Больше не друзья

      Фывфыв заметил, что его друзья начали вести себя странно с того самого момента, как он спустился в пещеру. Дима-то понятно, он всегда был странненьким, но вот Сосиска изменился кардинально. Он перестал шутить, хотя раньше делал это постоянно, от него не было слышно ни одной пошлой фразы, да и вообще, он стал более замкнут. Он старался не контактировать с вождём, да и вождь отвечал тем же, держась в стороне от Сосиски. Хотя отстранённое поведение Димы было оправдано ещё и тем, что из-за его тупизны Фыву пришлось второй раз лезть в шахту, за что их мухоморный владыка уже успел огрести обухом топора по башке, того самого алмазного, кстати, который он выкинул. Теперь у них было всё, чтобы отправиться в Ад: Сосиска нёс с собой ведро, а у Фынфына были алмазная кирка и зажигалка. Диме они ничего не доверили, так как у вождя вместо мозга был пластиковый стаканчик. — Давайте устроим привал, — предложил Фывфыв.       На самом деле они за всё это время ни разу не спали, и Фыв начал чувствовать усталость. — Дим, сделай полезное дело, добудь шерсти на три кровати. — Э, я тут главный, я раздаю приказы. — Хорошо. Что нам делать? — покорно спросил Фынфын. — Ждите, я щас за шерстью сгоняю, а вы пока убежище постройте.       Дима пошёл добывать шерсть, ну или по-простому: убивать ни в чём неповинных овечек. А Фывфыв воспользовался его отсутствием, чтобы поговорить с Сосиской. — Андрей, ты что-то в последнее время какой-то грустный ходишь, — начал Фыв, делая домик из земли. — Это началось после того, как я в шахту ушёл. Что-то случилось между вами с Димой в моё отсутствие?       Сосиска сразу же замкнулся в себе и немного покрылся румянцем. — Н-ничего не случилось. А грущу я из-за пропажи Кирилла, вот и всё. — Да нет, тут в другом дело, — Фывфыв слегка придвинулся к Сосиске. — Дима к тебе приставал? — В к-каком смысле «приставал»? — Ну-у… — Фыв сразу понял, что попал в точку. — Ну, он трогал тебя, может, где-то? Или… лез там, ну не знаю… Обниматься или целоваться?       Андрей покраснел и отвернулся. — Не было такого, — тихо ответил он, но Фыв уже понял, что это ложь.       Он приобнял Сосиску и погладил по головке. — Не переживай, всё хорошо, он тебя больше не обидит, — прошептал Фыв, не отпуская Андрея.       Сосиска вжался в комочек, боясь пошевелиться. Ему было и стыдно, и хорошо одновременно. Но их времяпровождению помешал вождь. Увидев Андрея в объятиях Фыва, что-то внутри него загорелось недобрым огоньком, но он постарался сдержать свою ревность и просто показал девять блоков шерсти. — Я добыл! — прокричал он, подбегая к ребятам. — Молодец, — тихо сказал Фыв. — А мы тут домик построили.       Фывфыв взял шерсть и передал её Андрею. — Сделаешь нам кроватки? — попросил он.       Андрей кивнул и ушёл внутрь убранства делать кровати, а Фывфыв тем временем смирил Фреджа недовольным взглядом. — Что ты сделал с Андреем? — В каком смысле? — В том смысле, что с тех пор, как я увидел вас тогда с красными лицами, Андрей едва пару слов сказал. Ты к нему приставал? Отвечай. — Ну… Ну да… Ну так, слегка. — Ах, слегка? Ну посмотри, что твоё «слегка» сделало. Ты бы хотя бы извинился. — Во-первых, я извинился… Ну, почти. Во-вторых, ты только что сам лез его обнимать. А в-третьих, это тебя вообще не касается. — Меня это касается, потому что я его друг. И это были дружеские объятия, в которых он по-человечески нуждался. Раз ты не можешь его поддержать, то найдутся другие люди, готовые ему помочь. — Это ты сейчас мне на что-то намекаешь? — А может быть, и так. И что ты мне сделаешь? Между мной и тобой Сосиска очевидно выберет меня, ведь я его не домогаюсь. — Хочешь сказать, что ты тоже что-то чувствуешь к Андрею? — А то есть ты что-то чувствуешь к нему? Мне казалось, ты просто хотел сделать с ним что-то непристойное.       Фредж уже понял всю свою вину и просто не знал, что теперь ему делать. — Да не хотел я ничего. Признаю, я накосячил… Но что теперь делать-то? — Не знаю, придумай что-нибудь, а то Сосиску быстро уведут.       Фыв ушёл в дом, где Сосиска уже мирно спал на кроватке. Он лёг на близлежащую кровать рядом с Андреевой койкой и уснул. А Фредж ещё долго сидел под звёздным небом и думал о пластиковом стаканчике, Кирилле и Сосиске.