Глава 3

Луна освещала всех присутствующих, тихо наблюдала со стороны. Обрамляла лица пары, у которой, буря внутри поднимается, никто не смеет подойти, и прервать этот контакт. Глаза к глазам, они падали вместе, в бездну, из которой никому не позволено выбраться. Она затягивала в свою пучину, не давала возможности схватиться за край обрыва. Вот и Хенджин в неё провалился. Прошло несколько секунд как глаза пересекались между собой, но, кажется, прошла вечность. Испуганные глаза смотрели с враждебностью, за его спиной, тихо наблюдала луна, красиво обрамляя лицо парня на земле. Он шелохнутся боялся, вихрь мыслей поступал с каждой секундой, не давая сосредоточиться на недавнем побеге, но его не ловили, наоборот, отступили и не приближались. Чувство внутри гадкими ощущениями растекался, страх обволакивал. Человек перед ним вещал злобу, взгляд иследовал каждую частичку его лица, пробирался в самую душу, не давая сделать и вздоха. Как будто вытягивал из него все соки, но было что-то в его глазах, успокаивающее, не сравнимое ни с чем, будто покой и умиритворение, будто дом, в который хотелось бы возвращаться вновь и вновь. Секунда, и взгляд безразличия и отвращения отталкивал, больше не тянул к себе, хотелось убежать и спрятаться, под крылом теплых рук родителя, что сможет его защитить, но, таковых у него нет, и не будет. Одиночество звало к себе, шептало из темноты, не давало забыть ему как он жалок в этом мире. Но мужчина перед ним не давал погрузиться в эти мысли с концами, навеки останавливая его существование. Взгляд Хенджина бегал по лицу омеги, подмечая красивые черты, но, расстояние не давало полностью рассмотреть всю его красоту. Захотелось подойти, потрогать, погладить и разглядеть как можно лучше, запомнить каждую деталь, от каждой родинки до складочки. Эти мысли продлились лишь пару секунд, взгляды пересекались мгновение, после, Хенджин отвёл взгляд. Маска безразличия снова вернулась на его лицо, эмоции исчезли, а от самого альфы исходил едва ощутимый холодок. Подняв взгляд на охрану, что все это время стояла в стороне, не решались подойти, знали что упустить этого парня было никак нельзя. Альфа кивнул головой на них и те сразу же подошли к Феликсу, обхватывая под локтями. Тот сразу стал сопротивляться и вертеться в разные стороны. — Прекрати доставлять моим людям проблемы, мы можем запереть тебя в лесу со змеями, поверь мне, никто тебя не будет навещать. Не думай что мы будем благосклонны к таким, как ты. Тебе дали еду и крышу над головой, а в итоге ты ранишь охрану и сбегаешь?! — Хенджин держал притихшего Феликса за челюсть, больно сдавливая щёки. Он говорил медленно и четко, но слова выходили практически сквозь зубы. До этого в его взгляде не было столько отвращения и злобы, но теперь, только её и видит Феликс. Отпустив голову омеги, Хенджин приказал отвести его назад в кладовку, но, в этот раз посадили на цепки. Оковы обвивали его ноги и руки, движения были ограниченные. От громко захлопнувшейся двери Феликс вздорнул, оказываясь в полной темноте. Только сейчас омега понял как у него болит тело после, той ночи. Синяки неприятно ныли, и промежность доставляла дискомфорт, сидеть было невозможно. До падения он этого не чувствовал и практически забыл о боли, но она решила напомнить о себе, не в самый лучший момент. Феликса очень интересовало что находилось снаружи кладовки. Здесь проживают люди? Почему его тогда заперли здесь? Кто был этот мужчина? И почему его не могут выпустить, если здесь находиться деревня? Вопросы один за другим сменялись в голове, но ответы на них никто не давал. Цепки неприятно звенели при каждом движении и омега решил лишний раз не двигаться, закрыв глаза погрузился в долгий сон. Хенджин вышел из лазарета, и прикрывая глаза, задумался о произошедшем. После инцидента с человеком, альфа приказал не являться перед ним лично, еду больше не предоставлять, цепки не снимать. Ему отчитывались каждые пару часов, но ситуация была стабильной, парень не бушевал и только изредка, слышались звуки двигающегося метала. Сегодня ночью, должен произойти праздник Чусока, рук для окончания приготовлений совершенно не хватает и все оборотни вымотались. Хенджин повернул голову в сторону кладовки, в его мыслях проскочила идея поставить этого омегу для какой то работы, но она сразу же было отвергнута. Его нельзя было выводить в поселение, если оборотни признают, дойдут слухи другим стаям, и стая Виверна не явиться к ним. Они должны быть здесь ближе к заходу солнца, волки должны успеть все закончить к этому моменту, нельзя было разочаровывать вожака и подставлять его. Альфа заходил к Чансону, у него после охотников сломанные обе ноги. Для оборотней, самое ужасное что может произойти с ними. Перевоплощения в волка больше невозможны и тот начнёт погибать, существо глубоко внутри будет жить и дальше, но человек ощущать его уже не будет. Такие случаи очень редкие, но они есть, в таких ситуация, обычно, оборотни перебираются в города, не в силах каждый день наблюдать за своими сородичами. Слышалось о ситуации, волк насовсем покидал человека и он морально не выдерживал утраты своего волка, заканчивают жизнь самоубийством. Чансон выглядел разбитым, но держал себя в руках и быстро шел на поправку. Духён говорил что скоро альфе можно будет покинуть лазарет и вернуться в свой дом. К сожалению, парень отказался от должности практиканта на следующего лекаря, омега к счастью принял это спокойно. Мысль на счет запертого омеги не давало Хенджину спокойно переключаться на другие обязанности и переходить к ним. Все же через некоторое время раздумий, альфа решил допустить этого парня к работе, но лично обезопасить от нежданных проблем в поселении. Предупредил каждого оборотня, волчат приказал держать в домах и не выпускать на улицу, для их же безопасности. Передал свои планы отцу и получив разрешение, отправился к старому зданию. Уведомив волков на посту, его пропустили внутрь и прикрыли за ним дверь. Хенджин увидел омегу, лежащего на циновке в углу. Конечности были так же привязаны, но парень спокойно спал, возможно не чувствуя дискомфорта. Именно так подумал альфа, что присел на корточки перед человеком. Мужчина разглядывал лицо человека, замечая веснушки, что до этого не бросались ему в глаза. Одна прядь волос упала прямо на глаза Феликсу, и Хенджину захотелось ее убрать с лица спящего омеги, но отдернул себя на этой мысли, поднимаясь. Еще несколько секунд понаблюдав за умеретворённым лицом, альфа громко прокашлялся, привлекая к себе внимание. Феликс, потревоженный Хенджином, начал ворочаться, от чего цепки стали издавать неприятные звуки. Приоткрыв глаза, не до конца проснувшийся омега зевнул и попытался выпрямить руки, что было тщетно. Он сел на постели, когда к его сознанию начало приходить, кто, перед ним стоит. Нахмурив брови, он наблюдал снизу вверх. — Поднимайся, будешь работать как и все жители этого поселения. Поблажек тебе не будет. — Холодно произносил Хенджин, смотря прямо на сонного парня. Его голос был ровным, в нем не было изъянов, к чужим оборотням он относился сдержанно, но людей ненавидел и нянчиться с этим омегой он не собирался. Напрявляясь к двери, альфа посмотрел на парня через плечо, тот так и продолжал сверлить его хмурым взглядом, сонно хлопая пушистыми ресницами, но молчал, не осмеливался перечить, еще чувствуя холодный метал прикасающийся к его ногам. Через некоторое время, омега стоял перед лесом. Гуща не пугала как по приезду к бабушке, но изнутри она превышала свои масштабы. Сзади него и Хенджина, который стоял в метре от него, находилось поселение, которое он не успел толком рассмотреть. Альфа наблюдал за ним. Тихо, не приближался, он сказал что они пойдут собирать дрова для костра, что будет находиться на площади. Мужчина видел как Феликс сделал первые шаги, заходя в лес. Шел за ним на расстоянии, наблюдал как парень высматривал ветки на земле, поднимая подходящие. Он был уверен что человек начнет убегать, как только зайдет вглубь немного дальше, ему бы не составило труда перевоплотиться и догнать его, но тот спокойно перемещался от одного дерева к другому. Спустя двадцать минут у того не оставалось места в руках, и, повернувшись к Хенджину, посмотрел на него, убеждаясь что что руки у мужчины были свободны, он подошёл ближе. — Не могли бы вы поддержать ветки, если не собираетесь их собирать. — Я не был бы так уверен. Это твоя работа, соизволь её выполнять достойно. — Альфа видел, как у парня тряслись руки от количества дров. Видел в его глазах чистую просьбу, но облегчать ему работу не собирался. — Нахера ты вообще тогда пошел со мной, если ничего не делаешь. Польза от тебя нулевая. Послал со мной бы тогда кого то другого, бездарь. — Зло пыхтя ругательства себе под нос, Феликс сбросил дрова прямо под ноги альфе, и развернувшись, ушел собирать дальше. Как думал омега, для костра не понадобится много дерева, но его предупредили о трехметровом костре, и теперь, парень не знал как дотащит это все назад в поселение. Два часа продолжались пытки, с которых Хенджин только забавлялся и выучивал новые ругательства. Ветки в итоге лежали где то позади них и омега каждый раз злобно стрелял в него молнии, возвращаясь к уже приличной куче. Альфа прилично расслабился за это время, наблюдать за пыхтящим парнем оказалось довольно занимательно. Феликса удивило, когда в конце, омега скинул очередную кучу ветвей, и к нему подошел Хенджин, что с легкостью сгреб дрова и понес их в направлении поселения. Он развернулся лишь раз, смотря на ошарашенного Феликса, который отмерев направился следом. Вернувшись назад, здесь царила та же тихая атмосфера. Жители торопились по своим делам, не обращая внимания на них. К площади вела тропинка, что расходилась в разные стороны, ведя вглубь домов. На каждом доме висели оранжево-красные гирлянды, на земле стояли корзинки с овощами и маленькие тыквы. Глаза разбегались, омега впитывал каждую деталь этого места. На площади было не менее восхитительно. Столы расположенные вокруг самого центра, ломились от обильности овощей. Подвески находились и здесь, развешанные вокруг. Хенджин прошел в центр площади и скинул все дрова, отряхиваясь от древесины. Он посмотрел на парня, который вертел головой в разные стороны с приоткрытым ртом. Его глаза блестели на заходившем солнце и альфе это показалось забавным. Омега был похож на волчат, которых Хенджин навещает, у них так же загораются глаза-пуговки, когда принесешь им подарки. Сложив руки на груди, мужчина наблюдал со стороны за восхищением взрослого ребенка, когда к нему подбежала женщина, с просьбой прикрепить гирлянду, что оторвалась из за ветра. Согласившись, альфа подошел к Феликсу, что оказывается был ниже его ростом на голову. — Ты должен помочь прикрепить подвеску той женщины. Прекрати разглядывать все здесь, это тебе не музей. — Грубо отчеканил альфа, приводя в чувства Феликса, у которого пропали огоньки в глазах и тот значительно расстроился, фыркнув в сторону альфы он направился за женщиной. Она привела его к небольшому домику, возле него стояла лестница. Взобравшись на неё, женщина подала ему булавки, на которые и прикреплялись гирлянды. Стараясь аккуратно повесить предмет, омега потянулся за второй булавкой и застыл в шоке. Из соседнего дома выбежал маленький волчонок, животное не было похоже на собаку, поэтому эта мысль крепко закрепилась у него в сознании. Волчонок бежал со всех лап, и, не заметив лестницу, ударился об неё, приземляясь на землю. Лестница начала раскачиваться от удара и в итоге упала, свалившийся с неба Феликс, больно приложился головой об горшок рядом. Перепуганный волчонок, увидев омегу рефлекторно встал в защитную позу и начал утробно рычать, иногда издавая звуки похожие на лай. Хватило пары секунд, на то, чтобы сзади животного появился запыхавшийся молодой омега, подняв волчонка, он поклонился и в спешке убежал в дом. Что показалось странным парню, так это то, что родитель держал животное как ребенка, и тот совершенно не сопротивляясь смотрел ему в след через его плечо. К нему подошел Хенджин, что поднял его под локоть и повел из площади. Феликс понял куда, его ведут, только когда увидел перед глазами кладовку и охранников. — Нет, не трогай. Я ведь выполнял все твои поручения, не тащи меня снова туда! Отпусти, сволочь. Да чтоб тебя собаки погрызли. — Омега вырывался изо всех сил, выкручивал руки и изгибался до хруста в позвоночнике. Парень даже решил укусить альфу, но уже прицелившись в его руку, Феликса грубо остановили. Звонкая пощечина прошлась гулом в ушах, он не ожидал удара, и сразу приложился ладонью к больному месту, к которому, начала стремительно приливать кровь. Рука Хенджина задела так же губу, что лопнула и из неё стремительно поступала бордовая жидкость. Слезы в глазах омеги набирались быстрее чем ожидал сам парень, Феликс посмотрел на мужчину стеклянным взглядом и ладонь прекратила касаться горящей огнём щеки. Что то потухло в глазах напротив, но зажглось кое что иное и гордо развернувшись, омега сам направился в сторону кладовки. Альфа смотрел ему в след и не понимал своей реакции. В голове огромным баннером с надписью требовало защитить стаю, но после того что он сделал, появился горький осадок. Идти за человеком он не стал, подозвал к себе охранника и попросил дать Феликсу еды, а сам направился встречать стаю Виверна, она должна была прибыть в скором времени, и успокоить папу волчонка не помешало бы. Над извинениями Хенджин даже не размышлял. Совесть придет к нему со времен и начнет грызть его изнутри, но за это время он сможет все переосмыслить и понять важные для себя вещи. В направлении к окраине поселения, мужчина решил попросить Духёна осмотреть полностью омегу и удостовериться что с ним все в порядке. В направлении к лекарю, ему преградил путь Чонин, с милым личиком и пархающими ресницами на него смотрел миловидный омега. Мужчина должен был радоваться появлению этого парнишки, но в данный момент ему совершенно не хотелось с ним разговаривать. Но брюнет явно проявлял настойчивость своей улыбкой и глазами щелочками. — Хён, в нашу последнюю встречу.. Нам так и не удалось поговорить. Я хотел тебе кое что сказать. — Глаза парня забегали в сторону, что не ушло от взора альфы, тот спокойно наблюдал за метушениями омеги напротив. У того дрожали руки, он это пытался скрыть, потирая их между собой, как будто именно в этот момент, погода сменила своё время года. Чонин показал свои глаза из пышных ресниц, в которых плескалась любовь, что на большое разочарование, скорее никогда не будет замеченным самим Хенджином. Праздник и скорое заступление на пост вожака, ведь остался месяц до его дня рождения, после чего следующая полная луна сделает его полноправным вожаком южной стаи. — Извини, Чонин. Я спешу встретить северную стаю, мы можем поговорить позже, сейчас ты бы не мог сходить к Духёну и попросить его, чтобы он навестил охранника, что был ранен ранее. — Лекарь был совсем не глупым и наверняка поймет просьбу альфы. Омега был явно расстроен. Но он не был намерен так просто сдаться и схватив удаляющегося альфу, дернул за руку, приложив не малые силы, ведь мужчина имел хорошие мышцы. Тот развернулся к нему с вопросительным взглядом приподнимая бровь вверх. — Хван Хенджин, я требую, чтобы в эту ночь луны, ты стал моей парой и попытал удачу на истинность! — На одном выдохе практически крича защебетал Чонин, даже не поднимая взгляда на альфу, боясь его реакции. Секунды молчания с каждым разом угнетали, давили необъяснимым грузом, не давая расслабиться. Омега медленно поднял взгляд смотря на Хенджина, который в ответ буравил его, он не излучал зловещую ауру, нет, он смотрел проницательно, в самую душу, считывал эмоции парнишки напротив и приложив малую часть силы, высвободил свою руку из оков. Хенджин не планировал искать истинного, ему отлично одному с родителями и этого вполне достаточно. В будущем ему найдут омегу, которого он возьмёт в мужья и у них появятся волчата, может, полюбит того оборотня, может запечатлится на нем до конца их жизни вместе, а может просто продолжит род для существования южной стаи. Одно он знал точно, Чонин не станет его омегой, мужчина не чувствовал притяжение и его природный запах никак не влиял на него. Развернувшись от парня, альфа прикрыл тяжелые веки, усталость брала своё и последние дни, что каждый раз приносили очередные несчастья, утомляли Хенджина. Сделав один шаг от омеги, он услышал двинувшегося в его сторону Чонина, развернув корпус, в него втупились глаза цвета неба. — Чонин, мы когда то говорили на эту тему. Я не собираюсь искать истинного, мне это совершенно не нужно и будет приносить сплошные проблемы. — Глаза, в которых еще минуту назад, теплилась хоть маленькая надежда на согласие, потухла вместе с ответом альфы. Хенджин видел как опустились руки парня, раньше, ему бы хотелось подойти и притянуть его в свои крепкие объятия, успокоить как младшего брата, но сейчас, он не чувствовал былой теплоты к Чонину. Развернувшись он направился вглубь леса. Северная стая уже прибыла, он чувствовал чужаков на их территории, он и так задержался, а Виверн не любит опоздания.

Феликс находился в той же кладовке. Он сам в неё зашел, покорно поднимал конечности, когда его собирались приковывать. Будто не находился здесь, будто заново переживал ту ночь в переулке. Пощечина отрезвила разум, дала понять, что он находиться в этой же яме из боли, больше не было сил выбираться, смирился. Если его казнят, оставят здесь до конца его дней, то не будет против. Но, ему не дают умереть, вытаскивают из этой ямы, будто пытаются освободить, но делают только хуже, лучше бы оставили в лесу, лучше бы не давали понять что он в какой то безопасности. Только мысли о бабушке держат омегу на плаву, говорит себе, вернется к ней, обнимет и расскажет как ему было больно и она наверняка погладит по голове, тепло произнесет слова любви и примет его таким. Вытерпит все, если отпустят в один день, Феликс будет бороться. Перед Хенджином показал себя гордым, сильным. Никто не любит слабых, те, кто плачут по пустякам, хнычут как дети из за отобранной конфеты. Феликс ненавидел себя за слабости, за свою сущность в целом. Покрылся колючками и никому не показывает свое нутро, там где можно определить какой он на самом деле. Омега годами выстраивал этот барьер вокруг себя, не давал сломать и не даст. Он сильнее этого, сильнее какого то альфы. Сильнее тех, что считают себя выше кого то. Поэтому, для себя решил, что не покажет себя полностью голым перед кем то, ни душой, ни телом. Парень вымотавшись спал на циновке, мило причмокивая губами во сне, но брови по прежнему были напряжены. Феликс даже не сразу проснулся когда к нему зашли, мирно спал не подозревая ничего неладного. Разбудил его холодный метал, что прикасался к его груди под футболкой. Человек рядом отпрянул как только почувствовал шевеление рядом, испуганный омега подскочил, молниеносно дёрнул руками, чем причинил вред нежной коже на руках. Перед ним на полу сидел Духён, лекарь легко улыбнулся к нему и немного отсел, давая понять что не причинит вреда. — Солнышко, мне нужно тебя обследовать по приказу. Ответь, где есть боль в теле, я проверю и обработаю. — Дедушка не налегал и ласково разговаривал к Феликсу, омеге он нравился даже немного, не было в его присутствии страха или злобы. Он даже задумался над тем, где он чувствует боль. Щека уже не болела, но не известно почувствует ли он боль, когда дотронется к месту ушиба. Феликс не хотел говорить Духёну про боли в пояснице и проходе, никто не знал об случае в переулке, никто и не должен знать. Казалось, если кто то узнает, его вышвырнут на улицу или начнут презирать, смотреть свысока, называть подстилкой, даже тем что он сам виноват в том что произошло. Ему доставляло боль сидеть, моментами ходить, но не подавал виду, чтобы не было вопросов на этот счёт. — Ты можешь не бояться рассказать, я — лекарь, моя работа помочь тебе, после могут быть осложнения если травмы имеются, никто не знает что с тобой произошло до прибытия к нам. — В глазах Духёна, Феликс увидел искреннее беспокойство, которое нельзя было заменить другой эмоцией. Пару секунд парень колебался, но все же решил хоть одному человеку рассказать про то, что случилось с ним той ночью, после клуба. Эти двадцать минут были одними из ужасных в жизни омеги, даже детство не сравнится с тем, что он рассказывал лекарю. Его глаза были пустыми, в горле стоял ком, который никак не получалось проглотить. Феликс смотрел на свои руки, что растирал все это время, иногда поднимая глаза на Духёна, но сразу же опускал их, видя сожаление и огромную боль за него в чужом взгляде. Он надеялся, что слёзы не польются ручьями, обжигая кожу, но, после слов о том, как он выкарабкался из лап тех чудовищ, бежал по лесу и задыхался из за горевших лёгких, как упал на землю и больше не смог пошевелиться, ощущая обжигающие участки тела после прикосновений тех альф, горько осознал что ошибся на этот счёт. Закончив свой рассказ, Феликс притих, боясь посмотреть на мужчину и увидеть отвращение в глазах напротив, тихо сопел носом и иногда рвано дышал ртом, пытаясь восстановить дыхание. Парень решился посмотреть на Духёна, подняв красные опустошенные глаза, встречается со взглядом полного сожаления и боли. Омега всматривался во взгляд напротив, но в итоге оказался в крепких объятиях, слышал шёпот на ухо, совсем тихий и успокаивающий. Слова поддержки заставили разрыдаться теперь в голос. Слёзы капали на одежду лекаря, но никого это не интересовало, в данный момент. Они так и просидели некоторое время, Феликсу было наплевать что их скорее всего слышат на улице, стены были очень тонкими. Немного спустя, старший омега отпрянул и потянулся к сумке, с которой пришел сюда, начиная доставать какие то баночки и мази, судя по этикеткам. — Ложись на живот и снимай штаны, никаких отмазок я не терплю. Глаза Феликса выпучились по пять копеек, совершенно не ожидавший, такого исхода событий. Решив довериться лекарю, парень начал медленно переворачиваться на живот, но штаны снимать не спешил, стеснение ощутимо начало присутствовать в помещении. Глаза бегали по немногим предметам в комнате, пытаясь отвлечься. — Я ведь четко сказал снимать штаны. — Уже серьезно и решительно прозвучало за спиной. В следующую секунду слышался писк, от резко стянутых штанов и румянец полностью покрыл лицо парня.

***

Джисон стоял под дверью запертой квартиры и уже двадцать минут не мог решится позвонить в домофон. После того как он проснулся в комнате Минхо и послал, омега ушел домой в одежде альфы и как бы ему не хотелось возвращаться, но он принес вещи владельцу. Сейчас же, Джисон думал как извинится и быстро отдать одежду, а после благополучно ретироваться с места преступления и больше не пересекаться с этим альфой-извращенцем, хотя он уже практически его таковым не считает. Палец соприкасался с кнопкой и прикрывши глаза, омега нажал на неё, начав слышать за дверью легкую мелодию. Ноги начали дрожать и объяснения этому не было, ощущалось как будто желудок скручивает от переполняющих эмоций и с каждой секундой хотелось его выплюнуть. Не слыша приближающихся шагов, Джисон позвонил еще раз и не получив ожидаемой реакции, уж было понадеялся чо Минхо нет в квартире и он сможет с легкой душой отправиться домой и когда нибудь отдать вещи в университете. Не успев толком отойти от двери, послышался щелчок в замке и дверь позади парня начала с легких скрипом открываться. Повернув голову в сторону звука, омега увидел очень сонного альфу перед собой, с взлохмаченными каштановыми волосами. Минхо смотрел на него не четко, у него перед глазами будто стояла дымка и парень облокачивался о дверной косяк. К омеге не сразу пришло осознание происходящего. — Давно не виделись. Чего ты такой страшный сегодня? Ладно, неважно. Альфа хмуро посмотрел на него, собираясь что то сказать в ответ, но его перебили. — Слушай, Минхо, я всю ночь думал над тем, что вчера тебе нагрубил и так внезапно ушел, хотя возможно ты ничего плохого и не сделал. Произошла заминка, Джисон опустил голову, совсем не зная что сказать. Ему было крайне некомфортно оправдываться перед этим парнем. — Еще, вчера я убежал в твоих вещах, так что решил их постирать и вернуть. Некоторые из них могут быть еще влажные, поэтому, вывеси их на сушилку после. — Омега подошел ближе к альфе и протянул ему пакет, что только через секунд десять забрали. Как только их пальцы соприкоснулись, он понял что они были у Минхо очень горячими, что сразу бросилось в глаза. Либо парень никогда не замечал такой терморегуляции у него, либо.. Да к чему второе либо, если все наконец стало ясно, альфа напротив определенно заболевший и сейчас стоит в дверях с жаром из за омеги фактически, ведь тот нашел его под проливным дождем и принес домой. — Минхо, да ты весь горишь, как ты вообще еще на ногах стоишь, заходи быстрее внутрь. Сука, какой же ты идиот, хотя.. это ведь я сидел под дождем, а впрочем неважно. Закрывая на ходу двери, омега начал вести парня в его спальню, еще не забыв где она находиться. Открыв со второго раза запертую дверь, он наконец увидел долгожданную кровать, на которою собственно и уложил альфу. Тот сразу залез под одеяло и не зорким глазом можно было увидеть, как его потряхивало. Джисон вышел с помещения и направился к кухне, где нашел аптечку, из которой взял градусник и жаропонижающее. Тихо матерясь, он дал градусник Минхо и таблетку, ведь не думал что у того будет практически сороковая температура. Парень сел на кровать и начал тихо смотреть на альфу, слушая его совсем тихое дыхание, которое приходило понемногу в норму. Подняв взгляд, он начал осматриваться вокруг, вчера было не к тому, чтобы рассматривать чужую спальню. Она выглядела гармонично и сдержанно: серые стены, шкаф-купе и стол возле него, а над ним находились полочки, в которых лежали какие то папки с надписями, обозначавшие важные документы. Подойдя к столу, он повернул голову к кровати и увидев все такого же спящего Минхо, достал одну папку и прочитал название на ней "Архитектура жилых домов". Заглянув внутрь, там были чертежи разных зданий, много записей, разметки, планы последовательности работы, абсолютно все, что не понимал Джисон. Полистав еще несколько чертежей разных детских садов, площадей и домов, решил что ничего интересного он не найдет, собирался закрыть папку, как из нее посыпались листы, которые не были прикрепленные внутри. Подняв испуганный взгляд на альфу, он начал быстро собирать все бумаги и складывать их внутрь, но нашёл маленькую карточку, перевернув её, он увидел небольшую деревню, что сфотографировали издалека. Можно было заметить как та находилась в окружении леса. Омега разглядывал картинку очень внимательно, подмечая что некоторые дома были похожи на те что начерченные на листах. Неожиданно, ему бросилось что то в глаза на заднем плане, но приблизив свой взгляд он услышал движение слева и подняв глаза, увидел поднимающегося Минхо. Быстро сложив все и поставив на место, он подошел к парню и сел на кровать. — Что ты искал в тех папках? Пытаешься найти какую то информацию на меня, можешь просто спросить, или, тебя кто то послал? — Альфа выглядел сонным, но серьезным, омега что сел на кровать рядом, выглядел шокированным от таких слов. Минхо посмотрел еще несколько секунд на то, как у человека напротив взлетают брови вверх, а после сдвигаются, хмурясь, он не выдержал и уголки губ сами полезли вверх от смешного лица. Джисон у которого сердце упало в пятки и он уже машинально пытался придумать оправдание на свои действия, но увидев как альфа начинает смеяться совсем растерялся и не понимал всей абсурдности ситуации. — Я знал что ты все таки шпион и все два года в универе следил за мной и выискивал информацию на меня. Ты меня не проведешь. — Альфа сидел с улыбкой и говорил это омеге смотря прямо в глаза. Но сразу же сменил выражение лица на серьезное, продолжив. — Я и правда криминалист на скрытой должности, а еще продаю наркоту в темных районах по субботам, ровно в 21:20. Ну и на последок, сам употребляю каждый день что хватило бы всему Нью-Йорку. — Ты сейчас на полном серьёзе заливаешь? Какая наркота, какой криминал, Минхо ты ёбнутый? — Джисон смотрел на альфу в полном недоумении и даже подумал что у того поплыл мозг из за температуры, хоть та и не была высокой, или еще лучше, ударился об что то и отбил все что находиться в голове. Минхо в то же время пытался сдерживать смех, который пытался выбраться наружу, профессионально держал лицо каменным и не подавал виду, только по лицу омеги можно было точно понять что тот считает его не совсем в здраво уме. Но, долго сдерживаться он не смог и смех все таки вырвался, парень повалился обратно на подушку, почувствовав как падение дало на мозг, отдаваясь тупой болью где то в затылке, но это было проигнорировано, комфорт и умиротворение возле этого парня была намного сильнее какой то боли. Он приподнялся на локтях и посмотрел на Джисона, тот начал тоже улыбаться, понимая что это нелепый сарказм и шутка. Альфа завис. Смотрел в эти глаза и до сих пор не смирился что это его истинный омега, что послала ему сама луна. Человек. Совершенная противоположность ему самому, но, противоположности ведь притягиваются? Он понял что Хан его истинный год назад. Был летний жаркий день, когда все студенты сдавали последнюю сессию в июне. Минхо стоял возле аудитории «основы формообразования и макетирования», ожидая своей очереди. Пытаясь не забыть весь материал, он почувствовал как кто то приближается и повернув голову увидел парня что шел в помятом худи. Это запомнилось альфе, ведь не каждый день увидишь человека в теплой одежде еще и с капюшоном на голове, летом. Тот поднял на него взгляд давая рассмотреть лицо напротив. Омега с темными кругами под глазами и болезненным видом разглядывал его не меньше, а когда в нос ударил резкий запах грейпфрута, обволакивая полностью все пространство в метре точно. Глаза Ли выпучились, ведь человек, который стоял перед ним был Хан Джисоном, что вызывал влечение и симпатию к своей персоне уже как несколько месяцев, а сейчас он узнал определенно точно, что тот его истинный омега. Джисон, видя такой интерес к своей личности, ведь на тот момент, они неплохо конфликтовали с этим альфой на протяжении длительного времени, понял что тот почувствовал его прогрессирующую течку, от которой коленки подкашывались, бросил тому презрительную ухмылку, воспользовался моментом вышедшего студента из аудитории, в скором темпе ретировался из коридора, оставив Минхо сидеть в полном одиночестве. Ли точно был уверен что омега не знает о их связи. Единственным способом точно подтвердить истинность между ними, оставалось поехать вместе в Тэгу, где в полночь, под полной луной в праздник Чусока, взять за руку этого мальчугана и убедиться остаточно. Только Чусок уже сегодня ночью и доехать они туда не успеют, да и, Джисон вряд ли бы согласился поехать с ним в какую то деревню, чтобы ночью в лесу взяться за руки. И искры в глазах увидит только он. Ведь тот не оборотень и связи с луной у него к сожалению нет.

***

Джисон стоял на кухне и готовил ужин. Он сразу предупредил альфу, что останется с ним до полного выздоровления, ведь чувствует вину и никакие упрёки и оправдания его не переубедили. Запах кари очень ярко чувствовался и был практически готов. Омега думал на счет того что увидел в папках. Та самая картинка, все еще тянула к себе и имелось желание вернуться и посмотреть что же находилось на заднем плане того фото, но увы, такой возможности больше не предоставится, он больше не станет лезть в те папки, слишком рисковано. Взяв поднос с кари, наложенным ранее, Джисон направился в комнату к альфе. Открыв дверь локтем, он зашел внутрь и застыл. Волк. На кровати лежал волк. Поднос с ужином полетел на пол, тарелка разбилась вдребезги, но это никого не смутило. Омега в немом крике, стоял и смотрел на огромную тушу, что шевелила хвостом и смотрела прямо в глаза, медленно моргая. Парень развернулся в полуоборота и выбежал из кухни, губа тряслась от истерики и страха. В попытке надеть обувь, он почувствовал как по щекам катятся слезы, но не от страха, а от боли. На ноге, которая была практически засунута в кроссовок, ощущалась боль и жжение. Осколок среднего размера торчал из стопы Джисона, кровь стекала струйкой на ботинок и белый ковёр. Омега понял что пути сбежать нет, придется возвращаться в ту комнату, посмотреть на то, что лежит на кровати и убедиться в том, что это всего лишь Минхо, а не туша, которая намного больше среднестатистического волка. Только зайдя в комнату, картина не изменилась. Все осталось так же, даже положение волка не поменялось, только теперь он не смотрел на него, грудь вздымалась немного учащенно, но оставалась спокойной. Медленно ковыляя к кровати, омега тихо сел на постель, руки все еще дрожали, а сердце колотилось слишком быстро, отдаваясь глухими стуками где то в висках, совершенно блокируя восприятие мира сего. Он не слышал абсолютно ничего, тишина накрыла внезапно, погружая внутрь себя, Джисон слышал как бьется его сердце, как сбивается дыхание и дрожат руки. Медленно подняв руку, он начал протягивать ее все ближе к волку, стараясь не издавать никаких звуков. К сожалению, его прекрасно слышали и даже чувствовали каждое движение. ладонь так и повисла в воздухе, когда глаза напротив открылись. Все такие же спокойные как в первый раз, их шоколадный цвет успокаивал, но не имел магической силы. Омега осмелел и все же протянул руку ближе, пальцы впервые коснулись настолько мягкой шерсти, она утонула в этой густоте, черный оттенок будто пожирал всю кисть. Он гладил и даже почесал за ухом, испугался когда услышал рокот и вибрирование под рукой, но быстро сориентировался, продолжая почесывать за ухом, заметивши что волку больше всего нравиться там. Легкая улыбка сама полезла на лицо и он посмотрел прямо в глаза, вопрос всё ещё стоял перед ним, но подсознательно парень осознал что под ним сейчас находиться альфа, который лежал с температурой час назад. Конечно после он спросит у Минхо как это произошло? как это возможно? что за явление?, и, на последок поинтересуется на счёт того фото в папке с чертежами. Только на данный момент, альфа не сможет ответить даже на один вопрос.

***

Альфа сидел за длинным деревянным столом, держа в руке наполовину пустой бокал с вином. Он двигал запястьем тем самым напиток передвигался по кругу бокала, закручиваясь в небольшой смерч. Глазами обводил помещение, исследуя всех присутствующих. Виверн и его заместители сидели по противоположную сторону стола, они не притрагивались к еде что была им предложена. Хенджин смотрел на отца, который единственный из всех оборотней наслаждался этим ужином, он спокойно ел свой стейк из оленины, прикрывая иногда глаза от удовольствия. Закончив трапезу, он промочил горло вином и вытер губы салфеткой, после чего прокашлялся, посмотрев на всех присутствующих. — Мы рады что вы прибыли к нам, на весьма прекрасный праздник, очень надеюсь что кто то из вашей стаи сможет найти здесь своих истинных. — Виверн посмотрел на Хендоля, будто пытаясь в его глазах прочесть ложь или намек на сарказм, только вожак превосходно врал и только его сын чувствовал желчь в его словах. Отец не хотел чтобы в стае оказались истинные северной стаи, он прекрасно знал какие там законы и как обращаются с омегами, они станут рабами и теми существами, что должны будут рожать, и воспитывать детей, у них не будет пола. — Давай без лести Доль, мы здесь встретились по делу и лишних разговоров я не терплю. — Альфа никогда не был дружелюбен с людьми, независимо от того, жители его стаи или вражеской, всегда был чёрствый ко всем. На мгновение, у Хендоля спала улыбка с лица, но после сразу же вернулась на свое место, портить репутацию и итак натянутые отношения между стаями не хотелось. — Я пойду, благодарю за ужин, подожду начала полнолуния на улице. — Естественно, не хотел бы ты забрать с собой желающих людей Виверна? Стул с визгом отодвинулся, царапая доски. Хенджин только не заинтересовано посмотрел на отца и покачал головой, захватив с собой бокал, он поспешил покинуть это помещение в котором даже стены начали покрываться неприязнью. Немного морозный воздух охлаждал кожу, что покрывалась мелкими мурашками. Щеки отдавали небольшим жаром от выпитого, придавая мыслям легкости, на время они перестали посещать его голову. Альфа не хотел выслушивать эти все наигранные диалоги, он знал что дальше перейдут на него, обременять вопросами о его заступлении на пост вожака, почему у него до сих пор не нашлось пары. Хван конечно отвечал на это сдержанно и спокойно, четко формулируя свою речь, заранее зная что сказать. Только в этот раз что то не так, голова была забита совсем не тем, он не был готов к разговорам о его будущем, альфа и сам не был уверен в нем. До полной луны остались считанные десять минут, поселение начало понемногу просыпаться, оживляя улочки разговорами и ожиданиями на предстоящий год, кто то стоял один, некоторые альфы предлагали компаниям омег попробовать шанс на истинность, волчата сонно зевали, а некоторые негромко лаяли и бегали вокруг родителей. Позади себя, Хван услышал небольшой гул, оповещающий о том, что вожаки уже закончили свои разговоры и вот вот выйдут на улицу, как и все, дожидаться начала праздника. Альфы обсуждали свои темы, собравшись компаниями. Хищно оглядывались и смотрели на омег, подбирая, кто именно сможет в этом году попытать удачу и оказаться истинными. Хенджин смотрел на каждого, никого он в пару выбирать не собирался, ему это не нужно сейчас, но наблюдать за другими ему доставляло удовольствие, эмоции предвкушения предстоящего. Он почувствовал что то со стороны и начав искать источник, наткнулся на северного мужчину, он стоял и смотрел куда то в сторону, явно что то затевая. Повернув голову, альфа увидел человека. Феликс. Омега стоял недалеко от кладовки, рядом возле него находился Духён, лекарь знает что выводить человека ни в коем случае нельзя и получит выговор за это, в крайнем случае — наказание. Хенджин перевел взгляд на омегу и видел как у того светятся глаза при свете луны, что вот вот должна оповестить всех о полночи. Прервал его наблюдения за человеком тот же мужчина, он прошел мимо него и направился прямо к Феликсу. Парень был маяком для таких ублюдков, имея такие светлые волосы и миловидную внешность, хоть и потрёпанную за время пребывания здесь. Альфа наблюдал за происходящим, не вмешивался. Как северный волк хватает омегу за руку и ведет в центр всего происходящего, как Феликс пытается вырваться, а после, кусает альфу. Хенджин был ошарашен. Этот парень смог укусить волка, а если сказать точнее, то это была смелая и одновременно глупая идея, ведь следующей секундой, ему прилетела звонкая пощечина. Альфа видел как тот после этого пытался сдерживать льющиеся слезы, как Духён хотел отобрать человека у оборотня и получил грубый толчок в свою сторону. После этого, Хван больше не стал стоять, ему плевать на какого то парня, но трогать членов его стаи никому не позволено. Широкими шагами, тот начал надвигаться темной фигурой к взбунтовавшемуся альфе. Феликс завидев что тот идет, совсем потерялся и стал брыкаться сильнее, впадая в истерику, ведь знал, он вышел без разрешения из кладовки, все видят кто он и какой он. После пощечины его совсем размазало и предстать перед этим альфой совсем было желания. — Отпусти этого омегу. — Ровным голосом прозвучало совсем рядом, отчего мужчина повернулся в его сторону с презирающим взглядом, не совсем ожидая увидеть сына вожака. — Я выбрал «этого» в качестве своей пробной пары, хотелось бы чтобы такая куколка оказалась моим истинным. — Ты можешь выбирать кого хочешь здесь, только вести себя подобающее, но я этого не увидел, ты тронул члена моей стаи, задел не только обычного лекаря, ты задел честь вожака и осквернил ее. В этом и последующих годах, из нашего поселения ни единый омега не попытает свою удачу. А вот «этого», как ты выразился, определенно не получишь. Хенджин взял Феликса за руку, забирая у мужчины и заводя за спину, блокируя все доступы дотянутся к нему. Он ясно ощущал как того трусило, но поворачиваться не стал. У омеги же развивалась паническая атака, после того, как прозвучала из уст волка прозвище «куколка», в памяти всплыли моменты из закоулка. Только Хван взял его за руку, тот будто забрал все что мешалось в голове, обрезал на мгновение те моменты из памяти. Альфа стоял как стена перед ним, не давая увидеть что происходит. Феликс смотрел на его затылок, не слыша что тот говорит, будто налили воды в уши. Мужчина отступил. Плюнул под ноги Хенджину и ушел прочь в лес, перевоплотившись в волка. Все смотрели на него, наблюдали за каждым действием, пытались заглянуть за его спину и увидеть того самого парня, которого он сейчас держит за руку. Повернувшись к нему лицом, они встретились глазами, Хван видел дорожки слез и как блестят глаза от света луны. В этот момент он увидел в глазах не только накопившиеся слезы, но и что то иное. Только теперь он определил, что глупо ошибся..