Часть 12. Мой новый быт

***

Фридрих осмотрел плиту и на секунду застыл. Та отличалась от тех, что смогли всплыть в его воспоминаниях, из-за чего будущий процесс готовки стал тяжелее. Пощупав и получше изучив её внешне, мужчине удалось найти отсек для дров, куда тут же полетели толстые и тонкие деревяшки. Всё подготовив, прусс стал искать огниво, но Отто тут же любезно предоставил его. Наконец, поставив чугунную сковороду разогреваться, Фридрих перешёл к главному. В миску сразу попало молоко, пара яиц, сахар и мука. Делал он всё на глаз, но, на первый взгляд, всё шло вполне нормально. Тесто не сильно жидкое, но и не сильно густое было почти готово. Быстро глянув на полки со специями, синие глаза увидели баночку с ванилью и тут же тонкие пальцы ухватились за неё. Чайной ложки хватило на весь объём, чему прусс улыбнулся. К этому моменту плита уже разогрелась и, добавив кусочек сливочного масла, Фридрих принялся за само приготовление. Первый панкейк получился не очень ровным, но дальше стало получаться лучше. Приятный аромат расплывался по кухне, а тихая песня, которую бормотал Фридрих, создавала спокойную и умиротворённую обстановку. Отто был очень удивлён такому поведению отца. Даже когда он был совсем мелким мальчишкой, отец не давал спуску, пристально следя за обучением будущего наследника. Но эта травма... Она сделала из строгого и холодного короля мягкого и чувствительного мужчину. И это очень пугало немца, он не знал, хорошо это для него, но был уверен, что это плохо для государства. - Отто, достань тарелки, пожалуйста, у меня всё готово. - Ласковый голос прусса вывел Отто из мыслей, заставляя тут же подскочить. - Да, сейчас найду. - Подбежав к первому шкафу, мужчина наткнулся на кухонную утварь, но во втором нашлось то, что он искал. - А сколько нужно? - Я думаю, две. Или кто-то ещё должен прийти? - Прусс развернулся лицом к "сыну", от чего тот завис на миг. - Нет, только мы... - Вот и славно. Тогда, расставь их, а я пока возьму вилки и ножи. - Руки поставили на небольшой стол, что стоял по центру кухни, тарелку с горячими панкейками, а чуть погодя к ним присоединились тарелки, приборы и горшочек с джемом, который Отто отыскал на одной из полок. - Приятного аппетита. - Мужчина, по привычке, аккуратно погладил немца по голове и уселся напротив, начиная уминать свой завтрак. Отто тут же застыл. Видимо, Фридрих не заметил то, как ввёл немца в ступор, ведь тот впервые получал ласку от отца. Да, тот, по-видимому, бредил, но этот бред был таким сладким, что Отто и сам был не прочь в него окунуться. Уж слишком сильно ему недоставало отцовской любви и сейчас хотелось подольше оставаться под её властью. Немец был готов отдать и сделать всё, чтобы его отец оставался таким как можно дольше. - Ты не голоден? - Прусс коснулся лежавшей на столе руки. - Или тебе не нравится? - Нет, нет. Просто задумался. Лицо Фридриха вновь вернуло расслабленное выражение лица, а всё внимание вновь вернулось к еде. Отто же и сам поспешил попробовать то блюдо, которое так старательно готовил его отец. В этих лепёшках не было ничего особенного, но, от чего- то, их вкус был самым прекрасным в мире. - Это очень вкусно. Спасибо большое. - В алых глазах загорелись искры. - Я очень этому рад.

***

После трапезы, мужчины направились на прогулку в сад, где Отто рассказал про работу, которую выполнял Фридрих и тот постепенно, но стал вспоминать часть того, о чём ему рассказывал Отто. На удивление, эти воспоминания аккуратно заняли место в голове пруса, потихоньку вытесняя то, ради чего боролся с собственным сознанием. Чуть позже, пришло время для осмотра врача. Тот не был до конца доволен, но сообщил, что все внешние увечья наконец-то зажили, да и пробелы в памяти стали восстанавливаться, чему были рады брат и сын Фридриха. Сам мужчина тоже радовался, видя на лицах родных улыбки, но его беспокоила одна персона, которая словно исчезла. Руслан так и не появился ни в это день, ни через неделю, ни через месяц. Его словно не существовало, словно он был мимолётным ведением. Лишь раз он вскользь упомянул его, на что его сын цокнул и закатил глаза. - Этот русский уехал к себе, в Санкт-Петербург, как только ему сообщили, что твоё состояние стабильно. - Он так далеко живёт... Неужели, он приехал в такую даль только из-за меня? - Фридриху было удивительно знать, что этот странный русский собрался и доехал до Берлина.

"А тут даже самолётов нет! Хотя, что это такое? Самолёт... Откуда мне известно это слово?" - Собственные мысли вводили в тупик, но прусс старался отгонять их.

- Если честно, я без понятия, что он здесь забыл Вы, как я помню всегда недолюбливали друг друга, но дядя всё равно пустил его. - Немцу явно не нравился Руслан, что полностью выдавало пренебрежение в голосе и закатывание глаз от одного только упоминания. - Ясно... - Отбросив мысли, мужчина вернулся к книге, которую читал под тихое ворчание сына. Ему пришлось взять на себя прусские земли и сейчас разбирался со всеми документами, что накопились за всё время. Фридриха с его поменявшимся характером и забытыми знаниями о том, как надо править отстранили от государственных дел, поэтому сейчас он всё время посвящал себе и обучению. Он много читал, ездил и старался следить за садом. Чем-то он его привлекал и это очень хотелось сохранить в том виде, в котором ему удалось впервые побывать здесь. Перелистнув очередную страницу, прусс наткнулся на лист, сложенный в несколько раз. Любопытство распирало, так что он тут же развернул лист и стал вчитываться в строчки. Глаза тут же ухватились за аккуратный, но размашистый почерк. Несмотря на то, что эта записка была на немецком и без подписи, прусс был уверен, что это от его русского знакомого. - Отто, я сегодня вернусь попозже, хочу подольше позаниматься в саду. - Лёгкая улыбка тут же украсила лицо, а записка спряталась во внутреннем кармане пиджака.