Часть 15. Моё отчаяние.

***

Ночь была ужасно длинной. От всего, что удалось узнать просто тошнило. Не было желания разбираться со всем этим, просто спрятаться под одеялом и забыть всё это. Почему его жизнь не может быть простой? Почему именно он должен проходить через это? Неужели так трудно дать спокойно пожить? Мужчина ударил кулаком по матрасу, тихо ругаясь на всё, что с ним произошло и происходит. И так прошла вся ночь. Мужчина переворачивался с боку на бок, ругаясь на всё подряд. Ближе к утру уснуть удалось, но лишь на пару часиков. Разбудил его довольный голос Отто, тот готовился к поездке в Австрию и собирался потащить туда же и отца. Но в ответ на его радостный возглас он получил подушкой по лицу и недовольное бурчание о раннем подъёме. - Какого чёрта ты так рано ко мне припёрся?! - Лицо вернулось на постель, а синие глаза по сильнее зажмурились. - Папа, так уже девять часов! Все уже давно проснулись, пора и тебе тоже! - Улыбка не слезала с лица, а руки довольно потянулись к сонному тело. - Давай, пора идти завтракать и собирать вещи. - Пожалуйста, отстань от меня, я и так всю ночь не спал. - С трудом поднявшись с кровати, прусс попытался освободиться от крепкой хватки, но его тут же дёрнули, ставя на ноги. - Давай, я помогу тебе, это совсем не сложно! - Рассмеявшись, немец затащил Фридриха в уборную и поспешил умыть сонное лицо. - Не бухти, нам нужно ехать, особенно тебе! Пора уже выбраться за пределы этого забора. От последней фразы что-то передёрнуло внутри. Всё затихло, дав шанс всё обдумать и разобрать то, что всплыло в разуме. Это сон. Это всего лишь иллюзия его больного рассудка. Настроение упало ниже плинтуса, а пространство тут же стало искусственным, лицо немца, что отражалось в зеркале, стало каким-то плоским, корявым. Всё резко изменилось от одной мысли про сон. Это сон, это сон, это сон, это сон, это сон, это сон, это сон, это сон, это сон, это сон, это сон, это сон, это сон, это сон, это сон, это сон, это сон, это сон, это сон, это сон, это сон, это сон, это сон, это сон, это сон, это сон, это сон, это сон, это сон, это сон, это сон. ЭТО ВСЁ БЛЯДСКИЙ СОН. - Не пожалей о своём решении. Сделай верный выбор, Фрид. - Что ты сказал? - Обернувшись, его встретила пустота. Ванная комната исчезла, заменяя всё на чернь. Ни капли света, лишь темнота его разума. Это место стало концом его терпения. Нужно прекращать это как можно быстрее. Ноги сами собой рванули, неважно куда, лишь бы подальше от сюда. Но сколько бы прусс не бежал, ничего не менялось. Одна и та же темнота. Даже призрачной надежды не было на выход. Только идти вперёд и всё. Но, на удивление прусса, в конце пути виделся свет. Но, почему-то, бежать к свету совсем не хотелось. Даже хотелось развернуться и идти в противоположном направлении. Вот только остатки здравого разума говорили, что это возможно единственный шанс вернуться в нормальное состояние. Поэтому, нехотя, но пришлось зайти в "белую дверь". Вспышка сильно ударила в глаза, а после стала рассеиваться. Наконец-то стали проявляться черты какой-то комнаты. Сначала потолок, после стены, а вскоре глаза стали видеть мебель и двух людей. - Слава Богу с тобой всё в порядке. - Силуэт стройного, подтянутого мужчины тут же подбежал к кровати. - Я так испугался, когда ты упал в обморок. - Ваше Величество, пожалуйста, дайте мне пройти к Вашему отцу. - Врач с трудом пропихнулся к кровати, добираясь до пациента. - Ваше Величество, как себя чувствуете? Фридрих уже открыл было рот, но в голову ударила та же мысль Это сон. Всё что сейчас происходит лишь иллюзия, не более. От одной этой мысли становилось дурно, хотелось провалиться в сон и никогда от туда не выбираться. Перевернувшись на бок Фридрих закрыл глаза, игнорируя присутствие других. - Пап, не молчи, тебе нужна помощь и господин Вольвгуд здесь чтобы помочь. - Аккуратно коснувшись плеча отца, мужчина слегка потянул его на себя. - Оставь меня. Я не хочу никого видеть. - Пап, сейчас речь идёт о твоём здоровье, прекращай этот цирк и дай врачу тебя осмотреть. - Немец перевернул прусса на спину и тут же побледнел. Синие глаз будто бы лишились всякой жизни, в них была лишь пустота. Отто поджал губы и, тихо извинившись, поспешил покинуть покои. Он впервые видел, чтобы его отец так на него смотрел. Было страшно видеть полное опустошение и не желание жить в родных глазах. Это было страшно и самое ужасное было осознание того, что придётся звать одного противного русского, чтобы он вытаскивал его отца из очередной депрессивной дыры. - Ваше величество, давайте я Вас осмотрю. Ваша семья очень волнуется за Вас и хотела бы, чтобы Вы прошли лечение. - Мужчина аккуратно положил ладонь на плечо прусса, но тот лишь отвернулся, не желая сейчас разбираться со всем. - Отстань от меня. Я просто хочу остаться в одиночестве. - Фридрих спрятал своё лицо за ладонями, всем своим видом показывая, что его лучше не трогать. - Я зайду к Вам позже, отдыхайте. - Врач тут же покинул комнату, не смея гневить хозяина поместья.