — это лишь мера безопасности: не хотелось бы проснуться оттого, что ткань палатки полыхает. Он вновь выспался, и, как бы не было желания признать, что этот кицунэ вновь помог. Звери или люди слабее, и их легче изловить или же убить, смотря о ком идёт речь, но Они — совершенно другое. Учитывая то, что они учатся во время схватки, узнавая все действия противника, самым верным решением и, наверное, правильным это завершить бой как можно быстрее: чем же дольше будет длиться сражение, тем меньше шансов на победу. Но есть всегда исключения, даже в этом, казалось, безнадежном случае, есть ”но” - Авантюрин. Выглядело так, словно сколько бы времени не прошло, Они не сумеют считать его действия, но тогда возникает вопрос: из-за чего? Из-за происхождения? Или из-за непредсказуемости? На первый взгляд кицунэ совершенно не наделён умом, кажется безответственным и поверхностным, однако это ошибочное мнение, Рацио понял это. Сейчас же Веритас даст ему другое описание, заключённое в одном слове - свободный. Свободный, потому непредсказуемый. Его ничего не ограничивает, не сдерживает, а с людьми он общается так, как хочет или же считает по-своему правильным. ”Хотя вежливость ему не помешала” - пронеслось в мыслях. Как бы не хотелось просить помощи у кицунэ, другого выбора нет: он единственный знает они, возможно, именно Авантюрин поможет с оттачиванием навыков, иначе мы все поляжем. – Господин Рацио, ваше лицо одаренно божественной красотой, смотрю на вас и восхищаюсь. - Раздался рядом голос, прервавший поток мыслей. - По словам моего очаровательного друга, вы ещё и творец прекрасного. У меня возникло желание как-нибудь узреть вашу коллекцию. Это был Аргенти, известный как купец красоты, что скупал всё что заставляло душу распуститься в эстетичном благоухании. На удивление, он весьма умело обращался с деньгами и никогда не был на мели, возможно, этот навык достался ему от родителей, которые, не смотря на свой статус, не сорили деньгами направо и налево. – Что вы, Аргенти. Моя коллекция весьма скудна, и хочу вас расстроить: ничто из моих творений не подлежит продажи, - ответил Рацио, словно не замечая комплимента, но при этом уловил взгляд Бутхилла, направленный в их сторону. И в его взгляде скользи эмоции, которые он видел впервые. – О, я весьма огорчён, но всё же не отказался бы взглянуть на ваши работы. - Аргенти явно не собирался отступать. – Сразу спешу разочаровать: это весьма личное и недоступно для посторонних глаз. - На мгновение замолчав, а после заметив мелькнувшего мимо Авантюрина, он поспешил сказать: – Прошу прощения, мне нужно вас покинуть. Рацио спешно встал с бревна и направился в направлении удалившегося кицунэ. Пройдя вдоль реки, он заметил две фигуры в воде. Течение в этой речушке не было буйным, а вполне спокойным: оно не сбивало с ног и не уносило вниз к устью реки, позволяя находиться на одном месте. Но, подойдя ближе, он застыл на месте, а слова пропали от замешательства. Авантюрин продолжает удивлять, и сейчас, в отличие от Бутхилла, что остался в нижнем одеянии, он плещется в чём мать родила. Не успев отойти от шока, он замечает движение - кицунэ подплыл к каменистому берегу. – Уже минуту глаз не сводишь. Нравится то, что видишь? - На лице Авантюрина вновь вырисовывалась самодовольная улыбка. Раздражает. Он как маленький, но жгучий костёр, что грезит перерасти в неконтролируемое пламя, а эмоции, на которые он выводит - хворост. Он поймал на себе внимательный взгляд Бутхилла. Вновь переведя взгляд на кицунэ, он вспомнил, зачем сюда пришёл, но теперь желание просить о помощи пропало. Да и помощью это нельзя назвать — это лишь совместная тренировка. – Проведи тренировку для охотников, объясни повадки они и куда лучше целиться этим проклятым оружием. – произнес он, прочистив горло. Рацио опустился на корточки, чтобы быть примерно на уровне его глаз. – Как скажешь напарник, но взамен… – не раздумывая ни секунды, он схватил Веритаса за руку и потянул на себя. Раздался плеск, а в воздух во все стороны поднялись брызги воды от падения, вызывая поверхностные волны. Рацио вынырнул, заправляя волосы назад, что приобрели фиолетово-черный оттенок. Взгляд Авантюрина пробежался по белой рубахе, которая вечно скрывалась за охотничьем кителем, но так как сегодня жарко, его не было. Мокрая ткань облегала крепкое тело, подчеркивая рельеф мышц. Ухмыльнувшись, Авантюрин продолжил: – Искупайся со мной. Стало откровенно трудно понять настроение напарника, но раздражение ясно проскальзывало в его взгляде. Почему-то Рацио ожидал от него чего-то подобного, но всё же мочить вещи не хотелось. Не то чтобы он был зол, просто само нахождение кицунэ близ давило на нервную систему, да и вода оказалось не парным молоком. Температура воды должна быть тёплой, не должна сводить судорогой мышцы, впиваясь под кожу тонкими ледяными иглами. Веритас ничего не сказал на это: не хотелось ругаться, тем более тот окажет милость и проведёт тренировку. Это не помощь. Его сверлили эти чёртовы глаза кицунэ, что запомнились ему ещё в первую неудачную погоню. Он смотрел в ответ. Это впервые, когда он так близко к нему. Нос неровный, с заметной горбинкой. Светлые прямые брови, концы которых устремлены вверх. Тонкие губы, что сейчас искривлены ухмылкой. Если оценивать с эстетической точки зрения, да даже по простым меркам красоты — он красив. Но даже это не перекроет его гадкий характер. Его словно захлестнуло ледяной водой, вырвав из раздумий, когда кицунэ нагло трогал его грудь, нарушая личное пространство. – Ты что!.. – Мягкие, - вынес вердикт Авантюрин, растягивая буквы, но руки не убрал, ожидая реакции, которая последовала сразу же. Рацио отстранился от него, а после вылез на берег, выжимая рубашку, но не снимая: кто знает, на что способен кицунэ-развратник. Он даже не заметил, когда Бутхилл успел уйти, оставляя их наедине. Подло. Следом вышел из воды и сам кицунэ, стряхивая руками с тела капли. Взгляд Рацио сам скользнул по его телу: на руках проглядывались мышцы, но вот спина силой не наделена, выглядывали позвонки — он не худой, скорее строение тела такое, ягодицы с небольшими впадинами по бокам, а вот ноги весьма сильные, что не удивительно - скачет как блоха на загривке. – Теперь мне можно одеться, или так и будешь смотреть на меня? – кицунэ повернул голову, смотря на застывшего охотника. – Я, конечно, не против, но немного холодно. Опомнившись, он развернулся и быстрым шагом удалился к лагерю. - Вот ведь.. Многословный, Эх, – вздохнул Авантюрин, застёгивая рубашку.

***

Отряд в полной готовности и в этот раз с уверенностью, хоть и маленькой, стоят посреди поля. Сегодня они успели прийти на назначенное место, но, видимо, пришли рано, ведь уже минут пять стоят близ леса на открытом поле, а кицунэ сидит на ветке дерева на окраине, свесив ноги. Высокая трава достаёт до колена, прогибаясь под порывами ветра, колыхаясь. Голубое небо затянуто грозовыми тучами — не удивительно, вчера весь день солнце жарило. Сегодня прохладно и будет не очень приятно, если дождь решит пойти именно тогда, когда появятся они. Вчерашняя тренировка с тренером в лице Авантюрина прошла сумбурно, но не зря. Кицунэ создавал иллюзии похожие на тех тварей, но всё, что посоветовал — это менять свои действия, к примеру, менять ведущую руку, а также стараться просто целиться им в ноги, которые, несмотря на изворотливость, находятся чаще на месте, меняется только положение туловища. Прошло ещё минут пять или десять, неизвестно. Из-под земли под ногами охотников повалил чёрный туман, словно магма из жерла вулкана, за спиной раздался крик кицунэ: – Уходите оттуда! Быстро! Мгновенно среагировав, все бросились назад к лесу. Все, кроме того охотника, с которым Авантюрин не сошёлся характером. Он не успел среагировать. Земля под его ногами провалилась. Образовался кратер. А мужчину, что испуганно замер, пронзила чёрная когтистая рука. Тело вздрогнуло и безвольно упало на земь. В кратере, рядом с фигурой огромных размеров, возникали уже знакомые глазу они. – Остерегайтесь того большого! Вам не убить его! – Громко говорил Авантюрин, резво вскочив на ноги. Раздался быстрый перебор звуков флейты, и в этот же миг из земли ввысь вырвались цепи, окутывая громоздкую тварь. Теперь же понятно стало, почему “мелкие” они. Они бросились вперёд, растворяясь и вновь возникая в воздухе, увеличивая скорость приближения. Стрела со свистом рассекла пространство, врезаясь тварь и утыкаясь в землю. Они рассыпался. Только тогда все вернулись в реальность, бросившись вперёд. Слышался лязг и треск цепей, что разрушались, но возникали новые, сдерживающие тварь. Натиск заставлял пятиться назад, ближе к лесу, что нарушало план. Мы должны были удерживать Они подальше от кицунэ, ведь они всё время стремились к нему. Мелодия из флейты не прекращалась на мгновение, но в этот раз она была на высоких тонах, на грани неприятного звучания. Пошёл дождь. Как назло, Рацио так и знал, что это случиться — почему-то был уверен. Каждый раз приходилось менять тактику, быть непредсказуемым. Он запускал одну стрелу, потом мог две, а мог поменять руку и запустить сразу три снаряда. Большой расход стрел он предусмотрел: взял целых три колчана. Вероятность того, что попадут сразу три стрелы была максимально низкой, могло повезти и попадали две. Кажется, мелких они осталось мало, около десяти. Натянув тетиву и прицелившись, он замер, услышав болезненный стон, а после хруст веток. Авантюрин стоял на скользкой ветке дерева, но годы опыта давали о себе знать, ведь он чувствовал себя вполне уверенно. Этот они относится к “средним”, он встречал и больше. Но всё же сдерживать натиск в одиночку было трудно, ибо ещё приходилось следить за охотниками. Да, он не обязан был это делать, но так на душе спокойнее. Поэтому, отвлекаясь от сдерживания они и создания, так называемого портала, приходилось создавать мелкие иллюзии пташек, чтобы помочь остальным. Не обошлось и без потерь — он видел, как минимум трёх охотников, что лежали на земле бездыханно. Отдыхают, вот бездельники. Он перевёл взгляд вниз, не отрываясь от игры, хотя это бесполезно, но так эффективнее или вернее эффектнее. Какая разница — буквы не сильно различаются, значит: значение тоже. Взгляд поймал макушку напарника, он улыбнулся, а глаза сразу загорелись озорным огоньком. Но стоило взгляду опуститься ниже, на мундир, а точнее на эмблему: знак, такой же как и у других охотников, но отличался. Значок был в форме скрещенных мечей, но этот был обвит лавровым кольцом. Грудь сжало болью, выбивая воздух, а в голове начали пульсировать старые воспоминания. Мелодия оборвалась. А высвободившийся из оков они выпустил тёмный сгусток, пронзивший плечо. Острая боль отрезвила, но ноги соскользнули с мокрого дерева. Мелкие ветки под тяжестью тела сломались, расцарапав открытые участки кожи, но в конце-концов он развернулся в воздухе, сгруппировавшись, дабы удачнее приземлиться. Рацио обернулся, увидел Авантюрина, что медленно поднимался с земли, подбирая флейту, а после они, что возник за его спиной. Он метко пустил стрелу. – Чёрт, возьми себя в руки! – Сказал он, повысив голос. Стоило ему обернуться обратно к поляне, как заметил освободившуюся тварь, которая буквально разорвал друга его отца пополам. Отвратительно зрелище. Но тут цепи сковали его. Но игры на флейте он не услышал. Может из-за шума в ушах? – ещё немного… - раздался просевший голос Авантюрина. Тихая мелодия зазвучала вновь, но мелких они больше не осталось — последнего убил Бутхилл, сделав весьма непристойное движение бёдрами. Прошло пара мгновений, и возник тот шар, что затягивал в прошлый раз этих тварей, но только сегодня он был больше раза в два. Крупного они не так резво затягивало, но много времени не понадобилось. Шар захлопнулся и пропал, будто его и не было. В воздухе повисла звенящая тишина, нарушаемая шумом дождя, попадающего по листве. – Мать его за ногу! Что с рукой, Аван? – Рядом возник Бутхилл. Рацио повернул голову в сторону кицунэ и заметил тёмное разлившееся пятно на рубашке. – Бутхилл, Андерсон и Паисий помогите донести раненых. – Ровным тоном поручил он, поднимая с земли товарища, что опирался спиной о ближайшее дерево рядом. Нужно возвращаться к стану. Бутхилл похлопал по плечу кицунэ и отправился выполнять поручение. А Авантюрин попытался отряхнуть одежду, дожидаясь остальных, чтобы вместе отправиться к лагерю. Но на этот раз он не чувствовал, что там были они. Удачно.